WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 67 |

Современные принципы эффективного ответа на ВИЧ/СПИД требуют осуществления таких мер, которые интегрировали бы предоставление информации, профилактику и уход, а также эффективно боролись со связанными с ВИЧ рисками, уязвимостью и последствиями.

Панэпидемия ВИЧ-инфекции в России характеризуется двумя общими чертами, которые отличают ее от распространения этого заболевания в других регионах. Первая из них состоит в том, что в России в большинстве случаев заболевание вызвано внутривенным употреблением наркотиков, а вторая – в том, что темпы роста российского населения составляют отрицательную величину.

В течение длительного времени уровень ВИЧ-инфицированности в России был весьма незначительным. С 1995 г., когда были зарегистрированы первые случаи заражения в результате инъекционного употребления наркотиков, инфекция, бывшая бичом так называемых * Исследование выполнено по проекту SSRC «Научные подходы в области ВИЧ/СПИДа и общественного здравоохранения в Российской Федерации.

Вопросы местного самоуправления, гендера и сексуальности» (2008–2009 гг.).

групп риска, начинает стремительно распространяться и угрожать обществу в целом. Ситуация усугубляется распространенностью рискованного сексуального поведения в сочетании с относительно слабой информированностью о рисках заражения ВИЧ-инфекцией. Основная опасность заключается в том, что эпидемия начинает переходить из уязвимых групп на основное население, в основном посредством гетеросексуальных контактов.

По мнению экспертов, у России есть два пути, по которым может пойти эпидемия. Если принять необходимые профилактические меры, как это сделали в Европе, то эпидемия охватит группы риска и их половых партнеров. В этом случае в ближайшие 5 лет будет инфицировано 2–3 млн чел. Если же упустить инициативу, то эпидемия пойдет по африканскому типу, где преимущественный путь заражения – гетеросексуальный. В такой ситуации мы уже через 5 лет можем иметь до 7 млн ВИЧинфицированных. Подобные прогнозы еще раз подчеркивают особую актуальность такого рода исследований.

Цели исследования: анализ знаний населения России о рисках заражения ВИЧ, источниках информации и отношения к лечебнопрофилактическим программам, а также особенностей рискованного сексуального поведения. Практическая направленность исследования связана с особенностью проектирования информационных кампаний для населения.

Данные о восприятии эпидемии населением и об особенностях сексуального поведения собирались в ходе Мониторинга экономического положения и здоровья населения России (RLMS). RLMS – это национально репрезентативное исследование населения Российской Федерации. Оно проводится на основе случайной стратифицированной выборки домохозяйств и индивидуумов. Исследование осуществляется в России ежегодно, начиная с 1994 г. Различные разделы этого исследования изучают состояние здоровья, питание, образование, экономический статус, занятость, расходы и иные характеристики населения. В 2001 и 2003 гг. к основному исследованию был добавлен модуль, посвященный изучению сексуального поведения и отношения к ВИЧ/СПИДу лиц сексуально активного возраста. С помощью этого модуля опрашивались только лица в возрасте от 14 до 49 лет, принимавшие участие в основном исследовании. Данные, собранные с помощью этого модуля, характеризуют знания респондентов о риске заражения ВИЧ, источники информации и отношение к лечебнопрофилактическим программам, а также особенности сексуального поведения. В выборку 2001 и 2003 гг. вошли соответственно 5807 и 6115 чел., из которых было 45 и 46% мужчин.

Необходимо отметить, что достаточно редко в России используются данные RLMS для анализа проблем, связанных с эпидемией ВИЧинфекции.

гипотеза: осознание опасности, которую представляет СПИД, и информированность относительно того, каким образом следует себя вести, чтобы от него уберечься, приводят к изменению рискованных поведенческих стратегий.

В рамках исследования были вычислены комплексные показатели информированности населения, сопоставимые с международными стандартами в области исследований поведения групп населения, подверженных риску инфицирования ВИЧ, и исследований по мониторингу и оценке профилактических программ в области распространения ВИЧ/СПИДа:

(1) показатель знания методов профилактики ВИЧ-инфекции, (2) показатель отсутствия неверных представлений о путях передачи ВИЧ-инфекции, (3) показатель отсутствия стигматизации людей, живущих с ВИЧ.

характеристика показателей:

(1) показатель знания методов профилактики вич-инфекции позволяет оценить, насколько население в целом и отдельные целевые группы информированы о методах профилактики ВИЧ/СПИДа (в частности о том, что обязательное использование презервативов и взаимная моногамия между ВИЧ-отрицательными партнерами являются методами снижения риска заражения ВИЧ);

(2) показатель отсутствия неверных представлений о путях передачи вич-инфекции позволяет оценить, насколько население информировано о путях передачи и профилактике ВИЧ-инфекции.

