WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 ||

2.3.2. Масштаб изменений Очень важным является вопрос о «масштабе» рассматриваемых семантических дериваций, т.е. о величине расхождения между значениями. Дело в том, что между двумя членами отношения семантической деривации может быть различная смысловая дистанция. Оптимальной (для наших целей) представляется приблизительно та дистанция, которая разделяет значения одного слова в традиционных толковых (или двуязычных) словарях – что примерно соответствует критерию Куриловича (разными считаются такие значения, которые имеют разные синонимичные однословные выражения). Т. е. имеются в виду рамки «обычных» отношений полисемии; они противопоставлены, с одной стороны, омонимии, а с другой стороны – «подзначениям» (т.е. вариантам внутри нумеруемых значений). Семантическая деривация большей дистанции – то, чем оперирует этимология и вообще реконструкция: ср. знаменитый пример семантической реконструкции Бенвениста для франц. глагола voler, имеющего значения ‘лететь’ и ‘красть’, которые являются в современном языке омонимами, но их единство может быть восстановлено в употреблении типа le faucon vole la perdrix «сокол преследует и ловит на лету куропатку», букв. «сокол летит куропатку» [Бенвенист 1974: 333]. Наоборот, меньшая дистанция имеется между значениями, различающимися набором или статусом актантов: Гусар звенел шпорами и шпоры звенели, Юбка метет по мостовой, нож хорошо режет (деривация этого масштаба исследуется, в частности, в работах Е.В. Падучевой, Р.И. Розиной и Г.И. Кустовой в рамках системы «Лексикограф»). Разумеется, обе эти границы в значительной степени условны, но так или иначе можно сказать, что в каталог попадают семантические деривации «средней» дистанции.

Включению в рассмотрение семантических дериваций больших и малых дистанций препятствуют следующие обстоятельства: семантические деривации больших дистанций преимущественно являются результатом реконструкции, т.е.

содержат элемент гипотетичности; на первом этапе такие семантические деривации имеет смысл не включать в рассмотрение, чтобы не смешивать информацию различной степени точности. Что же касается, наоборот, малых дистанций, то это – материал для решения другой задачи (например, задачи создания своего рода порождающей модели для полисемии, решаемой в системе «Лексикограф», см. [Кустова, Падучева 1994] и др.). Различие в постановки задачи состоит, прежде всего, в том, что в «Лексикографе» исследуются закономерности семантической деривации внутри определенных классов слов, а в нашем каталоге индивидуальные изменения значений. При этом в нашей системе закономерность ищется не индуктивно (путем выявления семантического механизма деривации), а, так сказать, эмпирически – она вытекает из самого факта повторяемости данного семантического перехода, его независимого воспроизведения в разных языках в разные эпохи.

Важно также подчеркнуть, что объектом каталогизации являются изменения именно значений, а не семантических компонентов или семантических признаков. Поэтому «типовые» семантические деривации – напр., различие процессного и стативного значения таких глаголов как думать, говорить, изображать, загораживать (т.е. категориальные, типовые, повторяющиеся внутри классов слов сдвиги), также как метонимии типа «вместилище – его содержимое» в каталог не включаются. Это – другая задача (и в частности, здесь межъязыковое отождествление не представляет специального интереса).

Итак, речь идет лишь об изменении индивидуальных значений слов – но только тех, которые многократно воспроизводятся, что доказывает неслучайный характер этих изменений.

2.4. Проблема семантического калькирования Последнее утверждение требует одной очень важной оговорки. Дело в том, что воспроизведение некоторой семантической деривации разными языками может быть обусловлено не параллельным (независимым) семантическим развитием, а заимствованием этого производного значения – т.е. результатом семантического калькирования. При этом установление факта калькирования – совершенно отдельная процедура, требующая применения других (историко-филологических) методов анализа, что выходит за рамки нашей задачи. (Блестящие образцы такой работы мы находим, например, в исследованиях В.В. Виноградова по «истории слов».) Собственно лингвистическими методами могут быть выявлены лишь случаи «подозрительного» сходства. Ср., например, сходную внутреннюю форму слова со значением ‘поезд’ в немецком, польском и чешском языках9, наводящую на мысль о калькировании:

№ 10. [от ‘тянуть’] ‘поезд’ нем. Zug полск. pocig чешск. vlak Другой пример: «семиотическое» значение у глагола говорить ‘означать’ (это говорит о его смелости), которое появилось в русском языке в начале ХIХ О семантической деривации с участием словообразования см. раздел 2.5.2.

в. – возможно, под влиянием французского, где это значение (у глагола dire) появилось значительно раньше (qu’est ce que a veut dire).

№11. ‘говорить’ ‘означать’ русск. говорить франц. dire нем. sagen греч.

Возможно, результатом калькирования является наличие у глагола со значением ‘обнаруживать’ производного значения ‘придерживаться мнения’, ср.:

№12. ‘обнаруживать’ ‘придерживаться мнения’:

русск. находить франц. trouver итал. trovare англ. to find нем. finden.

