WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 52 |

В этой истории есть еще одна важная деталь: в какой то момент по чисто житейскому поводу отношения с братом испортились. При этом Наталья по прошествии многих лет готова к примирению, — а брат не отвечает даже на поздравительные открытки. И можно с уверенностью сказать, что если “раздолбай Толик” пойдет на решительные меры, то избавится от нашей Натальи “с концами” и спасибо не скажет. Скорее всего, возьмет на ее мес то другую “женщину ночи”, чье скрытое влияние на конечный результат еще не стало притчей во языцах. Вопрос здесь не в учрежденческих инт ригах — где их нет. Вопрос в том, что заставляет взрослую талантливую женщину искать ложной безопасности в тени очередного “раздолбая”, чьи долги она таким способом раздает.

Кроме очевидной попытки компромисса и избегания авторства, — а оно означает ответственность, — в голову приходит несколько вольная интер претация: Наталья в своем “успешном” поиске инфантильных, несамостоя тельных мужчин ищет возможности “сыграть мамочку” — такую, какую себе представляет по своему семейному сценарию. В ее реальной семье мама отчетливо дала ей понять: за то, чтобы “все было в порядке” для внешнего мира, отвечает женщина. При этом можно врать, из лучших по буждений делать мужчину еще более беспомощным, чем он есть, занимать ся его делами в ущерб своим, но ни в коем случае не претендовать на авто ритет. Бросаться “на выручку” следует по собственному разумению, как только покажется, что “он не успевает”. Такой и только такой рисунок по 98 “Я у себя одна”, или Веретено Василисы ведения свидетельствует о преданности семье. Эта модель подкрепляется пусть скупой, но похвалой: дочка все понимает правильно, умница. Что можно противопоставить этой схеме в одиннадцать лет И удивительно ли, что в первый раз Наталья вышла замуж за пьющего, плохо приспособлен ного к требованиям реальности и при этом “милого, обаятельного” мужчи ну, годами изображала для знакомых семейное благополучие При разводе она удостоилась реплики свекрови: “Не выдержала ответственности, пре дала — настоящие женщины так не поступают”.

Грань, за которой помощь превращается во что то совсем другое, тонка.

Всегда ли мы, например, действительно помогаем детям с уроками, а не де лаем за них их работу А как насчет подчиненных, если они у нас есть И если нам случается — а это бывает довольно часто — стать для кого то “тайной помощницей”, то что же мы чувствуем на самом деле, когда слы шим от важных для нас людей: “Без тебя он этого не добился бы” Не скромную ли гордость Если нам действительно “ничего не надо для себя”, то откуда это чувство Не на благодарность ли рассчитываем Ну, не на лавры — лавры должны достаться ему, — но, возможно, на несколько лис точков Их можно высушить и нюхать себе в утешение, когда вместо ожи даемого признания мы получим что то совсем другое. А можно бросить в суп, который мы варим в третьем часу ночи, отредактировав чью то руко пись, написав с ребенком словарный диктант и составив план на завтра...

Вот еще одна коротенькая история о том же. Речь шла об обидах, которые помнятся долго — так долго, что логично предположить за ними нечто большее. Скажу по секрету: когда событие или просто чьи то слова вызы вают явно чрезмерную, слишком сильную или длительную для них реак цию, обычно это означает: зри в корень, “собака” зарыта не в этой ситуа ции — и, скорее всего, не с этим человеком. Так вот, что касается обид и тайной помощи...

— Мы с ним работали в клинике в одном отделении и уже были вместе год или больше. Он уехал на недельку отдохнуть — как то договорился. А тут комиссия, проверка... И я две ночи подряд задним числом записывала его истории болезни — он всегда с бумажками был не в ладу, запускал эти дела до безобразия. При чем записывала, вы представляете, его почерком! Все обошлось, я ожидала хоть какого то “спасибо” или что он хотя бы скажет, что теперь постарается вести дневники аккуратнее... Вы знаете, что я получила! — Света, давайте это услышим в точности, как было сказано — его словами. Поменяйтесь с ним ролями.

