WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |

9. Отличие нормативного договора от иных формальных источников права сводится к следующему. В нормативном договоре суверен доверяет создать ранее неизвестное юридическое правило двум или более отдельным индивидуальным или коллективным субъектам права в той мере, в какой они достигнут здесь согласия. В остальных же формальных источниках права такое доверие оказывается лишь одному из отмеченных ассоциаций или индивидуумов. Таким образом, нормативный договор представляет собой соглашение об установлении новых правовых норм, состоявшееся вследствие достижения с этой целью единого мнения нескольких субъектов, обладающих правотворческими полномочиями.

10. Факторы, обусловливающие систему формальных источников права, есть те обстоятельства, которые ее порождают непосредственно или опосредованно. При этом во всех случаях система формальных источников права непосредственно устанавливается сувереном соответствующего независимого политического общества. Он принимает решение о том, какие возможности использовать для определения формальных источников права, на основе целого ряда факторов. Вот почему усмотрение суверена можно выделить как непосредственный фактор существования конкретной системы формальных источников права. Что же касается обстоятельств, на основе которых он принимает такое решение, то их целесообразно назвать опосредствованными факторами, обусловливающими систему формальных источников права.

11. На усмотрение суверена, решающего проблему о наборе формальных источников права в независимом политическом обществе, оказывает влияние громадное количество обстоятельств. Отмеченные факторы выбираются суве реном в зависимости от того, что он собой представляет и в каких условиях вынужден действовать. Отсюда ясно, что сочетание обстоятельств, влияющих на усмотрение суверена при принятии им решения о системе формальных источников права, в каждом независимом политическом обществе в любое время является уникальным.

12. В настоящее время в российском праве существует система формальных источников права, включающая в себя правовой обычай, нормативный договор и нормативно-правовой акт. Основания для признания в качестве формальных источников российского права судебного прецедента и юридической доктрины отсутствуют.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования определяется его актуальностью и новизной. Сформулированные в работе положения развивают раздел общей теории права и государства, посвященный вопросам формальных источников права, обогащают научные представления о данной категории. Материалы диссертации могут служить методологической и теоретической предпосылкой для отраслевых исследований в юридической науке, направленных на совершенствование системы формальных источников российского права.

Кроме того, выводы диссертации способны быть полезными и при решении иных задач. Речь идет о разработке рекомендаций по совершенствованию нормативно-правовых актов, нормативных договоров и других источников права, а также их системы, о преподавании курса теории права и государства на юридических факультетах учебных заведений, о научно-исследовательской работе при дальнейшем изучении формальных источников права.

Апробация и внедрение результатов исследования. Положения диссертации докладывались на методологическом семинаре «Источники права в зеркале современной юриспруденции» (15 февраля 2005 года); на всероссийской научной конференции, посвященной 50-летию со дня основания Юридического института (факультета) Красноярского государственного университета (6 октября 2005 года), на региональной научно-практической конференции «Источники права в зеркале современной юриспруденции» (13 декабря 2005 года), на 10-ой межвузовской научно-практической конференции студентов и аспирантов «Закон и общество: история, проблемы, перспективы» (26 апреля 2006 года). Результаты диссертационного исследования опубликованы и в изданных автором научных работах. Наконец, материалы диссертации использовались при проведении семинарских занятий со студентами Сибирского федерального университета.

Структура работы обусловлена целью и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, объединяющих 10 параграфов, заключения, библиографического списка.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность предпринятого диссертационного исследования, определяются объект, предмет, цели, задачи и научная но визна работы. Также здесь формулируются методологическая, научная и эмпирическая базы исследования, его теоретическая и практическая значимость. Далее во введении характеризуется апробация работы.

Глава первая «Понятие и классификация формальных источников права» начинается с параграфа «Категория «формальный источник права» в понятийном аппарате юриспруденции». В нем диссертант сначала отмечает, что вопрос о понятии формального источника права продолжает оставаться одним из наиболее дискуссионных в науке. Причем главная причина расхождений между специалистами в трактовке природы источника права таится в различном правопонимании. Вот почему в последующем изложении рассматриваются существующие в юриспруденции концепции права.

