WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 64 | 65 || 67 | 68 |   ...   | 85 |

Активность нейронов центрального и базального ядер миндалины регистрировали в группах активных и пассивных кроликов при предъявлении эмоционально-значимых раздражителей. При статистической обработке импульсации нейронов миндалины строили гистограммы кросскорреляции. Обнаружены межгрупповые различия во взаимодействии близлежащих нейронов миндалины. У пассивных животных по сравнению с активными наблюдалось больше возбудительных и меньше тормозных межнейронных связей с латентностью от 50 до 150 мс, взаимодействие нейронов реже осуществлялось на частотах дельта1- и тета2-диапазонов. У пассивных кроликов обнаружена асимметрия в межполушарном взаимодействии нейронов с правосторонним доминированием, которая отсутствовала у активных животных. Особенности взаимодействия нейронов миндалины у активных кроликов были сходны с обнаруженными ранее у животных при действии анксиолитика афобазола, оказывающего модулирующее действие на ГАМКбензодиазепиновые рецепторные комплексы. Полученные данные свидетельствуют, что миндалина участвует в выборе пассивной или активной стратегии поведения. При этом у пассивных животных наблюдается более высокий уровень активации миндалины по сравнению с активными кроликами, что, возможно, связано с различиями в функционировании ГАМКергической системы данной структуры.

Влияние интраназального введения 5-НТ-модулина на поведение белых крыс Сергеева Наталья Игоревна (Москва, irey@rambler.ru) Патологические изменения в функционировании и взаимосвязи серотонинергической и дофаминергической систем лежат в основе развития нервно-психических заболеваний, в том числе депрессии и тревожных расстройств. Недавно открытым анксиогеном является 5-гидрокситриптамин-модулин (5-НТ-модулин) – эндогенный тетрапептид (Leu-Ser-AlaLeu), аллостерический модулятор активности 5-НТ1В типа рецепторов серотонина.

Ранее нами были проведены поведенческие исследования прямого парентерального введения 5-НТ-модулина, где он вызывал статистически значимый отставленный дозозависимый анксиогенный и продепрессивный эффект. Однако огромный интерес представляет изучение биохимических и поведенческих эффектов 5-НТ-модулина также при интраназальном способе введения. Поэтому целью данной работы являлось изучение поведенческих эффектов 5-НТ-модулина при интраназальном введении, а также изучение биохимических изменений в стриатуме крыс, вызванных однократным интраназальным введение 5-НТ-модулина.

Интраназальное введение экспериментальным животным 5-НТ-модулина в дозе 100 мкг/крысу за 30 мин до опыта приводило к выраженным и достоверным анксиолитическим изменениям в поведении животных. В приподнятом крестообразном лабиринте статистически значимо увеличивалось количество выходов на открытые лучи лабиринта и время, проведенное на открытых лучах (p<0,05 по критерию Манна-Уитни).

Также статистически значимым является уменьшение времени замирания (p<0,05 по критерию Фишера). Уменьшалось время замирания в тесте Порсольта одновременно с увеличением времени активного плавания.

Наблюдаемый анксиолитический и антидепрессивный эффект однократного интраназального введения 5-НТ-модулина не только сохранялся, но и усиливался спустя 24 часа после введения. В биохимическом плане при интраназальном введении 100 мкг 5-НТ-модулина увеличивались уровни ДА и ГВК, соотношение ГВК/ДА; изменения в серотонинергической системе были незначительными – только уровень 5-ОИУК был достоверно повышен по сравнению с контролем. В биохимическом плане изменения, которые были обнаружены через 30 минут после интраназального введения 100 мкг 5-НТ-модулина, через 24 часа усиливались: достоверным являлось увеличение уровня ДА, ДОФУК, снижение уровня ГВК и ГВК/ДА. В то же время появились достоверные изменения в серотонинергической системе: повысился уровень метаболита серотонина – 5-ОИУК – и соотношение 5-ОИУК/5-ОТ. Повышение уровня дофамина в данном случае может служить объяснением сохраняющегося и через 24 часа после введения анксиолитического эффекта.

Интраназальное введение 5-НТ-модулина в дозе 100 мкг/крысу сопровождается анксиолитическими и антидепрессивными изменениями в поведении животных, не только сохраняющимися, но и усиливающимися через сутки после введения препарата. Полученные данные могут быть использованы для разработки новых методов лечения состояний, связанных с повышенной тревожностью.

