WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 42 |

Первые два сословия в “Государстве” – философы и воины – лишены всякой, не только частной, но и личной собственности. Однако третье сословие обладает у него правом и личной, и частной собственности, но это у него лишь материальная основа общества. Само же общество беспощадно исключает всякую индивидуальную инициативу, в какой бы области она ни мыслилась, так что даже жены и дети у всех здесь должны быть только общие.

Тем не менее Платон сумел учесть и современное для него социальноэкономическое развитие. Третье сословие в “Государстве” – это, в сущности, государственное крепостничество. Платон много говорит о разделении труда в этом сословии и о строгой профессионализации производства. Работающие здесь должны иметь в виду не только государственные, но и свои личные интересы. Для этого им следует производить гораздо больше, чем это нужно для государства. Они могут продавать свой продукт на рынке и покупать необходимое для себя. Допускается не только простой обмен, но и продажа за деньги, для чего необходима чеканка монеты. Это сословие занимается торговлей и с иностранными государствами. Ему разрешается личное накопление, хотя не должно быть людей слишком богатых или слишком бедных. Таким образом, “Государство” Платона – это не система рабовладения, поскольку и правителям-философам, и воинам запрещена частная собственность, в том числе и рабовладельческая. Это идеализированное государственное крепостничество с весьма широкими правами для крепостных вплоть до их свободной экономической конкуренции в области производства, торговли, денежного накопления.

Платоновский мир идей, который создавался как высший идеал, как максимальное совершенство, оказался абстрактным, лишенным личностных глубин и динамизма. Произошло это потому, что в своей потребности создать идеальную действительность Платон был ограничен жизненным опытом общинно-родовой и рабовладельческой культуры. Эта культура для мыслящего человека представляла собой море всяких несовершенств и язв. Перенести эти несовершенства в идеальный мир и тем самым считать этот мир единственным ответчиком за все земные несовершенства было невозможно, так как иначе мир идей вовсе не был искомым предельным совершенством.

Значит - надо было переносить в этот идеальный мир только более абстрактные стороны земной действительности, только её структурные зависимости. По своему содержанию идеальный мир Платона возник лишь как отражение земного мира и потому после исключения всех земных несовершенств, оказался бездушной и безличной структурой, способной создать на земле только абсолютистски-полицейское и тоталитарное государство.

Вопрос о значении понятий для бытия и для знания стоял в центре внимания и Аристотеля из Стагиры, величайшего ученика Платона. Подобно Платону, Аристотель полагает, что посредством понятий познаются существенные, коренные и неизменные свойства бытия. Как и Платон, он считает именно понятия средством познания существенных свойств предметов.

Но он решительно выступает против учения Платона о безусловной независимости понятий от вещей. Он против платоновского представления понятий как единственно действительных сущностей чувственного бытия.

Основа возражений Аристотеля состоит в том, что, вводя идеи как самостоятельное бытие, отдельное от существования чувственных вещей, Платон развивает теорию, в которой идеи оказываются бесполезными как для познания вещей, так и для объяснения их бытия. Аристотель полагает, что теория идеи Платона не может объяснить важнейшего свойства вещей чувственного мира. Свойство это – их движение и становление: возникновение и гибель. Поскольку идеи образуют, согласно Платону, особый и совершенно отдельный мир сущностей, то Платон не может указать причину для непрерывно происходящего в чувственном мире изменения и движения.

По Аристотелю, единичное бытие есть сочетание “формы” и “материи”.

В отличие от “материи”, которая есть бытие в возможности, форма есть действительность, то есть осуществление возможного. Коренными свойствами мира являются движение и изменение. Но достаточно ли для объяснения движения и изменения одних лишь “формы” и “материи” Все ли существующее в мире может быть выведено из этих начал, или кроме них существуют и должны быть введены в познание другие Для ответа на этот вопрос Аристотель рассматривает четыре основных начала или причины:

1) “материя”; 2) “форма”; 3) причина движения; 4) цель, ради которой происходит известное действие. Например, когда строится дом, то “материей” здесь будут кирпичи, “формой” – сам дом, причиной движения или действующей причиной – деятельность архитектора, а целью – назначение дома.

