WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |

По постановлению ГКО весной 1945 г. в Москву, в ЦКБ-1 Наркомата боеприпасов было отгружено 150 турбин Фау-2, радиоаппаратура управления полетом, 25 испытательных стендов и другое оборудование. Часть стартовых установок и испытательных станций для ракет дальнего действия перевезли на полигон в Крыму. Самолеты воздушной армии С.Красовского доставили в ЦКБ-Наркомавиапрома специализированное оборудование, оснастку, полуфабрикаты изделий и техническую документацию с заводов по производству реле управления Фау-2 и приборов самолетовождения из Миттельштайна, Роккерса и Ютенбурга, принадлежавшие фирме «Патин»305.

Директор НИИ-24 Наркомата боеприпасов П.Холодный вывез из Фюрстенберга опытные образцы снарядов, чертежи и технологическое описание завода.

В конце мая ГКО принял постановление «О проведении работы по выявлению и вывозу заводского и лабораторного оборудования, чертежей и опытных образцов немецких реактивных снарядов». Наркому боеприпасов Б.Л.Ванникову было предписано вывезти на 670-й завод и в ЦКБ-1 оборудование опытного завода по производству реактивных снарядов фирмы «Рейнметалл Борзинг» из Берлина (Мариенфельд) для создания аналогичного предприятия в Москве306.

10 мая 1945 г. по постановлению ГКО № 8428сс в НИИ-1 Наркомавиапрома в Москву вывозились два комплекта радиоаппаратуры к самолетам-снарядам Фау-2 и техническая документация из Высшей электротехнической школы в Вене. Руководителем работ по отгрузке оборудования и документации был назначен начальник 17-го главка наркомата Н.Я.Балакирев307.

Уполномоченные Особого комитета при ГКО М.З.Сабуров, П.Ф.Зернов, Гамов, Кучумов руководили поисками лабораторного оборудования, образцов чертежей реактивных снарядов и готовили предложения для Особого комитета при ГКО о передаче их в Наркомат боеприпасов308.

В Пенемюнде также прибыла и бригада генерала А.И.Соколова с группой специалистов, к которой присоединились конструкторы, занимавшиеся реактивной техникой, Б.Е.Черток, А.М.Исаев, Б.Е.Черток вспоминал в 1991 г.: «Я был одним из первых, кто вылетел в Германию для изучения немецкой авиационной и ракетной техники. 23 апреля 1945 г. меня произвели из рядовых сразу в майоры, я получил положенное обмундирование, пистолет ТТ и удостоверение с правом осматривать все объекты в Германии. Мои коллеги также совершили мгновенное превращение в старшие офицеры, и мы вылетели в составе группы Наркомата авиационной промышленности.

Нашей основной задачей было искать и спасать новейшую военную технику, секретные архивы прежде всего от своих. В процессе жестоких боев нашим войскам было не до архивов. Мы шли вслед за наступающими войсками вместе с передовыми тыловыми частями. И там, где могли, старались опередить их, чтобы сразу взять под охрану интересующую нас технику. Иногда чуть не плакать хотелось, когда буквально по щиколотку ходили по секретным немецким документам, выброшенным нашими «братьями-славянами» из сейфов. Правда, это относится к районам особенно жарких боев.

Только 1 июня мне удалось добраться до Пенемюнде... В Пенемюнде мы впервые по-настоящему остро почувствовали, какой гигантский размах имели в Германии работы по ракетной технике. Это заставило нас с удвоенной энергией искать все, что было с ней связано309.

Советские ракетчики исследовали развалины, облазили 11 испытательных стендов, расспрашивали о ракетах, документах, чертежах. Случайно был найден технический отчет по ракете А-9/А-10, которую В.

фон Браун мечтал использовать для бомбежки Нью-Йорка.

В другой Ракетный центр в Нордхаузене советские специалисты прибыли на второй день после ухода американцев, но там уже работала бригада Наркомата боеприпасов, которая интересовалась станками.

В июле 1945 г. уполномоченные Особого комитета ГКО посетили Нордхаузен, куда с Узедома немцами было частично эвакуировано серийное оборудование производства Фау-1 и Фау-2. Советским представителям удалось в августе 1945 г. вывезти по постановлению ГКО от 3 августа 1945 г. № 9716сс из подземного комплекса заводов «Нордверке» и «Миттельверке» в 4 км от Нордхаузена около 3 тыс.

единиц технологического оборудования по производству Фау-1, деталей авиамоторов и реактивных двигателей на авиазаводы Уфы и Москвы, а оборудование и материалы по изготовлению Фау-2 и реактивных снарядов «Тайфун» – на московские заводы НКБ310.

Б.Л.Ванников 19 июля 1945 г. писал в отчете правительственной комиссии, когда вывоз материалов и промышленного оборудования из Пенемюнде еще не был завершен: «При обследовании заводов, конструкторских бюро и полигонов Германии, Польши, Чехословакии, Венгрии и Австрии, где производилась разработка конструкций и изготовление новых реактивных снарядов, а также опросом лиц, причастных к этому делу, собран материал, чертежи, образцы, технологические документы, фотоснимки, кинопленки и ряд других документов, по которым представилась возможность составить технический обзор в первоначальном виде и в отдельных случаях даже вести конструкторскую работу по отдельным образцам...

