WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 28 | 29 || 31 | 32 |

Самый простой и очевидный пример, когда кто то из представителей рода или группа родственников совершенно сознательно принимают решение об изгнании и забвении кого то из членов рода, вычеркивая его или ее из семейной истории. Скажем, на том основании, что “это паршивая овца в се мействе”, попирающая, на взгляд тех, кто принимает такое решение, некие семейные, моральные, социальные или иные нормы и правила, считающие ся безусловно ценными и обязательными для членов данного рода. Если решение об изгнании принимается, то за ним следуют определенные санк ции, обеспечивающие его выполнение. Подвернувшемуся остракизму отка зывают от дома, ему не подают руки при случайной встрече. О нем не при нято говорить и даже упоминать на семейном собрании и рассказывать де тям. Такой духовный и психологический отрыв, пожалуй, наиболее тради ционен. Он напрямую происходит от упомянутого древнего обычая лише ния “права на огонь и воду”. Не случайно примерами подобных ситуаций изобилует мировая литература. Действовавшее на протяжении многих ве ков практически во всех европейских странах правило престолонаследова ния, согласно которому принц, вступивший в морганатический брак, лиша ется права на престол, тоже не что иное, как вариант именно такого подхо да. И хотя в этом случае все семейные связи не порываются и личность не вычеркивается из семейной истории, ее роль и предназначение в рамках родовой идеи и цели кардинально меняются.

Если же от истории царствующих домов обратиться к современности, то более простым, бытовым, но психологически и структурно близким к опи санному механизму разрыва является вариант, когда мужчина и женщина разводятся “не как порядочные люди”. В такой ситуации женщина порой принимает решение вычеркнуть бывшего супруга не только из своей жиз ни, но и из жизни своих детей. На том основании, что “он негодяй, раз вратник и пьяница”. Мужчина, в свою очередь, может не только постарать ся исключить “эту шлюху” из своего круга общения, но и вычеркнуть ее из собственной памяти. Аналогичным разрывом нередко заканчиваются и другие семейные конфликты на бытовой почве или, например, из за на следства между братьями и сестрами.

174 Археология детства Еще одно частное основание для отвержения кого то из родичей, возмож но, наиболее уродливое с человеческой точки зрения, но характерное именно для нашей страны в силу исторических причин — это политичес кая борьба и политические убеждения. То, что в результате революции брат поднялся на брата и сын на отца — не выдумка историков и не мета фора писателей. Это, увы, факт. В результате из многих семейных историй были вычеркнуты уже не отдельные члены, но целые группы родичей, а то и все предшествующие поколения. В последнем случае родовое древо уже лишалось не отдельных ветвей. У него отрубали корни... Из всех бесчис ленных сатанинских действ русской революции это, возможно, самое сата нинское.

Но попытки сознательного исключения кого то из семейной истории не всегда и не обязательно обусловлены негативным отношением к этому человеку. Скажем, в семьях репрессированных уста людей нередко запе чатывал страх за себя и за детей. Именно поэтому имена “врагов народа” не произносились вслух. Зачастую взрослые сознательно старались не го ворить при маленьких детях о погибшем на фронте отце, дабы не травми ровать их. Происхождение подобного поведения так же связано с “преда ниями старины глубокой”. Представители многих первобытных племен избегали произносить вслух имена сородичей, с которыми произошло не что ужасное, дабы не накликать беду на других соплеменников. В сущно сти, это не что иное, как разновидность примитивной оберегающей магии.

Таким образом, всякий раз, когда речь идет о попытке сознательного ис ключения кого то из родовой традиции и семейной истории, вне зависи мости от того, какими соображениями руководствуются люди, предприни мающие такую попытку, в дело вступают наиболее темные, архаичные структуры подсознания, берущие начало в глубине мрачных веков дико сти человечества.

Несколько сложнее дело обстоит в тех случаях, когда отрыв, вычеркива ние из семейной истории происходит неосознанно. Этот процесс растянут во времени и иногда проходит через несколько поколений, поскольку не является следствием ясного, принятого в какой то определенный момент волевого решения. Обычно его причиной является подсознательное жела ние избежать, например, боли от не пережитой до конца потери близкого человека или воспоминания о каком то ином тяжелом и травмирующем жизненном событии, связанном с кем то из родственников. При этом упо минания о человеке, с которым связана боль потери и другие тяжелые чувства, не являются табуированными. Они скорее нежелательны, неумес тны, нетактичны. Для данного механизма отрыва характерно то, что у его инициатора чаще всего нет не только сознательного намерения вычерк нуть отвергаемого родственника из семейной истории, но наоборот, по Древо жизни следний представляется чрезвычайно значимым и ценным и занимает важное, может быть, самое важное место в душе инициатора отрыва. На лицо типичный конфликт между сознательным намерением и механизмом реального функционирования личности под воздействием неосознавае мых побуждений.

