WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |   ...   | 42 |

4) сознательность. Нам представляется, что это слишком широкое определение понятия «отношение», допускающее, однако, и некоторое ущемление возможностей его употребления.

Например, достаточно спорным представляется описание отношения как только сознательного феномена. Некоторые части определения при этом могут противоречить друг другу.

По Мясищеву, психическое отношение являет собой внутреннюю сторону связи человека с окружающим миром. Мясищев выдвигает подход, в котором он все проблемы психологии предполагает рассматривать с точки зрения проблемы отношений. Ему кажется важным выявление связи между отражением и отношением, которые, по его мнению, представляют собой единство, поскольку объективная действительность отражается субъектом, который в это время так или иначе к ней относится. «Психологически отношения человека в развитом виде представляют интегральную систему избирательных сознательных связей личности с различными сторонами объективной действительности, вытекающую из всей истории его развития и внутренне определяющую его действия и переживания. Мы говорим «интегральную», потому что относится к действительности человек в целом. Если действовать может рука, воспринимать – глаз, то относится к чему-либо человек как личность, как субъект в целом» (Мясищев, 1957. С.143).

Не будет ошибкой, если к сказанному добавить, что в эту систему входят не только «сознательные связи личности» и что не только отношения могут определять его действия, имеТеория установки в школе Д.Н.Узнадзе ются и другие детерминанты поведения. Но самое существенное возражение вызывает утверждение о том, что «действовать может рука, воспринимать – глаз». Эти утверждения – не более чем такой же конструкт, как следующее далее понятие «личность». Либо мы признаем условность и теоретическую возможность рассмотрения их отдельно (неизвестно, правда, с какой целью), либо мы должны сказать себе, что нет руки, которая «действует», нет глаза, который «воспринимает», нет личности, которая «относится», поскольку все это должно рассматриваться только в границах единого конкретного живого организма. Воспринимает не глаз, а весь организм в целом.

Теоретическая абстракция подобного рода может быть приемлема разве что в физике, психология не может себе позволить «разложить» человека на «атомы», даже с целью изучения отдельных его частей.

Важным представляется тот факт, что Д.Н. Узнадзе рассматривал установку в тесной взаимосвязи с проблемой развития психики, это является его задачей, и с этого он начинает свое исследование. Однако развитие у него основывается на установке, на ее способности объективации. Если установочный уровень существует и в животном мире, и у человека, то уровень объективации мы можем наблюдать лишь у человека.

Можно, конечно, здесь спорить относительно «человеческих преимуществ над животным» и относительно основ человеческого мышления как логических законов, но ценно то, что Д.Н. Узнадзе пытается обрисовать механизм психического развития. В.Н. Мясищев пишет: «Отношения как сознательные избирательные связи являются продуктом индивидуального развития. В сущности, вопрос о развитии человека неразрывно связан с формированием его отношений» (Мясищев, 1957.

С.148). Совершенно очевидно, что здесь, в отличие от Д.Н. Узнадзе, отношения сами являются продуктом развития, то есть их роль является второстепенной в вопросе психического развития, а механизм такого развития не детализируется и не исследуется.

Заслуга же Д.Н. Узнадзе в том, что он пытается решить вопрос механизма психического развития. Это сближает теорию 132 А.А. Девяткин отношений В.Н. Мясищева с теориями аттитюда, где аттитюд также имеет зависимое, второстепенное значение по сравнению с процессами развития. Однако Б.Ф. Ломов склонен считать, что понятие «отношение» является родовым понятием по отношению ко всем перечисленным. «На наш взгляд, наиболее общим понятием, обозначающим перечисленные характеристики личности (и ряд других, не перечисленных здесь), является понятие «субъективные отношения личности». Речь идет о том, как личность относится к тем или иным событиям и явлениям мира, в котором она живет. В данном случае термин «отношение» подразумевает не только и не столько объективную связь личности с ее окружением, но прежде всего – ее субъективную позицию в этом окружении. «Отношение» здесь включает момент оценки, выражает пристрастность личности.

Понятие «субъективные отношения личности» близко по содержанию к понятиям «установка», «личностный смысл» и «аттитюд». Но, с нашей точки зрения, оно является по отношению к ним родовым. Понятие «установка», раскрываемое как центральная модификация личности (Узнадзе), подчеркивает интегральный характер субъективно-личностных отношений; «личностный смысл» – их связь с общественно выработанными значениями; «аттитюд – их субъективность» (Ломов, 1984. С.326).

