WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 42 |

В целом, имеются системные формализмы, которые развивали многие ученые. Они обладают огромной эвристической силой. Системный подход раскрывает нам как бы пространства возможных состояний систем и возможных действий. Это — общенаучный метод и подход, такой, какой развивает синергетика (как общая теория самоорганизации), или кибернетика (как общая теория управления и связи в живых организмах, технических системах, обществе и их объединениях, которая опирается на информационные технологии).

В 60-х гг. системолог Р. Акофф и социолог Ф. Эмери предсказывали наступление Системного века. Он фактически уже наступил, но только не в виде победы какой-то отдельной теории, а как победы целого направления, подхода и методов, характерных именно для ОТС, ее версий, моделей разного уровня, разного характера и назначения.

Формы научного познания. Далее мы остановимся на основных формах, в которых представлено и организовано научное и техническое знания.

Среди них — факт, гипотеза, закон, принцип, теория.

Факты образуют живую ткань любого знания. В науке и технике — они воздух, которым дышит ученый, исследователь. Но факты еще надо добыть, описав их на языке теории, передать их смысл и оформить в виде истинных суждений. Субъект познания обращен к объектам и получает в виде познания итога знание в форме фактических суждений. Вместе субъект — объект — знание образуют треугольник, так называемый “золотой треугольник познания”.

Между тем, широко бытует мнение, что факт и объект — это одно и то же. Так считают и некоторые философы: Л.Витгенштейн, например, говорил, что “мир есть совокупность фактов, а не вещей”. Мы здесь будем строго различать объект и знание о нем у субъекта, в связи с чем мы будем понимать под фактом некоторое достоверное знание об объекте в форме суждения. При этом исследователь отображает данное суждение в терминах языка определенной теории, так что одно и то же может выглядеть (описываться) в разных языках по-разному. Например, в обыденном языке (и мышлении) нормой стало выражение “У меня температура” (человек болен). На языке сторонника теории теплорода (была такая) надо бы сказать об увеличении количества теплорода в организме. Сторонник теории, где употребляются понятия энергии, температуры (степени нагретости тела) говорят о повышении температуры как результата увеличения кинетической энергии молекул в организме.

И тому подобное.

В научном мышлении факт выражен в виде единичного суждения, даже если речь идет о совокупности многих объектов. Но описание факта в науке всегда, как говорят методологи, “теоретически нагружено”, то есть связано с определенной концепцией и теоретическими терминами. Подчеркнем еще раз: в самой действительности никаких фактов нет, они — в головах людей.

В этой связи находится то, что мы часто предполагаем какие-то свойства, отношения и т.п. в виде суждений, — гипотетические факты. Вообще надо различать “наблюдаемые” и “ненаблюдаемые” факты и понимать относительность и историчность их различения. Заметим, что термины “наблюдаемые” и “ненаблюдаемые факты” неудачны и неточны. Лучше бы сказать:

“факты наблюдаемого” и “ненаблюдаемого”. Пример последних утверждений, что Земля шар, хотя мы ее как шар непосредственно не видим. Для космонавта же это наблюдаемый факт. Наука широко оперирует и теми и другими, исходя из мысли о наличии в мире общего и всеобщего, а не только уникального и неповторимого. Отсюда и возможность конструировать факты, обобщая единичное до общего и всеобщего.

Факты можно подразделить в целом при сравнении их друг с другом на однородные (скажем, все случаи притяжения тел к Земле, рождения живых существ и их смерти, необходимой связи людей друг с другом в обществе и т.п.); неоднородные (как, например, трения тел, магнетизма, питания живых существ, парламентские выборы и т.д. в сравнении друг с другом); массовидные (для групп и совокупностей любого рода вроде взаимодействий частиц материи, молекул газа, демографические процессы и т.д.); фундаментальные (как переход тепла от более нагретого тела к менее нагретому, другие факты из физики, химии, биологии, кибернетики и информатики, и др.) и нефундаментальные (например, характер ветвления кроны конкретного дерева, размещение в данном городе сетей коммуникаций, торговых точек, ваше падение на улице, поломка конкретной машины и т.п.).

Заметим, что эти классы фактов пересекаются друг с другом и их принадлежность к этим классам может быть относительной, зависеть от системы отсчета и задач описания и т.п. Однородные факты могут быть обобщены, когда познание схватит более глубокую сущность с помощью тех или иных методов познания. Так, фундаментальный закон природы — закон сохранения энергии — на деле создан за счет обобщения законов сохранения механической, тепловой и электрической энергии. При желании примеры можно продолжить.

