WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 38 | 39 || 41 | 42 |   ...   | 52 |

Удивительно, как мы умеем запутываться в сетях собственной занятости, ставить себе самим подножки и взваливать на плечи неподъемные обяза тельства успеть то, чего успеть нельзя по определению. Перед кем мы, в самом то деле, отчитываемся Кому и что пытаемся доказать Неужели вечная попытка все успеть — то же тайное желание получить подтвержде ние однокоренных “успеваемости” и “успешности” Но ведь знаем, что, даже все успев, не услышим “садись, пять”... И тут то возникает спаситель ная отговорка: ведь когда “слишком много задают”, что с нас взять Успеть бы хоть что то, хоть как то... (Если бы какой нибудь бесенок искуситель получил специальное задание не дать человеку задуматься о том, что дей ствительно важно, — об отношениях с близкими, о собственном развитии и перспективах, — он составил бы “пропись”, неприятно напоминающую то, что мы зачастую и делаем со временем своей жизни: набрать побольше дел, ни одно из них особенно не любя и не выделяя как главное; побольше в них запутаться, потеряв контроль над ситуацией и барахтаясь в текучке;

постоянно угрызаться по поводу недоделанного, хвататься то за одно, то за другое... “так и жизнь пройдет, как прошли Азорские острова”...) Что же касается денег, этого универсального измерителя наших желаний и возможностей, то как часто мы замечаем, что на фоне разумного, расчетли 234 “Я у себя одна”, или Веретено Василисы вого распоряжения финансами мы вдруг — вдруг ли — выкидываем ка кой нибудь финт, делая совершенно сумасшедшую покупку. Потребность в капризе В том, чтобы потешить свою дурь Или что то нас подталкивает изнутри к тому, чтобы создать небольшую, несмертельную “аварийную си туацию”, а потом из нее выкручиваться А уж о сфере отношений и говорить нечего: если все “в порядке”, наперед известно и не сулит никаких неожиданностей, в какой то момент стано вится неинтересно. Более того, чем больше порядка и стабильности у нас в характере, тем скорее потянет к какому нибудь причудливому, взбалмош ному существу, которое перевернет нашу жизнь с ног на голову, втянет нас в немыслимые ситуации и, легкомысленно посмеиваясь над нашей тя желовесной правильностью, поскачет дальше. Это может быть мужчина или близкая подруга — из тех, о которых говорят, что они “невозможны”, что у них “семь пятниц на неделе”, что они “ненадежны” и, само собой, с ними “недалеко до беды”. Все верно, но почему же этих “посланцев хаоса” обоего пола так любят, так им прощают и ненадежность, и измены, и пря мые неприятности, по их вине возникающие Уж не это ли и притягивает Вопросов получается больше, чем ответов, — что делать, такова тема... Вот еще два — эти уж последние, обещаю. Хотели бы вы, чтобы в вашей жизни все было отлажено, как часы, известно до минуты, как пройдет следующий день, неделя, год Хотели ли бы вы полностью раствориться в неизвестном, случайном, нарушить все правила, не знать наверняка ничего — вплоть до времени дня и собственного имени Оба ответа “нет” Все в порядке.

И вот еще что: прошлое всегда кажется более понятным и логичным, чем настоящее: в нем наводит порядок наша память, именно она и сводит кон цы с концами, печется о причинно следственных связях. Не верите А вот вам маленький кусочек из милой язвительной Тэффи:

“Жить на свете вообще трудно, а за последнее время, когда след ствия перестали вытекать из своих причин и причины вместо своих следствий выводят, точно ворона кукушечьи яйца, нечто совсем иной породы, жизнь стала мучительной бестолочью”*.

Как полагаете, в каком же году это писано В тысяча девятьсот одиннадца том — и в той самой благообразной аж по самое некуда “России, которую мы потеряли”. Сей факт кажется мне таким же ироничным, как была иро нична сама Надежда Александровна всю свою долгую и нелегкую жизнь — а уж тому поколению Хаос показал все, на что способен. Стало быть, и мы можем не впадать в панику — ну разве что иногда — и найти свой способ *Тэффи Н.А.. Избранные произведения. М.: Лаком, 1998.

Матушка, матушка, что во поле пыльно.. переживать все, что нам еще предстоит пережить, с достоинством и тол ком, а то и не без изящества.

Есть дивная восточная притча о хаосе и порядке. Вот она.

Жил в Японии в старину великий мастер чайных церемоний.

Когда его сын вырос, отец передал ему секреты этого древнего искусства. Настал день, когда юноша был готов продемонстриро вать все, чему научился: знание древнего ритуала во всех его тонкостях, безупречный вкус, идеальное чувство гармонии и по рядка. Он приготовил все для будущей церемонии, выбрал и рас ставил правильную посуду в единственно возможном порядке, посыпал идеально просеянным песком дорожку к чайному пави льону, разровнял этот песок особым инструментом и с трепетом стал ждать оценки отца. Старый мастер увидел, что сын постиг его искусство. Все было правильно. Только для “высшего бал ла” — слишком правильно.