Образно говоря, если механизмом реализации сознательного решения о вычеркивании кого то из семейной истории было либо изгнание, либо по гребение данного родственника где то глубоко в недрах индивидуальной и родовой памяти, то при рассматриваемом варианте личность заключается в “башню из слоновой кости” — святилище до такой степени неприкосно венное, что для большинства родственников, особенно для представителей младших поколений, доступ туда закрыт. Конечный же результат в обоих случаях одинаков — изоляция личности от других родичей. Если изоляция сохраняется достаточно долго, за ней следует забвение. В семейной исто рии образуется лакуна. Ветвь родового древа обрублена.

Характерно, что в варианте со святилищем тоже можно проследить отго лоски древнейших культов и суеверий. Особенно показательно в этом смысле ограничение доступа к изолированному родичу и памяти о нем, в первую очередь для представителей младших, так сказать, не прошедших инициацию поколений. Буквально то же самое происходило вокруг язы ческих капищ, куда допускались избранные — старейшины и жрецы. Всем же остальным, и в первую очередь молодежи, доступ в такие места был ка тегорически воспрещен под страхом смерти или изгнания. Следовательно, можно предположить, что и в этом механизме отрыва от рода определяю щую роль играют, быть может, не столь древние и дикие, как в случае со знательного изгнания и забвения, но тоже крайне архаичные пласты бес сознательного.

Отсюда следует важный вывод: подлинные, глубинные причины забвения, вычеркивания из родовой истории отдельных членов рода, и тем более целых поколений, кроются не в социальных и исторических катаклизмах, но в возобладании в человеческой душе первобытных начал и инстинк тов. Определенные социальные и исторические условия могут лишь спо собствовать выдвижению подобных инстинктов на первый план, служить катализатором для их пробуждения.

Правомерность такого умозаключения подтверждается и тем фактом, что применительно к России кризис родового самосознания, отрыв от родовых корней отмечался задолго до трагического ХХ века. В частности, Павел Флоренский указывал, что нечто подобное происходило в 60 е годы ХIX столетия. Среди причин отрыва от родовых корней в тот период он выделял:

176 Археология детства “а) Нарушение традиций, связей, родов... Нигилизм. Или точнее, это то и есть нигилизм в точнейшем смысле слова.

б) Разорение уклада жизни, быта, гнезда, оседлости...

в) Дурное чувство зависти к родовым фамилиям. Вместо того, чтобы изучать прошлое, завидовали тем, у кого оно изучено. Вместо того, чтобы делаться родоначальниками, ненавидели тех, у кого они есть.

г) Разрыв с отцами. Не любили отцов, дедов и хотели детей своих лишить родового имущества, генеалогии, традиций... Отрекались от титулов, от предков, от имени”6.

При внимательном рассмотрении за всеми причинами, указанными Фло ренским, можно увидеть действие все тех же механизмов возобладания в человеческой душе архаичных, диких начал. Скажем, нигилизм есть не что иное, как “отрицание общепринятых ценностей: идеалов, моральных норм, культуры, форм общественной жизни”7. Иначе говоря, возвращение чело века к своему первобытному состоянию в буквальном смысле слова. Не случайно Вольтер как то заметил, что при чтении творений Руссо, призы вающих “быть ближе к природе”, ему порой хотелось встать на карачки и убежать в лес. Из такого положения вещей неизбежно происходят мало приемлемые для нормального человека следствия не только морально эти ческого и нравственного, но и сугубо практического порядка.

