WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 63 |

Она имеет практическое применение: с ее помощью можно не только понять, какую огромную роль играет тревога как мотив обучения, но и разработать методы конструктивной работы с тревогой в школе48.

104 Смысл тревоги Ранние представления Маурера о тревоге отличаются двумя особенностями.

Во первых, он не различал тревогу и страх. В своей первой статье Маурер ис пользовал эти термины как синонимы, во второй называл тревогой состояние животного, которое ожидает удара током, — а это состояние было бы точнее называть страхом49. Во вторых, сигнал опасности, запускающий тревогу, свя зан с физической болью или дискомфортом. Очевидно, что в период работы над своими статьями Маурер пытался рассматривать тревогу на физиологичес ком уровне50.

Но исследования теории обучения заставили Маурера радикально изменить свои представления о тревоге. Изменения последовали за попыткой найти от вет на следующий вопрос: почему люди в процессе обучения усваивают неин тегративное (“невротическое”, несущее в себе наказание) поведение Иссле дуя животных, Маурер пришел к выводу, что крысы обучаются “невротическому” или “антисоциальному” поведению, потому что они не в со стоянии представить себе награды и наказания, которые ждут их в будущем, а обращают внимание лишь на мгновенные последствия своего поведения51.

Размышляя над данными своих многочисленных исследований, Маурер делает интересный вывод о том, что сущностью интегративного поведения является способность внести в психологическую ситуацию будущее. Люди обладают способностью к интегративному обучению, чем радикально отличаются от жи вотных, поскольку человек вносит в процесс обучения “детерминанту време ни”: он способен оценить отдаленные последствия своего поведения и срав нить их с сиюминутными. Это обстоятельство делает поведение человека более гибким и свободным, в результате возникает также и ответственность.

Маурер ссылается на выводы Гольдштейна, отмечавшего, что пациентам с по вреждением коры головного мозга свойственна одна наиболее характерная черта — потеря способности “выходить за рамки непосредственного (сиюми нутного) переживания”, абстрагироваться, использовать элемент “возможно го”. Поведение таких пациентов становилось стереотипным и теряло гибкость.

Поскольку именно кора головного мозга отличает человека от животного (с неврологической точки зрения), можно утверждать, что эти пациенты утрачи вают возможности, которые свойственны только человеку.

Возможность выходить за рамки настоящего момента и учитывать отдаленные последствия поведения основывается на некоторых качествах, которые, по словам Маурера, “очень резко выделяют” человека из мира всех живых су ществ. Во первых, это мышление или способность пользоваться символами.

Мы общаемся с помощью символов. Думая, мы используем “эмоционально за ряженные” символы и свои реакции на них. Другой особенностью человека является социальное, историческое развитие. Оценивая отдаленные послед Тревога с точки зрения психологии ствия своего поведения, мы совершаем социальное действие, поскольку учиты ваем не только собственные ценности, но и ценности окружающих людей (если только возможно отличить первые от вторых).

Маурер подчеркивает исторический аспект человеческой природы. Он утвер ждает, что человек — это существо, которое “удерживает время”52. Он пишет:

“Способность вносить прошлое в настоящее, делать прошлое частью всех причинно следственных связей, на основе которых живой организм действует или реагирует, — это суть человеческого “ума” и суть “личности”53.

Клинические психологи, как правило, не сомневались в значимости личного прошлого для человека (например, в том, что в жизни взрослого человека мо гут воплощаться переживания его детства). Но Маурер предложил психоло гам практикам нечто новое, обратив внимание на способность человека “удер живать время”. Другими словами, человек оценивает свое поведение с помощью символов, которые развивались на протяжении нескольких столетий в контексте его культуры, так что невозможно понять человека вне истории.

Этот вывод привлек интерес Маурера к истории в целом, в частности, он захо тел изучать этику и религию, которые представляли собой историческую по пытку человека преодолеть сиюминутные последствия поведения с помощью универсальных ценностей, рассчитанных на долгое время.

Разрабатывая концепцию интегративного обучения, Маурер настаивает на разделении двух понятий: интегративное и приспособительное, и это разде ление очень ценно. Любое поведение, которое усваивается в процессе обуче ния, является в каком то смысле приспособительным. То же самое можно ска зать и про неврозы или про защитные механизмы, которые помогают приспосабливаться к сложным ситуациям. “Невротичные” крысы в экспери ментах Маурера перестали принимать пищу, а “антисоциальные” крысы набра сывались на пищу, несмотря на последующее наказание. И те, и другие “при спосабливались” к трудной ситуации. Но неврозы и механизмы защиты, подобные тем, что проявлялись в поведении подопытных крыс, не являются интегративными, то есть не готовят человека к обучению в будущем. Невро зы и защитное поведение не создают условий для последующего конструктив ного развития личности54.

