WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 52 |

В начале каждой индивидуальной работы мы всегда договариваемся о ее направлении и о цели: “Что могло бы быть для Вас результатом этой Ва шей работы”. Понятно, что иногда приходится поторговаться: таких “кон трактов”, как решение всех проблем за полчаса или “счастье вообще”, мы не заключаем: это, что называется, дохлый номер. Для меня принципиаль но важно, чтобы цель и “фокус” работы формулировала сама героиня: это ее жизнь, ее чувства, мало ли что покажется ведущей и группе! Бывает, что на занятия приходят женщины, толком не знающие, с чем и почему им имело бы смысл работать — и что Не раз случалось, что немного позже они “ухватывали” что то настолько важное и для них, и для остальных, что их работа становилась главным событием дня. Меня не пугает отсутствие готовых формулировок — они, кстати, часто бывают неточными, заимство ванными из популярной литературы или разговоров с подругами. Мне ка жется, что сама по себе готовность потратить время, деньги и силы на групповую работу — это лучшее доказательство того, что “есть зачем”. А уж сориентироваться и назвать словами — это не вопрос: чуть раньше, чуть позже, с моей ли помощью, без нее ли.

На одну длительную — то есть раз в неделю в течение нескольких меся цев — женскую группу ходила совсем молодая девушка, страдавшая ужас ной застенчивостью. В первый раз ее вообще привела мама — как вы дога дываетесь, сверхактивная и речистая. Почему то у таких мам дочери сплошь и рядом тихие, словно с рождения прибитые бешеной активностью и постоянным вмешательством во все свои дела. И ездила девчонка отку да то издалека, приезжала усталая и бледненькая, и на мой вопрос: “Кто хотел бы сегодня поработать” — ни разу не выдвинулась. Правда, в рабо тах других участниц подыгрывала, а в шеринге — прошу прощения, в раз говоре о чувствах — порой говорила очень тонкие и глубокие вещи. Груп па обращалась с ней бережно, с симпатией и на равных: было понятно, что всяческого дерганья и прямых инструкций типа “не сиди, будь активной, 34 “Я у себя одна”, или Веретено Василисы это же тебе надо” девочка и так хватила через край. К чему я рассказываю эту историю А вот к чему: в конце нашей работы, на предпоследнем заня тии тихая Ирочка своим мягким голосом сказала, что ничего важнее этого общения в ее жизни не происходило с самого детства. Что она впервые сдавала экзамены в техникуме без паники, что для нее раскрылся мир взрослых женщин, которые, оказывается, тоже люди со своими пережива ниями и слабостями (!). Что главная “работа над собой” происходила у нее внутри. Что она с трудом училась не зацикливаться на собственном при вычном “что обо мне подумают”, а сопереживать, ставить себя на место других людей. И что особенно она благодарна группе за то, что ее прини мали такой, какая она есть. Монолог такого объема мы слышали от нее впервые — это раз. Она действительно была важной, незаменимой частью той нашей группы, своим присутствием и своей жизнью научила нас чему то очень важному — это два. И наконец, сейчас история Ирочки напомина ет о том, что для работающей группы важно уважение к своеобразию, к уникальности того способа выражать себя, который сложился у любой из ее участниц. Когда “рано” и когда “пора”, о чем и какими словами, бурно и выразительно или тихо и почти без внешнего действия — все это моменты личного выбора: “своим голосом и о том, что важно для меня”.

Из технических деталей добавлю, что главные психодраматические инст рументы — это обмен ролями, дублирование (внутренний голос) и “зерка ло”. Обмен ролями позволяет ввести новое действующее лицо, его (или ее) голосом и глазами задать ситуацию, а заодно, может быть, и увидеть ее по новому. Дублирование очень помогает думать и чувствовать — особенно когда чувства и мысли неясны, противоречивы. “Внутренний голос” всегда звучит из за спины, любые его утверждения могут приниматься или кор ректироваться. Ну, а психодраматическое “зеркало” — это редкая возмож ность увидеть себя со стороны, что не всегда приятно, но почти всегда по лезно. Все, что важно для героини в “месте действия”, мы обычно обозна чаем весьма условно — стульями: вот дверь, вот окно, еще здесь важен те лефон, который все не звонит и не звонит... Может быть, на эти роли бу дут введены люди, может быть, они будут только обозначены — действие и чувства героини покажут, с какой подробностью и в каком направлении нам разворачивать работу. Меня всегда поражает, как легко и без всякого специального “натаскивания” группа начинает пользоваться этими инстру ментами — будто всю жизнь мы только и делали, что “исследовали свою правду средствами ролевой игры”. Может быть, здесь дело в детских вос поминаниях Для ребенка ведь естественно одушевлять все вокруг, гово рить за куклу или машинку, подражать действиям героев фильмов...

Одна из замечательных особенностей психодрамы заключается в том, что другие участницы (даже те, кто не занят в ролях) всегда примеряют на Кто боится Василисы Премудрой себя и свою жизнь “шкуру” героини, как если бы сами побывали там, тогда, с теми, кто...

