WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 18 |
Ведь именно недостаток способности управления является важнейшим элементом в фобиях, связанных с движением. Акрофобия, или боязнь высоты, не является фобией в чистом виде. Она всегда связана с побуждением прыгнуть или броситься с высоты. Зоофобия – боязнь животных, причем это могут быть существа различных видов. Гидрофобия, или патологическая боязнь воды, как правило, также имеет сильную околородовую составляющую. Таким образом, С. Гроф делает вывод, что «по своей природе тревога является ответом на обстоятельства, угрожающие жизни или целостности тела, то вполне разумно предположить, что одним из первичных источников клинической тревоги выступает травма рождения, так как роды являются ситуацией действительно содержащей угрозу для жизни… сами по себе чрезвычайно значимые корни при подобных расстройствах залегают в околородовой и надличностной областях»39.

В настоящее время большинство гипотез, которые касаются механизмов возникновения фобий, можно свести к двум основным группам: первая восходит к психоаналитической концепции Фрейда40, вторая к условнорефлекторной теории Павлова. По мнению отечественных исследователей, подавляющее большинство фобий формируется по механизму патологического закрепления условно-рефлекторной связи. При этом навязчивые страхи возникают в результате наложения во времени индифферентных условных и безусловных раздражителей, вызвавших чувство страха. Согласно классической рефлекторной теории, условный стимул постепенно теряет способность вызывать реакцию, если не подкрепляется повторением безусловного стимула. Фобический синдром может длиться годами без явного внешнего подкрепления, что не противоречит условно-рефлекторной теории.

Скорость угасания условного рефлекса зависит от эмоционального фона, сопровождающего формирование временной связи. Так как в основе фобического синдрома лежат базисные биологические или социальные установки, которые обеспечивают физическое или психологическое благополучие, угроза их реализации вызывает сильный страх, делающий такую временную связь очень прочной. Содержание навязчивых страхов претерпевает большие изменения по мере развития общества.

Для объяснения феномена страха Б. Спиноза выдвинул желание, отождествляя его с самой сущностью человека. Спиноза считал, что основными модусами желания в зависимости от его осуществления выступают такие аффекты, как удовольствие и неудовольствие. Спиноза отмечает: «Если мы знаем о будущей вещи, что она хороша и может случиться, то вследствие этого душа принимает форму, которую мы называем надеждой, которая есть не что иное, как известный род удовольствия, все же связанный с некоторым неудовольствием… если мы полагаем, что могущая наступить вещь дурна, то возникает форма души, которую мы называем страхом». «Страх… есть непостоянное неудовольствие… возникшее из образа сомнительной вещи». В данной концепции Спинозы в сфере ситуации страха оказывается как бездействующие на человека предметы, так и мнимые предметы41. Д. Юм рассматривает страх и надежду в ряду других человеческих аффектов, таких как добро (удовольствие) и зло (страдание), радость и печаль, Юм отмечает, что страх и надежда возникают в силу недостоверности или вероятности состояния духа: «Событие, которое, будучи достоверным, породило бы печаль или Гроф С. Психология будущего – М., 2001. – С.108-126.

Фред З. Танатос. – М., 1994.

Спиноза. Этика доказанная в геометрическом порядке. – Минск, 1998. – Гл. IV.

радость, всегда возбуждает страх или надежду, если оно только вероятно или недостоверно». Состояние вероятности или недостоверности возникает из-за постоянной борьбы противоположных возможностей реализации аффектов. В ходе борьбы дух не может остановиться на каком-либо аффекте, он постоянно переходит от одного к другому. Если же, в воображении, противоположные аффекты, например, горе и радость смешиваются, то образуются аффекты надежды и страха. Анализируя эти вопросы, Юм открывает аффект параллельных причин страха, суть которого состоит в том, что страх могут вызывать только возможные аффекты, если они проявляются в большей степени. Юм отмечает, что вначале это не собственно страх, но чувство зла бывает столь большим, что, подавляя ощущение безопасности, оно вызывает страх. Страх может появиться в результате невозможного бедствия, но в силу мощного влияния зла, что у человека появляется уверенность в достоверности этого бедствия. Достоверные несчастья также вызывают страх, так как дух всегда отвращается от неминуемого зла, приходит в неравновесное состояние и порождает аффект, похожий на страх. Надежда и страх возникают в силу недостоверности блага и зла, а также неопределенности рода этих аффектов.

Диалектическое понимание страха является значительным открытием Юма42.

Страх, как психологическое явление – одна из наиболее значимых эмоций для человека, отражающая врожденный и социокультурный характер. Страх возникает перед реальной опасностью либо создается в воображении индивида, тем самым подразделяется на рациональный и иррациональный (иллюзорный или невротический). Разновидностью иллюзорного страха является маниакальный страх, когда величина опасности преувеличена в несколько раз.

