WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 81 |

II. 1. Большинство конструкций с было + форма ср. рода представляют собой безличные предложения (16 из 22). Только в одном из них второе сказуемое «антирезультативно» по отношению к первому (Парализовало ей было, да отошло), в остальных – либо первое сказуемое прецедентно, но не антирезультативно по отношению ко второму (У нас лодки было начало вертеть и перевернуло совсем с мотором), либо просто констатируется факт прошлого, не обязательно далекого (У Марьи сейгод было скрыло [крышу], у Фёдора дровеник скрыло да).

II.2. Из имеющихся контекстов с несогласованным было только в одном эксплицитно выражено антирезультативное отношение между клаузами: председатель-от был тоже раненый был, но они тут было у нас пустили стадо оленей с председателем сельсовета, их потом привлекали к уголовной ответственности. Результат действий «председателей» аннулирован действиями другого, не названного субъекта.

II.3. Семантика высказываний с согласованными компонентами и более чем одним предикатом (один из которых – условный ПКП) состоит в описании нескольких ситуаций, которые могут: 1) существовать одновременно: Эта срублена, а эта выгнила была; Когда он был работал, еще был совхоз; 2) находиться в отношении хронологической, но не логической последовательности, когда вторая ситуация не является ни результатом, ни «антирезультатом» той, в которой сказуемое имеет форму ПКП: Был сын прибежал, опосле в Мезень позвонили. При этом вторая ситуация может иметь место и в настоящее время:

Какой там взвоз – ступешки, лесенка, а раньше было на конях заезжают! Отношение формы ПКП к форме второго сказуемого в этом случае имеет только таксисный характер; 3) отношение формы ПКП к форме второго сказуемого может иметь таксисно-результативную семантику: его были посадили, дак жонка-та уехала; 4) форма ПКП не является первой в последовательности действий или ситуаций: были на похоронах, зимой-ту все были приехали, собиралисе. Возможна, в том числе, и обратная последовательность действий:

как дом построили, сразу посадили были кусты. Формы ПКП и простого претерита в этом случае грамматически синонимичны.

II.4. В высказываниях с одним предикатом, где последовательность смены состояний эксплицитно не выражена, переход от одного состояния к другому 92 Диалектология. Лингвогеография может подразумеваться (Иш от бабка Баковска утерялась была [известно, что потом нашлась]), но может быть лишь констатацией факта: Я была на похороны ездила зимой; Мой муж был убил волка.

III. В итоге следует признать, что антирезультативная семантика конструкций с был, была, было, были, представленная единичными контекстами, в диалекте не сформировалась. Значение формы условного ПКП может быть определено как в первую очередь результативное (70% форм от глаголов соверш.

вида), во вторую очередь – таксисное.

Т. В. Попова (Москва) О лингвогеографическом изучении восточнославянских диалектов 1. С начала 90-х годов XX в. силами московских диалектологов ИРЯ РАН (головная организация), ИнСлав РАН и филологического факультета МГУ им.

М.В.Ломоносова ведется – впервые в славистике – изучение диалектов трех восточнославянских языков (русского, украинского и белорусского) в лингвогеографическом аспекте. В последние два года к указанной работе подключились и украинские диалектологи.

За это время вышло из печати 4 выпуска (1995, 1998, 2000, 2006) коллективного труда «Восточнославянские изоглоссы» (далее – ВСИ) и подготовлена к печати российско-украинская коллективная монография «Восточнославянские диалекты в лингвогеографическом аспекте. Теория и практика исследования» (далее – ВДЛА), сохраняющая преемственность по отношению к предшествующему труду ВСИ в плане общей проблематики и используемой методики.

2. Как ВСИ, так и ВДЛА представляют собой диалектологическое исследование нового типа: здесь, наряду с лингвогеографическим анализом отдельных явлений разных уровней языковой системы, уделено большое внимание их всесторонней интерпретации, а также вопросам, имеющим общетеоретическое значение и представляющим интерес для славистики в целом.

3. В основу исследования восточнославянских диалектов положена диалектологическая и лингвогеографическая концепция, разработанная Р. И. Аванесовым для ДАРЯ, ДАБМ и ОЛА и получившая дальнейшее развитие в таких лингвогеографических трудах, как «Атлас болгарских говоров в СССР» (М., 1958), «БДА. I. Юго-източна България» (София, 1964), КДА (М., 1967), ОКДА, инициатором которых и одним из ответственных редакторов был С. Б. Бернштейн.

