WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 47 |

— И все таки что вас напрягает, раздражает в его поведении дома Может, его отношение к вещам, к порядку в доме — В общем, это такая мелочь. Меня всегда злит и раздражает, когда он ки дает пластмассовые бутылки из под минеральной воды в мусорку. Сколько я ему говорила, чтобы он ставил их рядом с ведром! Нет, он запихнет их в мусорку, а я потом их вытаскиваю оттуда, рассыпая мусор и проклиная все на свете! Вот такая глупость.

Лена смеется и смущается. Я тоже смеюсь, так забавно она показала, как вытряхивает бутылки, облепленные мусором. Предлагаю ей:

Говорящие предметы — символы семейных отношений — Лен, давайте немного поиграем. Представьте себе, что вы — это ваше мусорное ведро, расскажите, какое вы ведро, что в вас, ведре, лежит, как вы себя чувствуете и что хотите сказать миру.

Лена с удовольствием принимает позу ведра. Она расправляет плечи, сцеп ляет руки и выставляет их перед собой полукругом, делает строгое лицо и говорит:

— Я ведро, я большое, вместительное, у меня широкое устойчивое дно, я могу вместить много всего. Сейчас во мне лежат две большие бутылки из под минеральной воды, очистки от картошки, пакет из под молока, какие то скомканные бумажки. Чувствую себя хорошо. Я нужная вещь. Почему мама Лена говорит, что я неустойчиво, что я могу опрокинуться и высы пать свое содержимое Она мне не доверяет. В меня еще много можно по ложить. Когда в меня лезут, перебирают мое содержимое, укладывают все по своему, я чувствую себя плохо. Я злюсь оттого, что мне не доверяют и никогда не доверяли. И объяснить ничего я не могу.

Возникает длительная пауза. Лена смотрит на меня почти с ужасом. Нако нец спрашивает:

— Что это было — — Я почти уверена, что слышала слова Вани. Нет, этого не может быть. Он никогда таких слов не говорил... И все таки это его голос.

Теперь у нас есть возможность обсудить с Леной, как ее материнская ак тивность действовала на Ваню. Но главное не это, главное, что заставляло ее быть такой активной.

Постепенно мы разобрались, какая ее боль и какие страхи вынуждали ее так опекать сына.

ВЕДРО С ДРЯНЬЮ Пожилая шестидесятилетняя женщина Валентина Ивановна рассказывает о своей дочери. Валентина Ивановна родила дочь поздно, в тридцать пять лет. Когда дочке Катюше исполнилось пять лет, умер Катин отец, муж Ва лентины Ивановны. С тех пор она очень много работает, надо было содер жать дочь, ни в чем ей не отказывать, нельзя было дать ей повод почув ствовать себя в чем то обделенной. Катя была желанным и долгожданным ребенком, и Валентина Ивановна старалась для нее всю свою жизнь. В дет стве Катя была шумной, неугомонной, часто неуправляемой девочкой, но 58 О “психодраматических предметах” и предмете психодрамы очень доверчивой и общительной. В школе у нее было много подруг и дру зей, в выборе которых она была неразборчива — готова привести в дом первого встречного и поперечного.

Валентина Ивановна была уверена, что эти друзья не доведут дочь до доб ра. Так и оказалось, ее дорогая дочь с шестнадцати лет употребляет нарко тики. Сколько раз Валентина Ивановна говорила Кате, что нельзя быть та кой глупой, доверчивой, что надо жить своим умом, никого не надо слу шать. Но она так и лезла к всякой дряни, и всякая дрянь прилипала к ней.

Особенно Валентина Ивановна боялась отношений Кати с мальчиками.

Катя была рослой и красивой девочкой. На нее обращали внимание и маль чики, и мужчины. Валентина Ивановна так боялась, что Катя рано начнет половую жизнь, что каждый год на все лето отправляла ее в деревню к своему строгому брату, у которого не забалуешь. И все же беда случилась.

