WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 27 | 28 || 30 | 31 |   ...   | 42 |

Представляется, что это очень удачное продвижение идеи Дж. Гибсона о встроенности, взаимозависимости и взаимообусловленности мира и индивида – то, что он называет экологическим подходом. Несомненно, что здесь, помимо достаточно старых идей о целостности мира, идущих еще от Аристотеля и содержащихся практически во всех мировых религиях, помимо идей Пьера Тейяр-де Шардена и Вернадского, существует и новый, очень важный компонент: индивид и мир связаны экологически, то есть связаны особенностями своего существования. «Переделка мира – это очень эффективный способ переделки поведения; возможность переделки индивида в ситуации неизменного мира крайне сомнительна. Никакое изменение не будет иметь «управляющих» или предсказуемых последствий в отсутствие ясного понимания соответствующей части мира» (Найссер, 1981. С.193).

Именно на взаимодействии индивида и окружающего мира строится вся «теория извлечения информации» Гибсона. Эта теория, по мнению Гибсона, подразумевает «новую концепцию восприятия» и описание того, что должно восприниматься, она предполагает новое представление об информации, «которая всегда присутствует в двух видах – в виде информации об окружающем мире и в виде информации о са204 А.А. Девяткин мом наблюдателе». Эта же теория подразумевает новые идеи относительно структуры воспринимающих систем, и, пожалуй, самое главное, состоит в том, что воспринимающая система должна сама активно извлекать информацию из окружающего мира. Саму же информацию Гибсон понимает как «соотносимую не с рецепторами и не с органами чувств наблюдателя, а с окружающим его миром. Информация задает качества объектов; ощущения задают качество рецепторов или нервных волокон. Информация о внешнем мире несопоставима с качествами ощущений» (Гибсон, 1988. С.343).

Важнейшим качеством информации, по Гибсону, является то, что она не передается и не принимается (как это принято считать в обычных теориях информации). «Информация, присутствующая в объемлющем свете, в звуках, запахах и естественных химических соединениях, неисчерпаема. Наблюдатель может до конца своих дней открывать все новые и новые факты о мире, в котором он живет, и у этого процесса нет и не может быть конца. К информации, в отличие от стимуляции, неприменимо понятие порога. Информация в окружающем мире не становится меньше оттого, что ее извлекают. В отличие от энергии, информация не подчиняется закону сохранения» (Гибсон, 1988. С.344). Особенным при этом является также и то, что Гибсон в принципе не желает обсуждать механизм обработки и восприятия информации, так как считает, что информация воспринимается непосредственно. Его абсолютно не интересует то, что больше всего интересует когнитивную психологию, – внутренние механизмы восприятия.

Один из ведущих представителей когнитивной психологии У.

Найссер относит Гибсона к когнитивному направлению, хотя тут же отмечает, что, «резко возражая против концепции переработки информации, Джеймс Гибсон предложил такую теорию восприятия, в которой внутренние психические процессы вообще не играют никакой роли; воспринимающий непосредственно собирает информацию, предлагаемую ему окружающим миром» (Найссер, 1981. С.31). Найссеру это кажется совершенно недостаточным, ибо здесь возникает еще одна, не Экологическая концепция социальной установки менее важная задача – понять структуру внутренних когнитивных процессов.

Для нас существенным является тот очевидный факт, что общефилософская позиция Ульрика Найссера противоположна позиции Эдмунда Гуссерля, причем расхождение обнаруживается именно в исходной точке, где Гуссерль объявляет войну психологизму. Так, мы находим у Найссера: «Когнитивная, или иначе – познавательная, активность – это активность, связанная с приобретением, организацией и использованием знания. (...) По этой причине исследование познавательной активности составляет часть психологии, а теории познания являются психологическими теориями» (Найссер, 1981. С.23). Если забегать вперед, то можно предположить, что наша гипотеза экологического компонента социальной установки является как раз тем недостающим звеном, которое может дополнить «вклад воспринимающего в перцептивный акт», то есть исправить то, о чем говорит У. Найссер (см. выше: Найссер, 1981. С.31). Мы дополняем, следовательно, теорию Дж. Гибсона элементом, который достаточно корректно может компенсировать отмеченные недостатки экологической оптики, указанные многими критиками (см.: Найссер, 1981;

Величковский, 1981).