Действие вовлекает больше, чем разговоры, да и правды в нем больше — той личной, субъективной правды, которую героини отправляются искать.

Еще одна важная деталь: в начале дня мы обязательно договариваемся о нескольких простых правилах:

ни в каких сценах, сколь бы бурными они ни были, мы не причи няем физического ущерба себе и другим;

все, что делается и говорится на группе, конфиденциально — при желании где то что то рассказать мы обязательно меняем имена и узнаваемые обстоятельства (и на этих страницах вы не встретите ни одного настоящего имени или географического на звания);

от предложений ведущей можно и нужно отказываться, если они тебе по тем или иным причинам не подходят.

Эти правила делают нашу работу более безопасной — в том, что она нуж дается в такой “страховочной сетке”, вы скоро убедитесь сами.

А по завершении действия всегда бывает разговор о том, какие чувства, связанные с собственным опытом, “зацепила” чья то история. Это очень важная часть наших дел в группе: здесь героиня получает поддержку (ты не одна, это знакомо, мы с тобой), но одновременно и группа может выска зать наболевшее, поделиться своим — причем не путая “свое” и “не свое”.

Что бы мы ни испытывали, глядя на чью то работу и сопереживая ей, это чувство возникло не впервые, а сейчас мы сердимся, не можем унять слезы или трясемся от страха не по причине работы героини, а только лишь по поводу ее. Причины слез, гнева или дрожи коренятся в собственной жизни, опыте каждой участницы, а работа героини только открывает дверцу к ним, позволяет им выйти на поверхность. Этот разговор о чувствах в пси ходраматической традиции называют шерингом, и первые несколько раз бывает непросто удержать разгоряченную группу от советов, оценок и по пыток “учить жить”. Непросто, но совершенно необходимо: совет или ин терпретация — это всегда уход от своего опыта, а сообщение о чувствах может быть равно важным и для говорящей, и для слушающей: “Когда ты заговорила о ситуации, которую не любишь вспоминать, я впервые испуга лась по настоящему. До дрожи, сильно. И конечно, всплыла ситуация, кото рую я много лет как бы не помню. Как бы. Она тоже связана с физическим унижением. Это было...”. Отработавшая героиня только слушает, в самом конце может сказать группе пару слов — уверяю вас, в этом “послеопера ционном” состоянии вести длинные разговоры особо не тянет. Чаще всего 36 “Я у себя одна”, или Веретено Василисы просто благодарят за поддержку, обязательно выводят из ролей всех вспо могательных лиц и предметы, которые имели какую то символическую на грузку: мы очищаем пространство, внутреннее и внешнее, для следующей работы.

Есть еще четвертое правило: его я ввожу по ходу дела, когда оно может быть понято и уже имеет какой то смысл. Мы договариваемся о том, что все, кто работал со своим материалом, пару дней подождут с принятием важных решений (особенно “по теме”) и воздержатся от попыток бурно обсуждать свою работу (особенно с “заинтересованными лицами”, о кото рых шла речь в самой работе). Искушение немедленно поменять в своей жизни все или схватить телефонную трубку и начать не то мириться, не то ругаться, не то резать правду матку — велико. Поддаваться ему — не сле дует. В эмоционально заряженном, “искрящем” состоянии можно и дров наломать, а уж решений напринимать таких... Главная психодраматическая работа делается не во время разыгрывания, даже не во время разговора о чувствах: она происходит глубоко внутри, где душа в своем привычном внутреннем плане перерабатывает все, что с ней происходило во время психодраматической сессии. Тогда то и рождаются новые мысли, возника ют чувства, связываются между собой воспоминания и обрывки кем то ска занных фраз, снятся новые сны. На это нужно время.

Группа и ведущая — только катализаторы; каждая из нас возвращается в свою реальную жизнь, где нам и дальше жить; все изменения и прозрения должны быть с этой жизнью увязаны. На это тоже нужно время. Сорок во семь часов — это “минимум для безопасности”, уравновешивающий интен сивность группового опыта. Дальше все равно приходится принимать свои решения и продолжать свой путь.

КОРОЛЕВСТВО КРИВЫХ ЗЕРКАЛ Первое правило — делать так, чтобы люди думали, будто они сами хотят этого.

Екатерина Великая об искусстве правления Но что это мы все о мрачном и серьезном: темный лес, говорящая загадка ми Баба яга, страхи да тяжелые воспоминания — так и до морщинок на лбу недалеко. Лоб же, понятное дело, должен быть гладким, если же его вообще многовато, лучше прикрыть избыток челкой. Так советуют стили сты, а им виднее. Скажем спасибо за заботу и заглянем в обычную жен скую группу в одну из суббот.

Обычно первый наш шаг мало напоминает знакомство в традиционном смысле слова — этот ритуал сильно подпорчен многократным повторени ем в официальных или светских ситуациях. Начнешь с него — и вытащишь все привычки общения с “чужими”, когда невольно контролируешь, “как сядешь, что скажешь” (даром, что мужчин поблизости нет). Мы начинаем с разминки, которая позволяет и рассмотреть подробнее тех, с кем свела судьба в этом совместном “путешествии”, и кое какие мысли прояснить, и каждой незаметно решить для себя, на какую работу, какую степень откры тости, какую глубину общения можно отважиться в этой группе.