В шестнадцать лет Катя ушла жить к молодому двадцатишестилетнему мужчине, который приобщил ее к наркотикам. Что только ни делала бед ная мать: и плакала, и угрожала, и грозилась пойти в милицию, и просила своего брата помочь ей вернуть дочь — ничего не помогло. Катя вернулась домой спустя шесть лет, после того как молодой человек сам ее выгнал. И вот три года Катя лечится от наркомании с переменным успехом. Когда она не употребляет наркотики, она пьет пиво, а в последнее время и водку.

У Кати развился похмельный синдром и появились запои.

Слушая Валентину Ивановну, я проникаюсь таким сочувствием к этой жен щине, что мне хочется обнять ее и сказать, как я ее понимаю, что все она делала правильно, как я восхищаюсь ее мужеством и терпением, что ее ма теринский подвиг будет обязательно вознагражден, что ее дочь обязатель но выздоровеет. Но я знаю, что мой порыв принесет облегчение ненадолго, а затем опять тоска и непонимание, что делать, что можно изменить. По этому я говорю о своем сочувствии и понимании того, насколько ей тяжело приходится в жизни. Потом предлагаю ей попробовать разобраться в отно шениях с дочерью. Валентина Ивановна соглашается без особого энтузиаз ма, она не верит, что можно что то изменить. Я задаю вопросы:

— Расскажите, пожалуйста, как сейчас вы живете с Катей Кто из вас что делает по дому, кто готовит, кто убирает, кто покупает продукты, кто рабо тает, кто зарабатывает деньги Валентина Ивановна подробно, монотонно, с грустью в голосе рассказывает:

— Я на пенсии, но продолжаю работать, получаю копейки. Катя пытается устроиться на работу, но больше двух недель нигде не задерживается: как только деньги попадают ей в руки, она запивает, и какая после этого рабо та Профессии у нее нет, ведь школу она так и не кончила, и поэтому ее берут на работу в ларьки, продавцом на рынке, а там все время алкоголь.

Говорящие предметы — символы семейных отношений Вот и живем на мою мизерную пенсию и на то, что я заработаю. Дома Катя все время лежит, смотрит телевизор, целый день ходит в ночной рубашке.

Готовить еду она ленится, хотя умеет хорошо, говорит, что у нее депрес сия. Ждет, пока я приду и начну готовить ужин. В общем, ничего не дела ет. Ничего, я терплю. Единственное, что выводит меня из себя, это ведро с мусором. Я не могу готовить, пока ведро набито всякой дрянью. Сколько я ни просила ее к моему приходу вынести эту дрянь и вымыть ведро, она не делает. Это меня просто убивает, я даже плачу. Она ведь курит, и дно ведра покрыто слоем спрессованного пепла. Все это воняет. Когда я прихожу до мой, у меня нет сил выходить и выносить ведро, поэтому ногой умну со держимое и начинаю готовить. А иногда скандал ей устраиваю, но это еще хуже для меня, она может разобидеться и отказаться есть.

Сейчас мне надо предложить Валентине Ивановне побыть этим злосчаст ным ведром. Почему именно ведром Потому что на протяжении всего рас сказа эмоционально она была вовлечена только тогда, когда говорила о ведре. Честно говоря, я опасаюсь, что она сейчас откажется от моего пред ложения. Бывало и такое. На мое предложение побыть тем или иным пред метом мне говорили: “Зачем это”, “Не вижу смысла”, “Я так не смогу”, “Это шизофрения какая то”.

Без особой надежды я говорю:

— Валентина Ивановна, сейчас вы рассказывали мне о вашей с Катей жиз ни, и я заметила, что у вас какое то особое отношение к ведру для мусора.

Может, поговорим с этим ведром Валентина Ивановна задумчиво смотрит на меня и произносит:

— Знаете, я давно подозреваю, что ведро как то связано с Катюшкой. Дело в том, что на него я злюсь точно так же, как на Катю, плачу из за него так же, как плачу из за Кати.

