WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 42 |

Механизм выбора возможностей как свойств окружающего мира есть механизм постижения сущностей, которые предоставляют эти возможности. Это акт выбора живого наблюдате146 А.А. Девяткин ля, описание которого можно найти у Шекспира, Киркегора, Аббаньяно, Хайдеггера, Ортеги-и-Гассета, Гуссерля.

Особое устройство экологического окружающего мира требует особого механизма, который мы определили как экологический компонент социальной установки, обладающий свойством извлечения сущностной информации окружающего мира, то есть возможностей для последующего формирования социальной установки.

Именно выбор возможностей определен нами главной характеристикой социальной установки как психосоматической функции. Новая структура социальной установки требует подробного обоснования новых функций экологического компонента.

Современный экологический подход в психологии восприятия связан, прежде всего, с именем Джеймса Джерома Гибсона, профессора Корнельского университета. Принято излагать его концепцию в разделе «когнитивная психология» (см.: Величковский, 1981). У. Найссер посвящает Дж. Гибсону и Элеоноре Дж. Гибсон свою книгу «Познание и реальность. Смысл и принципы когнитивной психологии» (1981). Нам подобная позиция (отнесение экологического подхода к когнитивному направлению) представляется недостаточно убедительной, и мы попытаемся это доказать в дальнейшем.

Правильнее всего было бы выделить экологический подход Дж. Гибсона в отдельное направление в психологии, хотя сам автор просит считать свою идею и ее разработку всего лишь концепцией. Общий подход Гибсона основан, вероятно, на позициях гештальтпсихологии и бихевиоризма. «Многим я обязан гештальтпсихологам, особенно Курту Коффке. (...) Я в неоплатном долгу перед американскими психологами-функционалистами Уильямом Джемсом и Э.Б. Хольтом» (Гибсон, 1988. С.22).

Упоминание функционализма вместе с именем Алберта Мишотта, которого Гибсон называет феноменологом и «близким ему по духу психологом», позволяет говорить о некотором созвучии идей феноменологии и экологического подхода.

Эта мысль является для нас одной из основных, позволяющих Экологическая концепция социальной установки рассмотреть проблемы социальной установки с позиций феноменологии и экологического подхода Дж. Гибсона. Здесь, например, мы подробно проанализируем представления Гибсона и Гуссерля об окружающем мире, теорию возможностей и другое. Основная цель исследования в том – что феноменологически рассматриваемый механизм социальной установки будет проанализирован нами в неразрывном единстве с окружающим миром.

Отмечая особенности своего подхода, Гибсон пишет, что «к проблеме восприятия необходимо подходить с экологической точки зрения» (Гибсон, 1988. С.24). Обосновывая свою позицию, Дж. Гибсон отмечает, что необходимо отказаться от старой идеи восприятия как превращения чувственных данных в образы. Он рассматривает процесс извлечения инвариантов стимульного потока, для чего он описывает окружающий мир на экологическом уровне, анализирует информацию для восприятия, которая содержится в освещенной среде. Все это обусловливает принципиально новую концепцию восприятия (см.: Гибсон, 1988. С.26).

Конечно же, каждое направление в психологии претендует на свою «философию человека», где в той или иной форме должны быть отражены основные идеи активности, места человека в мире, взаимодействия организма с окружением. Хотя учение Гибсона и имеет бихевиористические истоки, он категорически протестует против любых форм превращения человека в некие «переменные» характеристики, изолированные от реального мира.

Традиционная пассивность локковского гомункулуса и его картезианский двойник являются объектами непримиримой критики Дж. Гибсона. Причем сетования самого Гибсона на недостатки своей концепции лучше отнести не к слабостям самой идеи, а к необъятности темы. Речь в экологическом подходе идет не только о теории восприятия, здесь ставятся и онтологические вопросы. Сам Гибсон отмечает: «Учение об окружающей среде превратилось в мощное движение нашего времени, но в психологии оно пока не породило ничего, кроме энтузиазма. Еще нет теоретической концепции, которая могла 148 А.А. Девяткин бы лечь в основу этого учения. Не найден верный концептуальный уровень. В данной книге делается попытка найти этот уровень» (Гибсон, 1988. С.27).