Еще раз подчеркнем, что мы здесь не претендуем на исчерпывающее описание понятия «отношение», поскольку это отдельная, очень сложная и интересная проблема. Мостиком же связи между теорией отношений В.Н. Мясищева и диспозиционной концепцией В.А. Ядова является все те же понятия «отношение» и «потребность».

Как известно, Ядов, предлагая диспозиционную концепцию регуляции социального поведения, исходил из базовой идеи Д.Н. Узнадзе о формировании установки в момент «встречи» потребности и ситуации. Поскольку установка рассматривалась в работах Узнадзе главным образом на элементарном уровне, то при классификации потребностей Ядов опирался на представления о социальном поведении. За основу классификации потребностей им взята известная классификация А. Маслоу, а ситуации квалифицированы «как условия деяТеория установки в школе Д.Н.Узнадзе тельности и структурированы по длительности времени, в течение которого сохраняется основное качество данных условий» (Андреева, 1988. С.359). Сама по себе подобная классификация ситуаций кажется нам не очень убедительной, но с точки зрения нашего подхода к установке понятие времени является очень существенным в системе формирования установки.

Исходя из подобной основы Ядов выделяет ситуации предметные, ситуации группового общения, деятельность в сфере профессии, быта, досуга, ситуации жизнедеятельности. В свое время Ш.А. Надирашвили писал о концепции Ядова: «Читатель, наверное, приблизительно понимает, какие психические явления подразумевает Ядов под диспозициями указанных уровней, однако до конца разобраться в них несколько затруднительно вследствие сложности природы этих психических образований и неясности принципа классификации. Если под диспозициями первых двух уровней понимаются фиксированные, сенсомоторные и социальные установки, то диспозиции третьего и четвертого уровней считаются структурами познавательно-эмоциональных переживаний» (Надирашвили, 1987.

С.314).

Ядов при этом выделяет три уровня активности: практическую, теоретическую, социальную. Ядов больше склоняется к теории деятельности. Он создал теорию регуляции социальной активности человека на основе ценностно-установочных ориентаций.

Согласно Ядову, система регуляции социальной активности личности состоит из структуры четырех различных уровней.

Первый уровень – иерархии диспозиций системы фиксированных установок, на основе которых совершаются простые действия и импульсивное поведение. Это установки практического поведения по Надирашвили.

Второй уровень – система фиксированных социальных установок. Именно этот уровень очень активно изучается в зарубежной социальной психологии. Второй уровень соответствует третьему уровню психической активности у Надирашвили.

Третий уровень – это система сложных социальных установок, где формируется общая доминирующая направленность 134 А.А. Девяткин социальной сферы личности. «Третий уровень психической активности, введенный Ш.А. Надирашвили, относится уже к социальному поведению личности. Это – волевая активность, которая регулируется системой ценностных ориентаций, нравственных принципов, как они фиксируются в самосознании индивида, в его «психологическом автопортрете». Таким образом, установка – и фиксированная установка в частности – является психологическим механизмом регуляции как бессознательной, так и сознательной активности субъекта, она содержит механизмы и простейших, и сложнейших форм поведения» (Ядов, 1979. С.21).

Четвертый уровень является высшим и обусловливает ценностные ориентации личности на цели жизнедеятельности.

Характеризуя концепцию Ядова, Надирашвили отмечает неясность принципа классификации как потребностей, так и ситуаций и постепенный переход на позиции теории деятельности, что и подтверждается Г.М. Андреевой: «Предложенная иерархия диспозиционных образований, взятая в целом, выступает как регулятивная система по отношению к поведению личности. Более или менее точно можно соотнести каждый уровень диспозиций с регуляцией конкретных типов проявления деятельности: первый уровень означает регуляцию непосредственных реакций субъекта на актуальную предметную ситуацию, второй уровень регулирует поступки личности, (...) третий уровень регулирует уже некоторые системы поступков (...) четвертый уровень регулирует целостность поведения, или собственно деятельность личности» (Андреева, 1988. С.361).

При этом существует одна особенность, на которую мало кто обращает внимание, – Ядов говорит не об установках, а о диспозициях. И хотя это во многом похожие понятия, они не идентичны. Причем делает он это не с психологических, а с сугубо социологических позиций, а это должно быть непременно учтено при анализе конструктивности вклада в теорию установки.

Конечно же, высказанные замечания в адрес той или иной концепции установки ни в коей мере не умаляют заслуг их авторов, а позволяют наметить пути их дальнейшего развития, Теория установки в школе Д.Н.Узнадзе которые лежат в области нерешенных проблем. Характеризуя позицию отечественных исследователей установки, следует отметить, что ими внесен значительный вклад в изучение общей проблемы этого сложнейшего психического образования.