Влияние стресса на долговременную потенциацию в префронтальной коре крыс при стимуляции гиппокампа и миндалины Серкова Вера Владимировна (Москва, dulsin@mail.ru) Со времен открытия феномена долговременной потенциации (ДВП) многих исследователей волнует вопрос о ее связи с поведением. В настоящее время единого мнения на этот счет нет. Согласно большинству исследований, стресс полностью или значительно подавляет способность к выработке долговременной потенциации. Однако в большинстве таких исследований в качестве модели стресса используется популярная схема «acute stress», в которой перед выработкой ДВП животное помещают на приподнятую освещенную платформу. Стоит отметить, что использование такой модели является достаточно слабым стрессорным воздействием, которое ставит вопрос о причине невозможности получения ДВП.

Цель настоящей работы состоит в исследовании способности к выработке ДВП после сильного стрессорного воздействия, и оценке его влияния на фокальные вызванные потенциалы (ФВП), регистрируемые в префронтальной коре крыс при стимуляции миндалины и гиппокампа. В работе использовали 4 самцов крыс линии Вистар, которым предварительно была проведена операция по вживлению регистрирующих электродов в префронтальную кору каждого полушария и стимулирующих электродов в вентральный гиппокамп и базолатеральное ядро миндалины. В качестве стрессорного воздействия использовали стандартную схему удара электрическим током, известную также как «footshok» схема. Для регистрации ФВП использовали импульсы длительностью 200 мкс надпороговой величины (80–250 мкА), которые подавали пачками по 10 импульсов (частота импульсов в паче 0,1 Гц) раз в 5 минут в течение часа до и после стрессорного воздействия (длительность тока 30–60 с, амплитуда 0,5–10 мВ). Стимуляцию минда-лины и гиппокампа проводили поочередно. Для выработки ДВП использовали 1–2 серии высокочастотных импульсов (50 шт.) длительностью 200 мкс, с частотой 250 Гц.

Предварительно все животные были проверены на возможность выработки ДВП без стрессорного воздействия. Потенциация успешно вырабатывалась у всех животных, как при стимуляции гиппокампа, так и при стимуляции миндалины (50–300% прирост по амплитуде ФВП) и носила долговременный характер (от одного часа до полутора недель). Воздействие стресса приводило к длительному замиранию (до 15 мин) и большому числу дефекаций (6–9), однако, ДВП (те же 50–300% прироста амплитуды ФВП) удалось получить у всех животных при стимуляции и гиппокампа и миндалины. Основное воздействие стресса выразилось в депрессии амплитуды ФВП (до 50%), регистрируемых при стимуляции гиппокампа у 2 животных, в то время как депрессия амплитуды ФВП при стимуляции миндалины обнаружена у одной крысы. Увеличения амплитуды ФВП после удара электрическим током не обнаружено ни у одного животного.

Таким образом, согласно полученным данным, стресс приводит к депрессии ФВП, регистрируемых, как при стимуляции гиппокампа, так и при стимуляции миндалины, однако не влияет на способность выработки ДВП.

Кооперативная деятельность нейронов сенсомоторной области коры и дорзального ядра стриатума при «импульсивном» и «самоконтролируемом» поведении кошек Сидорина Виктория Вячеславовна (Москва, vikywa85@mail.ru) Тенденция выбирать более ценное, но отставленное во времени подкрепление в психологической литературе называют проявлением «самоконтроля» в отличие от предпочтения короткоотставленного, но малоценного, которое определяют как «импульсивность». Литературные данные указывают на связь хвостатого ядра, его дорзальной и вентральной областей, с моторным поведением. Ключевым различием является то, что нейроны дорзального стриатума контролируют выбор соответствующего целенаправленного поведения в ответ на предсказуемые во времени стимулы, в то время как роль вентральной части стриатума (прилежащее ядро) сфокусирована на подкреплении и мотивации.

В данной работе анализировали организацию взаимодействий между нейронами сенсомоторной коры и дорзальной частью хвостатого ядра в условиях уже выработанной модели поведения «активного выбора» разного по ценности пищевого подкрепления у кошек. Получены данные по четырем животным с различными типами поведения:

«импульсивным», «амбивалентным» и с выраженной способностью к «самоконтролю». Всем животным в операциях были вживлены пучки нихромовых полумикроэлектродов в область сенсомоторной коры и соответствующей проекции дорзальной части хвостатого ядра с целью многодневной регистрации мультиклеточной активности в условиях хронического эксперимента.

