WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 42 |

В эту же эпоху зарождается классическое естествознание. Механика выглядит чуть ли не всесильной дисциплиной: она объясняет все и вся от действия рычага и устройства механизма до причин приливов и отливов и законов движения планет вокруг Солнца. Понятно, что в механистической картине мира понятие бытия оказывается связанным с физическими параметрами взаимодействия тел. Эти параметры, а именно перемещение, протяженность и длительность осмысливаются в философии природы как движение, пространство и время. Причем если в понимании материи уже утвердилась атрибутивная модель, то в отношении бытия еще господствует субстациональная точка зрения.

В ньютоновской физике тела неизменны, обладают неотъемлемыми свойствами и приводятся в движение внешней силой. В самом начале, как полагал Ньютон, имел место первотолчок, когда Бог “запустил механизм” Вселенной, который продолжает “работать” уже по естественным законам.

Пространство и время также представляют собой внешние и ни от чего не зависимые формы существования, и тогда пространство есть чистая протяженность, пустота, в которой перемещаются механические массы, а время есть чистая длительность, которая определяется раз и навсегда установленными циклами движений, например движением планет по стационарным орбитам.

В XIX веке появились две альтернативные концепции способа и форм бытия реальности. Это были априористская модель Канта и реляционная модель в диалектическом материализме и неклассическом естествознании XX века.

Немецкий философ Иммануил Кант полагал, что представления о пространстве и времени имеют априорный, то есть доопытный характер и не могут быть выведены ни из каких наблюдений, а, напротив, являются врожденными формами человеческого восприятия. Основной аргумент Канта состоял в том, что математические дисциплины, упорядочивающие наше созерцание, а именно – геометрия и алгебра, относящиеся к внешним и внутренним чувствам, а значит, к пространству и времени – имеют аксиоматический характер. Пять аксиом Эвклида или принципы арифметики мы принимаем без доказательств, поскольку они самоочевидны, а не выведены и не могут быть выведены из опыта. Это сильный аргумент, но он был опровергнут созданием в том же XIX неэвклидовых геометрий Лобачевским, Бояи и Риманом, а появление теории множеств Кантора перевернуло арифметику и алгебру.

Системы аксиом могут быть различны, и какую из них выбрать – может решать только опыт.

Идею о том, что пространство и время суть лишь отношения между фрагментами реальности впервые высказал еще Готтфрид Лейбниц. Эта идея хорошо вписалась в реляционную модель материи, которую наиболее ярко развил диалектический материализм. В этом плане наиболее показательны работы Энгельса. В своей книге “Диалектика природы” он разрабатывает основные аспекты реляционной модели.

Поскольку и в философии, и в естествознании в XIX веке прочно утвердилась идея эволюции – в философии Гегель, а в науке, скажем, Дарвин – постольку и Энгельс принципиально по-новому трактует движение. Он понимает его, во-первых, как способ существования материи, как внутренне присущий материи атрибут. С этой точки зрения изменчивость есть фундаментальное качество реальности и никакого первотолчка не было. В действительности, прямо по Гераклиту, “все течет, все меняется, и в одну реку нельзя войти дважды, ибо в следующий раз нас омывают новые воды”. Энгельс вслед за Гегелем полагал, что движение вызывается внутренними противоречиями в природе вещей, борьбой противоположных сил и тенденций в самих структурах материальных систем.

Во-вторых, движение трактуется не только и не столько как перемещение в пространстве. В реляционной модели движение понимается как развитие, как качественное изменение, усложнение, совершенствование или деградация и разрушение, то есть как прогресс или регресс, имеющие необратимый характер. В соответствии с таким подходом Энгельс говорил о многообразии форм движения материи, среди которых он выделял механическую, физическую, химическую, биологическую и социальную. В принципе каждый уровень организации материи характеризуется особенностями не только строения соответствующих систем, но и специфическими типами взаимодействия и характером функционирования. И хотя, скажем, процесс жизнедеятельности клетки нельзя свести полностью к совокупности химических воздействий, тем не менее идея развития состоит в том, что сложное возникало из простого и жизнь есть результат эволюции, ведущей от неорганики к органике и далее к все более организованным биологическим и социальным системам.

Аналогично в духе реляционного подхода понимаются пространство и время. Энгельс рассматривает их не как внешние по отношению к материальным телам сущности, а как внутренне присущие материальным системам характеристики, как отношения между элементами систем и между самими системами, выражающие момент их упорядоченности. В этом смысле он определяет пространство как порядок сосуществования вещей, а время как последовательность сосуществования вещей. С этой точки зрения движение есть способ существования материи, а пространство и время суть формы существования.