“Прекрасно, сын, — сказал отец. — Здесь не хватает лишь...” — и жилистой, еще крепкой рукой сильно тряхнул деревце, скло нявшееся над идеальной дорожкой. И на ровный белый песок слетел один единственный красный лист и упал совершенно случайно — то есть так, как и было нужно...

А вы говорите — землетрясения, цунами! Не пойти ли на курсы икебаны, если мама не будет возражать..

МАТЬ И МАЧЕХА:

В ОДНОМ ФЛАКОНЕ События детства не проходят, а повторяются, как вре мена года.

Элинор Фарджон Злая мачеха в сказках всегда бывает наказана — а нечего маленьких оби жать, она первая начала! И что то этих злых мачех в сказках подозритель но много: да, конечно, женская смертность, родовая горячка и все такое, но ведь и мужчины жили недолго, а фигура отчима как то не играет столь су щественной роли. Поскольку сказки начали интерпретировать как некие закодированные послания довольно давно, на каждый такой вопрос есть целая библиотека ответов. Один из них таков: фигура Злой Мачехи — это воплощение всего, что ребенок ненавидит в собственной матери, но при знаться в чем не может даже себе. Сказка с ее неотвратимым и суровым 236 “Я у себя одна”, или Веретено Василисы наказанием злодейки тем самым дает ребенку возможность испытать свои негативные чувства, не проваливаясь в пучину вины и не накапливая их.

Матери — обычные, любящие, немного усталые и задерганные — и то при знаются в моментах дикого раздражения, направленного на ребенка; ребе нок, как более спонтанное существо, конечно, тоже испытывает к маме разное. Да и не к маме — тоже разное, и кое что из этого может ее сильно озадачить.

Успешность исполнения материнской роли в культуре ценится высоко, уп реки в несовершенстве именно на эту тему — одни из самых болезненных, отравленные стрелы в семейных “разборках” по женской линии, тайное оружие бабушек: да какая же ты мать после этого! Оставим в покое бабу шек: и вне их неусыпного критического взгляда все, что вызывает сомне ние в собственной материнской полноценности — начиная от отсутствия молока и кончая плохими отметками дочери восьмиклассницы — тревожно и болезненно отзывается сомнениями: недоглядела, недодала, “хотела ме дом, а вспоила — ядом”. Большинству мам кажется, что их способность контролировать все поступки, мысли и чувства ребенка безгранична, — а стало быть, безгранична и ответственность. Видите: опять про границы, про вместе отдельно.

А дитя капризничает, невесело. Или болеет. Или злится и колотит млад шую сестру. Или пугается чего то, что мать понять не может: ей кажется, что пугаться нечего, что она создала безопасную, уютную жизнь, возвела стены до небес и силою своего желания и любви удерживает “все плохое” за этими стенами. А чадо почему то боится темноты, доводит до исступле ния требованиями зажигать свет во всем доме и заглядывать под каждую кровать: там змеи, чудовища, бандиты, да мало ли кто. “Нету там никого, закрой глаза и спи!”. Послушно закрывает глаза, получив важный урок:

мама не знает, что делать с ее страхом, она сердится — значит, есть за что.

Теперь вспомним свои собственные детские огорчения, страхи и потери — и мы поймем, что самое славное, счастливое детство в теплом и любящем окружении все равно их не минует. Болеют и иногда умирают старшие родственники. Плохие новости передают по телевизору. Кто то выбросил любимую и единственную игрушку, счел ее старой и грязной, а другого та кого зайца нет и быть не может. Ушла “хорошая” воспитательница из дет ского сада — теперь придет, наверное, злая. Придется вырасти и идти в школу, а там ставят отметки. Пугаются, злятся и печалятся все дети; более того, они еще и завидуют, ревнуют, смертельно обижаются... Ну что ты так расстроилась — это же ерунда, купим нового; бояться тут абсолютно нече го, в школу все равно идти придется, так что лучше себя настроить зара нее, а телевизор не смотри, ты после него плохо спишь.

Матушка, матушка, что во поле пыльно.. “Не травма (утрата) как таковая страшна, а то, как ребенку позволено или не позволено ее переживать. Травма, которую отрицают, — это рана, кото рая не рубцуется и в любой момент может начать кровоточить”, — пишет Элис Миллер, одна из самых крупных исследовательниц мира детства и его шокирующе сложных противоречий и драм. (К слову сказать, она одна из первых привлекла внимание читающих взрослых к теме сексуальных пося гательств, жертвами которых становились и продолжают становиться дети, а также к теме семейного физического насилия.) По мысли Элис Миллер, одна из главных проблем ребенка — невозможность быть принятым таким, каков он есть, ибо это его “каков есть” чем то угрожает душевному спо койствию взрослых:

“Многие родители не могут приспособиться к чувствам своих де тей. Сознательно или бессознательно, они, вместо того чтобы принимать эмоции детей, ждут, что те удовлетворят их эмоцио нальные потребности. Ребенок, который дает родителю ощуще ние, что с родителем все в порядке, — это легкий ребенок, “хо роший” ребенок. Если у него есть свои желания и они противо речат желаниям родителей, он “избалованный, эгоист, упрямый”.