Все это позволяет глубже понять феномен тревоги. Теперь проблема невроти ческой тревоги помещена в культурный и исторический контекст, где осо бую роль играют ответственность человека и этическое измерение его жиз ни. Такой подход радикальным образом отличается от первоначальных 106 Смысл тревоги представлений Маурера, когда тревога рассматривалась как реакция орга низма на угрозу физической боли или неприятных ощущений. Согласно но вым представлениям Маурера “предварительным условием тревоги является социальная дилемма [примером которой может служить амбивалентное отно шение ребенка к своим родителям]”55. По мнению Маурера, если животные во обще способны испытывать невротическую тревогу, то только в искусственной среде (“экспериментальный невроз”), где они в какой то мере становятся до машними, подвергаясь “социализации”. Лишь благодаря своим взаимоотноше ниям с исследователями животные становятся чем то большим, чем “просто” животными. Утверждая это, Маурер ни в коей мере не хочет зачеркнуть цен ность экспериментов на животных или лабораторных исследований челове ческого поведения. Он просто помещает рассматриваемый метод на свое место в общей картине, и это совпадает с моими представлениями. Исследуя невро тическую тревогу, мы открываем, что суть проблемы лежит именно в тех каче ствах человека, которые отличают его от животных. Если ограничить себя ис следованием лишь тех форм поведения, которые свойственны и животным, если изучать лишь отдельные компоненты поведения, искусственно изолиро ванные в лабораторных условиях, если, наконец, изучать лишь чисто биологи ческие и физиологические импульсы и потребности человека, — вряд ли мож но приблизиться к пониманию смысла человеческой тревоги.

Рассмотрим теперь самые последние представления Маурера о тревоге. По его мнению, “социальная дилемма” начинает играть роль во взаимоотношениях ребенка со своими родителями с самого раннего детства. Ребенок не способен просто убежать от тревоги, которую несут в себе эти взаимоотношения (по добно животному, убегающему от опасности), потому что тревожный ребенок одновременно и зависим от своих родителей, и боится их. Маурер соглашается с теорией психоанализа в том, что вытеснение появляется в связи с реальны ми страхами. Обычно это страх наказания и страх того, что родители лишат ребенка своей любви. Маурер целиком разделяет представления Фрейда о ме ханизме происхождения тревоги: реальный страх вытеснение этого страха невротическая тревога формирование симптома для разрешения этой тревоги. Но механизм какого либо феномена и его смысл — две разные вещи.

Маурер заявляет, что Фрейду “не удалось полностью понять сущность самого феномена тревоги”56, поскольку он пытался объяснить тревогу с помощью ин стинктов и не понимал значения социального контекста для личности. По мере взросления нормального человека социальная ответственность становит ся (или должна стать) позитивной и конструктивной целью. По мнению Мау рера, конфликты, порождающие тревогу, как правило, относятся к этической сфере, — что хорошо понимал Кьеркегор, но не Фрейд. “Этические достижения прошлых поколений, — пишет Маурер, — как бы встроены в сознание людей нашего времени, и это не какие то темные, злые и архаичные демоны прошло Тревога с точки зрения психологии го, но силы, бросающие человеку вызов и ведущие его к раскрытию своего Я и к гармоничной целостности жизни”57. Источниками конфликтов становятся со циальный страх и вина. Человек боится социального наказания, лишения люб ви со стороны значимых других. Именно этот страх и связанная с ним вина подвергаются вытеснению. Будучи вытесненными, они превращаются в невро тическую тревогу.

Тревога, утверждает Маурер, не является следствием “слишком сурового отно шения к своим желаниям или неудовлетворенности, но следствием безответ ственности, вины, незрелости”. Она возникает из за “отвергнутых моральных стремлений”58 или, если пользоваться фрейдистской терминологией, вслед ствие “вытеснения Супер Эго”. Такие представления прямо противоположны представлениям Фрейда. Из них можно сделать выводы, имеющие прямое от ношение к работе с тревогой в психотерапевтической практике. По мнению Маурера, стремление многих психоаналитиков растворить и “разанализиро вать” Супер Эго (и связанные с ним чувства ответственности и вины) слишком часто приводят к “глубокому нарциссическому спаду”, не способствуют росту и зрелости, социальной адекватности и счастью, чего можно было бы ожидать от настоящей терапии”59.

