WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 48 | 49 || 51 | 52 |   ...   | 62 |

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что, с одной стороны, деятельность СМИ довольно полно регламентирована международно-правовыми актами, а с другой стороны, в российском национальном законодательстве данные особенности отражены в недостаточной степени, что создает обширное поле для злоупотреблений своими полномочиями – сознательно либо неосознанно – правоохранительными органами, что, в свою очередь, может повлечь обжалование данных действий в суде общей юрисдикции, а также в Европейском суде по правам человека [6].

Таким образом, включение в статью 41 закона «О СМИ» принципа неразглашения источников журналисткой информации, при принятии данного закона в 1991 г., происходило на фоне общей тенденции изменения российского законодательства и приведения его в соответствие с существующими мировыми стандартами в области прав и свобод человека. Более того, принятая на всенародном голосовании в 1993 г.

Конституция Российской Федерации, провозгласив нашу страну демократическим правовым государством, сама взяла на себя соответствующие обязательства по реформированию всей существующей правовой системы государства. Однако, в силу фундаментальности поставленных перед государством и обществом задач, несмотря на принятие основополагающих законов, до сих пор остаются некоторые вопросы, требующие правового урегулирования в рамках всей правовой системы государства, поскольку только практика применения закона позволяет выявить его недостатки.

Задача науки же состоит еще и в решении поставленных практикой проблем. И только синтез науки и практики позволит достичь действительно эффективного правового регулирования общественных отношений в данной сфере.

В связи с этим еще раз необходимо подчеркнуть, что в отечественной теории и практике уголовного процесса в настоящее время имеют место некоторые проблемы при определении правового статуса представителей СМИ в сфере уголовного судопроизводства. Так, в частности, по сей день не выработано однозначных ответов на следующие актуальные вопросы:

1. В каком процессуальном статусе представитель СМИ может быть вовлечен в сферу уголовного судопроизводства 2. Имеются ли особенности правового статуса представителей СМИ в российском уголовном судопроизводстве (Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации не содержит никаких норм, учитывающих особенности порядка производства следственных действий в отношении СМИ, их представителей и материалов, в частности, отсутствуют нормы, регламентирующие особенности проведения обыска и выемки.) 3. Означает ли отсутствие в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации особенностей правового статуса представителя СМИ то, что к нему должен применяться общий порядок уголовного судопроизводства В то же время Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации приНаучно-теоретический журнал «Научные проблемы гуманитарных исследований» Выпуск 7 – 2010 г.

знает главенство общепризнанных норм международного права и международных договоров (часть 3 статьи 1 УПК РФ).

Более того, в законе «О СМИ» правовой статус представителей СМИ также определен довольно бегло и содержит лишь краткие нормы общего характера.

Однако, несмотря на то, что теоретически решение этой проблемной ситуации в принципе можно найти, прибегнув к комплексному взаимосвязывающему системнотолковательному анализу существующих правовых норм как российского, так и международного уровня, и учитывая, что правоприменители больше склонны опираться на Кодекс, чем искать ответы в различных нормативных актах (тем более международного уровня), полагаем, что все вопросы, касающиеся особенностей правового статуса представителей СМИ в уголовном судопроизводстве, должны быть отражены именно в УПК РФ, чтобы регулирование данных общественных отношений осуществлялось не опосредованно, а напрямую.

По нашему мнению, в целях единообразного неукоснительного эффективного соблюдения и применения Конституции РФ и международно-правовых норм, в целях снижения временных затрат при принятии решений и повышения эффективности работы конкретных правоприменителей, во избежание принятия решений, способных повлечь их обжалование и, как следствие, нерациональное расходование бюджетных средств, а также в целях выработки единого (унифицированного) алгоритма действий органов государственной власти по отношению к СМИ, их представителям и их материалам было бы более правильным, если бы УПК РФ содержал в себе систематизированные правовые предписания, касающиеся:

– правового положения (его особенностей, при наличии таковых) представителей СМИ в уголовном процессе;

– порядка и особенностей производства следственных и иных процессуальных действий в отношении СМИ, их представителей и материалов.

Полагаем, что относительно порядка производства отдельных следственных действий в отношении СМИ, их представителей и материалов необходимо установление дополнительных правовых гарантий, в частности получение разрешения прокурора, руководителя следственного органа, суда.

