WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 63 |

Это положение иллюстрирует практически каждый клинический случай, в частности случаи Нэнси, Френсис и Брауна8. Поскольку действует вытеснение, человек не способен понять, что же именно вызывает его опасение; таким об разом, невротическая тревога “лишена объекта” еще и по этой причине, хотя, как мы говорили, это свойство присуще любой форме тревоги. При невроти ческой тревоге вытеснение (диссоциация, отделение от сознания) делает чело века еще более чувствительным к опасности и, следовательно, усиливает невротическую тревогу. Во первых, вытеснение создает внутренние противо речия, что делает психологическое равновесие неустойчивым, и тогда посто янно возникает угроза его нарушения. Во вторых, из за вытеснения человеку труднее увидеть реальную опасность, с которой он мог бы справиться. Напри мер, человек, который в значительной мере вытеснил свою агрессию и враж дебное отношение к людям, может стать пассивным и уступчивым, и из за это го он чаще подвергается эксплуатации со стороны окружающих, а это порож дает еще больше агрессии и вражды, которые ему приходится вытеснять. И, наконец, вытеснение усиливает чувство беспомощности, поскольку человек вынужден сокращать границы своей автономии, ставить себе внутренние ограничения и отказываться от использования своей силы.

Таким образом, выше мы кратко описали феномен невротической тревоги, что бы определить, что мы подразумеваем под этим термином. Динамика и ис точники невротической тревоги подробнее рассматриваются в следующих разделах.

ПРОИСХОЖДЕНИЕ ТРЕВОГИ Нормальная тревога связана со способностью организма реагировать на опас ность; это врожденная способность, которой соответствует определенная ней рофизиологическая система. Фрейд говорил, что “тенденция переживать объективную тревогу” — врожденное качество ребенка; по его мнению, эта способность есть проявление инстинкта самосохранения, обладающего — с биологической точки зрения — бесспорной ценностью. Конкретное поведение данного человека в опасной ситуации зависит от природы опасности (среда) и Теории тревоги: подведение итогов и синтез от того, как человек научился справляться с опасностями (переживания: про шлое и настоящее).

Чтобы понять происхождение тревоги, необходимо попытаться ответить на вопрос: в какой мере способность испытывать страх и тревогу является ре зультатом обучения В прошлые десятилетия ученые спорили о том, какие страхи врожденные, какие нет. Как мне кажется, это были споры вокруг невер но поставленной проблемы и потому, как правило, они не были плодотворны.

Работа над списком “врожденных” страхов, чем, например, занимался Стенли Холл, имела свои серьезные недостатки — как практические, так и теоретичес кие. Практические недостатки заключались в том, что коль скоро такой то вид страха или повод для тревоги признается врожденным, это значит, что его фактически невозможно устранить или скорректировать. Что же касается тео рии, то гипотезу о врожденной природе любого из так называемых “инстинк тивных” страхов было несложно опровергнуть, как то произошло со списком “врожденных страхов” Джона Б. Уотсона.

У новорожденного сравнительно мало защитных реакций, но из этого никак не следует, что все реакции, появляющиеся позднее, основаны на обучении9. Что касается вопроса о “врожденном” характере тревоги или страха, то я считаю, что тут достаточно принять лишь одно положение: человеческий организм об ладает способностью реагировать на опасность, точно такой же способнос тью обладали и эволюционные предшественники человека.

Но вопрос о том, какое конкретное событие человек будет воспринимать как угрозу, зависит исключительно от обучения. Такое событие становится “услов ным стимулом”. Это особенно четко проявляется по отношению к страхам: они являются условно рефлекторными реакциями на конкретные события, которые человек научился воспринимать как опасность. То же самое относится к ситуа циям, провоцирующим тревогу. Хобарт Маурер в личной беседе со мной так выразил свои представления об этом вопросе:

“Я бы сказал, что мы устроены таким образом, что травматические (болезненные) переживания вызывают у нас “аварийную реакцию”, описанную Кэнноном. Объекты и события, ассоциирующиеся с трав мой, становятся знаками опасности, то есть обретают способность вызывать эту “аварийную реакцию”. Когда такие реакции возникают по типу условного рефлекса, это страх. Таким образом, способность реагировать на опасность складывается из способности научиться такой реакции и конечного результата такого обучения”10.