Маурер приходит к важному выводу: тревога играет конструктивную и пози тивную роль в развитии человека. Он пишет:

“В наши дни как среди профессиональных психологов, так и среди непрофессионалов существует мнение, что тревога есть нечто нега тивное, разрушительное и “патологическое”, что с нею надо бороть ся и, если это возможно, ее устранять... Но, как мы убедились, трево га не является причиной дезорганизации личности, скорее она становится следствием или выражением такого состояния. Элемент дезорганизации появляется в том случае, когда происходит диссоци ация или вытеснение, и тревога представляет собой не только по пытку вернуть вытесненное содержание, но и стремление всей лич ности к восстановлению единства, гармонии, целостности, здоровья”60.

И дальше:

“На основании моего профессионального и личного опыта я берусь утверждать, что в процессе психотерапии следует относиться к тре воге как к дружественной и полезной силе; при таком обращении тревога в конце концов снова становится обыкновенной виной и мо ральным страхом, к которым можно реалистично приспособиться, после чего начинается новый процесс обучения”61.

108 Смысл тревоги НЕКОТОРЫЕ КОММЕНТАРИИ Пока я работал над этой главой, у меня родились новые мысли, которыми хо чется поделиться. Одна из них имеет отношение к проблеме тревоги, искусст венно созданной в условиях эксперимента.

В своей статье, написанной в 1950 году, Маурер писал: “Сегодня у нас нет экс периментальной психологии тревоги, и не исключено, что она не появится и в будущем”62. В то время проблема человеческой тревоги не рассматривалась в рамках чисто экспериментальной психологии. Более того, до пятидесятых го дов ею почти не занимались и другие направления академической и теорети ческой психологии. Если мы просмотрим книги по психологии, изданные до 1950 года (исключение составляют книги психоаналитиков), то в предметных указателях вообще не найдем термина “тревога”. Слова Кьеркегора, написан ные сто лет назад, вполне можно отнести и к первой половине двадцатого века: “Психологи почти никогда не занимаются концепцией тревоги”63. В рам ках экспериментальной и академической психологии было проведено множе ство исследований всевозможных страхов, поскольку страх — это нечто конк ретное и поддающееся учету. Но на том уровне, где от проблемы страха следовало бы перейти к проблеме тревоги, исследователи останавливались.

По мнению Маурера, это происходило потому, что психологи не решались вы зывать у исследуемых людей тревогу в условиях лаборатории, боясь причи нить вред. Но Маурер либо недооценивал изобретательность психологов (и эффективность работы их личных механизмов защиты), либо переоценивал их доброту и заботу о людях. Как бы там ни было, когда после 1950 года на свет появились тысячи работ, посвященных тревоге, результаты многих из них опи рались на исследования людей (как правило, студентов).

Сталкиваясь с подобными исследованиями, мы убедились, что некоторые пси хологи вызывали тревогу с помощью угрозы удара током, а другие полагались на угрозу провала. Оказалось, что угроза провала вызывала у студентов нуж ную реакцию намного эффективнее, так что в последующих экспериментах ис следователи опирались преимущественно на этот метод. Типичные условия эксперимента можно описать следующим образом: студент относится к экспе риментатору с уважением и доверием, поскольку тот представляет почтенную науку. Студент сотни раз слышал слова о том, что наука спасет человечество, и готов внести в нее свой скромный вклад. Студенту предлагают выполнить какое то задание. А затем, независимо от того, как он справился с работой, ему говорят: “Вам не удалось выполнить поставленную задачу” или: “Этот тест по казывает, что вы не сможете успешно учиться в вашем университете”. Общая цель подобных действий — понизить самоуважение испытуемого и вызвать у него необходимую тревогу.

Тревога с точки зрения психологии В проведенных экспериментах интересно то, что молодых психологов учат (под наблюдением профессора, руководящего работой) искусно обманывать, когда они произносят студентам свои заключения. Они вынуждены лгать, не выдавая себя мимикой, чтобы их словам поверили.

Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 || 19 | 20 |   ...   | 63 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.