Центральной идеей указанной концепции является признание того, что диалектное пространство, объединяющее диалекты разных языков (в данном случае – восточнославянских), рассматривается в качестве единого и целостного объекта лингвогеографического исследования. Это означает, что общая совокупность диалектов трех восточнославянских языков интерпретируется как отдельная сложная система (т.е. система диалектного языка, или диасистеДиалектология. Лингвогеография ма), структура которой состоит из общих для всех диалектов и варьирующихся (т. е. различающихся в отдельных частных диалектных системах) звеньев.

4. Исследование восточнославянских диалектов осуществляется при помощи лингвогеографического метода рекартографирования, применяемого к материалам национальных атласов (ДАРЯ, АУМ и ДАБМ) и другим работам по восточнославянским диалектам. Для этой цели используется специальная сводная карта-бланковка восточнославянской территории. Эффективность и перспективность данного метода заключается, в частности, в том, что, не замыкаясь в границах одного языка, он дает возможность расширить пространство лингвистических наблюдений и глубже проникнуть в суть анализируемых явлений.

5. Все явления, показанные на картах, получают всестороннюю интерпретацию (описательную, ареалогическую, типологическую, историческую) в сопровождающих каждую карту развернутых комментариях-исследованиях.

6. Сопоставительный анализ восточнославянских диалектных явлений дает возможность при рекартографировании определить и обозначить на сводной карте неизвестные ранее ареалы (наряду с описанными прежде в работах по лингвогеографии отдельных восточнославянских языков), которые образованы различными диалектными явлениями разных уровней. Многие из этих ареалов локализуются не в пределах одного языка (русского, украинского, белорусского), а распространяются на соседние территории родственных языков, что подтверждает важнейший тезис лингвогеографии о нерелевантности понятия «языковая граница» в пределах определенного (в данном случае – восточнославянского) диалектного пространства. Все выявленные и показанные на картах ареалы в своей совокупности составляют единый восточнославянский диалектный континуум, а каждый из них является неотъемлемой его частью.

7. ВСИ и ВДЛА по своему характеру, в отличие от национальных и региональных атласов любого типа, выходят за рамки чисто лингвогеографического источниковедческого труда: в них, одновременно с непосредственно лингвогеографическими задачами, содержится и следующий, исследовательский (интерпретационный) этап работы. Комментарии карт в ВСИ и ВДЛА не только объясняют особенности построения карты и характеризуют качество материала (как это делается во всех типах атласов), но содержат и разностороннюю интерпретацию самих картографируемых явлений. В связи с тем, что необходимость интерпретационного подхода к диалектному материалу – как отдельная задача – до сих пор при создании атласов не ставилась (ср., например, ДАРЯ. АУМ. ДАБМ), труды ВСИ и ВДЛА представляют собой новый тип работы в области лингвогеографии, который совмещает источниковедческий и исследовательский (интерпретационный) аспекты.

8. Отметим, что прототипом лингвогеографического исследования с элементами интерпретации картографируемых явлений можно в определенной степени считать «Атлас болгарских говоров в СССР» (М., 1958). Программа «Атласа», созданная при участии и под непосредственным руководством С. Б. Бернштей94 Диалектология. Лингвогеография на, предусматривала, наряду с чисто лингвогеографическими задачами, и необходимость определения тенденций развития тех или иных явлений, распределения вариантов по возрастным группам, выявления их частотности, привлечения некоторых исторических данных. По мнению С. Б. Бернштейна, данные сведения являлись чрезвычайно важной частью работы в процессе исследования сложной диалектной ситуации, которая была обусловлена наличием переселенческих болгарских говоров, относящихся к разным диалектным группам.

Именно комплексный подход к интерпретации диалектного материала в «Атласе» позволил в дальнейшем создать убедительную, признанную и в Болгарии, классификацию болгарских говоров на территории СССР.

9. Из сказанного следует, что опыт картографирования и комментирования диалектных явлений в «Атласе болгарских говоров в СССР», вышедшем в свет в 1958 г., и сегодня не потерял своей актуальности.

Ю. Ю. Саввина (Елец) Наименования растения ‘крапива’ в русских говорах (лингвогеографический аспект) Издревле человека окружают растения. Ареал распространения некоторых растений – повсеместно, другие эндемичны только для некоторых территорий.

Анализ наименований фитонимов в русских говорах свидетельствует о разных мотивационных признаках, положенных в основу наименований растений, что, по словам Т. И. Вендиной, позволяет говорить о разнице в «мироощущении, мирочувствовании, миросозерцании и мирооценке русского народа» (Вендина 2000: 33).

Целью данной статьи является рассмотрение наименований растения крапива на территории распространения русского языка, выявить словообразовательные различия фитонима в диалектном языке и мотивировочные признаки, положенные в основу того или иного названия.