Горе уму, или невидим у баб ум — и дивен — Мать, ты меня извини, конечно, но ты поставила меня в неловкое положение. Ежу понятно, что писал не я. Ты что, нарочно изоб разила меня полным идиотом Который не только черкнуть пару строк не в состоянии, а еще и за юбку своей бабы прячется (Об мен ролями.) — Света, что вы чувствуете, слыша это сейчас Какой ответ рожда ется внутри — Юра, мне по прежнему больно это слышать. Может быть, в этом есть какая то правда — потому и больно. Да, я с юности стреми лась спасать. Да, я ждала похвалы своей надежности, своей го товности подставить плечо, не считаясь со временем и собствен ными интересами. Да, мне хотелось доказать, до какой степени мы с тобой одно. У меня в семье было так — главным моим до стоинством считалось, что я могу все уладить, все взять на себя.

Сейчас ты часто говоришь, что я недостаточно живу твоими ин тересами. Но видишь ли, я давно научилась крепко думать, преж де чем вторгаться в твое пространство. И сегодня я бы не смогла ни строчки написать твоим почерком. К счастью, нам это и не нужно — у тебя свой почерк, у меня свой. Эту давнюю обиду я отпускаю — и отпускаю с благодарностью: если бы ты меня за мой героизм хвалил, я бы так и осталась дочерью своих беспо мощных родителей. И еще: я очень трепетно относилась тогда ко всяким “надо”, а ты на них плевал. Я была в третьем классе, а ты в седьмом. А сейчас мы оба взрослые и знаем, когда и что надо, а когда нет.

У “женщин ночи” действительно часто бывает развито преувеличенное, обостренное ощущение необходимости “соблюдать лицо”, следовать норме.

Им неловко. Им небезразлично, “что люди скажут”. Они стыдятся — не за себя, за кого то. Довольно часто за этим стоит история дочери родителей (прежде всего матери), которые не справлялись со своими ролями и еле еле справлялись с жизнью вообще. Из за житейских ли трудностей, соб ственного ли семейного сценария, но кто то в семье словно дает этим де вочкам инструкцию: прикроешь мою неуспешность в родительской роли — будешь хорошей дочерью; внешний мир обманем вместе, мы же единое це лое, мы же семья, правда Боже мой, разве можно отказать самым важным в мире людям, чье одобрение для любого ребенка — хлеб и вода, свет и воз дух Они стараются. Они гордятся тем, что помогли семье. И очень легко оказываются в ловушке: “единожды солгав...”. При этом сама по себе не которая нечестность многолетнего “делания уроков” за других беспокоит гораздо меньше, чем чувства вины и стыда, если не удается прикрыть со бой очередную амбразуру.

100 “Я у себя одна”, или Веретено Василисы Настоящие испытания для них начинаются тогда, когда выпадает реальный шанс проявиться самостоятельно, взять что то на себя не тайно, а при све те дня и без затей. На них, таких способных и компетентных “в тени”, как будто столбняк нападает: они опаздывают подать документы на конкурс, подворачивают ноги по дороге на ответственное собеседование, неожи данно беременеют, хотя не собирались, — короче, бегут от самой возмож ности проявиться и быть оцененными по достоинству. Колетт Даулинг в анализе десятков подобных историй, включая свою собственную, предель но жестка: страх успеха, избегание самостоятельности основаны прежде всего на “вторичной выгоде” бесправного, но зато и безответственного по ложения.