Известный физик М.Борн писал: “Все наше познание природы начинается с накопления фактов, многочисленные факты обобщаются в простые законы, а последние в свою очередь обобщаются в более общих законах”.

Гипотеза как форма научного познания и (одновременно) как метод ведет на основе фактов разного рода через формулирование законов и принципов к научной теории. В современной науке гипотезы — это своеобразные локомотивы науки. Вместе с тем, в истории науки погибших, не ставших законами, принципами и теориями гипотез, — бесчисленное множество. Поэтому говорят, что наука — это кладбище гипотез. Эти гипотезы, которые вызывались в воображении исследователей теми или иными реальными проблемами (и химерическими тоже — такими как создание “вечного” двигателя), сами подталкивали к сбору новых фактов.

В своем развитии гипотеза как предположение проходит ряд стадий: 1) накопления фактов; 2) выдвижения простейшего предположения, часто на базе аналогии; 3) накопления новых фактов; 4) формулирования зрелой гипотезы и получения следствий из нее, вплоть до развертывания целой теории;

5) подтверждения гипотезы или ее опровержения. В последнем случае гипотеза превращается в закон, принцип (в рамках аксиоматизированной теории) или даже становится теорией. Все зависит здесь от ранга, уровня общности гипотезы.

Формально, гипотеза — это суждение или их целая связанная группа, система суждений. Но настоящая научная гипотеза никогда не строится на пустом месте. Она связана со всем знанием о предмете, междисциплинарным знанием, вроде логики и математики, и из них вытекает.

Иногда гипотезу противопоставляют опыту. Так, Ньютон говорил: “Гипотез я не измышляю”. Но, ведь, и сам Ньютон находился среди гипотез, как среди пчел в пчелином рое. Разве не было у него гипотезы о “мировом эфире”, о бесконечно большой скорости передачи взаимодействий, о всеобщности Евклидового пространства, об абсолютном пространстве и времени, других гипотез Другое дело, что это все он не осознавал как гипотезы и считал очевидным. Мы все слишком многое считаем очевидным и в итоге заблуждаемся! В истории науки известно и преувеличение роли гипотезы. Сторонником такой идеи был, например, известный французский математик и физиктеоретик А.Пуанкаре (см. его книгу “Наука и гипотеза”).

Группировку гипотез по их видам мы делать не будем, так как она в основном совпадает с группировкой законов.

Закон — это как бы ставшее знание, чаще всего — результат индукции, аналогии, синтеза и подтверждения гипотез на опыте. Понятия закона и гипотезы однопорядковые. Закон науки схватывает повторяющееся, прочное, необходимое, существенное, устойчивое в законе любой природы. Форма его — суждение. В математике его эквивалент — теорема. Впервые понятие “закон природы” мы найдем в XVII веке у Декарта, Гоббса и Спинозы, позднее появилась мысль, что все существующее в природе может создаваться только по ее законам. При этом закон не лежит на поверхности, а как бы высвечивается через явления, свойства, отношения. Он еще должен быть понят, осмыслен и описан на языке науки. Смысл знания закона — предвидение возможных состояний объекта и тенденций его изменения и развития.

В основе появления закона лежит напряжение между сложившимися сторонами целого, его полюсами, противоречие. На основе этого вначале развивается тенденция. Различают также законы-тенденции (или “закономерности”, характерные для сложных систем (биологические, социальные, смешанные системы). Таковы законы эволюции жизни, общественного прогресса, экономики, экологии, развития самой науки и др. Вообще, по разным критериям и основаниям, можно построить целый ряд независимых и пересекающихся группировок и классификаций известных науке законов. Различают всеобщие, частные и конкретные законы. Для всего физического мира всеобщими законами будут законы симметрии или сохранения; частными будут законы отдельных миров физического и духовного (механики, теплоты, языка, мышления и др.); о конкретных законах отдельных объектов мы узнаем нередко сами из практики. По их характеру выделяют качественные и количественные законы. Первые чаще всего можно встретить в сфере очень сложных систем; законы физики, химии, техники, технологии, экономики, управления и др. — в основном количественные и количественнокачественные.

Необходимо выделить законы по их назначению: законы для описания и законы объяснения. Описателен, например, закон всемирного тяготения, так как он не объясняет причину тяготения; напротив, объясняющий закон говорит о том, почему протекает данное явление, почему так-то устроен данный объект. Форма последнего — “Если..., то...”. При этом важно оговорить условия (“наложенные связи” как говорят в механике), а также разного рода ограничения. В методологии поэтому различают законы “дозволения” (их большинство) и законы “запрета”, невозможности (такие, как недостижимости абсолютного нуля температуры, передачи тепла от холодного тела к нагретому, принцип Паули в теории атома и др.).