Мир, по Аристотелю, бытие вечное. В самом деле, чтобы представить, что совершающийся в мире процесс движения в какой-то определенный момент времени прекратится, необходимо допустить, что мировое движение будет прервано каким-то другим движением. Но это значит, что мы предполагаем возможность движения после полного прекращения всякого движения.

Доказательство вечного существования мира и вечного существования мирового движения ведет к предположению существования вечной причины мира и вечного двигателя мира. Этот вечный двигатель есть в то же время первый двигатель мира. Без первого двигателя не может быть никаких других двигателей и никакого движения.

Как вечная, невозникшая причина мирового процесса, как причина всех происходящих в мире движений перводвигатель мира есть, согласно Аристотелю, Бог как неподвижный двигатель. Астрономические наблюдения неба так называемых неподвижных звезд во времена Аристотеля, когда еще не существовало сверхточных способов для наблюдения изменений в угловом расстоянии между звездами, приводили к выводу, будто движение мира непрерывно и равномерно. Напротив, самодвижущиеся предметы, а также предметы, движимые другими предметами, не могут быть источником непрерывных и равномерных движений. В силу этого, делает вывод Аристотель, перводвигатель мира должен быть сам неподвижен.

Из неподвижности перводвигателя мира Аристотель выводит как необходимое свойство Бога его бестелесность. Всякая телесность или материальность есть возможность другого бытия, перехода в это иное, а всякий переход, по Аристотелю, есть движение. Но Бог, он же перводвигатель – неподвижное бытие; следовательно, Бог должен быть бестелесным.

Как нематериальный, Бог (неподвижный перводвигатель) не может быть мыслим как бытие в возможности. Чуждый возможности, он есть всецело действительность, не “материя”, а только “форма”.

Но откуда у нас может возникнуть понятие о такой чистой “форме”, если все предметы мира, с которыми мы имеем дело в нашем опыте, всегда есть не чистая “форма”, а сочетание “формы” с “материей” Чтобы получить понятие о чистой действительности или о чистой “форме”, необходимо, утверждает Аристотель, рассмотреть совокупность вещей и существ природного мира.

Аристотель рассматривает мир как определенную градацию “форм”, которая есть последовательное осуществление понятий. Каждый предмет материального мира есть, во-первых, “материя”, то есть возможность, средство реализации своего понятия, и, во-вторых, “форма”, или действительность этой возможности, то есть осуществление понятия. Наивысшее существо материального мира – человек. Как в любом другом предмете этого мира, в человеке следует видеть соединение “материи”, которой является тело человека, с “формой”, с которой выступает его душа. Как “материя” тело есть возможность души. Но и в душе должны быть налицо и высшие и низшие элементы. Высший элемент души – ум.

Это последняя действительность, и возникает она из низших функций души как из возможности. А так как бог, по Аристотелю, есть наивысшая действительность, то бог есть ум и мысль. Но качество мысли определяется качеством ее предмета. Наиболее совершенная мысль должна иметь и наиболее совершенный предмет. А так как, по Аристотелю, самый совершенный предмет – это совершенная мысль, то бог есть мышление о мышлении, или иначе мышление, направленное на собственную деятельность мышления. Таким образом, бог есть высшая или чистая “форма”. Бог – это действительность, к которой не примешивается ничто материальное, никакая возможность; он есть чистое мышление, предметом которого является его собственная деятельность мышления.

Классическая немецкая философия. Под выражением “классическая немецкая философия” принято понимать развитие философской мысли Германии конца XVIII – первой трети XIX вв. Эта философия была порождением и отражением немецкой действительности данного периода, в это время происходило становление капиталистического способа производства. Для Германии того времени были характерны:

1. Экономическая отсталость, что выражалось в господстве феодальных отношений: крепостничество, доминирование земледелия над промышленностью, доминирование в земледелии мелкого крестьянского производства, использующего рутинную, консервативную технику, и, как следствие, низкая производительность труда.

2. Политическая отсталость. Германия представляла собой не единое государство, а конгломерат из суверенных и полусуверенных государств.

В то время как французская буржуазия завоевывала господство в собственной стране и на европейском континенте, а английская буржуазия развила промышленность и подчинила себе Индию политически, и весь остальной мир экономически, в это самое время немецкие бюргеры дошли только до мечтаний о своем господстве.