Анализ результатов показал, что число возбудительных связей в сенсомоторной коре у животных наиболее способных к выполнению длиннолатентных реакций с целью получения высокоценного пищевого подкрепления (способность к «самоконтролю») достоверно больше, чем у «амбивалентных» и «импульсивных». Число межнейронных взаимодействий в хвостатом ядре с ростом «импульсивности» имеет тенденцию к увеличению, так, этот показатель у «импульсивного» животного достоверно больше, чем у «самоконтролирующих». Число межнейронных взаимодействий между клетками сенсомоторной коры и хвостатым ядром было наибольшим у животного «импульсивного» типа. Результаты предполагают различную межнейронную организацию локальных сетей сенсомоторной коры и дорзального стриатума, а также распределенных корково-стриарных нейронных сетей у импульсивных и способных к «самоконтролю» животных.

Работа поддержана грантом РФФИ проект №09-04-01012.

Половые различия в вызванной активности зрительной коры головного мозга человека при разгруппировании изображений Славуцкая Анна Витальевна (Москва, slavanna@yandex.ru) Данные о топографии и временных характеристиках обработки информации о целых изображениях и составляющих их деталей разного уровня сложности важны для понимания последовательности операций зрительного опознания. С учётом данных о половых различиях функции зрительного опознания мы провели сравнительный анализ чувствительности зрительной коры к разгруппированию изображения у мужчин и женщин.

В исследовании приняли участие 32 испытуемых (20 мужчин и 12 женщин в возрасте от 22 до 25 лет) с нормальным зрением. Стимулами были чёрно-белые контурные изображения объектов окружающей среды, целые и разгруппированные (4 уровня разгруппирования на детали различной сложности от простых многоугольников до набора углов и отрезков линий). Регистрировали ВП зрительных областей. Разгруппирование изображения на более простые элементы по-разному влияло на амплитуду волн ВП у мужчин и женщин. Наиболее чёткие гендерные различия обнаружены для ранней позитивной волны Р1 (100 мс после стимула). У мужчин при разгруппировании изображения амплитуда волны Р1 достоверно нарастала. При этом в симметричных затылочных и левой теменной областях она прогрессивно увеличивалась при упрощении наблюдаемых элементов, и была максимальна на углы и отрезки линий, и преимущественно реагировала на смещение деталей в правой теменной области. У женщин чувствительность к разгруппированию обнаружена только на более поздних этапах анализа: амплитуда негативной волны N1 (160-180 мс после стимула) в ВП правой нижневисочной области снижалась на более простые элементы формы по сравнению с целым изображением.

Изменения амплитуды Р3 в ответ на разгруппирование не обнаружили четкой зависимости от пола испытуемых.

Нам было интересно оценить наличие линейной и монотонной зависимости между записями участков ВП, зарегистрированных в различных отведениях в одни и те же моменты времени. Анализ электрических потенциалов во временном интервале от 50 до 250 мс после подачи стимула показал, что переход от целого изображения к простым деталям сопровождается уменьшением связанности процессов как внутри зрительной коры (между затылочными и височными областями), так и между зрительными областями и лобной корой, участвующей в зрительном восприятии как управляющая и «облегчающая» структура. Эти изменения были отчётливы в группе мужчин и не наблюдались у женщин.

Эти результаты, а также данные о более ранней чувствительности зрительной коры мужчин к замене целого образа на составляющие его детали и более поздние реакции на разгруппирование у женщин позволяют предполагать существование гендерных различий в стратегии переработки информации о глобальных и локальных признаках изображения.

В основе этого явления, вероятно, лежат различия в степени корковой специализации анализа разноуровневой информации о зрительном образе у мужчин и женщин.

Работа поддержана Грантом РФФИ № 08-04-01382 и программой ОБН.

Аудиогенная постиктальная каталепсия крыс линии КМ как модель кататонии Сурина Наталья Михайловна (Москва, Opera_ghost@inbox.ru) Каталепсия – тоническая обездвиженность с пластическим тонусом мускулатуры и арефлексией. Она может сопутствовать эпилепсии, паркинсонизму, синдрому Туретта, кататоническим формам шизофрении и депрессии. К наиболее употребительным способам провокации каталепсии в эксперименте относятся фармакологические, однако при этом возникают сложности в интерпретации результатов, связанные с побочными эффектами препаратов. В качестве альтернативной модели каталепсии предлагается каталептическое замирание после развернутого аудиогенного судорожного припадка (АП) у крыс линии КМ.

Аудиогенная постиктальная каталепсия (АПК) крыс линии КМ характеризуется отчётливой восковой гибкостью и большим числом поз, которые эти животные способны поддерживать.

Pages:     | 1 |   ...   | 64 | 65 || 67 | 68 |   ...   | 85 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.