WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 16 |

Общий запас культурных ценностей для успешного дальнейшего развития должен передаваться по традиции. Это условие Н.С.Трубецкой дополняет ролью наследственности, к которой относятся «вкусы, предрасположения и темпераменты тех, кто творил культурные ценности в прошлом, что и способствует органичности всего развития культуры»[30]. Поэтому трудно представить единый путь развития цивилизации, и романо-германский мир является частью многополюсного, мультикультурного человеческого сообщества.

Исходя из утверждения общечеловеческой ценности этнокультурного разнообразия и желания евразийцев реально влиять на социокультурную ситуацию в стране, евразийская философия культуры установила свою систему координат превращения единой сущности культуры во множество разнообразных культур, совершающегося в социальном пространстве и социальном времени.

ПРИМЕЧАНИЯ 1. См.: Давидович В.Е., Жданов Ю.А. Сущность культуры. – Ростов-на-Дону, 1979. – С.2. См.: Философия культуры. – СПб., 1998. – С.364.

3. См.: Мир России – Евразия, с. 12.

4. См.: Урханова Р.А. Указ. дис., с. 93-94.

5. См.: Горяев А.Т. Указ. дис., с. 28.

6. См.: Данилевский Н.Я. Россия и Европа. – М., 1991. – С. 471.

7. См.: Мир России – Евразия, с. 38.

8. См.: Федотов Г.П. О судьбе русской интеллигенции (Из цикла «Страницы истории отечественной философской мысли»). – М.: Знание, 1991. – С. 3.

9. См.: Федотов Г.П. Судьба и грехи России / Избранные статьи / - СПб., – София, 1992. Т. 2. – С.182.

10. Там же, с. 11. См.: Федотов Г.П. О судьбе русской интеллигенции, с. 145.

12. См.: Федотов Г.П. Россия и свобода // Судьба и грехи России, с.276.

13. См.: Федотов Г.П. Судьба и грехи России, с. 173.

14. См.: Мир России – Евразия, с. 125.

15. См.: Урханова Р.А. Указ. дис., с. 94.

16. См.: Шпенглер О. Закат Европы. – Б., – 1920. – С. 22.

17. См.: Бердяев Н.А. Евразийцы // Путь.-1925. - №1. - С.105.

18. См.: Горяев А.Т. Указ. дис., с. 66.

19. См.: Савицкий П.Н. Континент Евразия, с.334.

20. Cм.: Трубецкой Н.С. Наследие Чингисхана, с. 326.

21. Там же, с. 432.

22. См.: Федотов Г.П. Судьба и грехи России, с. 283.

23. См.: Мир России – Евразия, с.49.

24. Там же, с. 79.

25. См.: Хара-Даван Э. Евразийство с точки зрения монгола // Евразийская хроника. – Париж, 1928. – Вып. 10. – С. 30.

26. См.: Данилевский Н.Я. Россия и Европа, с. 27. См.: Россия между Европой и Азией, с. 57.

28. См: Ильин И.А. О русской идее // Русская идея.- М., 1992. - С. 29. См.: Савицкий П.Н. Континент Евразия, с. 137, 138.

30. См.: Трубецкой Н.С. Наследие Чингисхана, с. 64.

РАЗДЕЛ ЧЕТВЕРТЫЙ «ОСНОВЫ ЕВРАЗИЙСКОГО УЧЕНИЯ О ГОСУДАРСТВЕ» С евразийской концепцией культуры, с развитием русской идеи было органично связано учение о государстве, которое, по мнению исследователей, являлось «краеугольным камнем евразийства»(Л.И.Новикова, И.Н.Сиземская). Одной из главных задач евразийства стала разработка евразийской идеологии доктрины о государстве, изложенной в работах Н.С.Трубецкого «О государственном строе и форме правления», П.Н.Савицкого «Хозяин и хозяйство», Л.П.Карсавина "Основы политики" и др. Исходным стало положение о том, что евразийская культура порождает государство особого типа. По Карсавину, «государство по отношению к культуре вторично и является только формой ее личного бытия. Оно не должно стеснять свободного саморазвития культурно-народной или культурно-многонародной, как Россия-Евразия, личности, в себе и через себя открывая ей путь для свободного выражения и осуществления ее воли»[1].

Подчинение государства культуре у Л.П.Карсавина и других евразийцев было принципиальным и связано с пониманием невозможности совершенных форм государственности и совершенности самой культуры, поскольку она развивается во времени и пространстве. Л.П.Карсавин, уделяя много внимания принципам культурно-государственной идеологии, предостерегал, что «ее не следует смешивать с идеологией партийною».

