WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 22 |

1. Среди членов рефлексивного движения есть множество тех, кто себя в этом качестве не рефлексирует – и это пока в порядке вещей.

2. Есть и такие участники, которые вовлечены в некое «движение» и полагают, что оно – как раз «рефлексивное», то есть они рефлексируют себя в качестве участников рефлексивного движения, хотя фактически таковыми не являются.

3. Желательно, что первые отрефлексировали свою принадлежность к движению, а вторые – стали его участниками фактически.

Лепский В.Е.:

Круглый стол продемонстрировал глубокую востребованность и настоятельную потребность операционального знания в области рефлексивных процессов. Она актуализируется в ходе острых кризисов, угрожающих самому существованию человечества. И надо не только выяснять причины уже происшедшего, но инструментально ориентировать на выявление будущих угроз, а также искоренение их предпосылок. Именно эта идея придает нашему Круглому столу некую целостность.

Важнейшим «громоотводом» бед настоящего и будущего должно стать осознание человечеством, конструктивно ориентированными социальным группами, а также индивидами основополагающего факта субъектности собственного развития. Один из способов решения указанной задачи — ускорение темпов обучения рефлексивным процессам, развитие рефлексивных способностей, по самому своему определению обладающих самосдерживающими, антидеструктивными механизмами когнитивного и аффективного характера. Мысль должна не только озаботиться условиями своего существования, но и сохранением самой жизни на Земле, приобретая новое онтологическое измерение, обогащаясь экзистенциальным содержанием более высокого порядка. В силу этого эффективная стратегия решений сегодня - это мораль благоговения перед жизнью.

ГЛОБАЛЬНЫЙ ТЕРРОРИЗМ – СТРАТЕГИЧЕСКИЙ ВЫЗОВ ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ Хочу поделиться некоторыми соображениями о необходимости поиска и создания новых форм организационной работы в области рефлексивных исследований и разработок.

В последние годы, благодаря инициативе Лаборатории психологии рефлексивных процессов Института психологии РАН и при поддержке его директора А.В.Брушлинского, сформировалось международное междисциплинарное сообщество специалистов в области исследования рефлексивных процессов и создания рефлексивных технологий.

Сообщество способно и готово принять активное участие в оперативном решении вставших перед человечеством сложнейших проблем выживания и развития, для чего необходимо создание адекватных организационных форм междисциплинарных исследований. В то же время надо признать, что без реальной поддержки государства, деловой и политической элит поставленные проблемы не решить и российский интеллектуальный потенциал останется невост Есть все основания утверждать, что предлагаемые участниками Круглого стола рекомендации найдут спрос у лиц, принимающих самые важные решения, у аналитиков и экспертов. Однако эти рекомендации — не чудодейственное и не одномоментное средство. Они требуют систематической и непрестанной работы ума, иными словами, активного соучастия всех субъектов в рефлексивных процессах самого высокого порядка.

Материалы Круглого стола подготовил И.Е. Задорожнюк РЕФЛЕКСИВНЫЕ ПРОЦЕССЫ В ВОЕННОЙ СФЕРЕ РЕФЛЕКСИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ В РОССИИ:

ТЕОРИЯ И ВОЕННЫЕ ПРИЛОЖЕНИЯ © Т.Л.Томас (США) Управление по исследованию зарубежных вооруженных сил Форт Ливенворс, США Введение Одна из главных целей для командующего в войне - вмешаться в процесс принятия решений противником. Эта цель часто достигается с использованием дезинформации, маскировки или какой-либо другой стратагемы*. Для России, один из таких методов – использование теории рефлексивного управления, который может использоваться против человеческих или машинных «процессоров принятия решения».

Рефлексивное управление определяется как способ передачи партнеру или противнику специально подготовленной информация, чтобы склонить его «добровольно» принять предопределенное решение, желательное для инициатора действия. Теория была разработана в России давно, однако, она все еще подвергается дальнейшему совершенствованию. Недавнее доказательство этого – создание нового журнала «Рефлексивные процессы и управление», в состав редакционного совета которого вошли ученые, дипломаты, специалисты по проблемам безопасности стран и др. Теория рефлексивного управления сходна с известной в США идеей менеджмента восприятием, за исключением того, что это попытка скорее управлять, чем осуществлять соответствующий менеджмент субъектом.