Материалом для наблюдения послужили данные, собранные исследователями для составления Лексического атласа русского языка, а также собственные наблюдения автора, сделанные на территории, занимаемой елецкими говорами.

Нами проанализированы ответы на вопрос Л 140 Программы для собирания сведений для Лексического атласа русских народных говоров (Программа собирания сведений для Лексического атласа русских народных говоров 1994: 24).

Материал, собранный для ЛАРНГ, показал, что для общего обозначения крапивы Urtica dioica в русских говорах существует 26 наименований, которые представлены простыми и только одним составным названиями: жалица, жгучая, жгучка, жегала, жегальник, жегальница, жегарь, жегливка, жегука, жегунья, каприва, костра, кострика, крапива, крапивица, крапивник, крапивница, краснуха, крепива, крипица, кропь, скряпива, сретива, стрекава, стрекавая краДиалектология. Лингвогеография пива, стрекучая. Из этих лексем словарь елецких говоров содержит: жегала, крапива, кострика (3 наименования). Однако елецкие говоры дополняют этот список ещё двумя названиями – жалюга, глухая крапива.

Все наименования, представленные в материалах ЛАРНГ, мы считаем общим обозначением крапивы. Согласно «Полному справочнику лекарственных растений» крапива как гипероним имеет 5 видов. Однако при опросе информантов выяснилось, что носители елецких говоров практически не видят различий в этих сортах. Исключение составляет номинант крапива глухая, которым жители Ельца и Елецкого района называют, как оказалось, совершенно другое растение пустырник сердечный (Leonurus cardiaca L.).

На большей части территории употребляется, как правило, одна лексема крапива. В некоторых населённых пунктах сосуществуют 2, 3 наименования.

Так, на территории Ельца и Елецкого района в некоторых населённых пунктах бытуют следующие лексемы: крапива – кострика – жегала (ст. Телегино, д.

Казинка, с. Капани, г. Елец), крапива – жалюга (д. Аксёнкино, с. Паниковец).

Сосуществование в одном и том же населённом пункте нескольких номинаций объясняется разным возрастным цензом жителей (люди старшего поколения склонны употреблять в своей речи диалектные названия, жители молодые – литературные слова, хотя многим и диалектные названия известны). Интересно, что употребление составного названия глухая крапива замечено нами повсеместно.

Таким образом, обозначение растения крапива в русских говорах, в частности и в елецких, представлено разными словами и их словообразовательными вариантами, а также различными словосочетаниями.

Большинство наименований крапивы связано со способностью жечься, обжигать тело человека маленькими волосками или возникновение наименования от существительного костёр. К первой группе наименований можно отнести следующие слова: жалица, жгучая, жгучка, жегала, жегальник, жегальница, жегарь, жегливка, жегука, жегунья, скряпива, сретива, стрекава, стрекавая крапива, стрекучая. Ко второй – каприва, костра, кострика, крапива, крапивица, крапивник, крапивница, крепива, крипица, кропь, скряпива. Особняком стоит один номинант краснуха, в основе которого положен мотивировочный признак «след на теле человека, оставшийся после ожога крапивой».

От производящего слова жалить (корня жал-) образуется простое наименование женского рода жалица, от слова жёг – жгучая, жгучка, жегала, жегальник, жегальница, жегарь, жегливка, жегука, жегунья, от глагола стрекать «колоть, жечь» – стрекава, стрекучая, от глагола кропить – каприва, костра, кострика, крапива, крапивица, крапивник, крапивница, крепива, крипица, кропь.

Н. М. Шанский указывал на запах растения крапивы (Шанский и др. 1971:

218). Если это предположение верно, то растение крапива первоначально могло быть названо по запаху, поскольку перед употреблением в пищу её обдают кипятком, и она, как и другие душистые травы, сильно пахнет.

96 Диалектология. Лингвогеография В русских говорах имеется и составное наименование растения, в которое входит указывающее на способность растения колоться, жечься: стрекавая крапива.

Таким образом, во всех номинациях растения крапива лежит мотивировочный признак – способность жечься, придавать нестерпимую боль человеку.

Вендина 2000 – Вендина Т. И. Ценности и оценки в пространстве словообразования // Лексический атлас русских народных говоров (Материалы и исследования) 1997. СПб.:

Изд-во ИЛИ РАН, 2000. С. 24–34.

Программа собирания сведений для лексического атласа русских народных говоров. Научно-методическое пособие. СПб.: ИЛИ РАН, 1994.

Шанский и др. 1971 – Шанский Н. М., Иванов В. В., Шанская Т. В. Краткий этимологический словарь русского языка. М., 1971.

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 81 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.