В неклассическом естествознании XX века краеугольными камнями понимания движения, пространства и времени стали теория относительности Эйнштейна и квантовая механика. В теории относительности длина тела и длительность событий – величины переменные и зависят они либо от скорости движения (частная теория), либо от силы гравитационного взаимодействия (общая теория). Так, если скорость движения тела стремится к скоростям света, то по формулам Лоренца, его линейный размер стремится к нулю, а временные интервалы увеличиваются до бесконечности. Сам Эйнштейн в одном из интервью так оценил ситуацию: “Раньше считали, что если из Вселенной убрать массы – звезды, тела, планеты, то пространство и время останутся; я же доказал, что сли из Вселенной убрать массы, то вместе с ними исчезнут и пространство и время”.

Весьма любопытна квантово-механическая интерпретация движения.

Согласно гипотизе трансмутаций в природе не существует пустоты, а пространство заполнено вакуумом, представляющим собой плотную среду виртуальных частиц, которые в спокойном состоянии ненаблюдаемы, а в возбужденном состоянии выглядят как та или иная элементарная частица. Тогда то, что мы воспринимаем как движение микрообъекта, есть лишь передача возбуждения от одной виртуальной ячейки вакуума к другой, соседней с ней.

Все ячейки “стоят на месте”, а движение – это чисто макроскопический эффект подобно тому, как мы видим движение буквы по строке световой газеты, хотя на самом деле лишь последовательно загораются и гаснут лампочки, которые сами никуда не бегут. Ситуация прямо как у Парменида: движение есть лишь видимость, иллюзорный эффект чувственного восприятия.

Парадоксы микромира заставляют нас избегать кажущейся простоты и наглядности в описании процессов, которые мы наблюдаем в макромире, а для этого требуется учесть те новые аспекты трактовки реальности, которые открывают нам релятивистская теория и квантовая механика.

Релятивистская модель реальности. Следует сразу оговорить, что модель, которая будет предложена ниже, имеет гипотетический характер и находится в стадии обсуждения. Задача, для решения которой создана эта модель, состоит в том, чтобы избежать трудностей реляционной концепции объективной реальности, избавиться от антропоцентризма и субъективизма гносеологического подхода к определениям понятий материи и бытия. Вместе с тем реляционная модель не отвергается вовсе, но включается как частный случай в более общие представления при том условии, что в качестве системы отсчета выступает человек – наблюдатель и субъект познавательной деятельности. Однако, и в этом состоит принцип релятивизма, (от латинского “релятивный”, то есть “относительный, переменный ”) системой отсчёта может быть любой фрагмент реальности, поскольку нет привилегированной, каким-то образом выделенной точки зрения, а картина реальности в том или ином варианте имеет смысл лишь относительно всех остальных.

Основная идея релятивистской модели состоит в том, что изменчивость реальности рассматривается с позиций принципа развития, то есть события, происходящие в действительности, представляют собой не только движение, внешним образом проявляющееся перемещение в пространстве, но и качественное изменение, внутреннюю новацию, развертывающуюся во времени.

Этот подход вполне соответствует представлениям теории относительности, в которой линейные величины и интервалы времени связаны в единый континуум, четырехмерное пространство-время в интерпретации Минковского.

Новый аспект видения реальности состоит в том, что изменчивость имеет относительной характер не только в случае пространственного перемещения, когда в принципе нет большой разницы в том, какое из тел считать движущимся, а какое – покоящимся. Такая же ситуация имеет мести и в описании изменений по координате времени, поскольку процессы протекают с разными скоростями в различных фрагментах реальности, им присущи разные темпы преобразований и ритмы накопления существенных, задающих ту или иную определенность новаций.

С учетом этих различий в составе реальности имеют место быстрые и медленные относительно любого наблюдателя фрагменты. В этом отношении более медленные в своем развитии объекты будут восприниматься наблюдателем как застывшие, определенные четкими границами, с выраженными телесными характеристиками вещи. Тогда как более быстрые в своем развитии объекты будут восприниматься наблюдателем, как стремительно меняющиеся, неопределенных размеров и очертаний, не локализованные в конкретной точке бестелесные процессы.