Известно, что евразийцы негативно относились к коммунистической идеологии, считая ее прозападной. Это отношение определялось и еще тем, что она была атеистической. Они уже тогда осознавали, что в России партия может заменить государство, поэтому одним из условий развития демократического государства они считали многопартийность. По словам Л.П.Карсавина, это «единственная гарантия против деспотии».

Одной из важных идей стала идея народного суверенитета.

«Евразийское государство, - подчеркивал Н.Н.Алексеев, - является политическим образованием, как мы говорим, демотической природы. Мы хотим этим сказать, что государство наше построено на глубоких народных основах и соответствует «народной воле»[2]. Исследователи обращают внимание на то, что у евразийцев "народный суверенитет" рассматривается не как «атомизированный суррогат западной культуры», а как организованное единство и «демотические» элементы связаны с народными обсуждениями, дискуссиями, народными голосованиями и референдумами, решающими важные вопросы социальной жизни.

Не всеми разделяется убежденность Л.П.Карсавина, Н.Н.Алексеева и Н.С.Трубецкого в том, что сфера государства есть и сфера силы и принуждения. Они неоднократно подчеркивали, что одной из основных идей русской политической культуры на протяжении столетий была идея власти и подчинения, что Московское самодержавие, являясь "наследием Чингисхана", утверждалось как военно-тираническая форма правления. По словам П.Н.Савицкого, монголо-татары "дали России свойство организовываться военно, создавать государственно-принудительный центр, достигать устойчивости"[3]. Следует отметить, что Н.А.Бердяев так же считал: "Московское православное царство было тоталитарным государством"[4]. По словам Г.П.Федотова, это было "православное ханство".

Евразийцы призывали не забывать, что в развитии российского общества определяющей была роль государства. Вместе с тем Г.В.Вернадский разьяснял, что "одного взгляда на политическую историю России достаточно для избавления от мифа тоталитаризма как внутренне присущего русской ментальности. Московское самодержавие родилось не из какой-то предполагаемой врожденной симпатии "русской души" к автократии, но из жесткой необходимости организации военной силы, достаточной для низвержения монгольского ига и обеспечения контроля над территорией слишком большой для стратегической защиты… Политическая свобода была принесена в жертву во имя национального спасения"[5].

Евразийцы первыми указали на то, что большевизм довел до логического конца развитие авторитарных начал государственности; что главная идея марксизма - отмирание государства в гражданском обществе в Советской России не реализуется; что установление тоталитарной диктатуры большевиков прервало процесс формирования гражданского общества. Вместе с тем евразийское учение об идеократическом государстве опиралось на государственное и партийное строительство в Советской России. Советский строй воспринимался евразийцами базой для дальнейшего развития, которое приведет к новому типу отбора правящего слоя – идеократию, или народную автократию. Для евразийцев идеократия – это одновременно сильная и близко стоящая к населению власть, которая сочетает «народный суверенитет с началом народоводительства» (Н.С.Трубецкой). То есть политическая воля правящего слоя должна снизу контролироваться законодательно представленной в органах управления народной волей, а сверху – добровольно принятыми идеями и ценностями религиозно-духовного и патриотического характера.

Евразийцы подчеркивали, что при такой форме правления возрастает роль личности, облегчается возможность выдвижения яркой личности к вершинам власти и придавали большое значение выдающейся личности. Рассматривая вопрос отношения идеи и личности, П.Н.Савицкий писал: «Если будет идея, будут и личности. Историческая личность создается в обстановке и при посредстве исторической идеи» и подчеркивал: «Идея воспитывает личность, питает ее соками, дает силу, ведет в действие»[6]. Особенно важным является воспитание в народе евразийско-идеократического правосознания. Оно позволит избежать потенциального недоверия народа к любому правлению. По мнению Трубецкого, такое воспитание, сочетающее религиозно-духовные, этнические и социально-политические проявления государственности, – лучший способ формирования созидательной духовной атмосферы общества.

Евразийский проект будущего государственного строя России (после падения большевизма) – построение «Государства Правды», соединяющего в себе правовые законы и начала нравственности и совести.