Для расчета данного показателя используются ответы на три вопроса, содержащих неправильные представления о путях передачи ВИЧинфекции (бытовой путь передачи – через посуду, от матери к ребенку во время беременности или родов, от матери к ребенку через грудное молоко), и на вопрос о том, может ли быть ВИЧ-инфицированным внешне здоровый человек, т.е. осознают ли респонденты, что, вступая в сексуальный контакт со внешне здоровым партнером без использования средств защиты (презерватива), они рискуют заразиться ВИЧ-инфекцией.

(3) показатель отсутствия стигматизации людей, живущих с вич, позволяет оценить позицию населения в отношении людей, живущих с ВИЧ, в него включены вопросы, рассматриваемые в трех аспектах в зависимости от степени близости: 1) гипотетичные отношения к близким людям, если они заразятся ВИЧ-инфекцией; 2) к знакомым, друзьям, преподавателям; 3) к незнакомым людям.

результаты: в ходе RLMS задавались вопросы о знаниях людей про основные пути инфицирования ВИЧ. Результаты свидетельствуют о том, что знания о ВИЧ-рисках в основном являются правильными. Было мало отличий между двумя раундами исследования, помимо того, что процент ответов да на вопрос Можно ли предотвратить передачу ВИЧ от матери ребенку в 2003 г. оказался гораздо выше.

Был обнаружен значительный уровень стигматизации в отношении ВИЧ/СПИДа. Подавляющее большинство респондентов сказали, что будут хранить в тайне, если у члена их семьи будет диагностирован ВИЧ. Разница между ответами в 2001 и 2003 гг. оказалась весьма незначительной.

Таким образом, население не столь категорично в своих оценках, если они касаются близких родственников, и более категорично в отношении «дальних лиц», т.е. чаще всего «близкий человек» воспринимается как «объект, о котором необходимо заботиться и за которым нужно ухаживать», а «дальний» – как «источник возможного инфицирования». Вероятно, это зависит как от уровня информированности населения, так и от существующих в обществе социально-психологических установок и представлений о проблеме распространения ВИЧ-инфекции и СПИДа в обществе.

В ходе анализа выявлено, что комплексный показатель информированности населения, касающийся знаний методов профилактики ВИЧинфекции, в 2001 и 2003 гг. составляет 75%, т.е. большинство респондентов знают, что постоянное использование презервативов и взаимная моногамия являются основными способами предупреждения ВИЧ среди сексуально активных мужчин и женщин, составляющих основную массу взрослого населения.

Комплексный показатель информированности населения, касающийся отсутствия неверных представлений о путях передачи ВИЧинфекции, более выражен у респондентов, отвечавших на вопросы анкеты в 2001 г., и составляет 58%.

Необходимо отметить, что уровень стигматизации у населения в отношении людей, живущих с ВИЧ, достаточно высок (86%), только у 14% населения полностью отсутствуют негативные установки в отношении ВИЧ-позитивных людей. Различий по показателю отсутствия стигматизации в отношении людей, живущих с ВИЧ, в 2001 и 2003 гг. не выявлено. Вероятно, наличие дискриминационных отношений к лицам, живущим с ВИЧ-инфекцией (ЛЖВС), зависит от уровня информированности о ВИЧ/СПИДе, социально-демографических характеристик, а также от склонности видеть причину заражения в поведении ВИЧинфицированных.

Нами рассматривался риск сексуального поведения в выборке исследования 2003 г. и уделялось внимание тому, как сексуальное поведение связано с социальными и экономическими характеристиками индивидуумов. Мы определили потенциальный сексуальный риск как незащищенный (без презерватива) сексуальный контакт с двумя или более партнерами за 12 мес., предшествующих исследованию. Мы провели одномерный статистический анализ и сравнили пропорции лиц, сообщивших о потенциально рискованном сексуальном поведении, в различных группах, выделенных в зависимости от (а) пола; (б) возраста; (в) проживания в городской или сельской местности; (г) образовательного уровня; (д) занятости; (е) месячного дохода; (ж) стабильности работы; (з) удовлетворенности жизнью и (и) оценки своего экономического статуса, власти и влияния, а также здоровья. Для каждой переменной приводится процент имеющих потенциальный поведенческий риск. Также мы даем статистику 2 в отношении нулевой гипотезы, что распределение потенциального рискованного поведения никак не связано с принадлежностью испытуемых к какой-либо группе.

