WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 ||

Латышев В. В. Очерк греческих древностей. Ч.2. Богослужебные и сценические древности.

СПб., 1899.

Ленцман Я. А. Послегомеровский эпос как источник для социально-экономической истории ранней Греции /1 Вестник Древней Истории. М., 1954 № 4.

Ленцман Я. А. Рабство в микенской и гомеровской Греции. М: Изд-во АН СССР 1963.

Туманс Х. Рождение Афины. Афинский путь к демократии: от Гомера до Перикла. — СПб:

Изд-во С.-Петерб. Ун-та, 2002.

Фролов Э. Д. Парадоксы истории — парадоксы античности. СП6: Изд-во с. Петерб. Ун-та, 2004.

Фролов Э. Д. Рождение греческого полиса. Л: Изд-во Л. Ун-та, 1988.

Фролов Э. Д. Торговля и торговец в античном мире // Доклады Круглого стола Российской Ассоциации антиковедов. М: Просвещение, 1997.

Шишова И. А. Раннее законодательство и становление рабства в античной Греции. — Л:

Изд-во Л. Ун-та, 1991.

Яйленко В. П. Архаическая Греция и Ближний Восток. М: Наука, 1990.

Liddell H. G., Scott R. Greek-English Lexicon. Охford Clarendon Press, 1996.

Musaios [Электронный ресурс]: база данных содержит тексты эллинских источников в оригинале – Электрон. дан. – Los Angeles, California USA, 1992.

К сожалению, данный шрифт не позволяет использовать эллинское написание со всеми необходимыми ударениями и предыханиями, остаётся единственный выход – использовать транслитерацию.

Международная научная конференция «Ломоносов–2009» Аллология по-хеттски: Сирия сквозь призму взгляда Хаттусили I Шелестин Владимир Юрьевич Студент Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова, Москва, Россия E-mail: vladimir-shelestin@yandex.ru Под географическим открытием обычно понимается первое исторически доказанное посещение представителями народов, знающих письмо, географических объектов необитаемых или населённых ещё бесписьменным населением.

Применительно к Древнехеттскому царству главным первооткрывателем таких объектов считается Лабарна I, который, согласно §3 «Указа Телепину», расширил границы страны до морей. Хаттусили I, гораздо более прославленный воитель, нежели его предшественник, проводил большую часть своих походов в Северной Сирии, где уже за тысячу лет до него существовала высокоразвитая цивилизация, сохранившая историческую преемственность с его временем. Впрочем, и в этом направлении завоевательной политики древнехеттских царей многими исследователями приоритет отдаётся Лабарне I, Питхане или Тудхалии I. Однако ряд исследователей подчёркивает роль именно Хаттусили I в стремлении выйти из анатолийских пределов в верхнемесопотамский регион, учитывая неопределённость указаний «Указа Телепину» на то, какие моря делали границами различные цари Древнего Царства. Во всяком случае, Хаттусили I был тем древнехеттским царём, который впервые столкнулся в Сирии с царством Ямхад. Эти три события – выход к Средиземному морю, переход Тавра и столкновение с царством Ямхад и его вассалами – должны были дать толчок коренному перевороту в мировоззрении молодого народа. В частности, начиная с Хаттусили I, параллельно началу экспансии хеттского государства, в Анатолии пробивают себе дорогу новые концепции царственности, отличные от местной и чуждые ей, ориентируясь на месопотамскую традицию героев Аккада, что ознаменовало начало новой эпохи в отношениях хеттов с окружающим их миром.

В каком же свете видел эти отношения основоположник этого прорыва Хаттусили I Мы можем попробовать проследить его видение оппозиции «я, мы – они» на материале текстов, отражающих его взгляды – «Мужественных деяний Хаттусили (I)» (СТН 4), «Указа Хаттусили I» (СТН 5), «Политического Завещания Хаттусили I» (СТН 6), «Осады Уршу» (СТН 7), «Фрагментов, относящиеся к Сирийским походам Хаттусили I» (CTH 14, имея в виду версии 1-3), «Текста о походе на Хассуву с упоминанием Цукраси алеппского» (СТН 15) и письма Хаттусили I Тунии тикунанскому (СТН 187).

Прежде чем говорить о видении Хаттусили I новооткрытых пространств, следует определить основные элементы его анатолийской картины мира. Определяющим фактором стабильности анатолийского мира является следование воле и слову царя. Эта покорность царской воле обязательна для всех составляющих анатолийского мира, и особенно важна на высших ступенях его иерархии. Пренебрежение царским словом может привести к катастрофическим последствиям. Почитание царской воли неразрывно связано с любовью к Хатти. Конкурирующие с царскими слова рассматриваются как враждебные, или, по крайней мере, просто не допускаются, даже если угроза не очевидна вне рамок данной картины мира. Слово царя может аккумулироваться в его имени, унижение которого также недопустимо. Хотя «слово царя» и «слово отца» в текстах нередко смешивается, ясно, что превыше «слово царя», и это подтверждается меньшей суровостью наказания за пренебрежение словом отца:.

