WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 38 | 39 || 41 | 42 |   ...   | 67 |

Другая субкультура, на мой взгляд, противоположная эмо – это рэперы.

Рэперы – одно из трех течений субкультуры хип-хопа. Термины «рэп» и «хип-хоп» часто употребляют как синонимы, что приводит к ошибочному пониманию и запутывает читателя. Первое обозначает музыкальный стиль, а второй относится к субкультуре в целом.

Самая открытая и большая группа в субкультуре. Никаких требований к вступлению не выдвигает. «Одевайся, как рэпер, говори как рэпер и слушай рэп!» – вот основные требования. В основном участниками данной группы являются школьники и студенты. Интересуются разными стилями рэпа и, как правило, знают историю своего стиля и биографии полюбившегося исполнителя. Участие в субкультуре – это «игра во взрослую жизнь», где молодежь конструирует некое подобие жизненных ситуаций и учится поведению в них. Представители данной субкультуры – это начитанные, высокоинтеллектуальные люди, любят конкретные вещи, но зачастую их характеризуют как грубых, а иногда и жестоких людей, не склонных к эмоциям.

Следующая субкультура, которую мы рассмотрим, – это го пник (гопота, гоп) (первичное, с XIX в., значение в уголовном жаргоне — «оборванец», затем также «грабитель») – представитель маргинальной молодежи, ведущий асоциальный образ жизни. В настоящее время гопниками называют малообразованных молодых людей из рабочих семей, зачастую склонных к совершению преступлений. Гопники обычно ведут себя нагло. Следует заметить, что те, кого называют словом «гопники» (а также «гопарье»), обычно сами себя так не называют. Самоназвание – «реальные пацаны».

Металли сты (метали сты, металхэды или металлеры) – это молодежная субкультура, вдохновленная музыкой в стиле металл, появившаяся в 1980-е гг. Металлисты – это люди, которые считают себя независимыми, сильными личностями, они самостоятельны, самоуверенны. Металлисты считаются интеллектуальными личностями.

Любая молодежная субкультура имеет определенные правила, порой «неписанные» традиции, ценности, даже взгляды на одинаковые ситуации или происшествия у нескольких субкультур могут кардинально различаться, причем каждая субкультура считает свое мнение наиболее правильным, точным и актуальным. Основное отличие конфликтов молодежных субкультур от конфликтов, происходящих в среде взрослых людей, в том, что старшее поколение умеет более терпимо и корректно относиться к постороннему мнению, или, по крайней мере, только лишь вербально реагировать на выявление каких-либо явных противоречий или различий во взглядах (полемизировать и искать компромисс). Молодежь же более темпераментно реагирует на подобные проявления «непохожести» кого-либо непосредственно на свою социальную группу и всеми силами старается это изменить, но, наталкиваясь на противостояние и нежелание противоположной стороны подчиниться, пытается, опять же благодаря юношескому эгоцентризму, решить подобную проблему физической силой. Именно из подобных ситуаций вытекают молодежные конфликты, межгрупповые выяснения отношений, определение правых, неправых, виновных и пострадавших.

Библиографический список 1. Соколов К.Б. Субкультуры, этносы и искусство: концепция социокультурной стратификации // Вестник Российского гуманитарного научного фонда. 1997. №1.

2. Салтанович И.П. Музыка как элемент возрастной субкультуры (преемственность и конфликт поколений) : автореф. дис.... канд. соц. наук.

Минск, 1994.

Н.Г. Торосян СуБкультуры и их роль в оБЩеСтве В последнее десятилетие в России возросло число субкультур и число молодежи, вовлеченной в данные субкультуры.

Некоторые субкультуры по своей идеологии весьма мирные и социально ориентированные. Другая часть субкультур носит антисоциальный характер.

Многие субкультуры по своей идеологии являются противоположными друг другу, поэтому участники данных субкультур (молодёжь) находятся в постоянных конфликтных отношениях.

Основная часть «опасных» субкультур – это националистические движения, что крайне опасно для многонациональной России. По сведениям правозащитников, число скинхедов в России около 70 тыс. чел.

Только в Санкт-Петербурге их число достигает 15 тыс. чел. (данные Антифашистского центра).

