WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 16 |

Свое отношение к идеологии власти выразил Н.А.Бердяев в статье «Утопический этатизм евразийцев»: «Мне представляется ложным и не христианским отношение евразийцев к государству. С этим связано и их отношение к личности и свободе». Для него была неприемлема абсолютизация государства, понимание государства как идеократической системы. Бердяев, признавая, что евразийцы правы, когда хотят базироваться на подобранном правящем слое, считал, что утопический этатизм приводит евразийцев "к той ложной и опасной идее, что идеократическое государство должно взять на себя организацию всей жизни, то есть организацию всей культуры, мышления, творчества, организацию и душ человеческих, что есть задача Церкви». И он в определенной степени был прав, говоря, что своим этатизмом, своей мечтой о совершенной организации жизни через государство евразийцы порывают с традициями нашей национально-религиозной мысли, порывают со славянофилами и Достоевским и, в сущности, как это ни странно, вступают на путь европеизации и американизации России, так как Европе характерна значимость такой государственности, любовь к власти, формализм[11].

Проблема государственного устройства России в среде русской эмиграции была одной из широко обсуждаемых, но последнее пока в литературе не получило освещения. Между тем оно представляет интерес.

Так, итогом осмысления пореволюционных изменений в общественногосударственном устройстве Советской России, кроме публикации Н.А.Бердяева, стали размышления Г.П.Федотова, Ф.А.Степуна.

Г.П.Федотов делал акцент на развитие идей христианского социализма и считал, что евразийцы полностью приняли идеи большевизма, которые не позволяют развиваться «свободной социальной демократии». Ф.А. Степун в работе "Идея России и формы ее раскрытия" подчеркивал: "Политическою формою, в которой наиболее легко будет удумать русскую жизнь, согласно русской идее, мне на ближайшее после падения или низвержения большевиков время представляется республика с очень сильной президентской властью. Президент выбирается всенародным голосованием на пятилетний срок. На этот срок он получает диктаторские полномочия"[12]. Сочетание сильной президентской власти со свободно выбранными советами Ф.А. Степун определял как строй авторитарной демократии и обращал внимание на идеократический характер всех современных антибуржуазных и антилиберальных диктатур.

Н.С.Трубецкой, П.Н.Савицкий, Л.П.Карсавин отмечали неоднократно: черты идеократии свойственны советскому большевизму, его тоталитаризм, связанный с коммунистической идеологией, идеей диктатуры пролетариата, неизбежен. Так, Н.С.Трубецкой в «Общеевразийском национализме» признает идею диктатуры пролетариата только как «фактор, обьединяющий все народы СССР в одно государственное целое и противостоящий националистически-сепаратистическим течениям»[13].

Вождей евразийства тревожила противоречивость идеократии большевиков. Ее обреченность они определяли отсутствием обращенности к высшим духовным ценностям. По мнению Н.С.Трубецкого, подлинная идеократия должна определяться неовизантийской, неоимперской моделью, христианской моралью и этикой. Евразийская идеократия мыслилась прежде всего как православная. Он и П.Н.Савицкий не раз указывали, что коммунистический режим не признается идеократией в подлинном смысле слова, так как она не обращена к высшим ценностям православия.

Идеократия евразийского типа противопоставлялась и прагматическому, утилитарному буржуазному строю Запада.

Известно, что евразийские представления об идеократии и этатизме вызывали критические замечания со стороны многих современников.

Например, Ф.А.Степун считал, что евразийцам угрожает соблазн фашистского этатизма (идеократия, однопартийность, правящий отбор)[14].

Один из критиков - П.П.Гронский писал: «Идеократия князя Н.С.Трубецкого есть не что иное, как такая система управления страной, которая в корне отрицает основной принцип современного демократического государства – участие всех и каждого в государственной власти через систему народного представительства и широко развитого местного самоуправления»[15]. П.Н.Савицкий, отвечая на это, подчеркивал, что и народное представительство и самоуправление евразийцы считают необходимым элементом евразийского государства и воплощают оба этих начала в преобразованной системе Советов. Идеократия не противоречит принципу народного представительства. В идеократическом государстве он связан с государственно-правовым оформлением «правящего отбора», который является «государственным активом».