Есть много примеров использования теории рефлексивного управления во время конфликтов, затрагивающих интересы России. Один * О стратагемах смотри статью Бирштейна Б.И. и Боршевича В.И. в данном номере журнала. Прим. редакции.

РЕФЛЕКСИВНЫЕ ПРОЦЕССЫ И УПРАВЛЕНИЕ No. 1, 2002, том 2, с. 71-РЕФЛЕКСИВНЫЕ ПРОЦЕССЫ В ВОЕННОЙ СФЕРЕ из них, недавний и памятный связан с бомбардировкой рыночной площади в Сараево в 1995 году. В минуты бомбардировки CNN и другие программы новостей сообщили, что сербы минометным огнем убили большое количество невинных людей. Позже, анализы кратеров снарядов, которые взорвались на площади, наряду с другими свидетельствами, показали: инцидент происходил не так, как первоначально сообщалось. Эти свидетельства также вызвали сомнения относительно исполнителей преступного нападения. Одно лицо, не пожелавшее называть своего имени, в связи с данным исследованием заявило «Я не говорю, что сербы не совершали это злодеяние. Я говорю, что это не случалось способом, о котором было первоначально сообщено». Американец и канадец вскоре выразили ему поддержку. Это быд русский полковник Андрей Демуренко, руководитель группировки сектора Сараево. Демуренко полагал, что инцидент явился превосходным примером рефлексивного управления, в котором инцидент был «сделан», чтобы создать впечатление: нечто случилось определенным способом, чтобы запутать лиц, принимающих решения.

В данной статье обсуждается военный аспект российской концепции рефлексивного управления и его роли как оружия в информационной войне, а также кратко рассмотрена интерпретация американскими авторами теории рефлексивного управления.

Природа рефлексивного управления Теория рефлексивного управления существует много дольше, чем похожие на нее концепции информационной войны и информационных операций. Фактически, она появилась в советской военной литературе 30 лет назад. В то время В.А.Лефевр, который работал в этом контексте, а также в рамках теории рефлексивных игр, определил рефлексивное управление как «процесс, в котором один из противников передает другому основания для принятия решений» [1].

Разработка теории рефлексивного управления прошла четыре периода:

– исследовательский (с начала 1960-х до конца 1970-х);

– практико-ориентированный (с конца 1970-х до начала 1990-х);

– психолого-педагогический (с начала до середины 1990-х);

– психосоциальный (с конца 1990-х).

Концепция рефлексивного управления все еще остается несколько «чужой» для американцев. Однако русские военные используют ее не только на тактических уровнях, но также на стратегическом уровне в связи с внутренней и внешней политикой страны.

Существенно отметить, что концепция не всегда приносила пользу Советскому Союзу и России. Например, некоторые русские полагают, Т.Л. Томас. Рефлексивное управление в России что Стратегическая Оборонная Инициатива (СОИ) является классическим примером использования американцами рефлексивного управления. В этом случае США «заставили противника действовать согласно плану благоприятному для США». Делая так, США вынуждали Советский Союз держаться темпа американских достижений на арене СОИ (или, по крайней мере, быть на уровне ее достижений), а в конечном счете экономически истощить Советский Союз за счет траты денег на разработку соответствующего оборудования. В результате, некоторые русские теперь спрашивают себя: Отличается ли концепция информационной войны, как попытка США управлять противником, от теории рефлексивного управления Смогла ли первая вынудить вложить громадные суммы денег в область, которая находится просто вне их технологической досягаемости в ближайшем будущем Советские и российские вооруженные силы на протяжении длительного периода исследовали приемы использования теории рефлексивного управления (особенно на тактическом и оперативном уровнях) как для маскировки (обмана), так и для дезинформации о целях, а также для управления процессами принятия решений противником1. Например, русская армия имела уже в 1904 году школу военной маскировки, которая была расформирована в 1929 г. Эта Высшая школа маскировки заложила основы концепции маскировки и создала руководства для будущих поколений [2].

В течение вышеуказанных периодов в области рефлексивной теории проявилось много российских интеллектуальных «гигантов».

В гражданском секторе это Г.П. Щедровицкий, В.А. Лефевр (теперь живет на Западе), В.Е. Лепский, Д.А. Поспелов, В.Н. Бурков и многие другие. Передовые теоретики в военном секторе – В.В. Дружинин, М.Д. Ионов, Д.С. Конторов, С. Леоненко и некоторые другие.