Стало быть, выход один: научиться отвечать за себя, стоять за себя, прини мать прямые оценки. Определить приоритеты, поставить цель, методично продвигаться, искать партнеров, не нуждающихся в том, чтобы на тебе “по виснуть”. Вроде бы и верно, психологически грамотно, но все же этот су ровый рецепт что то не кажется истиной в последней инстанции. Чего то в нем недостает, что то уж очень проста эта суровость... “Если я не за себя, то кто за меня Но если я только за себя, то зачем я”, — сказано давно, и сказано вовсе не женщиной. Нет, не снимается противоречие, не расколдо вывается только с точки зрения “ответственности сторон”.

“Потому что, — слышим мы голос Джудит Виорст, — так называ емая женская склонность к зависимости может означать не столько потребность в защите, сколько потребность в том, чтобы являться частью человеческого сообщества, быть “в связке”, “в отношениях”. Нам нужно не только чтобы заботились о нас, нам нужно еще и заботиться о ком то самим. Да, мы нуждаемся в дру гих — в тех, которые утешат и помогут, в тех, кто будет на на шей стороне в любой ситуации, в тех, кто скажет: “Я с тобой, я все понимаю”. Но точно так же мы нуждаемся в обратном — в том, чтобы самим быть нужными. Взаимозависимость и потреб ность в ней — это все же не только инфантильное желание “на ручки”. И лишь потому, что мы живем в мире, где зрелость отож дествляется с отсутствием значимых отношений, свободой от привязанностей, — то есть с мужской моделью самостоятельно сти, — женская склонность ставить взаимоотношения на первое место выглядит как слабость, а не как сила. Возможно, она и то, и другое”*.

Возможно. И этого, как и многого другого в нашей единственной жизни, за нас никто не решит.

* Judith Viorst. Necessary Losses. The Loves, Illusions, Dependencies and Impossible Expectations That All of Us Have to Give Up in Order to Grow. Fawcett Gold Medal, New York, 1990. Pp. 12 — 172.

Горе уму, или невидим у баб ум — и дивен У Урсулы Ле Гуин, “матриарха” современной фантастики, есть очарователь ный рассказ под весьма неоднозначным названием “SUR”. (Пока я печатаю эти строки, мой компьютер подчеркивает красным слово “матриарх” — не знает он его, видите ли). Итак... Рассказ — об антарктической экспедиции, предпринятой в 1909 году десяткой отважных женщин из нескольких ла тиноамериканских стран. “Мы хотели всего лишь пройти немного дальше и увидеть немного больше, а если не удастся дальше и больше, то просто пройти и увидеть. Не такие уж грандиозные планы. Скромные, я бы сказа ла”. И они прошли и увидели. Их приключения описаны с блеском и юмо ром — очень милым дамским юмором:

“Всю следующую неделю метель преследовала нас, как стая бе шеных собак. Я даже не могу описать свои ощущения. Мне нача ло казаться, что нам не следовало ходить к полюсу. Порой мне и сейчас так кажется. Но уже тогда я думала, что мы правильно по ступили, не оставив на полюсе никаких следов нашего пребыва ния, потому что позже туда мог прийти какой нибудь мужчина, страстно желавший быть первым, и, обнаружив, что его опереди ли, он, возможно, почувствовал бы, что оказался в глупом поло жении. Это разбило бы его сердце”.

В общем, они поклялись хранить тайну. И, по моему, совершенно излишне объяснять, почему.

“Мы теперь старые женщины со старыми мужьями, взрослыми детьми и даже внуками, которые когда нибудь, возможно, захотят прочесть о нашей экспедиции. Даже если они устыдятся своих взбалмошных бабушек, прикосновение к тайне доставит им, на верное, немалое удовольствие. Но они ни в коем случае не долж ны сообщать о ней мистеру Амундсену! Он будет крайне смущен и очень разочарован. Ему или кому то за пределами семьи вовсе не обязательно знать о нашей экспедиции. Ведь мы даже не оста вили на полюсе следов”.