По убеждению евразийцев, нормальное государство возможно только там, где эта константа находится в постоянном взаимодействии с учреждениями, представляющими начало народности в государственном строе. Это и есть преобразованная система советов. Советы, как представительный орган власти, по выражению евразийцев, способны «канализировать» стихийные устремления масс в заданное «правящим слоем» русло. В частности, Л.П.Карсавин считал, что основы соответствующего культуре России-Евразии государственного строя уже заложены[16].

Основы государственного строя евразийцы связывали и с советским федерализмом. В коллективном манифесте «Евразийство» указывалось: «С нашей точки зрения революция привела к созданию наилучшим образом выражающей евразийскую идею форме – к форме федерации». По мнению авторов манифеста, федеративное устройство не только внешне отмечает многочленность евразийской культуры, вместе с тем сохраняя ее единство. Важно, что «оно способствует развитию и расцвету отдельных национально-культурных областей, окончательно и решительно порывая с тенденциями безумного русификаторства»[17].

Лидеры движения исходили также из того, что крепкое государственное устройство, по словам Савицкого, может основываться только на самодеятельности его частей. Представителей русского зарубежья, в такой же степени, как и евразийцев, волновала тема государственного устройства новой России. По мнению Г.П.Федотова, идея федерации - это прекрасная, разумная программа: "Для малых народов она обещает свободу и преимущества жизни в великом, веками сложившемся организме". Федотов считал, что если бы федеративный строй России осуществился в 1905 г., он продлил существование империи на несколько поколений"[18].

Евразийские взгляды на федерацию, также как и другие концептуальные «утверждения», во многом представляли собой синтез истории, культурологии, географии, геополитики и этим они ценны, этим в значительной степени определяется современный резонанс евразийства..

Так, федерацию П.Н.Савицкий рассматривал и как особый геополитический организм. Говоря о том, что наше время есть эпоха создания огромных экономических обьединений, «государств-материков», охватывающих большие пространства и обеспечивающих в своих пределах беспрепятственность и устойчивость экономического оборота, он указывал, что Россия-Евразия " по своим географическим особенностям и по своей истории представляет собой идеальный пример «государства-материка». И география, и история, и потребности современной жизни в равной степени противоборствуют расчленению»[19].

П.Н.Савицкий подчеркивал важность понимания того, что политическое объединение «собора наций» являлось результатом усилий не одного лишь русского народа, но и многих народов Евразии. Это должно найти выражение не только в чисто культурной области, но и в формах государственного устройства. При этом в пределах политического единства «каждому народу Евразии должна быть обеспечена область самостоятельной государственной жизни»[20]. Кажется, что это было написано вчера для сегодняшнего читателя.

П.Н.Савицкий, Н.С.Трубецкой, Г.В.Вернадский были убеждены в том, что Россия должна продолжать традиции евразийской государственности. Обращение к всемирной истории показывало, что евразийское государство всегда понимало себя как «собор национальностей», «собор вер». В частности, П.Н.Савицкий указывал, что для скифской, гуннской и особенно монгольской державы XIII-ХV вв. была свойственна национальная и религиозная терпимость, что и в Московском государстве времен Ивана Грозного «была руководящей та своеобразная формула терпимости, которая издавна выработалась в истории кочевых держав и гласила, что плохо то государство, в котором нет разнообразия языков и вер»[21].

Вновь актуальными стали вопросы, которые предлагались для обсуждения Н.Н.Алексеевым: «1)вопрос историко-социологический, или вопрос о центростремительных и центробежных силах русской истории, обнаружившихся в течение революции 1917г.; 2)вопрос юридикодогматический, или вопрос о содержании тех норм и инстинктов, которые родились в процессе советского «федерального» устройства России и 3)вопрос политический, или вопрос о ценности и целесообразности советского «федерализма» для возможного будущего правительства в России»[22].

Н.Н.Алексеев, являющийся, по определению А.Дугина, "столпом теории евразийского права", указывал, что Россия ныне самое унитарное и еще вдобавок самое централистическое государство, что, если взглянуть на советский федерализм с точки зрения коммунистической диктатуры, то вопрос о его существе решается легко и даже просто снимается с обсуждения. Советское государство управляется коммунистической партией, партия, как известно, построена чрезвычайно централистически, никаких федеральных или автономных частей у партии нет, нет никакого национального самоопределения, официальный язык у партии до последнего времени был один русский, все в партии совершается по директивам центра. Он подчеркивал, что русская история слагалась из двух противоположных процессов – центростремительного и центробежного и только первый привлекал преимущественное внимание историков.