Характеризуя общие позиции когнитивной психологии, Найссер отмечает, что «...восприятие представляет собой основную когнитивную активность, порождающую все остальные виды. (...) Однако еще важнее то, что в восприятии встречаются когнитивная активность и реальность. (...) Назначение восприятия, как и эволюции, несомненно, состоит в раскрытии того, что же действительно представляет собой окружающая среда, и в приснособлении к ней (Найссер, 1981. С.31).

Мы уже останавливались на том, что не принимаем идею эволюционного подхода, идею приспособления. Дарвиновская теория эволюции несовместима с принципами устройства окружающего мира в концепции Дж. Гибсона, влияние же первого настолько сильно почти на все направления в психологии (кроме, пожалуй, гештальттеории), что и идеи Гибсона кажутся часто еретическими.

206 А.А. Девяткин Если рассматривать процесс восприятия как процесс приспособления или как средство приспособления, то это сближает позицию Найссера с теорией Ж. Пиаже, у которого подобным же средством приспособления являлся интеллект. Базовая идея когнитивной психологии (все проистекает от восприятия) противоречит в этом случае основной идее Пиаже (где приспособление – на основе мышления). Казалось бы, разные подходы на самом деле имеют одно общее основание – теорию Дарвина. Неизвестно, как к этому относится сам Найссер, но два других направления, которые тоже имеют дарвиновские корни, он явно недолюбливает. «...Природа человека слишком важный вопрос, чтобы можно было предоставить его решение бихевиористам и психоаналитикам» (Найссер, 1981.

С.30).

Исходя из вышеупомянутого особого отношения когнитивной психологии к процессу восприятия, мы отмечаем очень важную для нас деталь, которая могла быть выработана именно в русле данного направления, поскольку того требовало само трепетное отношение к восприятию. «Центральным моментом предлагаемого здесь подхода является то, что восприятие направляется предвосхищениями, но не управляется ими;

восприятие предполагает выделение реально существующей информации. Влияние схем проявляется в том, что они определяют выбор именно данной информации, а отнюдь не в создании ложных перцептов или иллюзий» (Найссер, 1981. С.64).

Здесь для нашей гипотезы чрезвычайно значимыми являются следующие замечания: во-первых, акцентируется очень важная мысль о том, что «восприятие направляется, а не управляется». Именно здесь были главные недостатки как теории Узнадзе, так и многих теорий аттитюда и установки. Потерянное понятие интенции, которое, несомненно, присутствует в установке, конечно же, не соотносимо с представлениями о направленности, например, личности в общей психологии.

В теории установки Д.Н. Узнадзе установка является тем компонентом психики, который является своеобразным посредником между окружающим миром и индивидом, – компоЭкологическая концепция социальной установки нентом, который управляет восприятием. На самом деле лучше говорить именно об интенциональности установки, поскольку это позволяет осуществлять взаимодействие между индивидом и окружающим миром более гибко и адекватно.

Во-вторых, очень существенным видится момент выбора схемой «именно данной информации». Поскольку центральная гипотеза нашей концепции направлена именно на поиск механизма выбора возможностей окружающего мира, мы не можем не обнаружить некоторое сходство понятий схемы и установки именно в их способности производить выбор информации.

Конечно же, здесь сразу следует говорить о принципиальной разнице в понимании термина «информация» Дж. Гибсоном и У. Найссером, но это уже задача второго порядка, мы постараемся дать ее квалифицированное решение.

Различие в понимании информации у Гибсона и Найссера можно обнаружить во всем. Например, Найссер пишет, что «схема собирает информацию, меняется ею, использует ее», а мы точно знаем, что, по Гибсону, информация не передается и не перерабатывается, а извлекается непосредственно из окружающего мира безо всяких промежуточных схем и механизмов.

Сам Найссер, анализируя позиции Гибсона, пишет, что «подход Гибсона имеет некоторые явные преимущества перед традиционным подходом. Организм для него не является чемто пассивным, действующим под влиянием стимульных воздействий, скорее, он сам все время подстраивается к свойствам окружающей его среды, которые объективно существуют, точно специфицированы и адекватно воспринимаются. Акцент на протяженном во времени сборе информации делает теорию Гибсона приложимой к гаптической (связанной с осязанием) и акустической информации точно так же, как и к световой, по крайней мере, в принципе. Наиболее важной особенностью этой теории является указание на то, что исследователям восприятия следует стремиться скорее к созданию новых и более богатых способов описания информации, содержащейся в стимулах, чем к построению все более тонких гипотез относительно внутренних психических механизмов. «Экологическая 208 А.А. Девяткин оптика» Гибсона представляет собой попытку такого описания...» (Найссер, 1981. С.40).