Немецкие реактивные снаряды сверхдальнего действия особенно наиболее крупные и дальнобойные, как, например, Фау-2 и др., выходят из рамок отрасли одного какого-либо ведомства (Наркомата) и широко затрагивают важнейшие области промышленности (электропромышленность, моторо- и турбостроение, тяжелое машиностроение и др.)... Реактивные снаряды сверхдальнего действия проектировались в Карлсхагене и Пенемюнде на острове Узедом близь Штеттина, в германском НаучноИсследовательском Ракетном Центре».

В отчете давалась общая оценка военно-технических трофеев: «Вся система автоматического управления снарядом очень сложна. Она состоит почти целиком из электроприборов и радиоаппаратуры, содержащих 83 радиолампы и около 80 различных реле, управляющих множеством электрических цепей и электромоторов. Серийный выпуск этого оборудования требует высокой культуры производства.

Разработка и изготовление аппаратуры производилось фирмой «Сименс», с которой сотрудничали AЕГ и «Телефункен». Стоимость автоматического оборудования составляет основную часть стоимости ракеты»311. Б.Л.Ванников резюмировал: «Предстоит большая работа по изучению образцов и всего материала для дальнейшего совершенствования новых видов реактивной боевой техники, которая является передовой и займет в системе вооружения значительное место. Будущность этой высокой боевой техники велика, она требует работы большой и солидной»312.

В распоряжении советских оборонных наркоматов и заводов оказалось в 1945 г. множество образцов передовой военной техники. Советские оборонщики получили лавину научно-технической информации, которую они должны были в кратчайшие сроки освоить, так как на пороге победы уже стояла эпоха холодной войны. Они получили для изучения образцы самолетов-снарядов Фау-1, которые представляли собой летательные аппараты, управляемые автопилотом, компасом-курсодержателем, высотным коррректором и задатчиком курса, с дальностью полета до 400 км (контролировалась счетчиком пути) и скоростью полета до 600 км в час. Стартовая масса ракеты составляла 2,2 тонны, взрывчатки – до 700 кг.

В их распоряжение поступили и одноступенчатые баллистические ракеты Фау-2 (А-4), которые управлялись в полете при помощи сложного радиотелемеханического оборудования. Коррекция полета производилась с земли при помощи специальных стартовых устройств, оборудованных радиотелемеханическими и радиолокационными установками. Ракета приводилась в движение ЖРД с тягой до 25 т. Масса Фау-2 – 12,5 т, взрывчатого вещества – свыше 700 кг. Дальность полета – 350-км, высота – 90-100 км, а при специальных пусках могла подниматься вдвое выше.

К концу 1944 г. немецкие конструкторы Вернер фон Браун и Герман Оберт разработали проект межконтинентальной двухступенчатой ракеты А-9/А-10, с дальностью полета до 5 тыс. км, которые она покрывала за 35-40 мин., неся боевой заряд до 1 т весом. Проект должен был введен в действие в начале 1945 г., но остался в опытном варианте из-за крушения рейха. Последний пробный пуск ракеты А-9/А-состоялся 24 января 1945 г. Задача была доведена до своего технического решения313.

В мае 1945 г. в Берлине была образована советская техническая комиссия по ракетной технике. Она действовала при штабе советской военной администрации в Берлине, через линии спецсвязи в Карлхорсте докладывала о результатах своей работы в Москву.

Летом 1945 г. была сформирована группа специалистов во главе с будущим академиком и специалистом в области космической связи Н.А.Пилюгиным, куда входили свежеиспеченные «полковники» В.П.Мишин, Л.А.Воскресенский, А.М.Березняк. 8 августа 1945 г. они получили напутствия в ЦК ВКП(б) и Наркомавиапроме, надели погоны и в ночь на 9 августа вылетели в Берлин, а затем побывали в Праге в поисках архива фон Брауна, который был обнаружен в местечке Вистовице, в сарае. Архив был отправлен в Германию, в Блейхероде, где собирались кадры захваченных советскими войсками немецких ракетчиков.

8 сентября 1945 г. в Берлин вылетел «подполковник» С.П.Королев. К этому времени в Германии работали более сотни специалистов в области ракетной техники или тех, кому предстояло стать таковыми314.

Б.Е.Черток и А.М.Исаев, командированные в Германию для ознакомления с немецкими реактивными двигателями, организовали при содействии советского военного командования в Блайхероде близь Нордхаузена, где обосновалась после эвакуации из Пенемюнде часть немецких ракетчиков и где дислоцировалась 75-я гвардейская дивизия, Ракетно-восстановительный институт – РАБЕ. Возглавил институт Б.Е.Черток, в нем работало около 200 сотрудников315.

В это же время В. фон Браун недалеко от Блайхероде собрал в американской зоне 300 лучших немецких ученых-ракетчиков. Советским ученым удалось переманить из американской военной зоны некоторых из них, в том числе Гельмута Греттрупа, который в Пенемюнде руководил разработками систем управления. В августе-сентябре 1945 г. все немецкие специалисты были вывезены в США.