3. Слабость немецкой буржуазии: она не могла достичь господства, то есть политической силы, так как у нее не было экономической силы. Не лучше обстояло дело и с ее союзниками: раздробленное и слабое крестьянство, которое некому было возглавить в попытках освободиться от крепостничества; мелкая буржуазия города была способна только к шатаниям от неистового демократизма до самой жалкой трусости. Поэтому в целом немецкая буржуазия не поднималась выше либеральной оппозиции феодальному строю, то есть выше трусливых пожеланий реформ.

4. В это время во Франции произошла буржуазная революция.

Уныние и безнадежность немецких буржуев сменились всеобщим энтузиазмом. Но якобинский террор привел немецкую буржуазию в ужас, а вскоре Наполеон обрушил свои армии на Германию. Объективно он был для Германии представителем революции, о которой мечтали немецкие буржуа, он принес с собой ее принципы, разрушив феодальные порядки. Но национальная гордость немцев была уязвлена. После разгрома Наполеона феодальные порядки еще более укрепились.

5. Те обстоятельства, которые делали буржуазию бессильной чтолибо изменить в стране, привели к тому, что в борьбу с феодальными порядками включился немецкий пролетариат. И это окончательно определило характер буржуазии: ей стало казаться, что лучше старая феодальная Пруссия, чем такое новое, как пролетарская революция.

6. Отсюда вытекает определяющая черта характера немецкой буржуазии: двойственность, противоречивость. С одной стороны, она мечтала о революции и своем господстве; с другой, – была бессильна совершить эту революцию и боялась пролетариата.

7. Из противоречивости положения немецкой буржуазии вытекает противоречивость, двойственность немецкой классической философии, которая отражала позицию буржуазии, ее силу и слабости.

Убоявшись террора французской революции, который мог повториться в условиях немецкой действительности, буржуазия Германии решила сначала все продумать, создать теорию, а уж затем, вооружившись ею, совершить свою революцию. Поэтому то, что совершили французы в действительности, на баррикадах, немцы осмысливали ( ибо своего опыта революционных действий они не имели, приходилось анализировать опыт соседей). Поэтому К.

Маркс назвал немецкую классическую философию немецкой теорией французской буржуазной революции.

Следует также иметь в виду, что в условиях засилья феодальной реакции, в условиях отстранения буржуазии от общественно-политической деятельности область идеологии, литературы становится для нее единственной сферой деятельности, в которой она могла проявить свою энергию и выразить свои надежды. Этим объясняется то, что эта “позорная в политическом и социальном отношении эпоха была в то же время великой эпохой немецкой литературы”.

В философской жизни Германии, как и в поэзии, античеловечность изживших себя феодальных порядков преодолевалась не в действительности, но в теории – последовательно и основательно. Вместо реального преобразования действительности здесь совершалось идеальное преобразование: взамен политической революции предлагалась революция философская. Ведь философия, отмечал Гегель, особенно нужна в те периоды, когда происходит переворот в политической жизни общества, ибо мысль всегда предшествует действительности и преобразует ее: если царство представлений уже революционизировано, то действительность не может более устоять.

Изложение немецкой классической философии принято начинать с Иммануила Канта, чья философия качественно отличалась от средневековой, которая рассматривала существующее как в принципе неизменное, не подлежащее изменению.

Буржуазные философы, напротив, обосновывали необходимость разумного изменения как природы, так и общества. Поэтому классическая буржуазная философия постоянно обсуждает вопрос: как можно и должно человечеству рационально господствовать над природой и социальными условиями своей жизни Осуществление этой программы предполагало прежде всего создание теоретической модели познающего субъекта, который одушевлен жаждой познания и готов преодолеть любые препятствия на этом пути. Тем самым классическая философия решительно выступила против средневековой философии в том пункте, что человек, отныне признаваемый личностью, должен быть признан свободным по природе своей существом. Вместе с новым пониманием человека возникает и новое понимание природы, в особенности внешнего, окружающего человека мира, который характеризуется прежде всего как препятствие, ограничение человеческой деятельности, как нечто, подлежащее изменению, преодолению.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 42 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.