Крайняя степень невротического страха – шизофренический страх. В работах психологов особое значение уделяется фобиям, которые формируются в подкорке головного мозга и отражают страхи первобытных людей. Многие гипотезы, касающиеся механизмов возникновения фобий сводятся к условнорефлекторной теории Павлова и психоаналитической концепции Фрейда.

Современные исследования показывают, что специфика основных форм взаимоотношения человека с миром, а также специфика его духовности, включающей в себя страх, во многом обусловлены включенностью рефлектирующего человека в различные состояния его социальнобиологической организации – организменной, популяционной и родовой. В процессе социализации главным образом под влиянием родителей, у ребенка возникает группа страхов, которые относятся к ситуациям или социальным объектам, не имеющем прямого биологического значения. При сопряжении стимулов, вызывающих биологический страх, с некоторым социальным стимулом, у человека формируются страхи – он начинает бояться ситуации и объектов, совершенно неопасных с биологической точки зрения. Страх социальных объектов или ситуаций социального взаимодействия Д. Вольпе называл социальным страхом. Большинство социальных страхов имеют множественный характер. Социальные страхи быстро распространяются на Юм Д. Сочинения. В 2-х т. – М., 2002 – Т.1. – С.607.

смежные социальные ситуации и схожие социальные объекты, что приводит к повышенной тревожности и невротизации.

Социальный страх – опасение, которое казалось бы не угрожает непосредственно жизни и здоровью индивидуума (ответственность, публичные выступления). С одной стороны, данные чувства в какой-то степени имеются почти у каждого человека, составляя некоторый эмоциональный фон социума; с другой стороны при достижении определенной интенсивности, могут перерасти в тяжелые клинические формы - фобии.

В настоящее время психиатры придают социальным фобиям большое значение. Особая роль среди социальных страхов отводится двум достаточно близким формам – страху ответственности и страху экзаменов. Из-за боязни ответственности многие бросали карьеру, не достигнув своего «потенциального потолка». Страх ответственности влияет на развитие сердечно-сосудистых заболеваний. Этот страх обусловлен социальными механизмами. Принимая какое-то важное решение, человек берет на себя ответственность за его последствия. Это приводит к возникновению тревожных мыслей, а также отражается на обмене веществ и физиологических функциях человека.

Телесные изменения могут проявляться как в виде увеличения активности, так и в ее уменьшении. Когда человек активен, он становится беспокойным и суетливым. Второй широко распространенный страх – страх экзаменов – присущ в основном молодым людям, организм которых обладает значительным запасом прочности и менее подвержен психосоматическим болезням. Но при частом возникновении это чувство может приводить к серьезным нарушениям со стороны нервной и сердечно-сосудистой систем.

В соответствии с вышеизложенным материалом следует отметить, что социальный страх возникает в процессе социализации индивида. Социальные страхи при достижении определенной интенсивности неблагоприятно отражаются на психофизиологических функциях человека, что ведет к серьезным нарушениям нервной и сердечно-сосудистой систем.

Современная цивилизация, избавляя человека от многих биологических страхов, привносит в его жизнь множество других, таких как страх СПИДа, ядерной войны, страх диктатуры, многообразие и специфика которого обусловлены особенностями самой диктатуры, как концентрированного выражения насилия и власти. Некоторые психиатры называют наше время «эпохой тревоги», считая, что это чувство, вызванное осознанием сегодняшних проблем, отказом от базисных духовных ценностей и быстротой социальных изменений, пронизывает практически все стороны жизни. Иногда страх достигает критической точки, проявляясь на клиническом уровне. Изучение физиологии и биологии страха позволило лучше понять биологические механизмы поведения человека. Но на его жизнедеятельность накладывается множество культурных установок, влияющих на отношение человека к окружающему миру и к самому себе.

Экзистенция – есть промежуточное звено, соединяющее потустороннее бытие с «миром», как ареной повседневного обезличенного существования.

Направленность человеческой реальности на мир означает не подлинное существование, «заброшенность», а стремление к потустороннему, «окликами бытия» – подлинному существованию, содержится в таких феноменах, как «страх» (М. Хайдеггер43), «экзистенциальная тревога» (Ж.-П. Сартр44), «скука» (А. Камю45), «страх» в экзистенциальном смысле – это не физический страх, а метафизический ужас – потрясающее человека прозрение. Здесь важно не психологическое содержание феномена страха, а его онтологический смысл, который заключается в том, что человеку вдруг открылась зияющая бездна бытия, которой он раньше не ведал, спокойно прозябая в сутолоке повседневных дел. Теперь покоя нет, остался риск решения, которое не гарантирует успеха. «Экзистенциальный страх нельзя ни вылечить, ни изжить … он порожден не физической опасностью, в нем обнаруживается не малодушие человека, не его готовность укрыться от беды. Это метафизический ужас, в основе которого неустрашимо горькое откровение, своего рода прозрение»46.