Один из гражданских теоретиков, В. Лепский, полагает, что текущее сотрудничество США и России в области рефлексивного управления будет перемещать отношения между странами от парадигмы информационной войны (конфронтации, борьбы) к парадигме партнерства («управляемой конфронтации»). Его мотивы благородны, и к этому следует относиться серьезно.

Дезинформация – метод управления восприятием и информацией для дезориентации людей. Одни процедуры дезинформации весьма очевидны, другие неубедительны, третьи работают через отсроченные восприятие, слухи, повторение или аргументы.

Определенные лица или специфические социальные группы могут служить как объекты дезинформации. Цель кампании дезинформации – влиять на сознание и умы людей.

Сегодня, когда в России наличествует неустойчивая общественно-политическая и социально-экономическая ситуация, все население могло бы быть использовано как цель для вражеской кампании дезинформации. Это является главным опасением россиян.

РЕФЛЕКСИВНЫЕ ПРОЦЕССЫ В ВОЕННОЙ СФЕРЕ С обеих сторон имеет место возрастающая реализация двух отмеченных Лепским парадигм, которые развиваются параллельно. Американские и русские теоретики объединяют свои усилия для создания теории предотвращения конфликта и сотрудничают в Боснии и Косово.

В то же время обе страны независимо ведут работу над рефлексивным управлением в военной сфере.

Рефлексивное управление также рассматривается как средство информационной войны. Например, генерал-майор Н.И.Турко, преподаватель Академии генштаба Российской Федерации, установил прямую связь между информационными операциями и рефлексивным управлением. Он отметил, что наиболее разрушительное проявление тенденции полагаться на военную силу связано с возможным воздействием рефлексивного управления противостоящей стороной через соответствующее развитие теории и практики информационной войны [3]. Турко считает, что рефлексивное управление является информационным оружием, которое более важно в достижении военных целей, чем традиционная «огневая сила».

Эта точка зрения сформировалась в значительной степени под влиянием его убеждения, что американское использование информационного оружия в течение холодной войны сделало намного больше для поражения Советского Союза, чем любое другое оружие, а также послужило причиной его развала. Превосходный пример такого рода воздействий был приведен выше, в связи с американской Стратегической Оборонной Инициативой. Наконец, Турко упомянул рефлексивный управление как метод для достижения геополитического превосходства и как средство управления военными переговорами;

данная область должна в наибольшей степени осознаваться странами, вступающими в такие переговоры.

Согласно Турко, теория рефлексивного управления действительно имеет геополитическое значение. Например, он и коллега описали оригинальную теорию сдерживания, при разработке которой использовались новые средства сглаживания конфронтации между крупномасштабными геополитическими группировками [4]. Эта теория привлекает средства информационной войны; а конкретнее угрозу причинения неприемлемых уровней разрушений при атаке информационных ресурсов государства или группы государств.

Один из наиболее сложных способов влияния связан с использованием методов рефлексивного управления против процессов принятия решений на государственном уровне. Формирование определенной информации или организация дезинформации для поражения специального информационного ресурса – лучшее средство для достижения этой цели.

Т.Л. Томас. Рефлексивное управление в России В этом контексте информационный ресурс определяется как:

– информация и передатчики информации, включая метод или технологию ее получения, передачи, сбора, накопления, обработки, хранения и использования;

– инфраструктура, включая информационные центры, средства автоматизации информационных процессов, коммутатор коммуникаций, а также сети передачи данных;

– программирование и математические средства управления информацией;

– административные и организационные органы, которые управляют информационными процессами, научный персонал, создатели баз данных и знаний, а также персонал, обслуживающий средства информатизации [3, с. 257-258].

Российская политическая элита также использует рефлексивное управление в аналитических методологиях применяемых для оценки современных ситуаций. Например, во время одной из конференций в Москве, представитель администрации Президента Б.Н.Ельцина отметил, что при принятии решений Кремль уделяет внимание рефлексивным процессам. Таким образом, соображения Турко относительно центральной роли рефлексивного управления в российских концепциях информационной войны и потенциала использования рефлексивного управления против информационных ресурсов для дестабилизации геополитической обстановки являются двумя важными моментами для тех, кто принимает во внимание обдумываемые намерения.

Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |   ...   | 22 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.