В следующем примере слово было заимствовано (в древнеанглийский из старо-французского), очевидно, уже с присущей ему многозначностью:

№13. ‘пленный’ –> ‘плохой’:

лат. captivus (‘пленный’), итал. cattivo (‘плохой’) лат. captivus (‘пленный’), франц. chtif (‘плохой’) [Будагов 1964] др.-англ. caitiff (‘пленный’, ‘плохой’) [Kleparski 1986].

Впрочем, окончательно установить факт семантического калькирования удается довольно редко. Это возможно лишь в случае, когда тому имеются какието свидетельства – так, например, известно, что слово трогать в значении ‘воздействовать на чувства’ появилось впервые у А. П. Сумарокова под воздействием франц. toucher (см. [Виноградов 1994: 810]). Однако достаточно часто вопрос о том, является ли сходство семантической деривации результатом независимого развития или семантического калькирования, остается без окончательного ответа. Более того, для языков, которые в принципе находятся между собой в постоянном контакте, граница между этими двумя явлениями до некоторой степени стирается (подобно тому, как в тесном научном коллективе порой трудно бывает установить, кто первый придумал некоторую ставшую впоследствии популярной идею). Тем самым некоторое подозрение в несамостоятельности той или иной семантической деривации имеется почти всегда, и нет ни возможности, ни смысла такие случаи исключать из рассмотрения: заимствование производного значения, если оно удерживается в заимствовавшем языке, есть подтверждение «жизнеспособности» соответствующей семантической деривации. С другой стороны, бывает и так, что сам факт калькирования представляется практически бесспорным, однако его направление не очевидно (ср. №12).

2.5. Формальные типы семантических дериваций Как уже говорилось, семантическая деривация представляет собой двустороннюю сущность; ее планом содержания является некоторая пара смыслов, вступающих в определенное отношение; планом выражения – полисемичное слово, где это отношение представлено. Помимо этих «образцовых» случаев, имеются некоторые типичные отклонения.

2.5.1. Многочленные деривации Прежде всего, довольно часто бывает так, что слово имеет более двух значений, и при этом отношения между ними удовлетворяют изложенным выше условиям. В таких случаях в принципе возможны разные решения, однако оптимальным повидимому является решение, при котором в качестве основного способа представления полисемии используется множество «стандартных» двучленных дериваций, например:

№14. ‘идти в неопределенном направлении’ ‘идти в неправильном направлении’ лат. errare др-русск. блудити №15. ‘идти в неправильном направлении’ ‘ошибаться’ лат. errare др-русск. блудити №16. ‘ошибаться’ ‘предаваться разврату’ лат. errare др-русск. блудити №17. ‘идти в неопределенном направлении’ ‘предаваться разврату’ русск. блудить/блуждать №18. ‘идти в неправильном направлении’ ‘ошибаться’ русск. заблудиться/заблуждаться и т.д.

Та же информация может быть представлена в сводной таблице11:

Поскольку блуждать является морфологическим имперфективом к блудить, а заблуждаться – к заблудиться, в некотором смысле каждая пара глаголов является одним словом.

В первых двух колонках отражены типы синхронной семантической деривации лат.

глагола errare и др.-русск. глагола блудити. Для всех остальных глаголов речь идет о той Таблица лат. др.-русск. русск. русск. русск. русск.

errare блудити блудить блуж- заблу- заблуждать диться даться ‘идти в + + + неопред.

направл.’ ‘идти в + + + неправ.

направл.’ ‘оши + + + баться’ ‘преда- + + ваться разврату’ Такого рода таблица в типологическом отношении является даже более информативной, выявляя картину того, как по-разному членят языки одну и ту же концептуальную сферу. Ср.:

Таблица ‘человек’ ‘мужчина’ ‘муж’ man man husband англ.

homme homme mari франц.

uomo uomo marito итал.

Mensch Mann Mann нем.

mniska man man шведск.

человъкъ моужь моужь др.-русск.

человек мужчина муж русск.

В этой таблице сведена информация о следующих семантических деривациях:

№ 19 ‘человек’ ‘мужчина’ англ. man франц. homme итал. uomo № 20 ‘мужчина’ ‘муж’ нем. Mann шведск. man др.-русск. моужь же семантической деривации в диахронии.

русск. муж Из Таблицы 2, в частности, видно, что среди семи сравниваемых языков русский занимает уникальное положение в том отношении, что все три смежных смысла – ‘человек’, ‘мужчина’ и ‘муж’ – выражаются в нем разными словами.