Механизм и виды негативного влияния повреждения родовой структуры на жизнь семьи и ее членов Повреждение родовой структуры, искажение родового самосознания, отказ от родовой истории как результат влияния на отдельную личность или ро довую группу наиболее темных и архаичных структур личного и коллек тивного бессознательного неизбежно оказывают негативное воздействие на весь род и личную судьбу каждого его члена. Как же конкретно может проявляться такое влияние Первый, наиболее очевидный и самый тяжелый случай — это полный от рыв от родовых корней, утрата связи не с одним или несколькими предста вителями рода, а с предшествующими поколениями вообще. В этом случае трудно, если вообще возможно говорить об обретении человеком его родо вой идентичности, об осознании им себя уникальной частью единого цело го, о понимании своей роли в достижении общеродовой цели. Такой чело век, особенно в первые годы жизни, уподобляется побегу на засохшем де реве. Каждый из нас не раз наблюдал в природе подобную картину. Перед Древо жизни таким ростком, лишенным корневой системы, питательных соков, возмож ности опереться на могучий ствол, укрыться от порывов ветра в разветв ленной кроне, с самого момента его появления на свет встает выбор: по гибнуть или начать трудную борьбу за жизнь, пустить собственные корни.

Многие выбирают смерть и погибают. Не случайно наркоманы, бомжи, бес призорники зачастую не могут вспомнить ни отца, ни матери или не жела ют иметь с ними ничего общего.

Другая категория лишенных корней отростков пытается выжить, паразити руя на более здоровых и мощных растениях. В человеческом обществе также можно порой наблюдать нечто подобное. Результатом таких по пыток и в растительной, и в человеческой жизни является образование симбиотической зависимости, если не происходит отторжения паразита или, наоборот, паразит в конечном счете не уничтожает своего носителя.

Но если в лесу симбиоз может быть продуктивным и полезным явлением, то в социуме он неизбежно порождает несчастные семьи и несчастные судьбы. Таким способом можно выживать и существовать, но ни в коем случае не жить.

Наконец, самые жизнелюбивые и по детски верящие в чудеса побеги сухо го дерева принимают мужественное решение именно жить и для этого вы растить собственные корни взамен утерянных. И если это удается, то та кой росток становится началом нового могучего ствола или — примени тельно к людям — родоначальником.

Но сколько препон и опасностей подстерегает хрупкий зеленый росток на этом пути! Его могут, даже не заметив, безжалостно втоптать в землю без заботные туристы. Им могут закусить животные. Наконец, даже если ниче го подобного не произойдет, ту энергию, время и жизненные силы, кото рые молодые ростки, появившиеся на могучих деревьях, используют для роста ввысь и вширь, ему приходится тратить, вгрызаясь сантиметр за сан тиметром в твердую неподатливую почву, по каплям вытягивая из нее не обходимые для жизни соки.

Так же и человек, оказавшийся в подобной ситуации, вынужден до всего доходить, всего добиваться сам, в одиночку бороться с жизненными не взгодами. Ему не на кого опереться, не у кого получить совет и поддерж ку. Он вынужден рассчитывать исключительно на себя, на свой личный жизненный опыт. Даже если речь идет о зрелом и уже состоявшемся че ловеке, за его плечами знания и опыт всего лишь нескольких десятков лет, в то время как его более счастливые в этом смысле сверстники могут опереться на мудрость своих предшественников, помощь и понимание жи вых родственников. Помните арию мистера Икс в кальмановской “Прин цессе цирка”:

178 Археология детства Сквозь мрак и ветер, мне идти суждено, Нигде не светит, мне родное окно.

Устал я греться у чужого огня.

Но где же сердце, что полюбит меня Живу без ласки, боль свою затая.

Всегда быть в маске — судьба моя! В оригинале оперетты история мистера Икс — это история русского бело гвардейца, основанная на подлинных событиях, рассказанных Имре Каль ману его женой. И если таково душевное состояние и мироощущение бес страшного трюкача, кумира толпы, потомка знатного рода, прошедшего че рез ужасы революции и перипетии гражданской войны в России, волею судьбы оторванного от своих корней и лишенного родового имени, то что уж говорить о ребенке, вообще не знающем своих предков Поэтому очень часто дети, оказавшиеся в такой ситуации, пытаются спра виться с ней, придумывая себе предков и семейную историю. Многие оби татели детских домов и приютов изо всех сил стараются убедить себя и окружающих, что мама их ни в коем случае не бросила, что она вот вот по явится и заберет их домой. До определенного момента эти фантазии игра ют положительную роль — вселяют надежду, помогают выжить. Однако в дальнейшем они могут привести либо к жестоким разочарованиям (мама так и не появилась), либо к отказу от любых попыток что то узнать о своих предках, даже если такая возможность реально существует (так проявляет ся детская месть за предательство). Или же, наоборот, фантазия обрастает все новыми персонажами и подробностями, становится виртуальной реаль ностью. Так рождается совершенно особый вид семейной мифологии.

Pages:     | 1 |   ...   | 28 | 29 || 31 | 32 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.