WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 81 |

Между тем в процессе работы над Атласом этот синхронно-функциональный подход оказался все-таки реализованным. В обеих сериях Атласа – и в фонетико-грамматической и в лексико-словообразовательной – представлены структурно-типологические обобщающие карты.

Синтезируя и упорядочивая материал целого тома, обобщающие карты фонетико-грамматической серии Атласа являются по своей сути интерпретационными, поскольку на них репрезентируются результаты сопоставления современных континуантов с более ранними, причем факты, не являющиеся продолжением развития собственно праславянских единиц, авторами элиминируются. При этом на картах получают отражение не только рефлексы картографируемых праславянских гласных, но и их позиционное поведение (отношение к ударению, вокальному количеству, консонантному окружению и др.).

Материалы фонетико-грамматической серии Атласа являются ярким свидетельством того, что ОЛА дает возможность не только для сравнительно-исторического, но и для типологического изучения современных славянских диалектов, выявления типологических особенностей их исторического развития.

Функциональный подход к интерпретации славянского диалектного материала лежит в основе и другой серии карт – грамматической, которая призваны показать дифференциацию славянских языков с точки зрения эволюции соотношения формы и функции праславянских морфосинтаксических конструкций, заданных в Вопроснике.

Не менее значимой является структурно-типологическая информация и лексико-словообразова-тельной серии Атласа. Сводные карты этой серии представляют в обобщенном виде различия либо в способах номинации, либо в словообразовательных средствах славянских языков, либо в мотивационных моделях и признаках. Расширение практики мотивационной картографии в ОЛА позволит отвлечься от формальных различий между языками и сосредото54 Диалектология. Лингвогеография читься на выявлении типологии мотивационных признаков с целью разработки «мотивационного метаязыка», общего для всех славянских языков.

Синхронно-типологический аспект Атласа проявляется и в том, что его материалы дают исследователю возможность «реально представить» общую картину механизма эволюции славянских языков, которая оказывается разной на фонетическом и лексическом уровнях: если на фонетических картах довольно часто наблюдается четкое диалектное размежевание, своеобразные «разломы» на диалектном ландшафте terra Slavia, то на лексических картах таких резких обрывов изоглосс не прослеживается, так как здесь действует кумулятивный принцип развития лексического состава каждого языка, когда новое не устраняет старое, а прекрасно «сосуществует» с ним, усложняя эту систему во времени и в пространстве. Именно поэтому Атлас дает исследователю реальную возможность увидеть «в действии» принцип отражения диахронии в синхронии.

Синхронно-типологическая ориентация Атласа просматривается и в том, что его материалы дают возможность обратиться к изучению типологии ареалов, их величины, конфигурации, иерархии и задуматься над закономерностями, действующими в лингвистическом пространстве.

Таким образом, материалы Атласа являются ярким свидетельством того, что ОЛА дает возможность не только для сравнительно-исторического, но и для типологического изучения современных славянских диалектов, выявления типологических особенностей их исторического развития. В этом смысле Атлас полностью отвечает требованиям, предъявляемым структурно-типологическим подходом к интерпретации материала, о котором говорил С. Б. Бернштейн.

Аванесов 1978 – Аванесов Р. И. Общеславянский лингвистический атлас (1958–1978).

Итоги и перспективы // VIII Международный съезд славистов. Славянское языкознание. Доклады советской делегации. М., 1978.

Бернштейн 1990 – Бернштейн С. Б. Общеславянский лингвистический атлас. Критические заметки // ВЯ. 1990. № 6.

Е. А. Галинская (Москва) Диалектологический атлас русского языка как источник сведений об истории форм местоимения 3-го лица женского рода Среди многообразных научных интересов Самуила Борисовича Бернштейна значительное место занимала лингвистическая география. Имея большую самостоятельную ценность, она является также одним из основных источников для истории языка. Это относится и к русской лингвогеографии, которая проясняет целый ряд вопросов исторической русистики.

Второй том Диалектологического атласа русского языка (далее – ДАРЯ) содержит разнообразные и ценные сведения о морфологическом строе русских Диалектология. Лингвогеография говоров. Обширный материал собран, в частности, по вариативности форм неличных местоимений (к которым с точки зрения истории языка относятся и местоимения, указывающие на 3-е лицо, – он, она, оно, принадлежащие ныне к разряду личных).

В исторической грамматике русского языка остается не до конца выясненным вопрос об образовании единой формы Р.-В. пп. местоимения 3-го лица женского рода её (неё), представленной в литературном языке и целом ряде говоров: центральных, части южных и большинстве юго-восточных и северовосточных.