С точки зрения диссертанта, роль права в независимом политическом обществе2 заключается в служении в качестве предписания должного поведения для его членов. Именно из этой функции права исходит его позитивистское понимание. Оно заключается в том, что право выступает приказом суверена подданным в независимом политическом обществе. Причем подобные приказы формулируются как юридические нормы. Их принято называть правилами позитивного права.

Как полагает диссертант, понятие формального источника права имеет ценность для правового регулирования именно при такой трактовке права. И он показывает, как остальные концепции права не обеспечивают указанной ценности для такого упорядочивания.

В ходе формулирования этого вывода в диссертации подробно рассмотрены существующие позитивистские, социологические и естественно-правовые теории права. При этом автор проанализировал учения основных выразителей каждой из этих доктрин.

Что касается социологической юриспруденции, то в диссертации рассмотрены два типа ее концепций. Речь идет о правовом плюрализме и о так называемом широком понимании права в отечественном правоведении.

Как отмечает диссертант, для правовых плюралистов (Е.Эрлих, Л.Поспишил, Л.И.Петражицкий и другие) в объем понятия права входят не только правила, являющиеся приказами суверена, но и другие социальные нормы в независимом политическом обществе. Такой подход представляется неверным, поскольку право - лишь такие нормы, которые будучи приказами суверена, обеспечивают поддержание существования независимого политического общества как целостности. Когда же за указанными установлениями и остальными социальными нормами признается равная сила, отмеченный социальный организм (например, государство) не в состоянии поддерживать свое существо При этом под ним Дж.Остин понимал человеческую общность, часть членов которой – подданные – находятся в привычном повиновении остальной ее части – так называемому суверену. Последний – это индивид или коллектив, привычно никому не подчиняющийся. Зависимые же политические общества, находясь в пределах независимого, не включают суверена и подданных. Последнее непременно состоит из суверена и подданных и отличается выделенным свойством от «зависимых политических обществ». Они, по Дж. Остину, неизменно входят в состав «независимого политического общества», ибо, не включая в себя комбинации суверена и подданных, не в состоянии существовать самостоятельно.

вание. К тому же определением права должен передаваться установленный сувереном образец поведения людей, который они обязаны воплощать на практике. Такой идеал не присутствует в нормах, не исходящих от суверена.

Сказанное объясняет, почему концепция правового плюрализма несовместима с нормальным функционированием независимого политического общества. Поэтому она не принята в качестве основы для данного исследования.

Автор обнаруживает, что сторонники широкого понимания права в отечественной юриспруденции (Кечекьян С.Ф., Явич Л.С. и другие) понимают право как единство существующих исключительно на бумаге правовых норм и либо правосознания, либо правоотношений, либо субъективных прав. Но, как известно, П.М.Рабиновичем было показано, что юридические нормы существуют отнюдь не на бумаге, а представляют собой явления общественного, а потому и индивидуального сознания, лишь материально фиксирующиеся, в частности, в нормативно-правовых актах. Эта теоретическая позиция представляется верной. А она, как было доказано в юридической литературе, исключает обсуждаемое в данном случае широкое понимание права.

Следуя учению Г.Кельзена, диссертант делит все естественно-правовые доктрины на истинные и неистинные. Общей чертой этих теорий является объявление естественного права продуктом божественной воли. Ибо именно Бог, согласно таким учениям, выступает создателем природы. При этом неистинные концепции естественного права объявляют последним одинаковые по содержанию во всех независимых политических обществах позитивные юридические правила.

Сторонники же истинных теорий естественного права рассматривают его как состоящие из противоречащих позитивному праву идеальных правил, которые должны воплощаться в позитивные юридические предписания. Однако они никогда этого не делают пока сохраняют свою природу как истинные естественно-правовые нормы.

Диссертант исключает последние из используемого в работе понятия права. Ведь нормы истинного естественного права не выступают в качестве правил, формулируемых и проводимых в жизнь в ходе правового регулирования в независимом политическом обществе. Более того, являющиеся приказами суверена правила, на основе которых базируется дальнейшее исследование о формальных источниках права, содержат в себе ценности, противоречащие истинным естественно-правовым предписаниям.