Тысячи и тысячи не прошли дальше и не увидели больше, хотя и они не оставили следов. Смотрите, вот вспыхивает то одно окно, то другое, чтобы долго не погаснуть. Встают ли они к ребенку, проверяют ли тетради, варят ли обед на завтра — днем уже никто не вспомнит. Ребенок вырастет, тет радки кончатся, обед съедят. Хорошо хоть ночь не полярная...

ТЕНЬ СВЯТОГО ВАЛЕНТИНА — Простите, Вы замужем — Нет, просто я так выгляжу.

Из Интернет коллекции Как считает народная мудрость, все женщины хотят замуж. Вообще. Не то чтобы за определенного человека, а “взамуж” по определению. И точка.

Народная мудрость — это серьезно, ибо даже если в какой то период жиз ни — молодой ли, зрелой ли — реальная женщина совершенно не помыш ляет о браке (например, прямо сейчас ей эта проблема ни к чему, других хватает), она никак не может игнорировать Народную Мудрость, которая ждет от нее “правильной” установки. Чтоб как надо, то есть. Кому надо, за чем надо — это все пустое. Надо — значит надо, и нечего умничать. Ну что поделать, стереотипы так и устроены: согласны мы или нет, они на нас влияют. Итак, замуж следует хотеть, стремиться и рваться. Как бы наша личная точка зрения ни отличалась от общепринятой, эту общепринятую имеет смысл рассмотреть внимательно, “без гнева и пристрастия”. Предуп режден — значит, вооружен.

С первого взгляда ясно, что состав этого императива довольно сложен. Бе зусловно, в нем перепутались “послания” разной природы: биологические, исторические, культурные, социальные. Начнем, пожалуй, с историко куль турных. Наследие веков — это серьезно: мы же понимаем, что для женщи ны замужество так долго было единственным способом устроить свою жизнь, что установка на это единственно приемлемое решение глубока, как Марианская впадина. Реальность не в счет. Ну и что, если она может обеспечить и себя, и возможных детей, и даже родителей Ну и что, если так называемая личная жизнь вполне устроена и устраивает Древняя про пись все равно сигналит: не то, опасно, рискуешь, нарушаешь.

Подумайте о бесчисленных поколениях женщин, в том числе и наших с вами прародительниц. Так ли уж трепетно и сладко им было идти к венцу Тень святого Валентина Да не всегда, наверное. А каковы же были реальные альтернативы В при живалки, в незамужние стареющие тетушки при братьях или сестрах В монастырь Остаться при родителях упреком, укором, а то и позором Нам слишком трудно представить во всей неприглядной наготе тот скудный выбор, который открывался перед молодой женщиной — и от которого “для бедной Тани все были жребии равны”. И хотя в сегодняшней жизни возможностей значительно больше и они иные, древняя пропись свое бе рет. И если мы в своей единственной и неразменной жизни ее нарушаем, это серьезное решение. Бывали — уже в двадцатом веке, не так давно — периоды, когда казалось, что древняя пропись мертва. Что “гнилой инсти тут буржуазного брака” повержен — эмансипированные и отважные под руги, казалось, стали обычным явлением. Об этом можно прочитать во мно гих мемуарах незаурядных женщин. Мне это утверждение помнится из воспоминаний Надежды Яковлевны Мандельштам, где оно далеко не глав ное и высказано “к слову”, но о том же думали и писали многие. Ан нет, жив курилка. Декорации меняются, реальные обстоятельства могут быть самыми разными, но “устроенной” в большинстве культур считается за мужняя женщина — какой бы иллюзорной и даже отрицающей здравый смысл ни была эта “устроенность” при ближайшем рассмотрении.

Впрочем, есть прописи и постарше, есть наследие биологическое. Челове ческий детеныш остается беспомощным очень долго, нуждается в безопас ности, тепле, материнском молоке, а нынче — еще и в памперсах. И что са мое главное — в безраздельном внимании двадцать четыре часа в сутки.

Pages:     | 1 |   ...   | 15 | 16 || 18 | 19 |   ...   | 52 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.