Во-первых, здесь не отпал конечный гласный, рано ставший безударным в результате дефинализации ударения (о правиле отпадения конечных безударных гласных, если они не составляли отдельного морфа и не были защищены скоплением предшествующих согласных, см. Зализняк 2002; о дефинализации ударения см. Зализняк 1985: 143). Во-вторых, незакономерен гласный [’o] на месте древнего (исконными были формы: еъ, неъ), и его появление объясняется разными учеными по-разному. Так, А. А. Шахматов предположил, что конечный (3 или бывший носовой ) после [] рано изменился в русском языке в [е], откуда мог появиться [о] (Шахматов 1915: 113–114). Г. А. Хабургаев связал появление формы её в значении Р. и В. пп. с категорией одушевленности, причем необъяснимое фонетически, по его мнению, финальное [о], появилось, с его точки зрения, именно в В. п. (имеется в виду новая форма В. п. еъ, пришедшая из Р. п.), когда соответствующие местоимения выступали в субстантивной функции, в результате аналогического воздействия форм мужского рода кого, его, того (Хабургаев 1990: 244–247). Таким образом, имеющаяся в современном русском литературном языке и ряде говоров центра подсистема Р.-В. пп. с формой её (неё) возникла из более ранней подсистемы Р. п. еъ (неъ) – В. п. ю (ню), несомненно, непростым и нетривиальным путем, объяснить который достаточно сложно.

Следует, впрочем, сказать, что старая подсистема Р.-В. пп. кое-где дожила до новейшего времени: в трех населенных пунктах в западной части Ладого-Тихвинской группы говоров по крайней мере в середине 50-х годов XX в., когда там производилось диалектологическое обследование для ДАРЯ, сохранялась древнерусская ситуация, правда, с закономерной для Р. п. инновацией: в В. п.

употреблялась исконная форма ю, а в Р. п. – формы у ей, у ней, возникшие в старорусский период в результате дефинализации ударения и отпадения конечного безударного гласного (ДАРЯ II, карты 65 и 67).

Рассмотрение карт ДАРЯ позволяет заключить, что пути видоизменения исходной подсистемы Р. п. еъ (неъ) – В. п. ю (ню) в истории русских диалектов бывали и другими, чем образование единой формы Р.-В. пп. её (неё), причем в некоторых случаях иной вариант развития подсистемы охватывает значительную диалектную территорию.

56 Диалектология. Лингвогеография Можно выделить несколько типологических разновидностей развития подсистемы Р.-В. пп. местоимения женского рода.

1. В целом ряде говоров совпадение В. п. с Р. п. произошло, как и у других местоимений 3-го лица, и при этом осуществилось закономерное отпадение конечного безударного гласного. Сопоставление карт ДАРЯ (ДАРЯ II, карты 65 и 67) показывает, что есть обширная непрерывная территория в зоне новгородских, ладого-тихвинских, онежских и лачских говоров, где в Р. п. фиксируются формы типа у ей, у ней, а в В.п. – формы ей, в ей. Ареал этого явления на западе заходит и на север Гдовской группы, а на востоке – в крайнюю западную оконечность Вологодской группы. Подобная картина наблюдается еще в одном ареале – на севере Селигеро-Торжковской группы – и в отдельных разрозненных населенных пунктах на территории распространения южновеликорусского наречия.

2. Есть диалекты, где исходно форма В. п. заместилась формой Р. п.: Р. п. еъ – В. п. еъ. Далее в В. п. образовалось ударное окончание -о (jejo), но родительный падеж это уже не затронуло. В результате в целом ряде говоров южнорусского наречия, расположенных на территории Тульской группы, межзональных говоров типа А и Курско-Орловской группы (северной ее части), а также в отделе А восточных среднерусских акающих говоров соотношение интересующих нас форм таково: В. п. её, в её – Р.п. у ей, у ней (ДАРЯ II, карты 65 и 67).

3. В ряде диалектов так же, как в предыдущей подсистеме, форма В. п. заместилась формой Р. п., в результате чего формы совпали: Р. п. еъ – В. п. еъ.

Однако ударного окончания -о в В. п. не получилось. При этом конечный гласный отпал только в Р. п. В итоге возникла следующая ситуация: В. п. е, в е – Р. п. у ей, у ней. Так произошло в говорах южной и центральной части КурскоОрловской группы, в оскольских говорах, в диалектах Верхнеднепровской группы, южной части Рязанской группы, северной части Смоленской группы, а также местами в диалектах, принадлежащих к межзональным говорам типа «А» южнорусского наречия. В сосуществовании с формами Р. п. у её, у неё формы у ей, у ней при исключительно возможных формах В. п. её, в её отмечаются и на большой территории восточных среднерусских акающих и окающих говоров (ДАРЯ II, карты 65 и 67).