Революция 1917 г. «внесла децентрализованные процессы на поверхность русской общественной жизни», хотя эти процессы существовали как скрытые. После революции, по словам Алексеева, «перед правящей в России партией встала следующая запутанная и сложная задача: превратить агломерат накраденных провинций в союз «трудящихся и эксплуатируемых» классов тех наций, которые входили в империю» при условии большевистской диктатуры. Говоря о том, что приходится признать начала федеративного устройства Советского Союза, закрепленного в Конституции, он призывает не забывать о том, что советский федерализм по сравнению с федерализмом западных государств имеет особую природу, связанную с тем, что не государство, а класс является субъектом федерации.

«Поэтому, - указывает Н.Н.Алексеев, - в Советский Союз могут вступить только те политические единицы, в которых осуществлена «диктатура пролетариата» или, вернее, диктатура коммунистической партии»[23].

В наше время становятся важными взгляды Н.Н.Алексеева на особенность и сущность национальной политики в Советском Союзе. В частности, его тревожило, что принцип национальности ограничивается принципом социального идеала, который ставится выше нации и ее самостоятельного бытия. Это привело к тому, что из «рабочего интернационала родился самый настоящий, местный провинциальный национализм». Пророческими стали его рассуждения о том, что «самоопределившиеся народности, которые не всегда составляют большинство населения национальных республик, начинают проявлять национальный шовинизм, начинают угнетать живущие в их пределах национальные меньшинства. Это чрезвычайно грозное явление, быть может, одно из самых опасных для судеб не только советского правительства, но и будущей России»[24]. Поэтому Н.Н.Алексеев обосновывает предлагаемый принцип федерации – преобразование федерализма из национального в областной. Принципом федерации должна быть не национальность, но реальное географическое и экономическое целое в виде областей или края. Этот принцип также связывается с культурой: «Такое целое необходимо должно быть или стать и культурным целым, во многих случаях совпадая с национальным», а «Совет Национальностей должен быть постепенно преобразован в Совет Национальностей и Областей».

Н.Н.Алексеев, предостерегая от проекта использования федерализма западных стран, подчеркивает, что попытка «перестроить Россию на манер Соединенных Штатов Америки» обернется для нее кризисом государства и культуры[25]. Такое представление о федерализме определялось пониманием того, что в России начался процесс трансформации федерации в сверхцентрализованное государство. Как известно, в наше время идеи евразийцев о преобразовании принципа федерации Советской России оказались востребованными для некоторых политических партий (ЛДПР), отдельных представителей власти. Надо думать, что такое возможно при создании всех условий для возрождения и развития национальных культур и языков.

Говоря о том, что евразийская культура порождает государство особого типа, определенного как идеократическое, П.Н.Савицкий, Н.С.Трубецкой, Л.П.Карсавин в своих работах подчеркивали, что государство – это вторичная форма бытия культуры, что государство – «это и есть сама культура в ее единстве». Из этого следовало, что сфера государства – все сферы жизни общества. В «Основах политики» Л.П.Карсавин отмечает: «С точки зрения европейских представлений о государстве и европейской антитезы «государства» и «общества» это неизбежно будет воспринято как предельный «этатизм», как неслыханное засилье государства. На самом деле подобные обвинения нас нимало не затрагивают…». Сохраняет значимость его вывод: «Ведь государство в таком большом и многонациональном, культурном целом, как Евразия – Россия, может только или быть сильным или совсем не быть»[26].

Для евразийского понимания структуры власти также была характерна антизападность. Так, рассматривая парадигму власти в Европе, Л.П.Карсавин обращает внимание оппонентов на то, что разделение законодательной и исполнительной властей закончилось неудачей, так как обе власти сосредоточились в парламенте, «который и законодательствует и «исполнительствует» при помощи выбираемых и свергаемых им правительств и многочисленных комиссий. Так может существовать только слабая власть и в действиях своих неумная власть. В самом парламенте голов больше, чем умов, а «умы» нейтрализуются взаимною борьбою и неизбежною при неорганизованности правящего слоя многопартийностью.

Нужен иной исход»[27].

Личность, иерархия личности стала определяющей идеей учения о государстве. Государственность согласно этой идее – единство соборной личности (многонационального культуро-субъекта или народа, нации).

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 16 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.