Слово, и его квинтэссенция – имя – имеет большое значение в этой картине мира.

Взаимосвязь страны и царя носит очень тесный характер. Разумеется, царь может быть лишь один. Важным фактором стабильности анатолийского мира также является принцип возмещения. Вместе с тем, воздаяние злом за зло не практикуется. Наказание Секция «История». Подсекция «История древних цивилизаций» может определяться по принципу равноценного противодействия. Претворение в жизнь этого принципа может являться причиной походов, традиционно понимаемых как набеги за добычей, тогда как в действительности такая практика была чужда Хаттусили, лишь возвращавшему своё имущество. При определении царём наказания учитываются лишь действия, направленные против царя. При наказании важную роль играет сопротивление или непротивление наказуемого. Сам царь никогда не ставил целью своих походов захват добычи такого рода, а если он и происходил, то исключительно в целях сохранения полезного имущества уничтожаемого города. От врага ожидается максимально возможное в этом мире зло. Отношение врага к существующему миропорядку несколько противоречивое. Сам враг формально не претендует на изменение анатолийской картины мира Хаттусили, действуя строго в её рамках: как и сам царь, ценит «слово отца» меньше «слова царя», творит необходимое для гармонии мира зло, не забывая о необходимости приверженности ритуальному добру, ставит под сомнение лишь действия, но не положение царя, и более всего боится изменения этой картины мира. Впрочем, именно от врага исходит опасность появления Другого – самое страшное для устоев анатолийского мира: «Она придёт, город Хаттусу// сделает другим (tamiuman), так что крови [..» (СТН 5 4-5).

Вместе с тем, после знакомства с новым миром, зло может показаться привнесённым элементом в старом мире. Между мирами существует барьер – горы Тавра, которые никак не засвидетельствованы в нашем корпусе. Что же было нового в новом мире Здесь также действует тот же царь, который так же сражается со своими врагами.

Здесь так же необходимо хранить слово царя. Впрочем, иногда авторство слова можно и не уточнять, ведь главное – чтобы слово было лишь одно, единственно верное: «Царь разгневался. Так сказал царь: “Придерживайтесь одного слова!”» (СТН 7 ОС 33). Как и в Анатолии, тесна связь «моё слово – моя страна», но понятие «моя страна» включает теперь и страны сирийского мира: «Тикунан – мой город, и ты –// мой слуга, и твоя страна – моя страна» (СТН 187 ЛС 6-7). Царь вволю распоряжается странами нового мира. Так же применим принцип воздаяния, особенно в плоскости добра. Вместе с тем, здесь царь творит разрушения и разорения не меньшие, чем в анатолийском мире, однако не приводит мотивации своих действий, типологически близких прежним наказаниям. Даже не вполне ясно, насколько побочным результатом таких действий является наполнение царского дома чужеземным добром. Так, судя по тому, что описание имущества Хаххи, доставленного в Хатти, занимает десяток строк (СТН 4 I ОС 6-15), при том, что вся вина этого города перед царём могла заключаться лишь в необходимости трижды сразиться у его ворот для покорения города (СТН 4 I ОС 5).

Впрочем, ценное имущество царь может получать в новом мире, обходясь и без разрушений. Следует пояснить, что если к новой картине мира Хаттусили и применимо стремление получения добычи, то эта добыча по-прежнему никоим образом не связана со скотом, который царь не считал достойным походов и в Анатолии. Вместе с тем, давние обитатели сирийского мира, будучи в большинстве полукочевниками, или ведя происхождение от таковых, рассматривали скот как ценность, которой Хаттусили здесь готов поступиться ради союзников совершенно.

Сам же царь больше подчёркивает свою звериную ипостась царя-дьва. Именно в этой своей ипостаси царь одерживает победы по-звериному. В новом мире Хаттусили стремится превзойти остальных по жестокости и гордится, когда ему это удаётся. Это преображение охватывает все слои хеттского присутствия за границей. Но «озверение» царя должно относиться к периоду лишь его первого соприкосновения с новым миром.

После его освоения уже царь-человек обращает в зверей исконных обитателей сирийского мира. Царь, поборов Чужое, сам надевает его маску. В новом мире Хаттусили больше не действует в одиночку.

Международная научная конференция «Ломоносов–2009» Наконец, неотъемлемой частью картины Их мира Хаттусили является враг. Это может быть как старый анатолийский враг в новом контексте, так и новый, совсем Чужой враг. Путём «озверения» царь пытается освоить и его, но это получается не всегда успешно. Умирает враг как человек, но от этого его Чуждость уменьшается не намного. Теперь враг может сделать даже собственную страну Хаттусили Другой (tameuman) – самое страшное для прежней картины мира, но в большем масштабе.

