WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |   ...   | 25 |

Таким образом, внутренняя противоречивость, «расщеп ленность» творческой личности, психологическими и пси хиатрическими составляющими которой являются как «расстройства личности», в том числе связанные с множе ственностью «Я», обладающих различными личностными характеристиками, так и кризисы «Я идентичностей», мо жет выступать причиной нормативно нравственной «рас щепленности», при этом, как было указано в предыдущей главе, творческая личность преодолевает расщепленность и проявляет личностную интегрированность в процессе твор ческой самореализации, воспринимаемой как нравственное долженствование.

Еще одним механизмом, порождающим негативно нрав ственные последствия творческой самореализации, явля ется состояние атомизма, или «принцип самодовлеющей в себе самой укорененности» [31, с. 321] творческой личнос ти, когда ситуация может привести к раздроблению со творческого целого на такие частицы атомы, каждая из ко торых притязает быть внутри себя целым, ничему в сущно сти не принадлежащим, иными словами, выключению творческой личности из сущностной сопричастности с дру гими, к ситуации самоизоляции и ценностного одиночества.

Представителя творческой элиты подстерегает опасность попасть в положение, когда «человека опьяняет перспекти ва не только быть применяющим к себе более высокие Ме рила, а и самому тоже стать субъектом таких Мерил, воз 2.2. Амбивалентность морального сознания творческой элиты как репутационные риски можность не только чтить безусловные ценности, а и само му тоже обрести их внутри себя и понести в себе, в своей душе как свое неотъемлемое достояние, как свой собствен ный атрибут субъективности.» [31, c. 326]. При отсут ствии или объективной слабости объективных гармониче ских отношений и отвечающей их духовной культуре меж дусубъектности, при недостатке воспитанности личность может потерять былое равновесие от резкого приобретения дополнительных степеней внутренней свободы, от ощуще ния новых даров – внутренних сил. Возникает «неслыша ние» ценностных ориентаций других или «монологическое сосредоточение на себе», а свой внутренний мир и собствен ное творчество могут провозглашаться зоной неприкосно венности для других, заповедником собственного суда и ав торитета.

Объективная сложность и многоплановость духовного мира представителя творческой элиты выражается и в том, что, как было указано выше, творческая самореализация, воспринимаемая как нравственное долженствование, подра зумевает и непрерывный процесс становления, совершен ствования, строительства личности творца, его многоплано вого эволюционирования, т. е. творческого искания. Поэтому указанное состояние «монологического сосредоточения на себе» – «монологизма» (Батищев) (а потому – своезакония и своемерия) может быть родственно состоянию вынужденной атомизации или автономизации в процессе творческого иска ния – «одиночеству ищущих» [31, с. 328]. И там и здесь нали цо наличие разомкнуто атомистических позиций, которые не исключают выхода к междусубъектному диалогу, соб ственное своезаконие творческой личности распространяет ся только внутрь субъективного мира, где собственная ис ключительность не превращается в нигилизм к каждому Глава 2. Этические характеристики творческой элиты — основа репутации иному инородному субъектно личностному миру, иной эпо хе, иной культуре. Тонкая грань между своезаконием и свое центризмом заключается в том, что своезаконный индивид реализует свое бытие в искании, его монологичность не под разумевает, что для него свой собственный кодекс своей жиз ни и творчества есть то, что он агрессивно готов навязать все му миру как абсолютно совершенное достояние, как нечто божественно безусловное, не считаясь с негативно нрав ственными последствиями [31, c. 328]. Это качество связано со способностью творческой личности сгармонизировать свою возросшую творческую самостоятельность с самостоя тельностью других и удержать на уровне полифонического диалога, междусубъектной взаимности человеческих сущно стей и ценностей. Степень такой личностной готовности зави сит от неравномерности развития ее духовного мира, от его драматической истории [31, c. 326–327].

С другой стороны, монологизация личностной жизни представителя творческой элиты объективно есть качество, присущее творческому «бытию в искании», которое являет ся этапом, определенной стадией духовного пути творца, возвращающейся к нему в разные периоды его личностного существования (Батищев называет эти состояния «вынуж денной атомизацией» и «контролируемым одиночеством»).

Творец ищущий распространяет свой суд и на окружающий мир, но только косвенно – поскольку он своезаконно судит себя самого, живущего внутри мира, со причастного ему.

Рассматривая ситуацию монологичности, когда творец ак туально лишен со принадлежности, можно выделить неко торые характеристики «ищущего» типа своезаконной лич ности [31, с. 326–331].

Такая личность потенциально готова к диалогу с други ми ценностными кодексами, с иными способностями судить 2.2. Амбивалентность морального сознания творческой элиты как репутационные риски и соизмерять. Ее сущностной характеристикой является внутренняя способность, переходящая в желание обрести новую духовную опору, довериться большему авторитету, когда он будет найден или угадан, при этом она не доверяет ся никому до такой степени, до какой доверяет лишь самой себе и собственному авторитету. Она верна только своему предназначению – творческой самореализации, которое предполагает стать верным и преданным как тому, что уже ведомо, так и тому, что неведомо, виртуальному и актуаль ному, прошлому и будущему, причем творец «хочет этого не вопреки всей своей критичности и требовательности, а по велению совести, убедительно превышающему их» [31, с. 239], другими словами, следуя законам творческой само актуализации, воспринимаемой как нравственное должен ствование.