2.5.2. Семантическая деривация c участием словообразования Другое обстоятельство, затрудняющее инвентаризацию семантических дериваций, заключается в том, что часто семантическая деривация реализуется одновременно с морфологической – или, другими словами, что искомое семантическое соотношение устанавливается не в пределах одного слова, а между двумя словами, связанными какими-то словообразовательными отношениями. Один такой пример уже был приведен выше (№ 10): в немецком языке от глагола ziehen ‘тянуть’ образовано слово Zug ‘поезд’ (т.е. буквально ‘тянущий’). В таких случаях, отбрасывая все детали (т.е. сам путь как морфологической, так и семантической деривации) в левой части мы указываем только значение мотивирующей основы. Например:

№ 21. [от ‘жить’] –> ‘сильное чувство’ русск. переживать нем. Erlebniss (‘переживание’).

Существуют и другие факторы, осложняющие вычленение семантических дериваций. Возникающих на этом пути препятствий так много, что задача оказалась бы вообще неразрешимой, если бы не то обстоятельство, что для целей межъязыкового отождествления семантических дериваций последние должны быть представлены в максимально упрощенной, освобожденной от деталей форме.

Каталог семантических дериваций, построенный согласно изложенным принципам, рассчитан на то, что он будет постоянно пополняться новыми единицами; одновременно будет уточняться и метаязык описания. На определенном уровне формализации способов представления информации каталог сможет быть превращен в базу данных.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ Апресян 1974 – Ю. Д. Апресян. Лексическая семантика. Москва, 1974.

Бабаева 1998 – Е. Э. Бабаева. Кто живет в вертепе, или опыт построения семантической истории слова//ВЯ, №3, 1998.

Бабаева, Журавлев, Макеева 1997 – Е. Э. Бабаева, А. Ф.Журавлев, И. И.Макеева.

О проекте «Исторического словаря современного русского языка»//ВЯ №2, 1997.

Будагов 1964 – Р. А. Будагов. Сравнительно-семасеологические исследования.

Романские языки. М., 1964.

Виноградов 1994 – В. В.Виноградов. Слово и значение как предмет историколексикологического исследования//Виноградов, В.В., История слов.

Москва, 1994.

Гак 1997 – В.Г.Гак. Типология аналитических форм глагола в славянских языках // ВЯ №2, 1997.

Зализняк 1995 – Анна А. Зализняк. Опыт моделирования семантики приставочных глаголов в русском языке//Russian linguistics, vol. 19, 1995, p.143-185.

Зализняк 2000 – Анна А. Зализняк. Русская приставка у-: когнитивная модель семантической деривации//First annual conference of the Slavic Cognitive Linguistic Association, Chapel Hill, North Carolina, November 3-4, 2000 (в печати).

Зализняк, Шмелев 2000 – Анна А.Зализняк, А.Д. Шмелев. Введение в русскую аспектологию. М. «Языки русской культуры», 2000.

Кустова 1998 – Г. И.Кустова. Производные значения с экспериенциальной составляющей//Семиотика и информатика, вып. 36. М., 1998.

Кустова, Падучева 1994 – Г. И. Кустова, Е. В. Падучева. Словарь как лексическая база данных//ВЯ, N°4, 1994.

Крысько 1997 – В. Б. Крысько. Verba pretii в истории русского и других славянских языков. – ВЯ N°2, 1997.

Падучева 1998а – Е.В. Падучева. О семантической деривации: слово как парадигма лексем//Русский язык в его функционировании. Третьи Шмелевские чтения, 22-24 февраля 1998. Тезисы докладов международной конференции. М., 1998а.

Падучева 1998б – Е.В. Падучева. 1998б Парадигма регулярной многозначности глаголов звука//ВЯ №5, 1998б.

Плунгян 1998 – В.А.Плунгян. Проблемы грамматического значения в современных морфологических теориях//Семиотика и информатика, вып.

36, М., 1998.

Седакова 1992-95 – О.А. Седакова Материалы к учебнику церковнославянского языка. Церковно-славянско-русские паронимы. Славяноведение. №5 – №2 1995.

Толстой 1997 – Н.И.Толстой. Избранные труды. Т. 1. М., 1997.

Трубачев 1964 – О. Н. Трубачев. ‘Молчать’ и ‘таять’. О необходимости семасиологического словаря нового типа//Проблемы индоевропейского языкознания. М., 1964.

Трубачев 1976 – О. Н. Трубачев. Этимологические исследования и лексическая семантика//Принципы и методы семантических исследований. М., Урысон 1998 – Е.В. Урысон Языковая картина мира vs. обиходные представления (модель восприятия в русском языке)//ВЯ, №2, 1998.

Херберман 1998 – К.-П. Херберман Компаративные конструкции в сравнении. К вопросу об отношении грамматики к этимологии и языковой типологии//ВЯ, №2, 1998, с. 43-73.

Шимчук 1991 – Э. Г. Шимчук. Из истории лексики, связанной с духовным миром человека (др.-русская тъска и его окружение). – Историко-культурный аспект лексикологического описания. ып. I. М., 1991.

Шмелев 1964 – Д. Н. Шмелев. Очерки по семасиологии русского языка. М., 1964.

Шмелев 1973 – Д. Н.Шмелев. Проблемы семантического анализа лексики. М., 1973.

Pages:     | 1 | 2 ||



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.