WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 31 | 32 || 34 | 35 |   ...   | 67 |

В ходе проводимого исследования было установлено, что имеется положительная коррелятивная связь (р < 0,05) между степенью интернетзависимости и количеством часов, проведенных в Интернете в неделю, т.е.

при увеличении степени интернет-зависимости количество часов, проводимых в Интернете, резко возрастает.

Основной целью использования Интернета у большинства опрошенных (45%) явилось общение, 37% – развлечение, 14% – образование и 4% – работа.

Таким образом, обобщая все результаты, полученные в ходе нашего исследования, можно сделать следующие выводы:

Примерно 70% пользователей Интернета имеют средний и высокий уровень интернет-зависимости, что выражается в каждодневном посещении большинством опрошенных глобальной сети Интернет, проведении ими в Интернете в большинстве случаев дольше запланированного времени (в среднем 10–20 часов в неделю), наличии необходимости откладывать свои дела из-за нахождения в Интернете, в частых жалобах окружающих на проведение студентом слишком большого времени в Интернете.

Для интернет-зависимых личностей характерны: «предвкушение» аддиктивной реализации, проблема контроля, низкая критика собственного состояния, нарушение социальной адаптации в реальной жизни.

Использование большинством опрошенных глобальной сети Интернет с целью общения свидетельствует о том, что интернет-зависимые личности имеют трудности в межличностном общении и пытаются их преодолеть путем замещения данного общения на виртуальное.

Своевременное выявление интернет-зависимых студентов позволит предупредить изменения психологических характеристик их личности и вовремя провести профилактическую и психокоррекционную работу в рамках практических лабораторий, функционирующих при вузах, с разработкой методических рекомендаций по профилактике интернетзависимости среди студентов.

Ю.В. Захарова Современные молодежные СуБкультуры как Звено идентиФикации В современном мире развитие мобильности принимает все более глобальные масштабы. Скорость мировых изменений, мыслительного потока, инноваций, социальных, государственных и экономических трансформаций настолько велика, что смысл этих модификаций не успевает осесть в социуме, стать чем-то материальным, создать себе основу в лице конкретного общества, личности, внедриться в чье-либо мышление, стать фактом сознания. Каждый человек в наше время живет в мире невыясненного смысла событий. Неопределенность социальных ролей, неуверенность в своем социальном статусе создает определенные трудности в формировании молодежного самоопределения [1–3].

Субкультура – часть общественной культуры, отличающаяся от преобладающей. В более узком смысле этот термин означает социальные группы людей – носителей субкультуры. От понятия «контркультура» субкультура отличается тем, что не противоречит ценностям традиционной культуры, а дополняет ее. В России в ответ на стремительное развитие индустриального общества, скоростных условий коммуникации в последнее время возникло большое число молодежных субкультур.

Они основываются на предпочтениях в сфере музыки, стиля одежды, на определенных политических взглядах и т.д. Для некоторых субкультур характерны экстремальный характер и демонстрация протеста против общества или определенных общественных явлений. Некоторые субкультуры носят замкнутый характер и стремятся к изоляции своих представителей от общества. Иногда субкультуры развиваются и входят как элементы в единую культуру общества. Развитые субкультуры имеют свои периодические издания, клубы, общественные организации.

Примеряя на себя различные роли, маски, молодые люди идентифицируют себя не только с определенным социальным статусом, героем, но и с определенной субкультурой в целом, принадлежность к которой создает возможность попробовать различные социальные статусы, которые впоследствии можно будет взять на себя во взрослой жизни.

В СССР молодежные субкультуры протестного и экстремального характера в целом были малоразвиты и имели крайне узкий круг адептов;

широкое распространение имели субкультуры активно-созидательного, романтического и альтруистического направления. Причиной этого была низкая степень изоляции групп молодежи друг от друга и от общества в целом, широкий охват общей массы молодежи множеством клубов по интересам, доступность учреждений культуры, массовое внедрение в школах официальной идеологии позитивной направленности («человек человеку друг, товарищ и брат»), официальная цензура и отсев протестного и негативного материала. В то же время косность официальной власти и идеологии приводила к возникновению протестных настроений также и в субкультурах позитивной направленности.

В современной России общественные системы, такие как семья, школа, вузы, не справляются с функцией социализации, идентификации личности в социуме. Они не успевают перестроиться под изменяющиеся модели функционирования общества, тем самым не давая молодежи чувства уверенности в своем статусе. Таким образом, молодежь тянется к себе подобным, чтобы противостоять стремительно меняющемуся миру, а также противопоставляет себя ему, чтобы не только привлечь к себе внимание, но и доказать свою состоятельность, самоутвердиться, найти свое место в социуме.

