WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 50 | 51 || 53 | 54 |   ...   | 63 |

они в любом случае не ждали от родителей ничего лучшего. Высказывание Луизы: “Ребенок не страдает, он принимает вещи такими, какие они есть” — может означать, что если ребенок способен, как она, назвать отношения с ма терью своими именами, он не страдает в главном — не ощущает угрозу жиз ненным ценностям. Но у молодых женщин с субъективным конфликтом отвер жение прикрывалось идеализированными ожиданиями (которые в основном подпитывались неискренностью родителей перед ними в детстве), и, следова тельно, они не могли приспособиться к нему в реальности5.

На основании этих наблюдений можно разделить родительское отношение на три типа. Первый: родитель открыто отвергает ребенка, и это отвержение при знается обеими сторонами. Второй: родитель отвергает ребенка, но маскирует отвержение фальшивой любовью. Третий: родитель любит ребенка и ведет себя с ним соответственно. Данные исследования подтверждают, что именно второй тип отношений предрасполагает к невротической тревоге6.

Обсуждаемая нами проблема столь важна, что я хотел бы привести некоторые аналогичные находки, сделанные в исследовании Анны Харток Шахтель. Опи сывая одну девочку, мать которой отвергала ее, но притворялась любящей и ревновала к любимой бабушке девочки, миссис Шахтель утверждает: “Этот ре бенок окружен фальшью: ей приходится избегать встречи с реальной ситуаци ей отсутствия любви; она живет мечтами и вынуждена основывать свои увле чения, страхи, ожидания и желания на этом шатком фундаменте”. Этот ребенок очень напоминает описанных нами женщин из первой группы. Мис сис Шахтель рассказывает еще об одной девочке, росшей без отца, которую дома часто били и говорили, что она причиняет одни неудобства. “Отсутствие любви для нее было фактом, но это никоим образом не уменьшает ее соб ственную способность любить”. Она была независимой, довольно упорной, аг рессивной, настроенной на сотрудничество и надежной девочкой, которая “не преуменьшала и не приукрашивала бесчеловечное и враждебное обращение с ней”. Эта девочка кажется мне очень похожей на Бесси. Как и Бесси, она обре ла любовь друзей, братьев и сестер, несмотря на родительское неприятие.

Миссис Шахтель подчеркивает, что “для ребенка быть нелюбимым лучше, чем пользоваться псевдолюбовью”. Находки, сделанные в нашем исследовании, до казывают правильность этого утверждения с точки зрения предрасположенно сти к тревоге7.

Можно ли охарактеризовать тревогу вообще как явление, которое мы обнару жили в отношениях молодых женщин с родителями, — как субъективную де зориентацию, проистекающую из глобального противоречия между ожидани ями и реальностью Является ли она фундаментальной дезориентацией, Обзор материалов исследования клинических случаев неспособностью ориентироваться в мире, невозможностью видеть его та ким, каков он есть на самом деле Эти вопросы выводят нас далеко за пределы настоящей дискуссии. Но я могу дать на них правдоподобный ответ, имеющий как психологический, так и фи лософский аспекты. Дональд МакКиннон предложил описание тревоги, кото рое созвучно вышеприведенной гипотезе, несмотря на некоторые топологи ческие детали, остающиеся под вопросом:

“Человек, мучимый тревогой, одновременно видит все вещи и луч ше, и хуже, чем они есть на самом деле... Позитивные иллюзии иска жают соответствующий им уровень реальности в соответствии с его ожиданиями, а негативные иллюзии вносят искажения в соответ ствии с его страхами... Это означает, что психологически у индиви дуума почва уходит из под ног, поскольку его реальному жизненно му пространству недостает когнитивной структуры в силу того, что в нем одновременно сосуществуют противоречивые смыслы возмож ного успеха и возможного поражения”8.

НЕВРОТИЧЕСКАЯ ТРЕВОГА И СРЕДНИЙ КЛАСС И последний вопрос возникает в связи с тем, что все молодые женщины из первой группы — то есть с невротической тревогой — принадлежали к сред нему классу, а девушки из второй группы, которые подвергались отвержению, но переносили его без невротической тревоги, были из рабочего класса. Дей ствительно, выраженная невротическая тревога не проявляется ни у одной из четырех исследованных девушек из рабочего класса — Бесси, Луизы, Сары и Долорес. Отметим, что описанный миссис Шахтель ребенок, который принимал отвержение как реальный факт, тоже принадлежал к рабочему классу.

Это ставит нас перед важной проблемой: является ли в нашей культуре проти воречие между ожиданиями и реальностью, предрасполагающее к невротичес кой тревоге, особой характеристикой среднего класса и не преобладает ли не вротическая тревога именно в среднем классе. Классическая гипотеза об отвержении и предрасположенности к невротической тревоге основывается на клинической и психоаналитической работе с членами преимущественно среднего класса. Она справедлива для пациентов Фрейда и для пациентов по чти всех психоаналитиков, занимающихся частной практикой. Похоже, что ги потеза распространяется именно на средний класс, но не на другие классы.