Принимая во внимание, что ныне действующий УПК РФ не содержит, в частности, особенностей проведения таких следственных действий, как обыск и выемка в отношении представителей СМИ, основываясь на анализе положений международного права, практики Европейского суда по правам человека, хотелось бы предложить следующие рекомендации правового регулирования производства данных следственных действий в отношении представителей СМИ.

Общий порядок производства обыска / выемки согласно статье 182 Уголовнопроцессуального кодекса Российской Федерации производится на основании постановления следователя, а если он проводится в жилище, то на основании решения суда. Исходя из этого и учитывая особенности правового статуса СМИ, отраженного в международных правовых актах и законе «О СМИ», мы предлагаем ввести в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации норму, позволяющую осуществлять обыск / выемку в личных или служебных помещениях имущества и корреспонденции журналистов, их работодателей или иных личных сведений, относящихся к их профессиональной деятельности, посредством судебного решения, вынесенного на основании предоставленных материалов, подтверждающих законНаучно-теоретический журнал «Научные проблемы гуманитарных исследований» Выпуск 7 – 2010 г.

ность и обоснованность заявленного ходатайства, а также отсутствие в указанных местах информации, которая может содержать сведения об источнике информации, опубликованной в распространяемых СМИ сообщениях и материалах.

Данное положение позволит суду еще на стадии принятия решения проверить обоснованность заявленного ходатайства о производстве обыска / выемки, а главное, в ходатайстве должна быть обоснована цель обнаружения и изъятия значимой по делу информации, содержащей существенные сведения именно о совершенном преступлении, не связанные с установлением источника информации, опубликованной в СМИ.

Предполагается, что суд при рассмотрении ходатайства должен убедиться в отсутствии связи между профессиональной деятельностью представителя СМИ и расследуемым преступлением, в связи с производством по которому следователь (дознаватель) и ходатайствует о производстве указанного следственного действия.

Указанные меры позволят укрепить авторитет РФ как демократической державы, реализующей национальное законодательство в соответствии с общепринятыми принципами и нормами международного права. Они дадут возможность в действительности оградить журналистов от необоснованного произвола властей, от незаконного вмешательства органов государственной власти в деятельность свободных и демократических СМИ, стоящих прежде всего на страже интересов общества, имеющего абсолютное право на свободный доступ к информации, в том числе касающейся и неправомерной деятельности самих органов государственной власти и их должностных лиц.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Тавокин Е. П. Журналистика в информационном обществе: лекция. М.: Изд-во РАГС, 2006. С. 5.

2. Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 г. // Международные акты по правам человека: сб. док. / сост. В. А. Карташкин, Е. А. Лукашева. 2-е изд., доп. М.: НОРМА, 2002; Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. // Там же;

Конституция Российской Федерации, принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.

Ст. 29 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

3. Резолюция Европейского парламента от 18 января 1994 г. относительно конфиденциальности источников информации журналистов и права государственных служащих раскрывать информацию // Official Journal of the European Union. – № 44 / 34; Рекомендация Комитета министров № R (2000) 7 государствам-членам Совета Европы относительно права журналистов не раскрывать свои источники информации [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс»; Федеральный закон Российской Федерации от 27.12.1991 г. № 2124-I «О средствах массовой информации» (в ред. от 24 июля 2007 года) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.- правовой системы «КонсультантПлюс»; Федеральный закон Российской Федерации от 29.04.2008 г. № 57 «О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства», п. 34, 35 ст. 6 // Ведомости СНД и ВС Российской Федерации. – 1992. – № 7. – Ст. 300.

4. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 года № 174-ФЗ (с изменениями от 23.03.2010 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.- правовой системы «КонсультантПлюс».

5. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 года № 63-ФЗ (с изменениями от 07.04.2010 г.), ст. 308 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.- правовой системы «КонсультантПлюс».

6. Кучин М. В. Прецедентное право Европейского суда по правам человека: моногр.

Екатеринбург: Изд-во УрГЮА, 2004. С. 56–73.

Научно-теоретический журнал «Научные проблемы гуманитарных исследований» Выпуск 7 – 2010 г.

