WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 23 | 24 || 26 | 27 |   ...   | 53 |

150 Психологическая помощь: теория и практика Катастрофичность этого события заключается не только в том, что целый народ был лишен своих выдающихся мыслителей, но и в том, что эта ду ховно политическая ампутация произошла в тот момент, когда русская фи лософская традиция, преимущественно этико персоналистическая, только вошла в стадию собственного самоопределения, преодолевая “немеческое” представление в философии и мистическую мифологию материализма (см. Булгаков С. Н., с. 447—357, Лосский Н. О., с. 515—516). Собственно говоря, сами по себе имена крупнейших русских философов ХХ века свиде тельствуют о дальнейшем развитии направления в отечественной филосо фии духа и души, без которого невозможно представить себе истинную картину бедствия, постигшего отечественную культуру: Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков, Б. П. Вышеславцев, И. А. Ильин, Л. П. Карсавин, Н. О. Лос ский, Ф. А. Степун, С. Л. Франк, Л. Шестов, а также расстрелянные впослед ствии П. А. Флоренский, Г. Г. Шпет и многие, многие другие. Развиваясь в постоянном и насыщенном диалоге с такими великанами русской культуры и философии, как Л. Н. Толстой, Ф. М. Достоевский, П. Я. Чаадаев, А. И. Гер цен, В. С. Соловьев, эти мыслители создали (главным образом за пределами отечества) золотой запас идей и теорий, понятий и прозрений, составив ших сокровищницу русской философской культуры, из которой мы черпа ем их идеи и понятия, порой не подозревая об этом, под именами других авторов. Далее рассмотрим некоторые из них подробнее.

Возникновение третьего направления мы связываем со становлением со ветской культурно исторической психологии.

Думается, не будет чрезмерным преувеличением, если среди психологов, стоявших у колыбели советской психологической науки, мы выделим прежде всего имя Льва Семеновича Выготского — и как символ марксист ской психологии, и как ученого, чьи труды по своей разносторонности, многообразию и блеску не могли так или иначе не отразиться на попытках разработать концепцию психологической помощи, в своих теоретических представлениях восходящую к наследию Л. С. Выготского.

В разноплановом творческом наследии Л. С. Выготского проблематика психологической помощи наиболее отчетливо отражена в его дефектоло гических и методологических работах. В целом же, как нам представляет ся, общенаучная и непреходящая заслуга Л. С. Выготского состоит в том, что на том отрезке жизненного времени, который был отпущен ему для творчества (это неполные 20 лет, со времени создания первой рукописи “Трагедия о Гамлете, принце Датском, У. Шекспира” в 1915 г. и до обо рванного смертью в 1934 г. труда “Учение об эмоциях”), со всей прису щей ему энергичностью, образованностью и интеллектом выполнил исто рическую миссию компенсации утрат, вызванных насильственным изгна нием и уничтожением отечественной культуры и науки. В этом главный Истоки и общее направление развития смысл работ Л. С. Выготского, в которых отражена вся основная пробле матика, все основные течения и воззрения современной ему европейской и американской психологии, переосмысленные с позиций, восходящих к европейскому рационализму ХVII в. (Декарт, Спиноза), в том числе — к французскому материализму ХVII в. (Дидро, Кондильяк), английскому эво люционизму (Дарвин, Спенсер), немецкой классической философии и пе дагогике — все это в целом позволило в двадцатые годы XX века, годы разгрома русской философии и культуры, сохранить связь с европейскими и американскими традициями и течениями в психологии, удержав отече ственную психологическую науку от падения в зиявшую пропасть обску рантизма и невежества.

2. ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ И ИДЕИ РУССКОЙ КЛАССИЧЕСКОЙ ФИЛОСОФИИ И ПСИХОЛОГИИ ПЕРВОЙ ТРЕТИ ХХ ВЕКА Рассмотрим основные понятия и представления о человеке с позиций про блематики психологической помощи, выработанные в первой трети ХХ в. в отечественной психологии и философии в рамках выделенных выше на правлений.

Естественнонаучное (физиологическое) направление Условный рефлекс — феномен и причинно следственный механизм фор мирования поведения, открытый И. П. Павловым. Понятие восходит к по ложению Р. Декарта об автоматизме и рефлексе как принципе работы тела. Принципиальная значимость понятия “условный рефлекс” состояла в том, что произошло осознание сигнала в качестве механизма высшей не рвной деятельности. До И. П. Павлова только непосредственное воздей ствие раздражителей на рецепторы относилось к области физиологических раздражений нервных окончаний, в то время как, например, действие на слюнные железы удаленных предметов считалось областью психического.

И. П. Павлов, таким образом, положил начало естественнонаучному иссле дованию знаковой деятельности человека и животных. Впервые в деятель ности И. П. Павлова знак и значение стали предметом естественнонаучно го анализа (Шингаров Г. Х, с. 18—23).