Вероятно, центральным вопросом у Гибсона и у нас ставится вопрос о взаимодействии индивида с окружающим миром – субъект познания не может быть изолирован, как это предлагалось в традиционной психологии. При этом одним из самых спорных вопросов является идея о прямом характере восприятия окружающего мира. Гибсон исключает какие бы то ни было промежуточные механизмы восприятия между психикой и реальностью. Более того, он вообще отказывается рассматривать вопрос функционирования «того, что в голове», считая его несущественным. И здесь он вступает в прямое противоречие с когнитивной психологией. «В последние годы Джеймс Гибсон подверг сомнению те постулаты, на которых в основном зиждется современная когнитивная психология», – пишет У. Найссер и с глубоким почтением отвечает ему взаимностью: «Моя позиция фактически не совместима с «гибсоновскими» принципами. К их разочарованию, я счел необходимым предположить, что воспринимающий располагает некими когнитивными структурами, называемыми схемами, функция которых состоит в сборе содержащейся в среде информации. Это понятие является центральным в моей попытке примирить концепции переработки информации и сбора информации, в каждой из которых содержится слишком много истинного, чтобы игнорировать их» (Найссер, 1981. С.20).

Основа гибсоновского подхода состоит в постулировании идеи взаимозависимости мира и индивида, что, в свою очередь, предполагает непосредственное их взаимодействие на основе экологических принципов. Здесь нам видится принципиальным непринятие основных идей Ч. Дарвина о взаимоотношении мира и организма, хотя Гибсон и не критикует напрямую автора эволюционной теории. Ни мир, ни индивид не могут иметь в своей основе идею агрессивности, борьбы, поскольку это противоречит самой идее существования мира.

Психологами уже отмечалось много общих моментов между деятельностным подходом А.Н. Леонтьева и экологической Экологическая концепция социальной установки оптикой Дж. Гибсона: «Между экологическим и деятельностным подходами к восприятию гораздо больше общего, чем может показаться неискушенному читателю. И Леонтьев, и Гибсон понимали восприятие как процесс активного вычерпывания информации из окружающего мира. И тот и другой усматривали «сверхзадачу» восприятия в постижении предметных значений, открывающих поле деятельности для воспринимающего. Оба они были непримиримыми противниками рецепторных концепций восприятия, сложившихся в созерцательно-сенсуалистической психологии» (Логвиненко, 1988.

С.6).

При этом особенностью стратегии Гибсона является изучение именно того, что предлагается окружающим миром для восприятия индивиду. Иными словами, «исследователи потратили много сил, пытаясь определить, как осуществляется восприятие, и не обратили внимания на вопрос о том, что воспринимается, хотя ответ на первый вопрос явно зависит от ответа на второй» (Величковский, 1982. С.271). Хотя и здесь требуется некоторое уточнение. Дело в том, что важно не просто поставить вопрос «что воспринимается», но и правильно увязать его с вопросом «как воспринимается». А это может быть связано только через общие представления об устройстве окружающего мира, частью которого является и человек. Индивид имеет возможность воспринимать мир, потому что он часть этого мира.

Изложение своего подхода Гибсон начинает с анализа понятия «окружающий мир». Причем даже в самом названии первой части уже заявлена его позиция: «Окружающий мир, который нужно воспринимать». Автор не устает еще и еще раз повторять мысль об активности восприятия, отмечая при этом, что его нельзя рассматривать в отрыве от реального мира, в котором находится животное. «Окружающий мир любого животного – это то, что его непосредственно окружает» (Гибсон, 1988. С.31).

Для нас это имеет особое значение потому, что установку, как и восприятие, вероятно, не следует рассматривать как некий гипотетический конструкт, поскольку тогда моментально 150 А.А. Девяткин теряется ее главный смысл. Установка не может быть чем-то теоретическим, как и восприятие.

Представляется, что это один из главных недостатков всех предыдущих теорий установки. Он обусловлен прежде всего тем, что индивид рассматривается в отрыве от окружающего его мира, хотя такая связь неустанно декларируется. Вероятно, это естественное следствие подхода, который начинается со стороны индивида. Гибсон вначале анализирует окружающий мир, а только потом – индивида и его восприятие, получая от этого огромные преимущества.

Позитивистские ориентации многих исследователей социальной установки не позволяли им обоснованно «встроить» свои концепции установки в более общие теории психического, что естественно приводило эти концепции к их практической бесполезности, то есть лишало их главной цели изучения установки.

Гибсон характеризует взаимоотношения животного (в том числе и человека) с окружающим миром и отмечает их взаимозависимость. «Не следует забывать (а это часто упускается из виду), что слова «животное» и «окружающий мир» неразрывно связаны друг с другом. Употребление любого из этих понятий подразумевает наличие другого. Ни одно животное не смогло бы существовать без окружающего мира. Точно так же, хотя это и не столь очевидно, говоря об окружающем мире, мы подразумеваем какое-то животное (...), которое он окружает. Это значит, что поверхность нашей Земли на протяжении миллионов лет до того момента, как на ней появилась и стала развиваться жизнь, не была окружающим миром в строгом смысле этого слова. До появления жизни Земля была всего лишь физическим телом, частью Вселенной» (Гибсон, 1988.