Как правило, в начале такой разминки я предлагаю разбиться на пары по какому нибудь странному и неожиданному признаку. Например, объеди ниться с той, которая кажется самой непохожей внешне. Понятно, что сходство и различие — дело сугубо субъективное: кто смотрит на рост, а кто на цвет волос. Тем и занятно. Разговоры у нас идут короткие — обыч но две минуты говорит одна, две минуты другая, а потом пара распадается и на новую тему уже можно поговорить с новой собеседницей. Темы для этих двухминутных разговоров не очень обязывают, хотя каждую при же лании можно было бы развернуть в многочасовую групповую работу. Вот, например, о чем я просила поговорить “для разогрева” последнюю группу:

38 “Я у себя одна”, или Веретено Василисы Какие стереотипы, “перлы народной мудрости” в отношении женщин вас особенно задевают Когда — давно или недавно — вы испытывали яркое, отчетливое чувство “Боже, как хорошо быть женщиной!” В каких своих жизненных ролях вы чувствуете себя “на месте”, в согласии с самой собой, а какие даются с трудом или просто не нравятся Кто из знаменитых женщин всех времен и народов вызывает у вас чувство восхищения — “Какая женщина!” — и чем Что обычно говорят маленькой женщине с припевом: “Ты же де вочка!”, что считается обязательным, “в жизни пригодится”, за что хвалят, ругают, стыдят Бывают и другие темы, иногда возникающие на ходу, в ответ на какую ни будь реплику или реакцию — нам важно сразу окунуться в пестроту, бо гатство воспоминаний и примеров, признать право думать и чувствовать по разному — и, разумеется, право быть выслушанной и выражать себя “своим голосом”. А уж после разминки, когда хотя бы половина группы больше не кажется чужой, обрела голоса и лица, мы садимся в круг и гово рим о том, с чем каждая из присутствующих хотела бы поработать в этот день, что ее привело к нам.

И вот однажды почти в начале группы мы слушали, кто с чем пришел — как обычно. Перечислено было многое: сомнения по поводу смены работы и фантомные боли* после мучительного развода, отношения со старой ма мой и со взрослым сыном, эмоциональная зависимость от мужчины и поиск нового дела в жизни, неумение сказать “нет” друзьям и родным, пережива ние одиночества в семье, муки ревности, желание больше радоваться уже достигнутому успеху. Были страхи, надежды, поиск ресурса, изменение приоритетов — все, что важно. А одна веселая дама — назовем ее Наталь ей — говорит:

— Эх, сюда бы хоть парочку журналисток из дамских журналов — погля дели бы, как люди живут! А то смех разбирает, что там у них считают про блемой! Прямо королевство кривых зеркал какое то! Материализовать прессу на тот момент было никак нельзя (хотя однажды такое случилось), но для начала поиграть в то, “что там у них считают про блемой”, было можно — Натальина энергичная тирада вызвала много смешков, кивков и выразительных междометий.

* Боли после ампутации конечности: ее нет, но она как бы еще есть и болит.

Королевство кривых зеркал Иногда, если речь идет о чем то знакомом и не вполне личном, мы работа ем без “главного действующего лица”. Вот коротенькая игра импровизация на тему женских журналов и стала таким лирическим — нет, скорее коми ческим — отступлением. Прежде чем начать настоящие, серьезные и лич ные, истории, мы совершили маленькую экскурсию в мир глянца и куколь ных представлений о том, что же такое женские проблемы. Как пел Вер тинский, изысканно грассируя, “разве можно от женщины требовать мно гого, Вы так мило танцуете, в Вас есть шик”...

Итак, мы обозначили место — что то вроде сцены в комнате, — и ведущая (то есть я) предложила всем желающим стать Колонкой, Статьей или Фото графией. Получился этакий живой макет журнала. Вот он.

— Я — Колонка обозревателя моды. Ну конечно, гей — это та ак сти льно. Смотрите, вот я какой хорошенький, просто прелесть, so cute! Так, о чем я Наступает лето, пора обновить гардероб.

Все, что у вас есть, никуда не годится. Это уже не носят, милые.

Смотрите, что вам нужно, и немедленно: вот такие босоножки...

и вот такая сумочка... и вот такой экстремальный блузончик... So cute, но не для всех: коровам больше сорок второго это не пой дет. Для них — отдельный раздел “Большой размер — еще не трагедия”. К счастью, его веду не я. Я люблю, чтобы видно было вещь, а женщина внутри — это лишнее.

— Пора худеть! Как, вы еще не знаете самой крутой диеты Записы вайте, это ваш последний шанс прилично выглядеть на пляже.

Будете как я — плоский живот, никакого целлюлита, пальчики оближешь! Глядишь, и оближет...

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 52 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.