Этому была посвящена большая и интересная работа Н.Н.Алексеева "На путях к будущей России", которая, к сожалению, пока менее известна, по сравнению с другими евразийскими трудами. В ней обращают на себя внимание размышления Алексеева о судьбе советского строя и государства:

" Не может быть ровно никакого сомнения, что рано или поздно русский народ прийдет к полному сознанию, что "правда" советского государства превратилась в "кривду" коммунистической системы. И тогда русскому народу придется решительно порвать с коммунизмом. Но куда же он вернется, этот поверивший в правду коммунизма русский народ Назад к "буржуазному", "капиталистическому" строю Можно наверняка сказать, что этого в России не будет. Он по-прежнему будет бороться с эксплуатацией и рабством во имя человеческой свободы, но уже не в коммунистических целях и не коммунистическими средствами. Здоровье будущего русского государства обусловлено тем, что оно также должно стать "государством правды"[7].

Как считали лидеры евразийства, именно эта идея – ключ, который «открывает тайну управления» огромными пространствами Евразии, которая должна стать великим государственным целым. «Государство Правды» у евразийцев только этап на пути достижения идеала. Евразийцы совершенно правы, напоминая, что история Руси была и историей поисков государственных идеалов, которые были связаны с православием, с идеей «возвращения правды на землю». Идеократия, согласно евразийскому учению, предполагает духовный импульс, главенство нематериального подхода к государственному устройству, класс «духовных вождей».

Снова стала вызывать интерес одна из идей социальной философии евразийцев, обосновывающая проект будущего государственного строя, идея «отбора правящего слоя» Н.С.Трубецкого. Утверждая, что для характеристики государства главное – не тип формы правления, а тип отбора правящего слоя, Н.Трубецкой выделял два типа такого отбора:

аристократический, выбирающий правящий класс по принципу генеалогии и знатности происхождения, и демократический, формально производящий отбор по признаку отражения общественного мнения и получения общественного доверия. Евразийцы были убеждены, что фактически правящие слои демократического типа не столько отражают волю народа и общественное мнение, сколько манипулируют ими, внушая собственные идеи под видом мнения самих граждан. Исходя из этого, многие из них считали монархию непригодной для будущей России в силу исторической обреченности этой утратившей связи с народом формы правления, а демократию – в силу ее исторической чужеродности, псевдонародного характера и безыдейности.

Согласно евразийскому проекту наиболее органичный для России государственный строй должен вбирать в себя лучшие черты монархии (авторитарность и силу, не переходящие в тоталитарность) и демократии (участие широких масс в государственном строительстве, но не формальное, а реальное). Главное, чтобы этот строй наиболее эффективно позволил выдвинуться самым талантливым и творческим людям, для которых государственные и экономические идеи не самоцель, но явление, подчиненное «духовно-патриотическим началам». Н.С.Трубецкой считал, что всесторонняя разработка теории идеократического государства является неотложной задачей современности, что наступает эпоха создания нового типа государства с совершенно новым политическим, экономическим, социальным, культурным и бытовым укладом[8].

Говоря о том, что европейский демократический строй как таковой решительно неприменим к условиям России, можно уточнить: евразийцы не отрицали того, что в европейской обстановке он может являться годным решением. «Но в том-то и заключается качество России как особого мира, - указывал П.Н.Савицкий, - что в России обстановка иная. Там, где широко развитый этатизм и «плановое хозяйство» есть жизненная реальность, в государственной жизни должна существовать определенная «константа», некоторый стержень, который давал бы устойчивость жизни государственного целого»[9]. Такой «константой», по мнению евразийцев, должен являться «государственный актив», снабженный определенными конституционными правами и тесно сотрудничающий с системой представительных учреждений(советов). Они считали, что существующие в коммунистической России советы представляют собой фикцию.

Следует признать историческую правоту евразийского варианта идеократического государства. Они были правы в том, что одной из основных идей русской культуры на протяжении столетий была идея власти и подчинения. В основе философского обоснования роли «истинной» идеологии лежали некоторые положения философии Всеединства. Как в евразийской теории культуры, так и в учении о государстве понимание субъекта как соборного, симфонического, предполагало подчинение самой личности тем ее началам, которые обеспечивают единство личностного бытия с соборным целым. Так, Л.П.Карсавин в «Основах политики» писал:

«В силу же первенствующего значения, которое принадлежит преимущественному выразителю единства личности, то есть ее соборного сознания и ее соборной воли, между ним и прочими моментами личности должны установиться отношения господства и подчинения, а сам он должен обладать некоей сферою или областью безусловного господства, то есть властью»[10]. Распространение идей «соборности, симфонической личности», философии Всеединства на общество предполагало обязательность единства идеологии правящего слоя и народа.

Pages:     | 1 |   ...   | 8 | 9 || 11 | 12 |   ...   | 16 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.