294 Смысл тревоги Заявление, что в нашей культуре невротическая тревога присуща в основном представителям среднего класса, подтверждается множеством априорных до водов и некоторыми эмпирическими данными. Именно в среднем классе осо бенно бросается в глаза разрыв между реальностью и ожиданиями как в пси хологическом, так и в экономическом смысле. Карл Маркс писал, что рабочий класс не ждет ничего, кроме революции. Раньше (в главе 4) было показано, что соревновательная мотивация, непосредственно связанная с тревогой, при суща главным образом среднему классу. В нашем исследовании у женщин из рабочего класса проявлялось гораздо меньше соревновательных амбиций, чем у женщин из среднего класса. Сара выработала интересную позицию, в соот ветствии с которой ее амбиции не были соревновательными: “Я стараюсь быть не на вершине и не на дне, а где то в середине”. Фашизм — выраженный культурный симптом тревоги — зародился как движение именно в среднем классе. На плечи среднего класса ложится самый тяжелый груз тревоги, по скольку его представители зажаты между высокими стандартами поведения и осознанием того, что ценности, поддерживающие эти стандарты, исчерпали себя. Это, конечно же, интересная и глубокая тема для социологических и пси хологических исследований.

Обзор материалов исследования клинических случаев Часть третья СОВЛАДАНИЕ С ТРЕВОГОЙ Глава одиннадцатая МЕТОДЫ ОБУЗДАНИЯ ТРЕВОГИ Пройти по жизни без тревоги может только тот человек, который осознает свою принадлежность к человеческому сообществу.

Альфред Адлер У тревоги есть цель. Первоначально ее целью была защита жизни первобытно го человека от диких животных и свирепых соседей. В наше время поводы для тревоги могут быть различными: мы боимся проиграть в соревновании, почув ствовать себя нежеланными, изолированными и отделенными от других лю дей. Но целью тревоги все еще остается защита от опасностей, которые по прежнему угрожают нашему существованию или ценностям, которые мы отождествляем с ним. Этого нормального беспокойства от жизни никак нельзя избежать — только ценой апатии или замораживания чувств и воображения.

Тревога вездесуща. Это осознание человеком того факта, что каждый из нас яв ляется бытием, противостоящим небытию. Небытие — это все, что разру шает бытие: смерть, тяжелая болезнь, человеческая враждебность, внезапные перемены, которые отрывают нас от наших психологических корней. В любом случае тревога — это реакция на столкновение человека с разрушением суще ствования или того, что он с ним отождествляет.

Я не намерен перечислять всевозможные методы борьбы с подобными непри ятностями. Скорее я стремлюсь прояснить основные руководящие принципы, которые сослужили многим людям добрую службу при встрече с тревогой.

298 Смысл тревоги Тревоги нельзя избежать, но ее можно уменьшить. Овладение тревогой состо ит в снижении ее до нормального уровня, а затем — в использовании нор мальной тревоги как стимула к увеличению осознавания, бдительности и жизненной энергии.

С другой стороны, тревога — это знак того, что в жизни личности или в ее от ношениях с другими людьми что то не в порядке. Тревогу можно рассматри вать как идущий изнутри зов о разрешении проблемы. У каждого есть свои проблемные области. Иногда они возникают в результате непонимания между начальником и подчиненным, друзьями или любовниками, что часто можно нейтрализовать через аутентичное общение с другим человеком. Открытая коммуникация, как красноречиво заявил Гарри Стак Салливан, может разре шить поразительно много проблемных ситуаций. Уильям Блейк говорит о гне ве, но его слова можно также отнести и к тревоге:

В ярость друг меня привел — Гнев излил я, гнев прошел.

Враг обиду мне нанес — Я молчал, но гнев мой рос*.

Кроме того, беспорядок может царить в области требований к себе, реально невыполнимых на данном уровне развития. Часто это волнует именно детей, и тогда тревога может смягчиться только при расширении сферы их возможнос тей. Тревога начнет переживаться как приключение, потому что перед моло дым человеком разворачиваются новые перспективы.

Непорядок другого рода следует принять как данность, как неотъемлемую часть самой жизни: например, как заметил один юморист, “болезнь, которая поражает всех нас, — это смерть”. Тревога может быть спровоцирована осоз нанием ограничений человеческого существования — ограниченности силы разума и жизненной энергии, или неизбежности одиночества, или каких то других аспектов бытия человека. В последнем случае тревога может принять форму тихого или вопиющего ужаса. Глубина наших переживаний в таких си туациях, конечно, различна: ужас может выразиться в форме либо тайных опа сений, либо фантазий о новой войне с применением водородных бомб, либо размышлений о приближении собственной смерти.

