WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |   ...   | 23 |

Dцб = | Кцб – F | (6) или формула Dбм = | Кбм – F |, (7), которые применяются преимущественно в тех случаях, когда параметры b и c качественно разноплановы, хотя и структурно однородны. Так, при исследовании вопроса об эстетической предпочтительности пространственных форм живописных полотен20 параметрами пропорции выступают высота и ширина картины; те же характеристики (а также глубина) используются и в случае оценки эстетических достоинств архитектурных сооружений, например культовых сооружений (церквей, соборов, храмов, пирамид) или пропорций человеческого тела. Анализ природных и художественных форм, базирующийся на формуле (6), требует не только особой тщательности при проведении расчетов, но и безусловной проверки результатов (если это возможно) по формуле (7), и обратно. Действительно, величины Кцб и Кбм для одних и тех же значений a, b и c могут быть существенно различны и, следовательно, значения Dцб и Dбм будут далеки друг от друга. Например, если a = 14, а b = 8 и c = 6 (количество строк в сонете, в его катренах и в его терцетах для классической формы сонета), то Кцб = 1,750 и Dцб = 0,132, а Кбм = 1,333 и Dбм = 0,285; таким образом, величина Dбм в 2,2 раза больше Dцб.

Формула (5) дает действительную величину отклонения от «золотого сечения» (для структурной схемы сонета Dзс = 0,417), которую только и следует использовать во всех возможных аналитических изысканиях. Принцип «золотого сечения» кодирует математическими символами универсальный природный феномен – принцип резонансного изоморфизма, составляющий фундамент всего обилия элементов, структур, систем и организмов, порожденных природой. Формулы (2) и (3) представляют в своей совокупности (системе уравнений) единство категорий аддитивного и мультипликативного, т.е. единство структурной целостности организма и единство закона развития всех частей структурно-организованного целого.

Современное естествознание убедительно доказывает21, что в целостном бионическом представлении структурно-организованного целого принцип дихотомии (деления пополам) является основным законом, определяющим тенденцию роста, тогда как принцип «золотого сечения» носит более общий характер, моделируя процесс формирования структур предельно сжатых иерархий и объединяя в едином процессе движение, согласно принципу дихотомии (симметрии) и принципу наименьшего действия (усилия) одновременно. Эти основополагающие принципы позволили создать числовой аппарат естественной векторной геометрии, в котором числа и определяют характер формообразования кристаллических структур, а числа, образующие число «золотого сечения» F и его корреляты, – ключ к формам живой природы.

Более того, установлена взаимосвязь числа F с тремя основными физическими Петров В.М., Прянишников Н.Е. Формулы прекрасных пропорций // Число и мысль. Вып.

2. М., 1979. С. Шмелев И.П. Золотая симфония. – Л., 1988. – С. 54.

константами (числами с – скорость света, е – заряд электрона, h – постоянная Планка), что дает многим исследователям22 право считать число F одной из констант мироздания.

Принцип «золотого сечения» обнаруживается в формах живых организмов (например, в форме яблока или в форме улитки), пропорциях тела и органов человека, биоритмах головного мозга, строении плодородного слоя земли, статистике популяций, музыке, строении планетарных систем и системы Менделеева, микрокосмосе, в компонентах генного аппарата человека и животных и т.д.

Для наших дальнейших рассуждений наиболее существенным является тот факт, что принцип «золотого сечения», сформулированный Леонардо да Винчи для геометрических фигур, в самом общем случае выражает соотношение между целыми числами – членами так называемого «ряда Фибоначчи», в котором каждый последующий его член (начиная с третьего) равен сумме двух предыдущих:

{0, 1, 1, 2, 3, 5, 8, 13, 21, 34, 55, 89, 144,...} (8) Коэффициент F «золотого сечения» получает в этом алгебраическом представлении новое толкование, связанное с делением n-го члена ряда Фибоначчи на его (n – 1)-й член при n®oo.

Ряд Фибоначчи – это динамический ряд, векторной геометрической интерпретацией, которой является спираль Фибоначчи, а «золотое сечение» есть асимптотическое равенство двух отношений для тройки чисел (kn – 1; kn;

kn + 1) этого ряда при n->oo. Итак, чем больше n, тем ближе реальное значение Dзс = |(kn + 1 / kn) – (kn / kn – 1 )| к нулю, а соотношение между некоторыми параметрами объекта, выраженными этими числами – к «золотому сечению».

«В каждой науке, имеющей тенденцию к точности, – писал А.Белый, – по своему отражается ширящаяся диалектическая спираль, размыкающая всюду (от неба до электрона) неподвижные круги форм, в спиральном расширении метаморфозы; в таблицу Менделеева, расположение листьев растения, в небесную механику ввинчена та же диалектическая спираль…». И далее:

«…принцип метаморфозы называю я принципом ритма»23.