Поведение — категория, введенная И. П. Павловым, хотя, по словам само го ученого, “...честь первого по времени выступления... должна быть пре доставлена Торндайку” (Ярошевский М. Г., с. 449). Специфика павловского вклада в психологию состояла в том, что он преодолел понимание поведе 152 Психологическая помощь: теория и практика ния как только сенсомоторных реакций и выработал новую, всеобъемлю щую концепцию о способах взаимодействия организма со средой, разрабо тав, по словам М. Г. Ярошевского, “язык, который позволил изучить особый уровень организации жизнедеятельности — поведенческий, реализуемый физиологическими нейромеханизмами и в то же время имеющий особое “измерение”, не идентичное ни интрацеребральным отношениям, ни свя зям в сфере психики” (Ярошевский М. Г., 1985, с. 450).

Павловская категория “поведения” позволила впервые выработать целост ный системный взгляд на жизнедеятельность животного, который объеди нил дотоле разделенные сферы: физиологию и психологию. Понятиями, позволившими открыть новую, панорамную перспективу, явились: вторая сигнальная система, доминанта, функциональная система, ультрапара доксальное состояние.

Вторая сигнальная система. В последние годы своей жизни И. П. Павлов пришел к выводу о неосуществимости мечты прямым и непосредствен ным образом распространить строго рефлекторный принцип на человече ское поведение, признав тем самым правоту Декарта, считавшего деятель ность животных машинообразной в противоположность человеческой (Пор шнев Б. Ф., с. 144). В попытках объяснить специфику именно человеческого поведения И. П. Павлов ввел понятие второй сигнальной системы, которое позволило представить психологию человека как бы физиологией нервной деятельности на уровне образования и функционирования сигналов. Назы вая вторую сигнальную систему “чрезвычайной надбавкой”, школа И. П. Павлова установила, что вторая сигнальная система посредством язы ковых и речевых знаков оказывает постоянную отрицательную индукцию на первую, оттормаживая непосредственные сенсорные и моторные реакции.

Понятие второй сигнальной системы легло в основу естественнонаучного понимания явлений, составляющих ключ к высшим психическим функци ям, а именно — языка и речи как знаковых, тончайше дифференцирован ных, со специфическими функциями создания на месте естественной сре ды сферы человеческой культуры, средств и способов антропогенеза.

Учение о доминанте и понятие функциональной системы. Явление, от меченное впервые Н. Я. Введенским в 1881 г. и затем всесторонне иссле дованное Алексеем Алексеевичем Ухтомским, впоследствии почти одновре менно привело И. П. Павлова, В. М. Бехтерева и А. А. Ухтомского к общим представлениям о способности организма к выработке обобщенной актив ной установки (“предуготованности организма”) к действию. Известный вначале как “рефлекс сосредоточения” у В. М. Бехтерева, “установочный рефлекс” у И. П. Павлова, “господствующий очаг” у А. А. Ухтомского, к на чалу 1920 х годов соответствующий феномен был осмыслен и обобщен Истоки и общее направление развития А. А. Ухтомским как учение о доминанте, при котором мозговой очаг воз буждения сам тормозит все остальные центры возбуждения, привлекая к себе все поступающие раздражения и создавая тем самым единственную степень свободы для действия, трактующегося в данный момент (Ярошев ский М. Г., 1985, с. 470; Поршнев Б. Ф., с. 230). А. А. Ухтомский же ввел и понятие функциональной системы, или функционального органа, как спе цифического, не морфологического, а системного двигательного образова ния — понятия, составившего в дальнейшем естественнонаучный фунда мент для физиологии, психиатрии и психологии, в частности, в понимании механизма неврозов и, в целом, — развития психики и личности.

Особое значение для практики психологической помощи имеет положение А. А. Ухтомского о доминанте “на личность другого”, что, по глубокому за мечанию М. Г. Ярошевского, разрывает порочный круг проклятия индиви дуализма, проецирующего на другого собственные проблемы. Видеть и ис кать в другом не своего “двойника” (проблема, поставленная еще Ф. М. До стоевским), не мифического “дуала” (как это пропагандируется в распро страняемых околонаучных измышлениях), а “заслуженного собеседника”, как выражался Ухтомский, “значимого другого”, как сказали бы теперь.

Чрезвычайно важным для теории и практики психотерапии оказалось и еще одно явление в нервной деятельности, тесно связанное с тормозной доминантой.