Понятие страха в экзистенциальную философию вводится Кьеркегором, который различал «эмпирический» страх-боязнь перед конкретными предметами и обстоятельствами и страх-тоску – неопределенный страх перед ничто, «ничто, с которым у индивида нет ничего общего»47. Страх, который нельзя ни понять, ни локализовать, становится еще страшнее; такому страху нельзя противостоять. Метафизический страх свойственен только человеку, потому что он знает, что конечен и осознает свою смерть. Кьеркегор в своей работе «О понятии страха» описывает состояние неопределенного, расплывчатого беспокойства, которое отличается от понятия обычного страха тем, что хотя никакой очевидной опасности и не существует, тем не менее она распространена повсюду, и спастись от нее невозможно48. Смерть в представлении С. Кьеркегора тесно связана с духовным миром человека.

Предметом философии смерти является не сам факт, а осмысление «конца всего». Осознание смертности, по мнению Кьеркегора, порождает отчаяние («болезнь к смерти»).

Отчаяние – та болезнь, большее внимание к которой и большее понимание механизмов которой только обостряет страдание индивида. Самое подлинное отчаяние настигает индивида, который прекрасно осознает свое «я» и природу своего недуга. Отчаяние является важнейшей характеристикой человеческого существования.

М. Хайдеггер49 различает страх и боязнь. Боязнь, по его мнению, это испуг, растерянность, которая рождается чем-то конкретным. Боязнь – это боязнь чего-то предметно определенного. Страх никогда не выдвигается реально. Страх приходит из «ниоткуда». Хайдеггер, по словам Камю, Хайдеггер М. Бытие и время. – М., 1997. – С.252-255.

Сартр Ж.П. Тошнота. – М., 2001.

Камю А. Человек бунтующий. – Минск, 1998. – С.19.

Гуревич П.С. Философская антропология. – М., 1997. – С.352.

Кьеркегор С. Болезнь к смерти. – М., 1993. – С.25.

Кьеркегор С. О понятии страха. – М., 1993. – С.12.

Хайдеггер М. Бытие и время. – М., 1997. – С.254.

«хладнокровно рассматривает удел человеческий и объявляет, что существование ничтожно. Единственной реальностью на всех ступенях нашего сущего становится «забота». Для потерявшегося в мире человека забота выступает как краткий миг страха. Но стоит этому страху дойти до самосознания как он становится тревогой»50. Феномен «смерти» тесно связан с феноменом «страха». По сути дела «страх» впервые ставит перед Dasein (реально существующим бытием) вопрос о целостности его бытия потому, что он ставит Dasein перед лицом смерти, раскрывая ему «смерть» как его собственную чистую возможность. В онтологическом смысле «бытие к смерти есть сущностно ужас»51: Хайдеггер, как и Кьеркегор в метафизике смерти рассматривает некое предстояние перед концом. Хайдеггер говорит о разомкнутости «того, что присутствие как брошенное бытие экзестирует к своему концу» – разомкнутость есть страх. Хайдеггер предлагает такой путь преодоления ужаса как решимость – «заступание в возможность», принятие своей смертности в своем одиночестве. Позитивное в этом – размыкание себя себе самому. «...Всякое бытие при озаботившем, и всякое событие с другими отказывает, когда речь идет о самой своей способности быть. Приняв смерть, человек уже никуда не бежит и ни в ком не растворяется. Собственно через решимость вернуться к себе возможность преодоления ужаса»52. Человечество со всей страстью предается страху. Сартр пытался понять, что такое человеческая реальность. Таким образом, экзистенциальный страх свойственен только человеку, так как именно человек осознает свою конечность – смерть, что является предметом изучения экзистенциальной философии. Страх в экзистенциализме рассматривается как нечто, постоянно сопутствующее человеческой жизни. Страх неотделим от человека, так как без этого глубинного переживания немыслимо подлинное существование. Иначе можно говорить лишь о растительном, бездумном пребывании в реальности. Метафизический страх погружает человека в самые немыслимые состояния, он порождает образы ужаса. Страх, как отмечает Ю.М. Лотман53, присущ не только человеку любой культуры, но и животным, но кроме страха существуют и специфически человеческие, сформированные культурой механизмы, гарантирующие соблюдение нравственных норм.

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 18 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.