WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 42 |

Эта тенденция идет еще от Аристотелевой традиции, где активность выступает в форме внутренней и непосредственной направленности одушевленного тела. Идеи Аристотеля восприняты Фомой и продолжены в психологии актов Францем Брентано. Многими исследователями отмечалось, что Брентано предложил свою альтернативу развития психологии почти одновременно с элементной психологией В. Вундта, где не было места ни интенциональности, ни имманентной активности психического в силу иной (дарвиновской) картины окружающего мира. «Одновременно со структурной психологией Вундта и Титченера возникла идущая от учения Фомы Аквинского теория актов сознания, в которой с сугубо идеалистических позиций был выдвинут на передний план активный характер психики человека» (Ярошевский, Анцыферова, 1974.

С.211). Это, конечно же, противоречило принципам детерминизма, ведь теперь активным изначально оказывался не мир, но индивид с его психикой.

Так или иначе, но установка все-таки потеряла свойство интенциональности, и уже почти никто не вспоминает о нем на протяжении столетия. И хотя само понятие интенциональности используется широко как в феноменологии, так и близких к ней психологических школах, но оно не соотносится при этом с понятием установки. Ни в функциональном направлении (Джемс), ни в феноменологической психологии, ни в экзистенциальной или гуманистической психологии, ни в психо10 А.А. Девяткин логии актов нет достаточно разработанной концепции установки, да и не могло быть – исходя из принципа целостности.

Если Г. Оллпорт считает, что «одним из первых ранних психологов, который употребил термин (аттитюд. – А.Д.), был Г.Спенсер, родоначальник позитивизма, то нам ближе упоминание в этой связи имени Бинэ. Н.Н. Ланге в своей книге «Психический мир» (1914) пишет: «Бинэ видит в этих актах, вообще, моторные приспособления и называет их les attitues, позами, готовностями. «Умственная готовность (attitude), – говорит он, – кажется мне вполне подобной физической готовности, это подготовка к акту, эскиз действия, оставшийся внутри нас и осознаваемый через те субъективные ощущения, которые его сопровождают (Бинэ, 1894. С.61)» (Ланге, 1914.

С.80). Здесь нам важен не столько исторический факт приоритета, сколько сам контекст использования данной цитаты у Н.Н. Ланге. Дело в том, что он рассматривает позицию А. Бинэ в соотнесении с функциональной психологией актов Ф. Брентано, феноменологией Э. Гуссерля, где понятие интенциональности играет одну из центральных ролей.

Ничего подобного нет в том термине «attitude», который предложили У. Томас и Ф. Знанецкий в своей знаменитой работе о польских крестьянах в Америке. Стало трюизмом начинать рассмотрение проблем установки с упоминания этой работы. Едва ли можно сказать в этой связи что-то новое, но нам кажется важным акцентировать внимание на самой конструкции аттитюда: «ценность» + «отношение к ценности». Именно это стало поворотным пунктом в понимании аттитюда с позиций социальной психологии. У.Томас и Ф.Знанецкий определяли аттитюд «как психологический процесс, рассматриваемый в отношениях к социальному миру и взятый прежде всего в связи с социальными ценностями» (Шихирев, 1999. С.100).

В свое время А.Г. Асмоловым было замечено, что в социальной психологии «социальная установка до некоторой степени утратила свою «психологичность». Из поля внимания зарубежных психологов как бы выпало то, в какой форме социальная установка выступает для субъекта» (см.: Асмолов, Исследования социальной установки в зарубежной психологии Ковальчук, 1977. С.145). По нашему мнению, «утрата психологичности» установки обусловлена пониманием ценности как социального объекта, имеющего значение для группы людей.

П.Н. Шихирев приводит мнение Томаса и Знанецкого, согласно которому социальная установка «описывает взаимодействие, взаимообусловленность индивида и общества, (...) общество содержательно представлено социальной ценностью, а индивид – отношением к этой ценности» (Шихирев, 1985.

С.29).

Данное замечание для нас существенно и позволяет обратиться к двум важнейшим моментам: во-первых, возникает вопрос двойственности природы социальной установки – со стороны окружающего мира и со стороны индивида. В нашей концепции социальной установки мы отводим центральное место понятию «возможности окружающего мира», которые обусловливают в том числе и ценности общества.

Вторая часть установки, сугубо индивидуальная, состоит из отношения к этим ценностям, которое в каждом конкретном случае обосновано потребностями индивида. В психологии установки этот двойной способ образования установки забыт почти повсеместно, кроме теории установки Д.Н.Узнадзе, где она формируется в момент «встречи» потребности индивида с ситуацией ее удовлетворения. Во-вторых, понятие ценности, истолковываемое как объективный «смысл» в мире (Риккерт), позволяет ставить вопрос о моменте формирования смысла, который видится нам с Гуссерлевых позиций как возникающий в акте интенционального переживания. А поскольку смысл здесь «как бы играет роль посредника между бытием и ценностями и составляет отдельное «царство смысла» (Содейка, 1991. С.266), то через акт извлечения смысла мы приходим к моменту выбора возможности окружающего мира при формировании установки. Отсюда и функции регулятора психических процессов индивида (вюрцбургская школа), и регуляция социального поведения индивида в общественной жизни.