Основные идеи Д.Н. Узнадзе, высказанные им почти век назад, позволяют и сегодня плодотворно развивать изучение установки в оригинальном направлении. Особый вклад в это вносят ученики в последователи Д.Н. Узнадзе. И здесь надо назвать имена Ш.А. Надирашвили, И.Т. Бжалавы, И.С. Бериташвили, В.Г. Норакидзе, Д.А. Чарквиани, З.И. Ходжавы и многих других. Оригинальные концепции установки предложены А.Г. Асмоловым в общей психологии и В.А. Ядовым в социологии. Нам представляется, что позиции отечественных исследователей проблем установки, несомненно, вносят значительный вклад в дело изучения как проблемы установки, так и проблемы аттитюда.

Обозначив (очень условно) позиции отечественных психологов по проблеме установки, нам предстоит теперь последовательно высказать свои тезисы о том, что социальная установка может быть рассмотрена с позиций экологического подхода Дж. Гибсона. Это касается прежде всего вопросов соотнесения понятий «ситуация» и «возможность», «ситуация» и «окружающий мир»; более подробного описания требуют такие понятия, как «экологический компонент социальной установки», «механизм интенциональности экологического компонента» и другие. Все это заставляет обратиться к более тщательному анализу экологического подхода Дж. Гибсона, что приведет нас в конечном итоге к феноменологическим проблемам экологической концепции социальной установки.

Основные проблемы исследования социальной установки в общей и социальной психологии Формулируя основные результаты первых двух частей настоящего исследования и определяя главные перспективы исследования социальной установки, следует отметить прежде 136 А.А. Девяткин всего возрастающее значение проблемы установки в психологии. На это указывают все без исключения авторы, изучающие аттитюд, социальную установку, установку и близкие к ним понятия. Вероятно, в перспективе это понятие станет одним из центральных в проблематике общей и социальной психологии.

Несмотря на это, в настоящее время существует большое количество вопросов установки, требующих своего решения.

Прежде всего необходимо решить проблему позитивистского ориентирования исследований в области общей и социальной психологии на материале аттитюда и установки. Существующее сегодня относительно стабильное количество ежегодных работ (на общем фоне признания важности проблемы) свидетельствует как о пагубности позитивистского подхода, так и об исчерпанных возможностях основных направлений в психологии.

Вероятно, перспектива общего развития психологии (и проблемы установки в частности) связана с освоением философских традиций как прошлого, так и современности. Парадигма идей и подходов психологии должна быть расширена на основе ассимиляции философского наследия, с одной стороны, и новых нетрадиционных подходов к изучению окружающего мира, с другой стороны. Конкретизация указанных задач видится нам на путях использования феноменологического метода в области установки на базе экологического подхода в психологии.

Предлагаемый реальный мир экологического подхода сводит к минимуму позитивистские интенции экспериментального изучения установки и фундирует реализацию феноменологического метода исследования. Это обусловливается основными нерешенными проблемами установки. Проведенный анализ показывает ограниченность традиционных способов изучения установки, хотя многие ее проблемы были поставлены еще в конце ХIХ века.

Изучив различные точки зрения на процесс формирования аттитюда и установки, мы пришли к выводу о необходимости придерживаться позиций Д.Н. Узнадзе. Хорошо известно, что установка, согласно его гипотезе, формируется на основе Теория установки в школе Д.Н.Узнадзе «встречи» потребности и ситуации ее удовлетворения. Проанализировав понятие «ситуация», мы посчитали необходимым заменить его на понятие «окружающий мир» в представлении Дж. Гибсона. Поскольку понятие «окружающий мир» характеризуется с точки зрения экологического подхода в психологии, в том числе и как содержащее возможности для удовлетворения потребностей индивида, то формула Узнадзе «потребности+ситуация» приобрела у нас вид: «потребности+возможности».

Как логическое следствие из данной посылки возник вопрос о механизме выбора возможностей в процессе формирования установки. Ведь реально индивид в данное мгновение всегда имеет в своем распоряжении больше чем одну возможность для удовлетворения потребности. Особо оговаривается, что речь идет о ситуации установочного поведения, которая отличается от ситуации принуждения любого вида. Важен тот факт, что момент выбора возможности окружающего мира должен быть осуществлен до момента начала формирования установки, поскольку данная возможность должна быть выбрана до «встречи» с потребностью.

Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |   ...   | 42 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.