Хроноскопический метод. Различия во временной организации разных фрагментов реальности не позволяют наблюдать непосредственно характерные особенности объектов. Так человек не воспринимает движения часовой стрелки по циферблату, хотя со временем констатирует, что она переместилась, но точно так же человек не замечает пулю в полете, хотя и знает, что это вполне телесный кусок свинца, а вот с точки зрения пули даже бегущий человек выглядит как застывшее изваяние.

Диалектика вещи и процесса. Если разделение реальности на вещи и процессы оказывается условным и зависит от системы отсчета, если один и тот же объект выглядит то как вещь, то как процесс с различных точек зрения, то следует сделать радикальный вывод: вещь и процесс – это одно и то же; всякая вещь есть процесс, но и всякий процесс есть вещь. Переходя на категориальный уровень, можно сказать так: реальности в целом, как и любому ее фрагменту, присущи как вещные, так и процессуальные характеристики, которые проявляются альтернативно, но и дополняют друг друга, образуя конкретную меру единства в том или ином объекте определенной природы.

Такая констатация напоминает принцип дополнительности в квантовой механике, что и неудивительно: именно в микромире мы сталкиваемся с короткими временными интервалами и высокими скоростями взаимодействий, что и приводит к неопределенности описания микрообъекта, которую открыл Вернер Гейзенберг, и дополнительности корпускулярных и волновых представлений, предложенной Нильсом Бором. Однако и медленные объекты, если их брать в огромных по масштабам человека интервалах времени и расстояний, дадут такую же картину. Так, звезды, события в которых растягиваются на миллиарды лет, тоже эволюционируют, и наблюдения за Метагалактикой, в которой в связи с конечностью скорости света огромную роль играет фактор времени – чем удаленнее объект, тем более глубокое прошлое мы наблюдаем – позволили получить в астрономии картину развития звезд, зафиксированную диаграммой Герцшпрунга – Рессела.

Определения. По отношению к реальности в целом для выражения вещных и процессуальных характеристик объектов логично использовать базовые категории онтологии, дав им в этом случае новые определения.

Материя есть философская категория, выражающая момент устойчивости, определенности, телесности любого фрагмента реальности.

Бытие есть философская категория, выражающая момент изменчивости, неопределенности, бестелесности любого фрагмента реальности.

В контексте релятивистской модели базовые категории онтологии предстают как противоположные, взаимно дополнительные предельные идеализации действительности. При этом с их помощью можно задать отношение любого объекта природы к любому объекту природы. Это значит также, что онтологическое отношение “вещь – процесс” в асимптотах “материя – бытие” оказывается переменным, чем отвергается любая абсолютизация какой бы то ни было интерпретации объектов действительности, а картина реальности предстает как подлинно диалектическая.

Глава 5. Теория познания.

Познание как отражение действительности. Понятия “сознание”, “мышление”, “познание”, “дух”, “интеллект”, “идеальное” и др. фиксируют свойства и признаки явлений и процессов одного класса, но не являются синонимами, поскольку акцентируют разные аспекты и стороны одного и того же феномена.

Сознание - имманентное, атрибутивное (неотъемлемое) свойство высокоорганизованной материи, позволяющее реалистически, но творчески преобразовывать окружающий мир в соответствии с поставленными целями.

Понятие сознания является родовым по отношению ко всем действиям человека, которые он совершает в сфере идеального. Оно описывает феномен активно-творческого отношения человека к миру в общем виде, фиксируя специальным образом лишь самые общие черты проблемы - историческое происхождение, меру зависимости от материального носителя, основные способы существования и проявления, механизмы и критерии содержания и т.п.

Общепризнанно, что сознание - способ жизнедеятельности человека, требующий умения путем мыслительной деятельности строить и краткосрочную, и долгосрочную программу целенаправленных действий независимых (или не вполне зависимых) от давления внешней среды. Биологическими предпосылками этой способности у человека являются развитый мозг, развитые для тонкого манипулирования верхние конечности и гортань, позволяющая модулированное и артикулированное звукопроизношение. Социальными предпосылками данной способности является необходимость в передаче членам сообщества той части индивидуального опыта, который невозможно передать биологическим путем, т.е. по наследству.

Признание всех вышеперечисленных свойств сознания и его предпосылок в качестве исходных принципов исследования проблемы сознания в целом, позволяет сформулировать и методологические установки, на базе которых возможно логически последовательным образом поставить и исследовать проблему функционирования сознания, т.е. – проблему познания.

Pages:     | 1 |   ...   | 21 | 22 || 24 | 25 |   ...   | 42 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.