Двойственность природы социальной установки позволяет ей быть «регулятором социального поведения и деятельности индивида в обществе» (см.: Шихирев, 1985. С.29). Мы наме12 А.А. Девяткин ренно отклонились в сторону от основной линии повествования об истории понимания феномена социальной установки с тем, чтобы подчеркнуть упущенные варианты развития психологии установки, обозначив при этом главные линии своей концепции, проистекающие из этих вариантов.

На сегодняшний день существует огромное количество работ об истории психологии установки. Классическим в этом отношении является обзор Г.В. Оллпорта. Многие авторы брали его за основу, и, вероятно, нет смысла еще раз пересказывать хорошо известные факты истории аттитюда. Свой обзор мы попытаемся развивать сразу по двум направлениям – основные проблемы теории аттитюда и наиболее значительные теоретические вклады в решение этих проблем. Главные проблемы аттитюда могут быть обозначены как формирование, смена, структура и функции аттитюда. Все теоретические разработки будут, по возможности, рассмотрены нами в тесной связи с основными направлениями развития мировой психологической мысли.

Отмеченная ранее нестабильность публикаций по проблеме аттитюда (имеет «всплески» в двадцатые и пятидесятые годы) обусловлена не только естественными закономерностями развития науки вообще с ее периодами «собирания и разбрасывания камней», но и с особенностями конкретной проблемы. В частности, если в первый период исследователи были заняты вопросами определения установки, и таковых было предложено огромное множество, то потом, когда «родник иссяк» и наступило естественное затишье, психологи взялись за проблему измерения аттитюда, вернее, того, что они так и не смогли определить. Затем настал черед проблем формирования и смены аттитюда, потом – компонентов и функций аттитюда. Вероятно, так происходит с каждой проблемой, но не у каждой находится свой Мак-Гуайер, умеющий это заметить. Важное значение имеют также запросы практики, ибо сложно представить себе теоретические дискуссии об определении понятия «аттитюд» в период ховлендских исследований – «когда грохочут пушки, музы умолкают».

Исследования социальной установки в зарубежной психологии Проблема определения аттитюда Первой проблемой, которая в той или иной мере рассматривается почти каждым исследователем, является проблема определения аттитюда. Этому посвящено много работ, начиная с классического оллпортовского обзора, в котором он большую часть посвятил истории развития проблемы, анализу различных направлений и определений, отличию аттитюдов от других понятий, и кончая учебным определением Дэвида Майерса: «Установка – это благоприятная или неблагоприятная оценочная реакция на что-либо или на кого-либо, которая выражается в мнениях, чувствах и целенаправленном поведении» (Майерс, 1999. С.154).

Обзор Г.Оллпорта включал в себя основные концепции двух предшествующих десятилетий и был вызван стремлением очертить контуры различных теорий. Г.Оллпорт идентифицирует четыре «условия формирования аттитюда», но не развивает их достаточно полно и во всех деталях. Во многом его позиция была близка взглядам Терстоуна, который считал, что информация комбинируется и в ходе этого процесса формируется окончательный аттитюд. Однако Г.Оллпорт предлагал дополнительно ввести еще и другие характеристики, кроме аффективных. До этого периода аттитюд казался более универсальным и расплывчатым, теперь же понятие приобретало бльшую структурированность.

Прежде чем предложить свое определение аттитюда, Гордон Виллард Оллпорт проанализировал шестнадцать уже существовавших до него. Его коллега Нельсон в 1939 году анализирует уже тридцать подобных определений. И это всего за четыре года! Главными признаками аттитюда, по мнению Оллпорта, были его ментальное или нейтральное состояния, готовность к действию, организованность, следствие опыта (см.: McGuire, 1969. Р.142).

Ф.Оллпорт характеризует аттитюд как бессознательную составляющую поведения, которая подготавливает его и направляет, активизируя при этом одни реакции и тормозя другие на фоне общего сближения результатов и потребностей, регулирующих как восприятие, так и действие (см.: F. Allport, 1955).

14 А.А. Девяткин Леон Терстоун в своей знаменитой статье 1925 года «Аттитюд может быть измерен» писал: «Я определяю аттитюд как намерение реагировать позитивно или негативно на психологический объект, которым может быть любой символ, личность, фраза, слог или идея, относительно которой индивид может иметь различные чувства» (Thurstone, 1929. Р.45).