Переменные, которые были значимо связаны с наличием сексуального риска, включали: пол, возрастную группу; типологию семьи; уровень образования и квалификации; проживание в городской или сельской местности, заработок, статус занятости, стабильность работы (опасение потерять работу), оценку позиции в распределении власти и влияния, а также оптимистическую или пессимистическую оценку будущих перспектив. Значительные отличия по доле подвергающихся потенциальному риску отмечались в зависимости от пола, в большей степени рискуют мужчины, а также от возрастной группы. Сексуальный риск возрастал, с пиком в возрастной группе лиц 25–29 лет и 30– 34 лет, среди них потенциальному риску подвергались 566 чел. (45%) в возрасте 25–29 лет и 461 чел. в возрасте 30–34 лет (46%). Лица моложе 20 лет имели в 5 раз меньший риск, чем вся выборка в целом. Пропорция сексуального риска среди лиц, классифицированных как работающие, была значительно выше (38%), чем для неработающих (24%).

Для изучения образовательного уровня мы прежде всего исключили лиц моложе 20 лет, которые могут еще учиться. Среди оставшихся самый высокий уровень риска был среди лиц, классифицированных как имеющие среднее специальное и высшее образование. Для изучения зависимости потенциального сексуального риска от уровня доходов мы разделили выборку на 5 подгрупп на основании данных о доходах за последние 30 дней перед проведением опроса. Сексуальный риск возрастал с ростом уровня доходов и был существенно выше для 3 верхних позиций. В исследовании мы рассматривали респондентов в зависимости от их принадлежности к тому или иному варианту семьи.

Сексуальный риск возрастал у тех испытуемых, которые относились к «семьям без детей (муж и жена)» (48%), «семьям без детей и с другими взрослыми» (43%), «двум семьям в одном домохозяйстве без детей» (40%). Некоторые вопросы были направлены на изучение восприятия респондентами стабильности, безопасности и удовлетворенности различными аспектами жизни. Лица, которые «совсем не беспокоились по поводу риска лишиться своей сегодняшней работы», имели более высокую вероятность оказаться подверженными потенциальному сексуальному риску (43%), чем те, которые были этим сильно озабочены (34%). Среди тех, кто указал, что в следующие 12 мес. «будет жить намного лучше», гораздо большее число респондентов было подвержено потенциальному сексуальному риску (39%), чем те, кто думает, что «ничего не изменится» (29%). В отношении оценки связи показателей информированности по проблемам ВИЧ/СПИДа и наличия потенциального сексуального риска необходимо отметить, что те, кто лучше информирован в области ВИЧ/СПИДа, имеют и более высокий потенциальный сексуальный риск.

В ходе анализа была построена регрессионная модель зависимости рискованного сексуального поведения от независимых переменных – возраста, пола, образования, уровня дохода.

Таким образом, среди всех категорий населения независимо от половозрастных характеристик имеют место элементы поведения, связанные с риском инфицирования ИППП и ВИЧ: наличие случайных, коммерческих сексуальных партнеров, нерегулярное использование средств индивидуальной защиты (и недостаточное понимание необходимости их применения) при сексуальных контактах.

Население достаточно хорошо осведомлено о растущей проблеме ВИЧ/СПИДа в России. Анализ заблуждений людей относительно механизмов передачи ВИЧ-инфекции свидетельствует о том, что взрослое население недостаточно информировано о механизмах передачи ВИЧ-инфекции, что должно учитываться при планировании профилактических программ. Причем особое внимание следует уделять профилактической информационной работе среди населения, принадлежащего к возрастным группам 14–20 лет и 40–49 лет. Уровень стигматизации в отношении ВИЧ/СПИДа и ЛЖВС по-прежнему высок.

По данным нашего исследования, если эпидемия будет распространяться на общее население сексуальным путем, то средним россиянином (не потребителем инъекционных наркотиков (ПИН)), с высокой вероятностью большого количества сексуальных контактов и по этой причине подверженным наиболее значительному риску заражения ИППП и ВИЧ, окажется россиянин в возрасте от 30 до 44 лет, закончивший школу и получивший среднеспециальное образование, занятый на стабильной работе, имеющий относительно высокий доход, а также считающий себя экономически обеспеченным и защищенным, но часто неудовлетворенный своей жизнью и здоровьем.

Заключение. Результаты нашего исследования свидетельствуют о том, что существующее распространенное мнение о том, что ВИЧ/СПИД поражает исключительно маргинализированные группы населения, не вносящие значимого вклада в экономику страны, является неправильным, наоборот, лица, наиболее уязвимые в отношении заражения ВИЧ-инфекцией половым путем, могут оказаться ядром экономически активного населения. Риску заражения ВИЧ- инфекцией и иными инфекциями половым путем подвержены не только наиболее бедные и маргинализированные группы российского населения. Точно так же этот риск не связан исключительно с молодежью. Похоже, что рискованное сексуальное поведение возрастает среди лиц, которые трудоустроены и имеют высокие доходы. И оно удивительным образом увеличивается с возрастом, который сам по себе может рассматриваться как мера социальноэкономического статуса.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 67 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.