Субкультуры выполняют функции идентификационных звеньев, связывающих молодежь с миром и обществом. Однако порой идентификация проходит в русле противостояния массовой культуре, происходит отказ от индивидуализации, подчинение единым правилам поведения, нормам морали, взглядам, принятым в той или иной субкультуре, тяготение к социальной дезорганизации. Часто молодежь не в состоянии остаться в рамках субкультурных структур и переходит в контркультурные объединения, в которых еще не сформировались механизмы ценностей нравственно-духовной ориентации в человеческом мире, а счастье воспринимается как отказ от условностей и добропорядочности.

Таким образом, субкультуры диалектичны по своей природе: с одной стороны, они антагонистичны по отношению к обществу взрослых, его морали, ценностям, авторитетам, но, с другой стороны, именно они способствуют социализации подростков в этом обществе, идентификации их с ролями и статусами «взрослого мира».

Библиографический список 1. Кутьина А.А., Лукс Г.А., Матвеева А.А. Неформальные объединения молодежи на рубеже тысячелетий. Самара, 2002.

2. Шабанов Л.В. Социально-психологические характеристики молодежных субкультур: социальный протест или вынужденная маргинальность.

Томск, 2005.

3. Щепанская Т.Б. Традиции городских субкультур // Современный городской фольклор. М., 2003.

В.А. Зырянова Этимология против СкверноСловия Как известно, здоровье человека составляют физическая и нравственная стороны. В средние века люди гибли от голода, эпидемий, болели от плохой пищи. В наше время эти проблемы перестали быть глобальными. Сегодня появились эпидемии болезней, которые обусловлены не микроорганизмами, а дефектами нравственности, поэтому формирование нравственного здоровья должно стать приоритетным направлением в работе с подростками. Существует немало порочных пристрастий, которые обществом осознаются как терпимые и невредные, хотя любое из них препятствует социальной успешности человека, например, сквернословие.

Мы рассмотрели сквернословие как вредную привычку с целью показать коммуникативную несостоятельность этого пристрастия через объяснение этимологии бранных и матерных слов, популярных среди школьников четырнадцати-семнадцати лет – учащихся трех средних школ Новоалтайска (№17, 30, 9).

Основными методами исследования послужили анонимное анкетирование, наблюдение, анализ полученных данных.

Тема «сквернословие »приобретает все большую актуальность, так как в наше время грубая бранная лексика прочно вошла в обыденную речь членов российского общества, независимо от пола, возраста, занятий.

И неудивительно! До XIX в. в России «блудословие» строго порицалось и государством, и православной церковью. Нравственный идеал люди видели в святых. В конце ХХ в. влияние церкви оказалось подорванным, а нравственным идеалом подростки считают экранного сыщика, который действует и говорит почти как бандит.

В молодежной среде мат, сквернословие превратились в способ общения, в символ раскрепощенности и необходимый атрибут диалога.

Но сквернослов не может качественно передать информацию вербально – его речь засорена посторонними языковыми единицами и плохо понимается адресатом. Это вызывает у слушателя отрицательные эмоции; собеседник становится источником негатива, отторжения. Значит, сквернослов постоянно находится в зоне психологического дискомфорта, что вредит здоровью и социальной адаптации.

Все сказанное говорит о необходимости бороться с этим пороком всеми возможными способами. Один из таких способов – лингвистическое просвещение, этимологический анализ бранных и матерных слов.

В результате проведенного анкетирования и наблюдения было выделено 24 слова наиболее часто употребляемых нашими школьниками.

Они распределены в три группы: матерные, грубые-неприличные слова, относящиеся к просторечной и жаргонной лексике; литературные бранные слова.

Как показало проведенное этимологическое исследование, все перечисленные бранные слова изначально имели нейтральное значение.

Покажем это на примере слова «х...й» Знаменитое слово из трех букв, которое считается русским, оказывается имеет латинское происхождение. Триста с лишним лет назад «слово на букву «Х» было всего навсего медицинским термином, который были вынуждены ввести в обиход врачи. Дело в том, что в русском языке изначально вообще не было слов, обозначающих половые органы. Благочестивые православные россияне Средневековья вообще избегали разговоров на эту тему, так как большим грехом считались не только сексуальные связи без венца, но даже просто публичные высказывания на эту тему.

Между тем европейцы уже в те времена не слишком осуждали свободную любовь, поэтому венерических болезней у них и тогда хватало.