Леонард Дуб считает, что «аттитюд – это имплицитная драйв-производная реакция относительно социального значения в индивидуальной сфере деятельности» (Doob, 1947. Р.23).

Смит, Брунер и Уайт считают, что аттитюд – «это предрасположенность к опыту, которая мотивирует индивид к определенным действиям относительно объектов» (Smith, Bruner, White, 1956. Р.31).

Чарльз Осгуд главным качеством аттитюда видит «предрасположенность реагировать, которая зависима от других состояний, таких, как готовность к предрасположению относительно оценочного ответа» (Osgood, Suci аnd Tannenbaum, 1957. Р.14).

Сарнофф определяет аттитюд как склонность реагировать положительно или отрицательно на определенный класс объектов (см.: Sarnoff, 1960).

Креч, Кратчфильд и Баллачи в 1962 году обозначили аттитюд как «постоянные системы положительных или отрицательных оценок, когниций и действий «рrо or contra» в отношении социальных объектов» (Krech, Gruchfeld аnd Balachey, 1962).

Антони Гринвальд классифицирует все предыдущие попытки дать определение аттитюду: «Предшествующие дефиниции аттитюда могут быть отнесены к одному из четырех классов: 1. Автор представляет и доказывает свои собственные определения аттитюда. При этом он доказывает, что это определение может не быть идентичным уже имеющимся (Дуб, 1947; Осгуд, 1955). 2. Автор рассматривает множество вариантов других определений и отдает предпочтение одному из них (Инско, 1967) или предлагает новое определение (Оллпорт, 1935). 3. Автор допускает разнообразие определений аттитюда, отчаявшись найти консенсус различных определений (МакГуайер, 1968; Смит, 1956). 4. Автор, который пытается переИсследования социальной установки в зарубежной психологии вести различные определения аттитюда на обычный разговорный язык и при помощи его выработать направление конвергенции различных направлений (Кэмпбелл, 1963)» (Greenwald, Brock аnd Ostrom, 1968. Р.362).

Сам же Гринвальд стремится при этом объединить все известные теории аттитюда с целью создания «комплексной психологической теории, сконструированной на основе базисных психологических теорий научения, общей когнитивной ориентации. Эта концепция аттитюда может служить моделью теоретического анализа других комплексных психологических конструктов» (ор. сit. Р.386).

Хорошо известна работа Дж. Гибсона (Gibson, 1941), где он дает критический анализ понятий установки, на основе которого Прангишвили (1967) и Асмолов (1977) предлагают классификацию основных позиций в исследованиях установки.

Согласно А.Г. Асмолову, «в зарубежной психологии первая попытка классификации различных значений, вкладываемых в понятие «установка», принадлежит Дж. Гибсону» (см.: Асмолов, 1977. С.61). Мы особо выделяем мнение А.Г.Асмолова в силу того, что нам чрезвычайно важны позиции Дж. Гибсона, на идеях которого основана наша концепция социальной установки.

На базе гибсоновской классификации Асмолов выделяет несколько основных позиций: 1. О. Кюльпе в начале века понимал под установкой некое «предварительно созданное ожидание объектов, качеств или отношений», проводя эксперименты по восприятию. 2. Позиция О.Л.Зангвилла во многом продолжает линию О. Кюльпе. Установка здесь понимается как «концептуальная схема, не ожидаемая, а вызванная стимульным паттерном». 3. Согласно К. Халлу, установка есть «ожидание стимульных отношений (...), выработанное в условиях повторной стимуляции». 4. В сериях экспериментов на время реакции установка представляется как «намерение реагировать специфическим движением». 5. Карлу Коффке установка видится как «намерение выполнять привычные психические операции». 6. Сипола, Лачинс отмечали, что установка – это скорее «психическая операция или метод, не намерен16 А.А. Девяткин ные, но актуализированные в процессе научения или решения задач». 7. Курт Левин считал, что установка – это «тенденция к завершению прерванной активности». В историю психологии это явление вошло под именем Б.В.Зейгарник. 8. МакФарленд понимал под установкой «тенденцию продолжать активность после устранения соответствующих условий (персеверация)» (см.: Асмолов, 1977. С.61-65).

Характеризуя все вышеизложенные позиции, Ш.А. Надирашвили замечает, что здесь наблюдается «тенденция расщепления общепсихологического понятия установки» в форме различных психических образований – то, что называется «set» и «attitude». Если первая группа определений подходит под определение «attitude» то вторая – под определение «set».

Хотя Надирашвили убежден, что речь идет о разных аспектах одного механизма, отмеченного общей закономерностью, которая теряется при таком подходе. И понятие «set» в сенсомоторной сфере, и понятие «attitude» в сфере социальной активности относимы к действию диспозиционной установки (см.:

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 42 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.