Тут можно добавить еще одно общее замечание. Оно касается современных споров по вопросу о взаимосвязи тревоги и процесса обучения. Сторонники различных подходов к проблеме по разному отвечают на этот вопрос. Это за висит не только от разных определений проблемы — то есть от того, идет ли 182 Смысл тревоги речь о нормальной или невротической тревоге или же о страхах, — но и от предмета исследования. Сторонники теории обучения, которые видят, что каж дый конкретный вид страха или тревоги у данного человека можно связать с его переживаниями, просто констатируют, что тревога появляется в процессе обучения. С другой же стороны, нейрофизиологи, подобные Кэннону, сосредо точивающие свое внимание на отдельной конкретной способности организма, обычно предполагают, что тревога не основана на процессе обучения. Я ду маю, что это просто разница в расстановке акцентов и что представителям этих двух подходов нет нужды спорить между собой.

Я же предполагаю, что способность испытывать тревогу не основывается на обучении, но качественные особенности и конкретные формы тревоги у дан ного человека складываются в процессе обучения. Это значит, что нормальная тревога просто присуща организму по его природе; каждый человек испытыва ет тревогу в ситуациях, когда над жизненно важными ценностями нависает угроза. (Любое животное также отреагирует на такую ситуацию настороженно стью.) Но что именно является для данного человека сигналом опасности, — это определяется преимущественно обучением. Конкретные сигналы опаснос ти появляются в процессе взаимодействия человека, обладающего способнос тью реагировать на опасность, с окружающей средой и с факторами обучения.

Особенно важную роль тут играет семейная ситуация. Семья, в свою очередь, является составной частью окружающего общества с его культурой.

Говоря о конкретных источниках невротической тревоги, Фрейд уделяет ос новное внимание двум факторам: травме рождения и страху кастрации. В ранних работах Фрейд рассматривает травму рождения как источник тревоги в буквальном смысле слова, позже он начинает утверждать, что тревога есть “воспроизведение” того аффекта, который первоначально сопровождал травму рождения. По мнению Маурера, концепция “воспроизведения” аффекта обла дает недостатками, поскольку, чтобы вызвать данный аффект, должна присут ствовать та же опасность. Позже травма рождения приобрела у Фрейда скорее символический смысл; рождение стало символом “отделения от матери”. Такая концепция кажется более приемлемой: хотя до настоящего времени мы не зна ем, действительно ли опыт рождения данного человека влияет на его способ ность переживать тревогу, ужас при отделении от матери как символ первич ной тревоги имеет глубокий смысл. Последователи Ранка и некоторые фрейдисты видят в рождении разрыв старых связей и движение к новой не привычной ситуации, этот символ близок к концепции Кьеркегора, утверждав шего, что тревога возникает тогда, когда у человека появляются новые воз можности. Как бы там ни было, если мы считаем, что источником первоначальной тревоги является отделение от матери, важно понять значе ние этого отделения: какие конкретные ценности в отношениях ребенка с ма терью ставятся под угрозу при отделении При изучении незамужних матерей (см. главу 9) можно было увидеть, что отделение от матери в детстве или во Теории тревоги: подведение итогов и синтез младенчестве имело разный смысл для представителей среднего класса и для выходцев из среды пролетариата. Для первых это означало смешение всех ценностей, это было ситуацией “двойной связи” (double bind), в которой труд но найти положение своего Я; для вторых это просто означало, что надо выйти на улицу и завести себе новых друзей.

Представления Фрейда о кастрации также были двусмысленными. Иногда он го ворит о кастрации как о буквальном источнике тревоги (маленький Ганс боится, что лошадь откусит его пенис). Иногда же Фрейд понимает кастрацию как сим вол потери ценного объекта или какой то внутренней ценности. Нельзя не со гласиться с тем, что в нашей культуре кастрация — распространенный символ, символ бессилия ребенка в руках могущественных взрослых, которые лишают ребенка не только возможности выражать сексуальность, но и возможности ра ботать или заниматься еще какой то творческой деятельностью. Если источни ком тревоги является страх потерять пенис, то снова важнейшим вопросом яв ляется вопрос о смысле потери пениса, то есть о том, какую опасность содержат в себе взаимоотношения ребенка с родителями, каким конкретным ценнос тям — с точки зрения ребенка — эта опасность угрожает11.

Поскольку тревога является реакцией на угрозу, нависшую над жизненно важ ными для существования личности ценностями, и существование человека на чинается во взаимоотношениях со значимыми другими в раннем детстве, жиз ненно важными ценностями изначально стали те формы поведения, которые поддерживали безопасность ребенка во взаимоотношениях со зна чимыми другими. Поэтому взаимоотношения ребенка с родителями являются наиболее существенным источником тревоги; эту точку зрения разделяют многие теории (Салливан, Хорни и другие). Согласно представлениям Саллива на, ведущая роль тут принадлежит матери. Мать не только удовлетворяет все физические потребности ребенка, она также — источник общего эмоциональ ного благополучия и безопасности. Все то, что ставит под угрозу взаимоотно шения матери и ребенка, ставит под угрозу и положение ребенка в межлично стном мире. Поэтому Салливан считает, что источником тревоги является страх ребенка перед неодобрением матери. Это опасение передается с помо щью эмпатии задолго до того, как ребенок будет в состоянии осознавать одоб рение или неодобрение матери. Хорни считает, что базовая тревога происхо дит из конфликта между зависимостью ребенка от родителей и враждебным отношением к ним. Некоторые исследователи полагают, что источником тре воги является конфликт между независимым развитием личности ребенка и потребностью устанавливать взаимоотношения с окружающими людьми (Фромм, Кьеркегор).