По неофициальным данным, внедрение субкультур в российское общество – это программа западных спецслужб, конечной целью которой является разобщение российского общества, что должно привести к гражданской войне.

Внедрение данных проблем стало возможным из-за «неграмотности» огромного числа молодежи по вопросам истории и политики.

По данным социологического опроса Российского независимого института социальных и независимых проблем о дружественных и враждебных России государствах, были получены следующие результаты:

13,5% молодежи считают США дружественным государством, а 13,1% считают враждебным государством Чечню, не понимая при этом, что это субъект РФ, а не отдельное государство.

По данным того же опроса о том, интересуется ли молодежь политикой, были получены следующие результаты: 13,2% молодежи интересуется политикой, 33,4% не интересуются политикой вообще, а 52% лишь изредка обсуждают политические события с родственниками или друзьями.

К сожалению, федеральные законодательные и исполнительные органы власти не уделяют должного внимания данной проблеме.

Региональные власти, более грамотно оценив серьёзность данных проблем, создают специальные комитеты по межнациональной политике, примером служит Алтайский край.

И.В. Шавырина проБлемы концептуалиЗации идеологии поликультурноСти в Современной роССии В наиболее пристальном внимании органов государственной власти, общественности, исследователей нуждается поведение молодежи в системе социального взаимодействия на предмет ее регуляции в плане преодоления нетерпимости и формирования толерантности. Целью профилактических мер в этой сфере должно стать создание единого ценностно-смыслового пространства, которое бы определило характер социального взаимодействия. Но эта цель может быть достигнута при наличии ряда условий, создание которых возможно на государственном уровне. Одним из таких условий является концептуальное осмысление поликультурности российского общества в условиях демократии, что должно стать основой складывания соответствующей идеологии.

Данная – пограничная – сфера социального взаимодействия является в этом случае не просто отдельной проблемной зоной культурного контакта, а прежде всего индикатором отсутствия в современной России единой идеологии поликультурности. Как показывает исторический опыт существования поликультурных государств, коим является и Российская Федерация, единство общества поддерживалось и поддерживается в первую очередь за счет интериоризации всеми людьми идеологии единства. В традиционном понимании подобной идеологией являлась национальная идея, которая скрепляла общество через самоидентификацию людей, принадлежащих к одной нации, а также чаще всего и к одной вере. Классическим примером подобной идеологии является уваровская триада – «Православие. Самодержавие. Народность», в которой получила концептуальное оформление идея православной монархии, объединявшей всех поданных Российской империи. Подобной логике отвечало и стремление советских идеологов интериоризировать в сознании граждан доминантность принадлежности к сообществу «советский народ» над локальными различиями (нация, религия, убеждения).

Но в условиях демократического поликультурного общества невозможно создание объединяющей идеи на основе, во-первых, игнорирования инаковости, и, во-вторых, доминирования какой-либо одной формы инаковости. Так, например, в Российской Федерации до сих пор не вошло в повседневный оборот и не стало самоидентификационной характеристикой ее граждан понятие «россиянин», так как оно является производным от этнонима большинства населения России – русский и поэтому неприемлемо для представителей других народов, проживающих на территории России, для которых назвать себя россиянином, по сути, означает назвать себя русским. Причем в Российской империи конца XVIII в. уже была подобная проблема, хотя и в гораздо меньших масштабах, но которая являлась достаточно острой для консолидации российского общества. Правительством была предпринята попытка интеграции еврейской диаспоры в российский социум через внедрение практики создания оседлых поселений евреев, которые бы занимались сельскохозяйственной деятельностью. Но эта попытка завершилась неудачей, причем не только в силу десакрализации иудаизмом определенной деятельности, но и потому, что евреи не пожелали назвать себя крестьянами, так как в реалиях того времени это означало назвать себя христианином. И именно поэтому правительством было санкционировано создание особого земледельческого сословия, к которому должны были принадлежать эти люди.

Примером идеологии поликультурного общества является американская идеология, построенная на доминировании гражданской принадлежности над всеми остальными основаниями категоризации инаковости. Причем американцем может быть человек любой национальности, вероисповедания, расы, убеждений и т.д., на том основании, что он является гражданином США. И подобная принадлежность субъективно принимается всеми, потому что понятие «американец» является производным от географического названия и обозначает правовую и статусную принадлежность человека к этой стране.