Тревожащее ощущение какого то неблагополучия может просто отмечать на личие некоего аспекта человеческой судьбы, который должен быть принят каждым из нас как часть нашего бытия. В рассказе Камю “Сизиф” речь идет о неизбежных ограничениях, на которые обречены все представители челове *Перевод С.Я. Маршака.

Методы обуздания тревоги ческого рода. Поэтому конструктивный путь совладания с тревогой заключает ся в умении жить с ней, принимая ее как “учителя”, который, как выразился Кьеркегор, преподает нам урок встречи с нашей человеческой судьбой. Об этом очень красиво сказал Паскаль:

“Человек — самая ничтожная былинка в природе, но былинка мысля щая. Не нужно призывать на помощь всю вселенную, чтобы раздавить ее. Чтобы она погибла, достаточно небольшого испарения, одной кап ли воды. Но пусть вселенная раздавит его, — человек станет еще вы ше и благороднее своего убийцы, потому что он осознает свою смерть; вселенная же не ведает своего превосходства над челове ком”1.

Встреча с этими ограничениями может вдохновить нас на создание произведе ний искусства, так же как она побудила первобытного человека выхватить уголь из затухающего костра и нарисовать на стенах пещеры фантастических бизонов или северных оленей. Рекламы в журналах и коммерческих телепере дачах, где выставляется на обозрение то, чему людские массы хотят верить, неизменно демонстрируют нам самоуверенных, улыбающихся людей, которые производят впечатление полнейшей беззаботности, точнее, избавления от всех забот после покупки того или иного товара. Чтобы показать, насколько наш повседневный образ жизни нацелен на избегание тревог, не нужно при бегать к таким грубым примерам, как переход на другую сторону улицы, что бы не столкнуться с человеком, который наносит удар по нашей самооценке. В том, как люди разговаривают, шутят, спорят друг с другом, неуловимо прояв ляется их потребность обеспечить свою безопасность, доказывая себе, что си туация под контролем, и таким образом не позволяя ей превратиться в ситуа цию, создающую тревогу. Тихое отчаяние, которое, как считал Торо, охватывает большинство людей, надежно скрывается под выработанными культурой спо собами обуздания тревоги.

Избегание тревоги становится целью многих способов поведения, которые счи таются “нормальными” и могут быть названы “невротическими” только в своих крайних, компульсивных проявлениях. В моменты тревоги особенно пышно рас цветает “юмор висельника”; как любой юмор, он позволяет человеку отдалить от себя угрозу. Люди редко говорят прямо: “Мы смеемся, чтобы не заплакать”, но ощущают это намного чаще. Примерами такой функции юмора, не позволяющего тревоге поглотить человека, служат вездесущие шутки в армии и на поле боя.

Публичный оратор начинает свою речь с шутки, прекрасно понимая, что смех уменьшит напряжение слушателей — напряжение, которое в противном случае вызовет мотивированное тревогой сопротивление при восприятии его сооб щения.

300 Смысл тревоги В ЭКСТРЕМАЛЬНЫХ СИТУАЦИЯХ Некоторые способы конфронтации с тревогой ярко показаны в исследовании тревоги и стресса, проведенном в группе, состоящей из двадцати “зеленых бе ретов” — солдат, воевавших во Вьетнаме2. Солдаты находились в изолирован ном лагере рядом с границей Камбоджи. Все они имели боевой опыт и владели специальными навыками саперов и радистов. Все были необычайно преданны своей работе. Лагерь располагался на территории, контролируемой Вьет Кон гом. На его территории происходило обучение личного состава.

Угроза атаки со стороны противника ощущалась постоянно, но особенно обо стрилась в сезон муссонов, в начале мая 1966 года. 10 мая обитатели лагеря были предупреждены по радио, что между 18 и 22 мая, а скорее всего, в ночь на 19 мая, предполагается нападение. Хотя противники так и не атаковали, солдаты пережили вызванную реалистическим стрессом тревогу, пик которой пришелся на 19 мая, после чего она постепенно пошла на убыль.

То, как солдаты защищали себя от тревоги, очень поучительно. Во первых, им помогала непоколебимая вера в себя, “самоуверенность вплоть до всемогуще ства”. Вера в собственную неуязвимость, граничащая с чувством бессмертно сти. Во вторых, они с головой погрузились в работу. “Их ответом на угрозу из вне было погружение в кипучую деятельность, которая быстро рассеяла нарастающее напряжение”. В третьих, было важно их доверие командирам.

Понятно, что важную роль здесь сыграли религиозные убеждения. Приведем цитату непосредственно из публикации исследования:

“Один субъект из данной группы был очень религиозным челове ком. Он проезжал много миль на джипе по опасным дорогам через джунгли, чтобы исповедоваться католическому священнику вьет намцу, который с трудом говорил по английски. Частенько предпри нимая такие рискованные поездки, этот человек смог утвердить свою веру в божественную защиту и чувствовал, что во время боя ему бояться нечего”.

Pages:     | 1 |   ...   | 50 | 51 || 53 | 54 |   ...   | 63 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.