Принцип формирования ряда Фибоначчи, отражая принцип саморазвития в его самом общем философском и естественнонаучном смысле, кодирует числовой последовательностью симметричность (1, 1) и асимметричность (1, 2, 3,…) движения, основанную на едином универсальном алгоритме:

kn + 1 = kn + kn – 1, (9) где n – номер элемента k ряда (8) для n>=3.

Но если закон симметрии и обратный ему закон дихотомии (деления пополам) как один из принципов структурной организации природных объектов сомнений в научной мысли не вызывает, то принцип саморазвития требует выстроить свой собственный ряд доказательств.

Сухотин А.К. Ритмы и алгоритмы. – М., 1983. – С.89.

Белый А. Ритм как диалектика… С. 15, 16, Используя вышеперечисленный принцип, при помощи ЭВМ исследователями было установлено, что «Илиада» и «Одиссея» были созданы одним лицом, т.е. Гомером.

Феноменологические особенности и динамику «золотого сечения» изучали, проанализировав 792 стихотворения А.С. Пушкина за весь период его творческой биографии с 1813 по 1837 гг. В композиции 385 из них, что составляет 49% от общего числа, было обнаружено «золотое сечение». В качестве феноменологических критериев «золотого сечения» в тексте были взяты три его фнкции: кульминация, главная мысль и граница смысловых частей. Золотое сечение в стихотворениях Пушкина прослеживается в 53% его стихов.

Компьютерам сегодня под силу даже создание произведений, которые приближаются к традиционным, если программе задавать соответствующие правила стихосложения. Например, почти адекватны хайку, сочиненные японским поэтом Босе и машиной, приведенные В. Пекелисом в книге «Кибернетическая смесь».

Апрельский вечер В дымке туманной Ивы листья колышет – Белые хризантемы – Бабочек крылья (Босе) Снежные хлопья (Машина) В обыденной жизни стихи, сочиненные ЭВМ, вызывают отрицательную реакцию. Кроме того, машины могут сочинять и прозу. Машина генерирует тексты, оценить которые может только человек. Но получается парадокс.

Каждую ЭВМ можно заставить создавать произведения искусства, но нельзя заставить это делать любого человека. Ведь быть творцом-художником это удел немногих в мире людей. Если потребности в искусстве будут преобладать над предложением, то моделируемые при помощи ЭВМ произведения искусства могут в какой-то мере заполнить вакуум. Особенно в таких видах, как изобразительное искусство, музыка, кино.

ТЕМА 7. ТВОРЧЕСТВО Проблема творчества в истории философии 1. Античность. Специфика античной философии, как и античного мировоззрения в целом, состоит в том, что творчество связывается в ней со сферой конечного, преходящего и изменчивого бытия (бывания), а не бытия вечного, бесконечного и равного себе. Творчество при этом выступает в двух формах:

а) как божественное – акт рождения (творения) космоса и б) как человеческое (искусство, ремесло).

Для большинства древних мыслителей характерно убеждение в вечном существовании космоса. Творчество как создание нового и уникального непричастно к сфере божественного. Даже у Платона, который учит о творении космоса, творчество понимается очень своеобразно: демиург творит мир «...сообразно с тем, что познается разумом и мышлением и что не подлежит изменению». Таким образом, античная философия не отводит творчеству главенствующего значения. Истинное знание, то есть созерцание вечного и неизменного бытия, выдвигается ею на первое место. Всякая деятельность, в том числе и творческая, по своему онтологическому значению ниже созерцания, созидание ниже познания, ибо созидает человек конечное, преходящее, а созерцает бесконечное, вечное.

2. Христианство. Иное понимание творчества возникает в христианской философии Средних веков, в которой перекрещиваются две тенденции:

1) теистическая, идущая от древнееврейской религии, и 2) пантеистическая – от античной философии.

Первая связана с пониманием Бога как личности, которая творит мир не в соответствии с неким вечным образцом, а совершенно свободно. Творчество есть вызывание бытия из небытия посредством волевого акта божественной личности. Вторая тенденция, к которой тяготеет едва ли не большая часть представителей средневековой схоластики, в том числе и крупнейший ее представитель – Фома Аквинский, в вопросе творчества подходит ближе к античной традиции. Бог Фомы – это добро в его завершенности, это вечный, созерцающий самое себя разум, это «...совершеннейшая природа, нежели воля, сама себя делающая совершенной». Поэтому понимание божественного творчества у Фомы близко к пониманию его у Платона. Человеческое творчество выступает в христианстве, прежде всего, как «творчество истории».