4. Имеется довольно крупный ареал, который располагается в западной части Псковской группы и несколько заходит в соседние новгородские и гдовские говоры, где в В. п. развилась инновация под влиянием формы И. п.: здесь представлены формы В. п. он (ин, ян, ён), в он (в ин, в ян, в ён). При этом в Р. п. в разных говорах данной территории есть различные формы: в одних говорах у ей, у ней, в других – у её, у неё, в третьих – у ёй, у нёй (ДАРЯ II, карты 65 и 67).

5. В западной диалектной зоне к предыдущему ареалу примыкает и частично накладывается на него еще более крупный ареал несовпадения В. и Р. пп. Это Гдовская группа, а также южная часть Новгородской и Ладого-Тихвинской групп Диалектология. Лингвогеография с небольшим заходом в белозерско-бежецкие говоры. Для В. п. тут фиксируются формы е ю, в е ю, ею, в ею. А. А. Шахматов трактует форму ею, отмеченную им, в частности, в одной из двинских грамот (№ 7), как результат контаминации еъ и ю (Шахматов 1957: 310). Возможно, здесь допустимо также усматривать влияние со стороны существительных *а-склонения. В Р. п. по разным говорам, так же как и в предыдущем ареале, фиксируются формы у ей, у ней и/или у её, у неё, очень редко – у ёй, у нёй. Есть один населенный пункт к востоку от Пскова, где формы ею, нею отмечаются не только в В. п., но и в Р. п., то есть здесь произошло вторичное совпадение В. и Р. пп. (ДАРЯ II, карты 65 и 67).

Итак, в русских говорах по-разному сочетаются формы В. и Р. пп. местоимения 3-го лица женского рода. Существенно при этом, что диалекты, различающие в том или ином варианте В. и Р. пп., занимают достаточно большие территории. Такой ситуации нет у местоимений 3-го лица мужского и среднего рода, поэтому можно заключить, что перестройка в подсистеме Р.-В. пп. местоимения женского рода шла дольше и протекала намного сложнее, чем у местоимений мужского и среднего рода, где винительный падеж повсеместно заместился родительным.

ДАРЯ II – Диалектологический атлас русского языка (Центр европейской части СССР).

Вып. II. Морфология. М., 1989.

Зализняк 1985 – Зализняк А. А. От праславянской акцентуации к русской. М., 1985.

Зализняк 2002 – Зализняк А. А. Правило отпадения конечных гласных в русском языке // «Русское именное словоизменение» с приложением избранных работ по современному русскому языку и общему языкознанию. М., 2002.

Хабургаев 1990 – Хабургаев Г. А. Очерки исторической морфологии русского языка.

Имена. М., 1990.

Шахматов 1915 – Шахматов А. А. Очерк древнейшего периода истории русского языка.

Пг., 1915.

Шахматов 1957 – Шахматов А. А. Историческая морфология русского языка. М., 1957.

П. Е. Гриценко (Киев) Лингвогеография и сравнительно-историческое славянское языкознание 1. Существование лингвистической географии и сравнительно-исторического языкознания как двух отдельных направлений языкознания со своими объектами, задачами и приемами их решения не исключает их взаимодействия, что подчеркивают многие авторы. Однако немногим из них удавалось в своей научной деятельности практически соединять занятия в обеих областях – обобщать информацию о развитии славянских языков во времени и создавать лингвистические карты, наблюдая за развитием явлений в пространстве; к таким славистам принадлежали прежде всего С. Б. Бернштейн, З. Штибер, К. Дейна.

Возможность взаимодополняемости (для лингвогеографии ценно рассмотрение синхронного состояния диалектного языка на фоне моделей развития явлений в диахронии, а для исторического языкознания – учет пространственного рас58 Диалектология. Лингвогеография пределения континуантов исходного состояния) является самоочевидной. Однако на практике корреляция информации о временных и пространственных характеристиках элементов языковой структуры редко оказывается воплощенной;

более того, прибегая к сопоставительному анализу структур различных языков (к примеру, родственных славянских в сравнительных или историко-типологических исследованиях), лингвисты (по разным причинам) иногда ограничивают информацию сведениями, почерпнутыми исключительно или преимущественно из описаний литературных языков, не учитывая при этом различия, иногда весьма существенные, между литературным идиомом и диалектами. Если в недалеком прошлом – до подготовки атласов отдельных языков или групп родственных языков – такая ситуация могла быть объяснима, то в настоящее время – вряд ли приемлема. Когда за исходное состояние принимается моделируемый праславянский и с ним сопоставляются литературные идиомы (зачастую результат непрямого развития на базе соответствующих диалектов, осложненного внешними влияниями), вне внимания исследователей оказываются не только многие типы континуантов, но и причины, модели зависимостей, обусловивших определенное направление развития языков, диалектов.

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 81 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.