Институт же, организованный в Блайхероде, продолжал действовать и стал пополняться за счет советских ученых и специалистов, откомандированных из армии.

Осенью 1945 г. Ракетный центр посетила межведомственная комиссия, в состав которой входили будущие главные конструкторы и академики В.И.Кузнецов, В.П.Мишин, Н.А.Пилюгин, чл.-корр. АН СССР М.С.Рязанский и другие будущие «светила» ракетной техники. Одной из главных трудностей было отсутствие документации, почти полностью вывезенной немцами и американцами. В.П.Мишину удалось добыть в Чехословакии часть ракетных архивов. Немецкие специалисты помогали понять принципы действия приборов, а затем на них составлялась документация. Зам. наркома вооружения В.М.Рябиков и нарком вооружения Д.Ф.Устинов помогли расширить и развить работы316.

В октябре 1945 г. англичане провели показательные пуски Фау-2 под Куксхафеном, куда пригласили американских, французских и советских специалистов, в их числе были А.И.Соколов, Ю.А.Победоносцев, В.П.Глушко, С.П.Королев, Г.А.Тюлин317.

Впервые советские специалисты не только увидели в действии Фау-2, но и своих будущих конкурентов в космической гонке. На пуске присутствовали 2,5 тыс. англичан, 591 немецкий специалист, крупнейшие американские ракетчики – Теодор фон Карман, Вильям Пикеринг, Грейсон Меррил, Говард Зайферт. Эту демонстрацию в последний раз в Европе Фау-2 англичане назвали «Грохочущий дом»318.

Ракета достигла высоты в 178 км. Советским ученым все это предстояло изучить: и «чудо-оружие», и состояние германской науки и промышленности.

В советской зоне оккупации был организован и другой ракетный институт «Берлин», расположившийся в Берлине. Он занялся твердотопливными и зенитными управляемыми ракетами (ЗУР). Главным инженером института был назначен будущий академик В.П.Бармин, который спустя лет констатировал: «Весь наш будущий коллектив сложился в Германии»319.

Правительственная делегация под председательством маршала артиллерии, начальника ГАУ Н.Д.Яковлева утвердила создания институтов «Нордхаузен» и «Берлин», а также двух спецпоездов для Фау-2. К работе в этих институтах были привлечены немецкие специалисты Г.Греттруп, Цейзе, Фибах, австрийский ученый Нэр. В Германии сложился совершенно необычный орган – Совет главных конструкторов, который стал неформальным коллективным руководителем ракетостроения, разрабатывающим «идеологию» отрасли. Забегая вперед, надо сказать, что 13 мая 1946 г. было принято постановление Совета Министров СССР о создании научных центров для нужд ракетной техники СССР. В Министерстве вооружения был создан головной НИИ-88 под руководством Л.Р.Гонора (в годы войны директора артиллерийского завода), главным инженером НИИ-88 стал Ю.А.Победоносцев. С.П.Королев возглавил отдел института, занимающийся Фау-2, Е.В.Синельников – отдел, занимающийся ракетой «Вассерфаль», С.Ю.Рашков – отдел, изучавший «Шметтерлинг», П.И.Костин – отдел, изучавший «Рейнтохтер». Соответствующие отделы возглавили двигателисты А.М.Исаев, С.К.Туманский, Д.Д.Севрук, приборист Б.Е.Черток320.

В НИИ-88 были заняты и более 50 немецких специалистов (с семьями 500 чел.), из них профессоров, 32 доктора-инженера, 21 инженер-практик. Немецкие специалисты были поселены на остров Городомля на озере Селигер, где работали над проектом баллистической ракеты, в Химках под Москвой и в других местах321.

Создан был и специальный ракетный главк под руководством Л.В.Смирнова. В других министерствах также создавались НИИ, связанные с ракетной проблемой. С этого времени ракетная техника выходит в лидеры оборонной промышленности и экономики в целом. Лучшие умы будут заняты ею, ибо ракеты станут определять «судьбу войны и мира, а в конечном счете судьбу жизни на нашей планете»322. В послевоенные годы советская ракетная техника уверенно выходит на передовые позиции.

18 октября 1947 г. состоялся первый старт баллистической ракеты, в создании которой участвовали КБ и НИИ, 35 заводов. «Это был первый и блестяще проведенный опыт кооперирования, первый шаг к Большой Ракетной Системе, которую создал Королев в масштабе всей страны»323. В 50-е гг. была поставлена задача создания межконтинентальной баллистической ракеты, способной нести ядерный заряд.

Однако это стало возможным благодаря труду многочисленных коллективов ученых и конструкторов, в том числе и бесправных заключенных, работавших на пределе сил в трудные полуголодные военные и послевоенные годы.

1944-1945 г. – важнейший этап в организации советской науки и техники, определивший во многом основное направление их развития на все послевоенные годы.

Pages:     | 1 |   ...   | 14 | 15 || 17 | 18 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.