После определения понятия права для решения задач своей работы, диссертант анализирует существующие в юриспруденции точки зрения о его формальных источниках. Как он отмечает, в науке наиболее распространено их понимание как формы установления и выражения (существования) действующих правовых норм или специфической (особой) формы изъявления воли и придания ей значения общеобязательной нормы (Аллен С.К., Марченко М.Н., Вопленко Н.Н., Мицкевич А.В., Денисов А.И., Бобылев А.И. и другие). Такое понимание формального источника права позволяет говорить о том, что это определенным образом формализованный акт, откуда, собственно, и черпаются сведения о правиле поведения. Далее в юридической литературе есть позиция, со гласно которой формальный источник права – это вид деятельности государства, заключающийся в установлении юридических норм (Александров Н.Г., Гурова Т.В.). Наконец, А.Ф.Шебанов понимает под источниками права две вещи.

Первая - правотворческая деятельность, вторая - результат этой деятельности.

С точки зрения диссертанта, определение формального источника права как правотворческой деятельности едва ли верно. В самом деле, если понимать под формальным источником права вид деятельности государства, заключающийся в установлении юридических норм, то категория «формальный источник права» не в состоянии выполнять традиционно возлагаемые на нее в юриспруденции функции. Речь идет об отграничении права от всего остального, установлении соотношения разных групп правовых норм по их юридической силе, доведения до сведения всех граждан, организаций, учреждений, должностных лиц выраженную в правовых нормах волю суверена.

Автор разделяет существующую в юридической науке позицию, что право как совокупность приказов суверена, то есть предписанных им норм, существует не только в государстве, но и в догосударственных независимых политических обществах. Отсюда, по его мнению, и формальные источники так трактуемого права присутствуют во всех отмеченных социальных организмах.

Причем диссертант дает определение формальных источников права, исходя из указанного понимания. Согласно его точке зрения, они представляют собой официально принятые в данном независимом политическом обществе особые формы выражения и закрепления действующих правовых норм как приказов суверена, придающие этим правилам свойства общеобязательности и гарантированности.

Второй параграф «Классификация формальных источников права» посвящен обоснованию и изложению их деления автором. При этом диссертант исходит из наличия у суверена независимого политического общества круга возможностей, которыми он располагает для их определения.

Во-первых, суверен может создавать специальные органы, деятельность которых направлена именно на формулирование правовых норм, в частности, сам выступать в роли такого органа. Во-вторых, он в состоянии признавать наличие юридических правил в постановлениях как иных органов всего независимого политического общества, так и руководящих структур разнообразных зависимых политических обществ. В-третьих, суверен способен признать присутствие юридических норм в договорах, заключаемых субъектами права. Вчетвертых, суверен может констатировать существование правовых норм в обычаях. В-пятых, суверен в силах признать наличие правовых норм в идеях конкретных лиц.

Как полагает диссертант, реализация отмеченных возможностей суверенной властью в независимом политическом обществе приводит к созданию здесь формальных источников права. В частности, из первой возможности вытекают нормативно-правовые акты, создаваемые законодательными и исполнительными органами суверенной власти, из второй – судебный прецедент, а также нормативно-правовые акты иных организаций. Из третьей возможности логически следуют нормативные договоры. Осуществление четвертой приводит к созда нию правовых обычаев. Претворение же в жизнь пятой возможности означает конституирование юридической доктрины.

Далее автор рассматривает вопрос о наличии указанных способов создания формальных источников права в нецивилизованном независимом политическом обществе. В юридической литературе выделяют несколько исторических типов такого общества: локальные группы кочующих охотников-собирателей, однообщинное сообщество примитивных земледельцев и скотоводов, вождество. Здесь сувереном является лидер (вождь) или совет старших мужчин, или оба эти органа вместе.

Он делает вывод, что собранные этнографами фактические данные демонстрируют две вещи. Во-первых, при создании здесь формальных источников права суверенам не чуждо использование описанных ранее возможностей. Вовторых, последние реализуются на практике.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.