В настоящее время в России формирование толерантности осуществляется в рамках решения задач обеспечения национальной безопасности, что в определенной мере сужает эффективность подобной деятельности, сравнимо с осуществлением ее в контексте функционирования государственной идеологии поликультурного общества. Не предлагая полностью копировать американскую модель, на наш взгляд, для Российской Федерации давно назрела необходимость в создании собственной подобной идеологии, которая бы стала в условиях демократии объединяющей для людей различных национальностей, вероисповеданий, убеждений и подобного, проживающих на ее территории. Разработка такой идеологии является предметом ведения государственной власти, которой в данном случае принадлежит монопольное право на инициирование работ в этом направлении с последующим приданием ей статуса государственной.

Н.Е. Шилкина иСтория СоциологичеСкого иССледования Социального поведения молодежи в контекСте Социальной иСтории начала–Середины XX в.

На рубеже XIX–ХХ вв. агрессивность в европейском обществе, нараставшая по мере усиления скученности и в ситуации несформированности навыков конформного поведения, нашла свое отражение в идеях расово-антропологической школы, которая приписывает определенные позитивные и негативные поведенческие стандарты представителям различных рас. В США в период экономической депрессии возникает проблема агрессивного поведения молодежи, возникшая на основе изменения принятой в обществе системы взаимодействия и катализирующая эти изменения. Работы Т. Парсонса определили главную линию целой школы социальной мысли, основанной на принципе волюнтаризма, суть которого в том, что выборы между альтернативными ценностями и действиями должны быть хотя бы отчасти свободными. В СССР социальной историей была поставлена проблема формирования поведенческих стандартов человека нового типа, строителя коммунистического общества. Г.И. Челпановым было инициировано выделение социальной психологии в самостоятельную область знания, которая должна была развиваться в рамках марксизма. В.М. Бехтеревым в Петрограде 1921 г. было заявлено о необходимости изучения социального поведения в рамках так называемой коллективной рефлексологии. После окончания Гражданской войны наиболее одобряемыми в обществе были практики строителя коммунизма, сформулированные В.И. Лениным как задачи союзов молодежи.

Вторая мировая война потребовала формирования новых образцов поведения, в СССР – самопожертвования, борьбы, в США – ограничения потребления и экономии. Программой военной перестройки, определившей принципы социального поведения в СССР, явилась директива СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 29 июня 1941 г. Газеты сообщали о фактах социально одобряемого поведения: «Коммунисты из плодоовощного института им. И.В. Мичурина на партийном собрании 16 июля 1942 г.

отмечали: «Собрано в фонд обороны 6310 рублей, организованы подарки фронту…» [Алт. правда, 1942, 22 июля]. Основанием для деления человечества на «мы-группу» и «они-группу» становится не классовый, а национальный признак, который после окончания войны потерял свое значение, и деление на «мы» и «они» продолжилось уже по политическим основаниям, что позволило прекратить войну и актуализировать поведение, направленное на восстановление и содружество.

Во второй половине 40-х – 50-е гг. в СССР под влиянием военных успехов сформировалось мнение о том, что советский человек – это не просто образ, а реальность, доказавшая свое существование в действии и необходимость изучения поведенческих проявлений должна распространиться только на школьные коллективы. В Европе, напротив, социологи, социальные психологи были озадачены причинами возникновения фашизма и массово продемонстрированным во время войны несопротивлением. В США в 1950 г. Адорно вместе с Э. Френкель-Брюнсвик, Д. Левинсоном, Р. Санфордом, использовав ряд методик выявления скрытых установок, повторили вывод Э. Фромма и Хоркхаймера относительно существования в послевоенном мире фашизоидного типа личности, который характеризуется практиками, отражающими некритическое отношение к существующим порядкам, шаблонность мышления, усвоение пропагандируемых поведенческих стереотипов, ханжество, презрение к бедным, ориентацию на власть и силу. Э. Эриксон пришел к выводу о существовании того же поведенческого комплекса в Европе.

В 1951 г. выходит работа Т. Парсонса «Социальные системы», в которой представлен анализ больших социальных систем и проблема социального порядка, интеграции и равновесия.

Pages:     | 1 |   ...   | 38 | 39 || 41 | 42 |   ...   | 67 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.