— Вы можете сейчас побыть этим ведром, почувствовать себя этим ведром и из роли ведра сказать мне, что вы чувствуете, что думаете, чем довольны, чем нет Через некоторое время Валентина Ивановна медленно начинает говорить:

— Я ведро, когда то я было белого цвета, а сейчас я грязно серого цвета с потеками на боках. Внутри я все шершавое, ко мне липнет всякая дрянь, за это все меня презирают. Со мной обращаются как попало, меня швыря ют, меня ругают, в меня запихивают всякую всячину так, что мне трудно дышать. Сначала они утрамбовывают меня ногами, а потом презирают. А за что меня презирать Ведь я просто ведро! Я обычное нормальное вед ро! За что 60 О “психодраматических предметах” и предмете психодрамы Валентина Ивановна горько плачет. Она узнала голос своей дочери. Когда она успокоилась, мы поговорили с ней о детстве Кати, о ее собственном детстве, о ее брате и муже. Я рада, что мы с ней о многом поговорили, по тому что больше она не пришла. Скажу коротко: с Катей мы работали по чти год, наркотики она не употребляла, с алкоголем сложнее. Примерно раз в три месяца она позволяла себе “расслабиться”. Катя поступила в ве чернюю школу, работает няней в семье, планирует получить образование воспитательницы детского сада.

ПОДАРОК ЗЯТЯ Мария Михайловна пришла ко мне с большой просьбой — поговорить с ее дочерью. Дело в том, что муж ее дочери почти алкоголик. Надо грамотно и квалифицированно объяснить ее дочери, что алкоголизм — это неизлечи мая болезнь, она сопровождает человека до конца жизни, и чем дальше, тем болезнь тяжелее, что от больных алкоголизмом рождаются больные дети, что алкоголик — личность непредсказуемая, ненадежная, что полное безумие — связывать свою жизнь с алкоголиком.

Вот такая заявка! Я не стала с ней спорить, говорить, что она сама может все это прекрасно сказать своей дочери. Наверняка она уже десятки раз все это говорила. Я просто спросила, чем ей так досадил ее зять. Я не соби ралась прояснять ее семейные отношения при помощи виньетки. Но речь Марии Михайловны была настолько яркой, горячей и красочной, она гото ва была превратиться в кого угодно, чтобы доказать, что ее зять никчем ный человек, что грех было не предложить ей это.

Вот рассказ Марии Михайловны.

— Год назад моя дочь вышла замуж. Моей внучке пять месяцев. Понимаете, что это значит Вам я должна ведь сказать всю правду, хотя это стыд и позор! Он, этот муж, старше моей девочки на пять лет, ему уже двадцать пять, и, конечно, он не сет большую ответственность за эти греховные отношения. Вы думаете, он раскаялся, извинился Нет, он ведет себя так, как будто ничего не случи лось. Три месяца он вообще скрывал, что моя дочь в положении, правда, по том уже невозможно было скрыть. Пришел ко мне в дом, как к себе домой! Знаете, с чего он начал С ремонта в комнате дочки, хотя два года назад я делала там ремонт. Все было чистенько. Ладно, пока он клеил обои, белил потолок, я терпела. Если бы вы видели эти обои! До половины стены один цвет, выше другой, просто кошмар! Никакого вкуса, уродство. Но когда он решил поменять мебель, разобрать книжный шкаф, выбросить диван, я воз Говорящие предметы — символы семейных отношений мутилась и все ему сказала. Я сказала ему, что он не имеет права без моего разрешения менять что либо в моем доме. Не ему решать, что выбрасы вать, что ломать. Я создавала свой дом по крупицам, любовно, а он пришел на все готовое и давай ломать! Я запретила ему даже передвигать что ни будь в моем доме без моего разрешения.

Дальше — больше: он придумал повесить люльку для ребенка. Это что зна чит Надо сверлить потолок, значит, опять ремонт! И потом, до какого воз раста можно держать ребенка в люльке А потом куда ее девать Сразу надо покупать кроватку! Если бы вы только знали, чего мне стоило убедить его купить кроватку.