СОЦИОЛОГИЯ ББК 60.ВОПРОСЫ СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ИНСТИТУТА ПАРЛАМЕНТАРИЗМА В РЕСПУБЛИКЕ ЮЖНАЯ ОСЕТИЯ (СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ) Р. И. Джуссоев, М. И. Дзайнукова QUESTIONS OF FORMATION AND DEVELOPMENT OF THE INSTITUTE OF PARLIAMENTARY IN REPUBLIC OF SOUTH OSSETIA (SOCIOLOGICAL ANALYSIS) R. I. Dzhussoev, M. I. Dzaynukova Статья посвящена актуальной проблеме парламентаризма в Республике Южная Осетия – новом государстве на постсоветском пространстве. На основе данных социологического исследования и полемики вокруг парламента авторы рассматривают вопрос о степени доверия населения республики депутатскому корпусу. Проанализировав имеющуюся информацию, они приходят к выводу о необходимости применения механизма ротации и изменения выборного законодательства.

The article is dedicated to the actual problem of parliamentary in the Republic of South Ossetia. The authors consider the question of confidence degree of the Republic’s population to the corps of Deputies on the base of sociological research. Having analyzed all the information the authors come to a conclusion of necessity to apply the mechanism of rotation and changing of the electoral legislation.

Ключевые слова:

парламент, исследование, депутаты, доверие, кандидаты, выборы, полномочия.

Kea words:

parliament, research, deputies, confidence, candidates, elections, authority.

В условиях демократии и построения гражданского общества одним из определяющих факторов является степень доверия народа парламенту страны. Об этом свидетельствуют и результаты проведенного 8–13 апреля 2010 года в Южной Осетии социологического исследования, которое выявило недвусмысленность в оценке населением республики работы парламента [1]. И хотя к методологии и объективности полученных данных возникают обоснованные претензии [2], на сегодняшний день это единственное исследование подобного рода в республике, и приходится обосновывать свои выводы и обобщения этим эмпирическим материалом.

Согласно результатам опроса «Социальный портрет Южной Осетии: гражданин и государство», проведенным Институтом новейших государств в рамках соглашения с Юго-Осетинским госуниверситетом при содействии московского Центра социологических и маркетинговых исследований SOCIUM и Киевской академии гуманитарных исследований, работу парламента РЮО положительно оценили лишь 16 % респондентов, удовлетворительно – 31 %, отрицательно – 30 %.

Для сравнения отметим, что работу президента РЮО положительно оценили 42 % опрошенных, удовлетворительно – 20 %, отрицательно – 14 %. Работу правительства оценили положительно 14 %, удовлетворительно – 30 %, отрицательно – 32 % респондентов.

Степень доверия парламенту, таким образом, составила 6,0 %.

Что касается перспектив развития государственности Южной Осетии, то с деяНаучно-теоретический журнал «Научные проблемы гуманитарных исследований» Выпуск 7 – 2010 г.

тельностью парламента ее связывают лишь 9 % избирателей.

Таковы, по мнению респондентов, результаты за неполный год работы депутатов парламента пятого созыва.

Очевидно, негативное мнение граждан формировалось на фоне создавшейся сложной социально-экономической обстановки, выражающейся в неудовлетворительных темпах восстановления республики и инициативы депутатов по созданию Комиссии парламентского расследования по итогам работы правительства РЮО за 2009 и первый квартал 2010 года [3].

Результаты опроса позволяют, на наш взгляд, поставить ряд вопросов, чрезвычайно актуальных для политической жизни Южной Осетии:

1. В состоянии ли парламент исполнить все свои функции при такой низкой электоральной поддержке 2. И какова будет степень доверия народа к принятым решениям существующего парламента Подтверждением обоснованности этих опасений может служить и полемика на страницах газеты «Южная Осетия» между высокопоставленным госслужащим, заявившим о «солидарной» ответственности парламента и правительства, и спикером парламента, а также мнение госсоветника президента РЮО об усиление президентской власти как одном из основных условий прорывного инновационного развития Южной Осетии [4].

В чем причина сложившейся ситуации, и каковы предпосылки кризиса доверия к парламенту Республики Южная Осетия Исследование выявило снижение популярности политических партий по сравнению с итогами выборов.

Ответы на вопрос о доверии общественным организациям и политическим партиям распределились следующим образом: «Единство» получило 35 %, Народная партия – 6 %, КП – 11 %, партия «Фыдыбаста» – 4 %. Около 40 % опрошенных отказали в поддержке каким-либо политическим партиям.

Примечательно, что исследование зафиксировало высокую степень гражданской активности респондентов. Так, например, 43 % из них следят за политической жизнью в республике постоянно, 35 % – скорее да, 11 % – скорее нет и 11 % – не следят.

Pages:     | 1 |   ...   | 48 | 49 || 51 | 52 |   ...   | 62 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.