Во времена Петра Первого контакты России с Европой расширились. Российская знать быстро переняла европейские обычаи свободной любви, и поэтому вскоре тоже стала лечиться от венерических болезней. Для этих целей приглашали врачей-иноземцев, которые встали в тупик, когда потребовалось выписывать рецепт на лекарство. Как его выписать, если в русском языке нет названия для органа, который они лечат. Из этого затруднения врачи вышли при помощи латинского слова. Как известно, врачи всего мира и по сей день пишут рецепты на латыни. Средневековые лекари русских князей стали обозначать безымянный орган латинским местоимением «ХУИ», что в переводе означает «ЭТО». Но на этом история трехбуквенного местоимения не закончилась. Дело в том, что русские люди быстро стали относиться к новой языковой единице очень плохо. В их понимании слово, обозначающее срамные места мужского тела, само стало срамным и неприличным. Стало крайне непристойным произносить его и писать на бумаге – слово стало ТАБУИРОВАННЫМ.

Тогда бедные врачи в рецептах вместо «ХУИ» стали ставить только первую его букву. Это звучало так: «Лекарство для “ХЕР”», так как в славянской азбуке буква «ХА» читается как «ХЕР». И «ХЕР» тоже очень быстро стало осознаваться как непристойное слово. А ведь в момент создания славянской азбуки святыми братьями Кириллом и Мефодием буквица «ХЕР» имела значение «ХЕРУВИМ», т.е. ангел высшего чина.

Утратив связь со старорусским языком, мы не осознавая того, бранимся совсем не обидными по сути словами. Например, если сегодня назвать кого-нибудь «заразой», мало не покажется! А двестидвести пятьдесят лет тому назад за это слово вас бы поблагодарили – ведь означало оно «прелесть, очарование», что-то такое, что невозможно забыть. Недаром сегодня искреннее веселье мы называем «заразительным», а о явлениях, сильно удивляющих нас, говорим «поразительно».

Интересные результаты дало этимологическое исследование табуированной лексики – практически все грубые, бранные слова родились нейтральными и безобидными, несли в себе хороший, добрый смысл.

Мы надеемся, что информированность о наших результатах приведет к тому, что привычный звуковой облик популярных неприличных слов соединится в сознании сквернослова с другим значением, и это поможет им избавиться от лингвистического экстремизма.

Е.С. Ильиных СамоидентиФикация Современной молодежи в проСтранСтве СуБкультурной реальноСти Молодежная культура является феноменом, выполняющим функции по социализации и социальной адаптации молодых людей – за счет включения молодежи в так называемые peer-groups, группы равных.

В то же время в молодежных субкультурах в той или иной степени проявляются деструктивные элементы в виде паттернов девиантного поведения. Идея изучения феномена молодежных субкультур с позиции представителей современной молодежи, которые не позиционируют себя как члены субкультурных групп, представляет несомненный интерес и позволит оценить значение молодежной культуры в жизни молодого человека, изучить особенности восприятия современной субкультурной реальности.

Для изучения проблемы самоидентификации молодежи в пространстве субкультурной реальности было проведено исследование. Выборка составила 40 человек – студентов вуза Алтайского края в возрасте от 18 до 21 года. В качестве элементов анализа выступили базовые понятия – культура, субкультура, контркультура, мой образ жизни, образы реального и идеального «Я», а также названия 18 наиболее распространенных среди молодежи субкультур.

Проведя исследование, мы получили следующие результаты.

При составлении индивидуального профиля для каждой ролевой позиции в целом мы разделили их на группы, по принципу превалирование определенных характеристик:

- положительные характеристики («культура», «Я-реальное», «Я-идеальное», «Мой образ жизни») – целеустремленный, социально одобряемый, нравственный;

- отрицательные характеристики (панки, гопники, хакеры, фашизм, скинхеды, футбольные фанаты, байкеры, мажоры, рокеры, металлисты, растаманы, контркультура) – меланхоличный, враждебный, рутинный, агрессивный, эгоистичный;

- неопределенные характеристики (хиппи, эмо, гламур, рейверы, рэп, готы) содержат как положительный, так и отрицательный набор характеристик.

Уже на первом этапе исследования мы видим, что респонденты не соотносят себя ни с одним из объектов, а наоборот, происходит четкий процесс поляризации. Примечательно, что некоторые субкультуры имеют выстроенный в сознании молодежи конкретный негативный образ, тогда как позиции «Я» и «мой образ жизни», «культура» наделены широким спектром положительных характеристик, что рассматривается нами как нежелание респондентов идентифицировать себя с данными субкультурными группами.

Pages:     | 1 |   ...   | 31 | 32 || 34 | 35 |   ...   | 67 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.