Следующий фокус: прихожу домой — вся кухня заставлена кастрюлями.

Купил набор кастрюль — мои, видите ли, ему не нравятся. Да, кастрюли хорошие, с прозрачными крышками, но и мои не хуже. Ну, куда в нашу ма ленькую кухню такое количество кастрюль! Я ему честно сказала: будет у тебя свой дом, будешь там заводить свои порядки.

Дальше рождается внучка — и что Я бегу с работы домой помочь дочке, а он придет с работы, сядет в углу, воткнется в телевизор и пиво сосет. Это правильно Никакого толку от него нет, никакой помощи. И это пиво каж дый день. Пока он окончательно не спился, надо с ним расставаться, ведь он говорит, что еще хочет детей! Представляете Палец о палец ведь не ударил, мы с дочкой на него работаем, а он мечтает еще о ребенке! Размеч тался. Последней каплей было мусорное ведро на 50 литров! Я терпеть не могу эти ведра. Я приспособила использованные пакеты, в них я склады ваю мусор, и когда выхожу из дома, захватываю их, чтобы выбросить. И вот он припер это огромное ведро, куда надо еще и пакеты специальные покупать. Просто издевается.

Слушаю Марию Михайловну и понимаю, что сейчас она начнет рассказы вать все это по второму кругу, поэтому быстро говорю ей:

— Мария Михайловна, давайте проверим, зачем он все это делает Мария Михайловна с готовностью отвечает:

— Давайте! — Сейчас представьте себя этим огромным ведром, почувствуйте себя этим ведром, скажите что вы, ведро, делаете в этой маленькой кухне.

Мария Михайловна послушно и старательно закрывает глаза и погружает ся в образ:

— Я ведро, я большое ведро, я стою на маленькой кухне, я не виновато, что кухня маленькая. Я красивое и вместительное. Я хочу вам помочь. Я хочу о вас заботиться. Я не виновато, на меня не за что сердиться.

62 О “психодраматических предметах” и предмете психодрамы По мере того, как Мария Михайловна произносила свой текст, лицо ее удивленно вытягивалось. Закончив говорить, она открыла глаза и ошара шено посмотрела на меня. Что это Постепенно Мария Михайловна при шла в себя и начала смеяться:

— Это вы, наверное, меня загипнотизировали так, что я стала говорить го лосом моего зятя. Неужели на самом деле я его так притесняю Не может быть! Мне не хочется говорить о зяте, мне кажется, гораздо важнее поговорить о дочери, что мы с Марией Михайловной и делаем, а потом уже беседуем о ней самой.

ПЕРЕВЕРНУТАЯ СОБАЧЬЯ МИСКА У Оли двое детей: сыну двадцать лет, дочери восемнадцать, оба употребля ют наркотики. С детства они были настолько разными по характеру, что Оля и ее муж удивлялись, как в одной семье уродились такие разные дети.

Сын Андрей — живой, подвижный, ласковый, откровенный, заводила, не умел ничего скрыть, все написано на его лице, всегда было понятно, что с ним происходит. Дочь Анна — скрытная, себе на уме, добиться от нее правды было невозможно, упрямая, заставить ее что то сделать, если она не хочет, никому не по силам. Оля никогда не понимала свою дочь: почему вдруг Аня начинала кричать, плакать, злиться, казалось, на пустом месте Оля пыталась анализировать поведение дочери, ничего не получалось. В конце концов, она стала побаиваться своей дочери и старалась особенно не задевать ее, что тоже не очень получалось, так как Аня все время попадала в какие то неприятные истории и приходилось постоянно разбираться, кто прав, кто виноват. Аня же никаких объяснений не давала, и что либо по нять было невозможно. Оля с мужем испытали шок, когда узнали, что их дети употребляют наркотики.

Удивление их было безмерным, когда выяснилось, что инициатором и идейным вдохновителем употребления наркотиков стала Аня. Она же была и “коммерческим директором предприятия”.

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 47 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.