Можно обратить внимание на то, что в приведенных выше двух концепциях употребляется слово “конфликт”. Для более глубокого понимания происхож дения невротической тревоги необходимо понять природу и источники лежа щих за ней конфликтов. Мы сделаем это ниже.

184 Смысл тревоги СПОСОБНОСТЬ ИСПЫТЫВАТЬ ТРЕВОГУ И РАЗВИТИЕ Мы уже говорили, что развивающийся человеческий организм может реагиро вать на опасность тремя способами. Первый способ представляет собой реак цию испуга, врожденную рефлекторную реакцию; второй — это тревога, не дифференцированная эмоциональная реакция; третий — страх, дифференцированная эмоциональная реакция. Мы уже упоминали, что реак ция испуга появляется у младенца очень рано — уже на первом месяце жизни.

Мы также говорили, что эмоциональная реакция, которую можно было бы на звать словом “тревога”, появляется позже: в экспериментах Геселла младенцы, оказавшиеся в закрытом пространстве, начинали выражать беспокойство — главным образом, постоянно поворачивая голову — с пятимесячного возраста.

Я приводил свое замечание, что подобное поведение ребенка представляется мне типичным для тревоги: ребенок чувствует опасность, но не может понять, откуда она исходит и как она локализована в пространстве. Лишь несколько месяцев спустя тот же младенец в ответ на подобную ситуацию начинает пла кать, и Геселл называет такое поведение словом “страх”. Такая динамика отра жает процесс созревания ребенка, процесс развития у него более дифференци рованных реакций.

В одной из предыдущих глав упоминалась “тревога восьмимесячных детей”, описанная Рене Спицем. Способности ребенка развиваются, так что он начина ет распознавать свою мать и ее окружение. И тогда он испытывает тревогу, за видев незнакомца в том месте, где должна находиться мать.

Как тревога и страх зависят от созревания нервной системы При рождении способность воспринимать и выделять различные стимулы развита недоста точно, из за этого младенец не в состоянии идентифицировать опасность или локализовать ее в пространстве. Развитие нервной системы не только позво ляет, например, визуально обнаруживать сигнал опасности, но также увеличи вает способность коры головного мозга интерпретировать стимулы. По мере развития нервной системы простые рефлекторные реакции отходят на второй план, и все большее значение приобретает эмоциональное поведение. Это, в свою очередь, позволяет ребенку лучше различать отдельные стимулы и пред намеренно контролировать свои реакции. Другими словами, способность ре бенка к недифференцированной эмоциональной реакции, то есть способность переживать тревогу, появляется при определенной степени зрелости нервной системы. Еще более высокая степень развития нервной системы позволяет ре бенку различать отдельные стимулы, объективизировать источник опасности и реагировать на него страхом. Гринкер и Спигель, изучавшие поведение солдат, выявили одну интересную закономерность. В ситуации сильного стресса во время боев реакция солдат на опасность становилась диффузной и недиффе Теории тревоги: подведение итогов и синтез ренцированной. Гринкер и Спигель отмечают, что подобное поведение солдат эквивалентно поведению, в котором меньшее участие принимает кора голов ного мозга, дифференцирующая стимулы и контролирующая реакции, то есть такие реакции солдат ближе к реакциям младенца.

Очевидно, что при оценке защитных реакций ребенка следует учитывать ста дию его развития. Фрейд отдавал себе в этом отчет. Он говорил, что способ ность новорожденного испытывать тревогу еще не достигла максимальной степени, она развивается по мере взросления младенца и, как он считал, дос тигает высшей точки в раннем детстве. По мнению Гольдштейна, в некоторых ситуациях у новорожденных можно наблюдать реакцию тревоги, но способ ность переживать страхи развивается позже. Соглашаясь с тем, что необходи мо учитывать фактор развития, мы переходим к наиболее противоречивому вопросу, который в то же время очень важен для понимания феномена трево ги, — к вопросу о том, что возникает раньше — тревога или страх.

Большинство исследователей согласятся с тем, что у младенца очень рано воз никают реакции тревоги. Лоретта Бендер утверждает, что четкие реакции тре воги можно наблюдать уже на восьмой девятый день жизни новорожденного.

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 63 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.