Законы можно различать и по уровню абстрактности — как феноменологические, так и абстрактные. Первые — описательны, чаще всего качественные, а не количественные, они — эмпирические по происхождению и слабо математизированы. Их множество в разных областях, особенно в наблюдениях за погодой, в геологии, биологических и социальных науках, в сферах производства и экономики. Часто они лишь первичная форма обобщения. Вторые, опираясь на мощный аппарат абстракций, количественный математический аппарат и модели, включая информационные и кибернетические, выражаются в виде функций и уравнений разного рода. Кстати, именно математические модели чаще всего в современной науке и ведут к обобщениям в виде научных законов. Здесь, как нигде, проявляется огромная эвристическая сила математики и моделирования.

Вообще, наука лишь тогда достигает совершенства, когда она выходит на дорогу обобщений на уровне такого рода законов.

Принципы. Вспомним теперь, что было сказано вначале: закон — это нечто подобное математической теореме. Если же закон помещен не в конец, а в начало цепочки познания (вместе с другими), то, формально, его роль такова же, как аксиомы в математике. То же самое можно проделать и с гипотезами. Мы сможем из них развернуть цепочку следствий. В итоге перед нами будет уже в аксиоматической теории то, что в естествознании и в технических теориях называют “принципом” или “началом”. Формально говоря, принцип — утверждение, однопорядковое с законом, но помещенное в начало цепочки умозаключений и выводов, а закон — следствие, но не одного принципа, а их группы, входящих в основания, в аксиоматику теории. Совокупность фундаментальных понятий, определений и принципов образует аксиоматику теории. Но в ряду начальных утверждений теории могут быть и фундаментальные факты, такие, как постоянство скорости света в теории относительности, или дискретности взаимодействий и “действия” (квантования) в квантовой теории и т.п. Это факты — принципы. Научные принципы имеют три уровня общности: 1) всеобщие (философские); 2) общенаучные;

3) частнонаучные. Первые в каждой науке выступают в форме, отражающей язык той или иной теории, а потому их часто не узнают сами философы.

Принципы совместно с научной картиной мира, специальной исследовательской программой и парадигмой (то есть особым углом зрения на проблемы некоторой предметной области), фундаментальными понятиями, гипотезами и законами подводят нас к возможности развернуть научную теорию.

Научная теория. Под научной теорией как раз и понимают систему утверждений об объектах, связанных отношениями выводимости и зависимости. Научная теория — это не только форма знания и познания. В широком смысле это так, но это и главная единица теоретического знания, с которой сталкивается всякий, кто учится, исследует, конструирует, проектирует и действует. Говорят, что не ничего практичнее, чем хорошая научная теория.

Подчеркнем, что теория имеет сложную структуру. В ее состав входит “ядро” или основания теории, то есть система принципов и основных понятий теории. В формальных теориях в него включают правила операций над величинами и язык (термины и символы теории). Последний тип теорий — это высший, предельный тип. Он характерен для математики и математической логики — в основном дедуктивных по способу вывода теорем (в содержательных теориях вроде физики — законов) и следствий, а также приложений в практику. Вместе с тем никому еще не удалось выстроить теорию на одном-единственном принципе: как правило, их всегда несколько.

Мы уже говорили о том, в каких отношениях должны находиться аксиомы или принципы теории. В целом, в основаниях не бывает противоречащих друг другу принципов и лишних принципов, хотя могут быть и не все необходимые принципы. Это определяется вмешательством заданного многомерного пространства и его топологии. Что такое возможно, было доказано Б.

ван Фраассеном. Заметим, что в основаниях теорий аксиоматического типа содержится также и все возможное количество следствий ( то есть, принципы — это “свертка” всех возможных утверждений теории, их консерв). Подобный концентрат информационно хорошо обозрим, он эвристичен, лишь бы мы сами владели техникой вывода и логикой. Заманчиво было бы уложить хотя бы крупные блоки информации о мире и о нас в подобные “свертки”! Вообще, в фактуальных теориях, а это все науки, кроме логики и математики, сами прототипы теории суть реальные объекты (как в лингвистике и др.). Материальные прототипы между тем противоречивы, а информация о них чаще всего бывает неполной. Отсюда громадные трудности аксиоматизации содержательного знания и познания.

Pages:     | 1 |   ...   | 30 | 31 || 33 | 34 |   ...   | 42 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.