Самое опасное свойство врага – его вездесущесть, первоначально недоступная Хаттусили и его людям. Но враг повторяет разрушительные действия «озверевшего» царя, начинает вражду первым, и становится понятным, после чего с ним уже можно справиться. Довершают картину междоусобные распри в стане врага, аналогичные междоусобицам Анатолии.

К вопросу о влиянии христианства на религиозную политику императора Юлиана Отступника Шенцов Максим ЕвгеньевичСтудент Белгородский государственный университет, Белгород, Россия E-mail: cherednichenko@bsu.edu.ru На сегодняшний день проблеме политической и религиозной деятельности римского императора Флавия Клавдия Юлиана (Юлиана Отступника) посвящено множество исследований. Однако до сих пор ряд аспектов истории правления императора Юлиана остаются недостаточно исследованными. Так, большинство историков считает, что Юлиан пытался возродить исчезающее, пребывающее в предсмертной агонии римское и эллинское язычество. Однако сегодня становится очевидным, что настоящей целью Юлиана было не только восстановить, но и во многом обновить классические идеалы эллинизма. В недрах философских школ скрывалось творчество сильных религиозных индивидуальностей. Этому Юлиан хотел придать образ официальной религиозности и сделать основой государственной идеологии. В качестве фундамента для построения новой теологической системы, способной заменить христианство, император использовал стройное и развитое учение сирийского неоплатоника Ямвлиха. Однако, по всей видимости, император прекрасно понимал, что, кроме интеллектуальной элиты, новая религиозно-философская система должна удовлетворять духовные запросы и простого населения Империи, переживавшей глубокий кризис. Исходя из поставленной задачи, Юлиан попытался синтезировать сирийский неоплатонизм с иным элементом, создавая своеобразный языческий монотеизм. По мнению А.Б. Рановича, М.Э. Поснова, будущей идеологии, якобы способной вновь сплотить римское общество, император пытался придать дисциплину и многие нравственные понятия, заимствованные у «презренных галилеян». Кроме того, Юлиан всячески требовал от них нравственного непорочного поведения, запрещает им посещение театров питейных заведений. Таким образом, с точки зрения М.Э. Поснова, реставрируемое Юлианом язычество было копией христианства (Поснов, 1991, с. 275;

Ранович, 1990, с. 396).

Однако, по мнению Ф. Кюмона, Э.Р. Доддса, практически все выше приведенные черты были присущи не только религии Нового Завета (Доддс, 2003; Кюмон, 2000).

Многие этические предписания, якобы заимствованные Юлианом из христианства и Автор выражает признательность доценту кафедры теологии БелГУ, к.филос.н. Чередниченко А.Г. за помощь в подготовке тезисов.

Секция «История». Подсекция «История древних цивилизаций» навязываемые языческому жречеству, присутствовали в ряде более древних религиозных и философских систем Римской империи и эллинистического мира. К тому же известно, что, помимо посвящения в Элевсинские мистерии, Юлиан в 355 году принял митраистское посвящение. Таким образом, вопрос об источнике нравственных положений, возложенных Юлианом на жречество, остается недостаточно исследованным. Цель же данной работы – ответить на вопрос, имело ли место христианское влияние на религиозную политику императора Юлиана в этическом и идеологическом аспекте.

Для начала необходимо отметить, что между обеими религиями в период их напряженного противостояния присутствовало много общих черт. Как христианство, так и митраизм, пришли в Римскую империю с Востока. В противоположность философским учениям, предназначенным лишь для элиты, проповедь обеих религий была обращена к народу и имела множество последователей среди простого населения.

Митраизм предписывал своим адептам придерживаться строгой морали. Как простые верующие, так и жречество, обязаны были вести высоко нравственную и аскетическую жизнь. В обрядовой практике также присутствовал ряд общих черт. Подобно христианам, митраисты освящали воскресный день и праздновали рождение Непобедимого Солнца (Sol Invictius) 25 декабря. В митраистских общинах было распространено водное крещение, совершение причастия ради спасения тела и души.

Верующим было предписано совершать ежедневные трехкратные молитвы в честь Солнца, с которым был отождествлен иранский Митра (изначально, в индоиранской традиции, Михр – бог соблюдения общинного договора, хранитель общины, защитник правды). Подобно пению псалмов во время христианской литургии или пению яштов во время зороастрийской Ясны, при совершении митраистских мистерий исполнялись гимны и молитвы, обращенные к Непобедимому Солнцу. К посвящению в низшие ранги допускались даже дети (Кюмон, 2000, с. 203). На сходство обрядовой жизни в христианстве и митраизме особое внимание обращают христианские апологеты первых веков, объясняя подобное явление дьявольскими кознями.

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.