Неслучайно философия истории впервые выступает на христианской почве («О граде Божием» Августина): история, согласно средневековому представлению, есть та сфера, в которой конечные человеческие существа принимают участие в осуществлении замысла божьего в мире. Художественное и научное творчество, напротив, выступают как нечто второстепенное. В своем творчестве человек как бы постоянно обращен к Богу и ограничен им; и поэтому Средние века никогда не знали того пафоса творчества, каким проникнуто Возрождение, новое время и современность.

3. Возрождение. Это своеобразное «ограничение» человеческого творчества снимается в эпоху Возрождения, когда человек постепенно освобождается от Бога и начинает рассматривать самого себя как творца.

Возрождение понимает творчество прежде всего как художественное творчество, как искусство в широком смысле слова, которое в своей глубинной сущности рассматривается как творческое созерцание. Отсюда характерный для Возрождения культ гения как носителя творческого начала по преимуществу. Именно в эпоху Возрождения возникает интерес к самому акту творчества, а вместе с тем и к личности художника, возникает та рефлексия по поводу творческого процесса, которая незнакома ни древности, ни средневековью, но столь характерна именно для нового времени.

4. Реформация. В противоположность Возрождению Реформация понимает творчество не как эстетическое (творческое) содержание, а как действие.

5. Понимание творчества в Новое время несет на себе следы обеих тенденций. Пантеистическая традиция в философии Нового времени, начиная с Бруно, а в еще большей степени у Спинозы, воспроизводит античное отношение к творчеству как к чему-то менее существенному по сравнению с познанием, которое, в конечном счете, есть созерцание вечного бога-природы.

Напротив, философия, формирующаяся под влиянием протестантизма (в первую очередь английский эмпиризм) склонно трактовать творчество как удачную, но в значительной мере случайную комбинацию уже существующих элементов: в этом отношении характерна теория познания Бэкона, а еще более Гоббса, Локка и Юма. Творчество, в сущности, есть нечто родственное изобретательству. Завершенная концепция творчества в XVIII веке создается Кантом, который специально анализирует творческую деятельность под названием продуктивной способности воображения. Кант наследует протестантскую идею о творчестве, как предметно-преобразовательной деятельности, изменяющей облик мира, создающей как бы новый, ранее не существовавший, «очеловеченный» мир и философски осмысливает эту идею.

Кант анализирует структуру творческого процесса как один из важнейших моментов структуры сознания. Творческая способность воображения, по Канту, оказывается соединительным звеном между многообразием чувственных впечатлений и единством понятий рассудка в силу того, что она обладает одновременно наглядностью впечатлений и синтезирующей, объединяющей силой понятия. «Трансцендентальное» воображение, таким образом, есть как бы тождество созерцания и деятельности, общий корень того и другого.

Творчество поэтому лежит в самой основе познания – таков вывод Канта, противоположный платоновскому. Поскольку в творческом воображении присутствует момент произвольности, оно есть коррелят изобретательства, поскольку уже в нем присутствует момент необходимости (созерцание), оно оказывается опосредованно связанным с идеями разума и, следовательно, с нравственным миропорядком, а через него – с нравственным миром.

Кантовское учение о воображении было продолжено Шеллингом. По Шеллингу, творческая способность воображения есть единство сознательной и бессознательной деятельностей, потому что, кто наиболее одарен этой способностью – гений – творит как бы в состоянии наития, бессознательно, подобно тому, как творит природа, с той разницей, что этот объективный, то есть бессознательный характер процесса протекает все же в субъективности человека и, стало быть, опосредован его свободой. Согласно Шеллингу и романтикам, творчество и, прежде всего, творчество художника и философа, – высшая форма человеческой жизнедеятельности. Здесь человек соприкасается с Абсолютным, с Богом. Вместе с культом художественного творчества у романтиков усиливается интерес к истории культуры как продукту прошлого творчества. Такое понимание творчества во многом обусловило новую трактовку истории, отличную как от ее античного, так и средневекового понимания. История оказалась при этом сферой реализации человеческого творчества, безотносительно к какому-либо трансцендентному смыслу. Эта концепция истории получила наиболее глубокое развитие в философии Гегеля.

Маркс рассматривает ее как предметно-практическую деятельность, как «производство» в широком смысле слова, преобразующее природный мир в соответствии с целями и потребностями человека и человечества. Марксу был близок пафос Возрождения, поставившего человека и человечество на место Бога, а потому и творчество для него выступает как деятельность человека, созидающего самого себя в ходе истории. История же предстает, прежде всего, как совершенствование предметно-практических способов человеческой деятельности, определяющих собой и различные виды творчества.

Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |   ...   | 23 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.