Ультрапарадоксальное состояние. В многообразном и постоянно измен чивом мире внешних воздействий всегда высока вероятность необходимо сти смены одних действий другими, следовательно, одной тормозной доми нанты — иной. Более того: чем сложнее окружающий мир и чем сложнее организм, живущий в нем, тем выше вероятность того, что необходимость выполнения новых действий, смена тормозных доминант будет приводить к появлению таких рефлексов, которые ранее в принципе были неизвест ны данному существу. Понятие “ультрапарадоксальное состояние” отража ет именно те сущностные перемены в поведении живого существа, что по зволяют ему в ответ на ситуацию, на которую оно не знает (не имеет в своем распоряжении готовых средств), как реагировать при одновремен ной встрече (“сшибке”, по выражению И. П. Павлова) процессов возбужде ния и торможения, — прибегнуть к совершенно особым действиям, никак не связанным с вероятностной логикой непредсказуемой ситуации. Эти особые действия получили наименование “неадекватных рефлексов”, по скольку биологически они совершенно нецелесообразны (почесывание, разнообразные вокализации, хаотическое возбуждение или, наоборот, за мирание, энергичное поедание пищи и т.п.). Помимо одного из объясни тельных механизмов образования неврозов (в частности, невроза навязчи вых состояний), данное понятие открыло поразительные перспективы ис 154 Психологическая помощь: теория и практика следования (в традициях русской мысли) проблемы антропогенеза, а имен но: исследования возможностей превращения этого “отрицательного”, как бы “патологического” явления, в опору принципиально нового способа ре агирования — антибиологического, знакового и орудийного, когда адек ватные первосигнальные рефлексы подавляются, запрещаются и первосте пенное место занимает слово как социально детерминированный символ.

Таким образом, как явствует из чрезвычайно сокращенного, беглого обзора наиболее известных понятий и идей естественнонаучных традиций в раз витии отечественной науки начала ХХ века, существенных для последую щей проблематики психологической помощи, в ней были открыты и сфор мулированы предельно значимые понятия и принципы, открывающие яс ный и не замутненный никакой идеологической дымкой взгляд на слож ную, но открытую для исследования и тем самым полноценную помощь в различных нарушениях жизнедеятельности, природу человека.

Следует отметить также роль психиатрии в развитии отечественных тради ций психологической помощи. Помимо того что, как отмечала Е. А. Буди лова, “развитие психологии в России сложилось так, что психиатры проло жили дорогу психологическому эксперименту в стране” (Будилова Е. А., с. 152), проблематика личностного здоровья и личности как социально де терминированных явлений находилась в центре отечественной психиат рии. Так, выступая в 1905 г. на Втором съезде отечественных психиатров в Киеве, В. М. Бехтерев в докладе “Личность и условия ее развития” подчер кнул влияние социальных причин на нарушения психической деятельнос ти (там же, с. 155). В целом отечественная психиатрия ввела в научный обиход ряд понятий.

Понятие “психопатия”, разработанное в трудах С. С. Корсакова, В. Х. Кан динского и П. Г. Ганнушкина, фиксировало дисгармоничность личности, непропорциональность реакций на внешние стимулы, неуравновешенность психики, обусловливающие плохую социальную приспособляемость и кон фликтность.

Курс П. Б. Ганнушкина “Учение о патологических характерах”, который в 1907 г. он начал читать в психиатрической клинике Московского универ ситета, положил начало разработке так называемой малой психиатрии — области знаний о психопатиях, пограничных состояниях и неврозах — со ставляющей во многом поле деятельности именно психолога психотера певта (там же, с. 159).

В русской психиатрии конца ХIХ — начала ХХ века разрабатывались также понятия личности, нормы психического здоровья, проблематики психичес ких эпидемий, в том числе религиозных, в том числе “колдовства”, “клику Истоки и общее направление развития шества”, “мерячения” и других форм массовых измененных (в частности, истероидных) состояний.

С. С. Корсаков, например, прямо высказывал идею государственной психо профилактики (там же, с. 155—176). Таким образом отечественная науч ная мысль изначально была направлена на социально психологическую проблематику, самым непосредственным образом относящуюся к пробле матике психологической помощи.

Психологические направления в классической русской философии Основные идеи, представления и понятия из философского направления русской психологической мысли относятся, как отмечалось выше, к концу ХIХ — первой трети ХХ столетия. Не в хронологическом, но в содержатель ном плане эти представления и понятия, хотя бы в первом, ориентировоч ном приближении мы обобщим следующим образом*.

В разнообразном и во многом почти не исследованном и не усвоенном на следии русской классической философии конца ХIХ — середины ХХ века чрезвычайно трудно, если вообще возможно, выделить систему главных по нятий и положений, составляющих ее основание, вне пределов специаль ной реконструктивной методологической работы. Слишком разные цели, строй мысли, методология у таких мыслителей, как, например, Н. А. Бер дяев и Лев Шестов, П. А. Флоренский и М. М. Бахтин, С. Н. Булгаков и С. Л. Франк и т.д. Мы сейчас и здесь не можем взять на себя эту миссию, ждущую своих достойных осуществителей. Но бездонный колодец мудрос ти тем и ценен, что всяк приходящий к нему может утолить свою жажду.

Pages:     | 1 |   ...   | 23 | 24 || 26 | 27 |   ...   | 53 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.