С.32).

Можно спорить здесь с автором относительно корректности его утверждения, но гораздо важнее другое – введение данного понятия позволяет нам рассматривать совершенно новую парадигму психологических реалий, названную Пьером Тейяром де Шарденом «преджизнью».

Экологическая концепция социальной установки К тем новым возможностям, которые открывает данный подход, в первую очередь надо отнести взаимозависимость и взаимодополнительность окружающего мира и человека. Это потом ляжет в основу принципа построения окружающего мира и, как выражался Тейяр, «внутреннего вещей». «Идея взаимозависимости животного и окружающего мира не могла возникнуть в физических науках. Такие фундаментальные понятия, как «организм» и «окружающий мир», или «вид» и «среда его обитания», нельзя вывести из понятий пространства, времени, материи и энергии – понятий, лежащих в основе всех физических наук. Исходя из этих физических понятий, можно в лучшем случае прийти к идее о том, «что животное представляет собой очень сложный объект физического мира» (Гибсон, 1988. С.32).

Проводя различия между окружающим миром и физическим миром, Гибсон пишет, что окружающий мир состоит из элементов, при этом «более мелкие элементы содержатся в более крупных. Этот факт имеет принципиальное значение для излагаемой здесь теории, и поэтому я ввожу для него специальный термин «встроенность». (...) Земной окружающий мир нельзя разложить раз и навсегда на какие-то особые, подлинно первичные элементы. Если мир рассматривать как среду обитания, то в нем не найти атомарных элементов. Вместо них вы найдете элементы, соподчиненные друг другу» (Гибсон, 1990. С.34).

Гибсон говорит о неизменности и изменчивости как важных характеристиках окружающего мира и подчеркивает разницу их понимания в физике и его теории. Прежде всего это относится к тому, что «предметы не сохраняются; сохраняется материя. В экологии это называется несохранением, разрушением объекта, тогда как в физике это называется просто изменением состояния» (Гибсон, 1988. С.40).

Для нас этот факт имеет большое значение в связи с нашей попыткой обосновать принципиально различное понимание причинности в физическом мире и мире психическом. Если в физическом мире ничего не исчезает и не появляется из ничего, то есть во всех явлениях физики присутствует так называе152 А.А. Девяткин мая каузальность, то психическое может быть и лишено этого именно в силу того, что предметность, в отличие от материи, вполне может исчезать.

Психическое по своей природе интенционально, как подчеркивалось в истории психологии уже неоднократно, что и заменяет при необходимости понятие причинности. Например, с точки зрения физики смерти не существует, что для понятия живого, психического совершенно абсурдно. «Уход в небытие, прекращение существования или разрушение представляет собой такое событие в окружающем мире, которое крайне важно уметь воспринимать» (Гибсон, 1988, С.41).

Подчеркивая важность понимания окружающего мира для формирования новой концепции восприятия, Гибсон пишет:

«Я считаю, что, овладев концепцией среды, мы приходим к совершенно новому пониманию восприятия и поведения» (Гибсон, 1988. С.45). Мы же отмечаем, что и новое представление об установке тоже возможно только с точки зрения предлагаемого экологического подхода. В своей концепции Гибсон различает явное и неявное знание. Под неявным он разумеет свое новое представление о восприятии, которое само, по мнению Гибсона, активно извлекает информацию из окружающего мира и предоставляет ее в пользование индивиду. Явное же знание возникает тогда, когда человек пытается выразить что-либо словами или другими известными ему способами передачи информации. Не останавливаясь сейчас на понимании Гибсоном термина «информация» (этому будет посвящен отдельный параграф), мы должны отметить, что наше представление об интенциональности установки соотносимо с пониманием Гибсоном неявного знания, вернее, извлечения этого знания из окружающего мира. Вероятно, при переходе этого знания в явное знание интенциональность теряется.

Описывая значимый окружающий мир, Гибсон отмечает, что «в мире физической действительности нет места предметам, которые что-то значат. А вот в экологической действительности, которую я пытаюсь описать, такие предметы есть.

Если бы то, что мы воспринимаем, представляло собой математические или физические объекты, значения приходилось Экологическая концепция социальной установки бы искусственным образом присоединять к ним. Если же мы воспринимаем экологические объекты, то их значение мы можем просто обнаружить» (Гибсон, 1988. С.66).

Важной особенностью окружающего мира является то, что он содержит в себе информацию, которую активно извлекает организм для поддержания своего существования. При этом Гибсон отмечает, что «информацию для зрительного восприятия несет свет».

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 42 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.