В этих условиях, если ребенок хочет держаться за своих родите лей (а какой ребенок может позволить себе это потерять), он очень быстро научается давать родителям то, что им нужно, жер твовать своими желаниями и отступаться от себя — задолго до того, как становится возможным настоящий альтруизм, истинное великодушие и зрелая щедрость.

У родителей есть потребность в “хорошем ребенке”, который лю бит их, восхищается ими. Ребенок вынужден играть эту роль, чтобы удержать внимание родителей. Он становится мастером распознавания их желаний, чувств — ценой утраты своего “self” — истинного “Я”. Это означает, что ребенок отказывается не только понимать, но даже и регистрировать свои собственные чувства.

Если бы родители были способны познакомить ребенка со всем спектром его чувств, истинное “Я” могло бы выжить”*.

Маленький мальчик горько плачет над сломанной игрушкой — лицо мате ри кривится гримаской отвращения, в ее семье считалось, что “мальчики не плачут”. Она — грамотная и думающая мама, которая уже читала, что запрещать плакать все таки не надо; она и не запрещает — но все, что ожидает плачущего мужчину в этом мире, написано на ее лице. Маленькая *Alice Miller. The Drama of Being a Child. Routledge, 1968.

238 “Я у себя одна”, или Веретено Василисы девочка роется в земле, по традиции многих поколений маленьких девочек делает “секретик” из стекляшки, ярких фантиков и какого то еще цветного хлама. То ли клад, то ли нарядная могилка — символическое значение та ких игр многозначно. И мало того, что извозится в грязи, — это ладно, но когда мама с самыми лучшими намерениями присаживается “посмотреть, как красиво”, дочка угрюмо закрывает ладошками свое творение: “Уйди, не смотри, мое”. Мама в шоке, она по настоящему обижена: подруги так не поступают! Дочка неохотно убирает руки — ну ладно, смотри. Встает с не зависимым видом, отходит в сторону: я тут ни при чем. Раз ничего “свое го” быть не может, — а иначе мама обидится, — то и пожалуйста, и это тоже уже не мое. И — носочком туфельки зарывает свои сокровища. Мама:

“Дуняша, так мы их не найдем” — “Ну и пусть!”. Секретов быть не должно, ничего своего — тоже, да и в самом деле: лучше не иметь этих сокровищ, чем еще раз увидеть такое мамино лицо...

Это относительно поздние примеры, дети уже достаточно большие, а мамы достаточно тактичные, но механизма исключения важных красок из спект ра разрешенных чувств это не меняет. Мать невольно контролирует не только внешнее поведение — понятно, что бросать песком в глаза другим людям нельзя, — но и право чувствовать так или иначе, показывает, что эти чувства ее задевают. Недаром, ох недаром классическая женская ре марка в домашнем конфликте звучит так: “Каким тоном ты со мной гово ришь!”. Перевод: я знаю, какие чувства ты скрываешь за этим тоном, так не смей их испытывать! Зависимость матери от ребенка и наоборот — это тоже симбиоз; не только холодные и придирчивые Злые Мачехи удостаи ваются печек и колодцев, слишком внимательные и контролирующие “ан гел маменьки”, которых уж очень легко огорчить, в сказках почему то уми рают еще в “первом действии”.

Понятно, что не пугаться некоторых чувств своего ребенка довольно труд но, и мера этой трудности, пределы допустимого зависят от того, был ли у самой мамы опыт уважительного отношения к ней ее близких взрослых.

Элис Миллер пишет дальше:

“Родители, которых не уважали их родители (просто так, за то, что они — это они) [...] всю жизнь ищут то, что в свое время их родители им недодали: того, кто им предан, принимает их все рьез, восхищается ими и ловит каждую их реакцию. Этот запрос, конечно, не может быть удовлетворен, поскольку он адресован ситуации из прошлого, которая невозвратима и часто даже не по мнится. [...] Человек, у которого есть неудовлетворенная и неосознанная по требность, всегда склонен искать удовлетворения в заменителях, суррогатах.

Матушка, матушка, что во поле пыльно.. Наши собственные дети как нельзя лучше приспособлены к этой роли. Новорожденный брошен на милость своих родителей, по скольку существование младенца полностью зависит от того, удастся ли ему удержать внимание близких. И он сделает что угодно, чтобы его не утратить”*.

Pages:     | 1 |   ...   | 38 | 39 || 41 | 42 |   ...   | 52 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.