Здесь, однако, мы должны отметить одну небольшую, на непросвещенный взгляд, ошибку: Найссер пишет о «протяженном во времени сборе информации». Помимо уже отмеченного – «информация не собирается и не передается» (это принципиально) – мы должны заметить, что у Гибсона нет общеупотребительного представления о времени. Он говорит о событиях, но не о времени. Кажется, что Найссер невольно переносит принципы своего понимания информации на позиции Гибсона. Гибсону же представляются очень важными понятия «событие» и «информация о воспринимаемых событиях». Он пытается дать классификацию реальности, отмечая при этом, что «течение экологических событий отличается от абстрактного хода времени, с которым имеют дело в физике.

Поток событий разнороден и распадается на составные части, тогда как считается, что ход времени однороден и линеен.

Исаак Ньютон утверждал, что «абсолютное, истинное математическое время само по себе и в силу своей собственной природы течет равномерно, без связи с чем бы то ни было внешним». Но это лишь удобный миф. (...) Пора начать относиться к событиям как к первичным реалиям, а ко времени – как к производной от них абстракции – понятию, выведенному в основном из регулярно повторяющихся событий наподобие тиканья часов. Воспринимаются события, а не время (Gibson, 1975). С пространством дело обстоит так же, как и со временем. Объекты не наполняют пространство, так как пустого пространства, с которого якобы все началось, никогда не было. (...) Воспринимаются поверхности и компоновка, а пространство не воспринимается. (...) Время и пространство не являются пустыми хранилищами, которые надлежит наполнить, они всего-навсего признаки событий и поверхностей» (Гибсон, 1988. С.154).

И хотя У. Найссер считает теорию Гибсона конструктивной, и во многом следует ей, однако он замечает, что «гибсоновская точка зрения на восприятие также представляется неадекватной, хотя бы потому, что в ней очень мало говорится о Экологическая концепция социальной установки вкладе воспринимающего в перцептивный акт. В каждом воспринимающем организме должны существовать определенного рода структуры, позволяющие ему замечать одни аспекты среды больше, чем другие, или вообще что-либо замечать. (...) Достигается это тем, что восприятие понимается как активность, осуществляемая во времени, – за это предвосхищающие схемы воспринимающего могут быть приведены в соответствие с информацией, получаемой от среды» (Найссер, 1981.

С.31).

Здесь сразу следует заметить, что и сам Найссер рассматривает этот «вклад воспринимающего» довольно поверхностно и односторонне – в рамках компьютерной метафоры. Так, его схемы во многом похожи на то, что в общей психологии называется установкой, а в социальной – аттитюдом, однако он даже не упоминает этих терминов, как будто их не существует в природе. Между тем еще у Д. Н. Узнадзе мы находим то взаимодействие со средой и тот вклад, о котором так беспокоится Найссер. Стоит только немного отойти от главного принципа – «информация перерабатывается», и многое станет более убедительным. Смущает также и полное отсутствие какихлибо ссылок на то, какой же теории времени придерживается сам У. Найссер, так активно использующий категории времени в своей конструкции. Ведь сама по себе мысль о том, что «восприятие – это активность, осуществляемая во времени», еще ничего нового не вносит. Гибсон, придерживающийся так называемой событийной концепции времени, считает, однако, что невозможно говорить о чистом времени, то есть времени, ничем не заполненном, о времени как форме чего-то другого.

Здесь напрашивается явная аналогия с «чистым» сознанием, с «сознанием о...» Гуссерля. Более того, само событийное представление о времени нужно Гибсону только для того, чтобы показать его особое взаимодействие с окружающим миром и индивидом – встроенность и взаимозависимость. Важнейшей их характеристикой Гибсон считает встроенность одного события в другое, что основано на его идее взаимодополнительности и взаимозависимости окружающего мира и индивида.

«Любое экологическое событие встроено в более продолжи210 А.А. Девяткин тельное событие, (...) иногда в этой череде событий встречаются повторы, (...) события всегда имеют какой-то смысл, и (...) течение их никогда не бывает таким гладким, как течение ньютоновского «абсолютного математического времени» (Гибсон, 1988. С.168).

Pages:     | 1 |   ...   | 27 | 28 || 30 | 31 |   ...   | 42 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.