Представитель творческой элиты, находящийся в про цессе творческого искания, ни с кем не сближен, не взаимен до конца, он один на один с духовным творческим испыта нием, это есть состояние самоотвержения, когда творец должен пребывать в состоянии высшей самоуглубленности и служения. «Таково то особенное, преходящее и чрезвы чайное одиночество служения подвигу, творчеству, духов ной заботе, которое на самом деле неизмеримо глубже и сильнее роднит подвижника со всем человечеством, чем что нибудь другое» [31, с. 330], ибо в этом творческом ис пытании творец выступает в роли самого строгого судьи своего служения. «…Ты сам свой высший суд: Всех строже оценить сумеешь ты свой труд» [212, с. 327, «Поэту»].

Только ограниченные нравственными рамками служения, своеволие и своезаконие самореализации представителя творческой элиты не превращаются в самодовольное «царс кое величие» носителя творческого дара.

Глава 2. Этические характеристики творческой элиты — основа репутации Следует отметить, что указанное своезаконие творческой самореализации в данном контексте выступает прежде все го своезаконием в отношении творчества (именно поэтому, как представляется, в указанной выше цитате А. С. Пушки на объектом самооценки поэта выступает его труд), а не всей совокупности жизненных эмпирических обстоятельств и собственных личностных качеств представителя творчес кой элиты. Именно в творчестве происходит «утрата эмпи рического малого Я» [168, с. 104], несвободного от пристра стия и неполноты, привычных оценок, ведомого своим осо бым индивидуальным сочетанием сильных и слабых черт личности, которое вольно или невольно оценивает всякое явление исходя из того, какую роль оно играет в его частной жизни. Данное явление замещения бытового «Я» творца его творческим «Я» М. М. Бахтин описывает с помощью понятия «вненаходимость» [34], причем художник творец бывает вненаходим не только по отношению к предмету творчества, но и по отношению к самому себе, к собственно му эмпирическому «Я». В этом случае творец словно подни мается над собственным преходящим статусом, «застает мир без себя» (М. М. Пришвин), «находится над самим со бой» (Мих. Чехов), видит мир глазами высшего, творческо го «Я» [168, с. 104].

В процессе творчества «творческое Я» становится от личным от «обыденного Я», что имеет положительное зна чение, ибо представитель творческой элиты в творчестве, воспринимаемом как нравственное долженствование, ста новится «больше самого себя» и создает нечто превышаю щее его повседневные природные возможности. Второе зна чение указанного отличия амбивалентно, ибо в творчестве представитель творческой элиты не только возвышается над собой, но и становится «другим», творец не просто ста 2.2. Амбивалентность морального сознания творческой элиты как репутационные риски новится «больше себя», а выступает «не похожим на себя» в обыденной жизни. Данный вопрос затронут в работах Н. О. Лосского [154], который, различая – на основе «на правленности личности», или того, «чем жив человек», что для него является самоценным – три основных типа лично сти: чувственный (приоритет – удовлетворение физических потребностей), эгоцентрический (приоритет – самоутвер ждение) и сверхличный (приоритет не имеет отношения ни к телу, ни к «эго» личности), делает важный вывод о том, что у выдающихся творцов некоторые качества второго, эгоцентрического уровня (себялюбие, тщеславие, ревность) бывают «чудовищно развиты», но, тем не менее, эти лич ности обладают еще более высокой способностью освобож даться от них в творчестве, делаться проводниками сверх личного, несмотря на необходимость расплачиваться за это психическим здоровьем, судьбой или самой жизнью. Симво лическое воплощение различных вариантов духовного опы та творца можно увидеть в художественных образах лири ческих героев пушкинских стихотворений «Поэт» и «Про рок» [212, с. 269, 257], где в стихотворении «Поэт» Аполлон забирает творца «на берега пустынных волн» только на вре мя, а в «Пророке» человек, ведомый «духовной жаждою», умирает необратимо, чтобы дать возможность родиться уже другому, призванному «глаголом жечь сердца людей».

Своеволие и своезаконие творческой самореализации представителя творческой элиты, воспринимаемой как нравственное долженствование, не простираются на ту сфе ру, где творец не способен выступать как самостоятельная, осуществляющая свободный выбор и творческое решение личность. Эта неспособность объясняется либо тем, что ин дивид встречает в себе самом и перед собою такую действи тельность, которая превышает уровень развития и совер Глава 2. Этические характеристики творческой элиты — основа репутации шенства его творческих сил, либо тем, что действитель ность доступна ему лишь поверхностно формально, а по своему содержанию – слишком многомерном, «мировым» заботам или слишком уникально личностным свойствам ему непосильна. Иными словами, своезаконие не действует «вне сферы творческой субъектности личности и ее онтоло гической ответственности» [31, с. 305]. Более того, смеше ние сферы творческой субъектности и области, выходящей за рамки творческих сущностных сил личности, подмена в этом смысле творчества жизнью, отказ от осознания непо сильности для творца возникающих трудностей могут при вести к негативно нравственным последствиям, ибо, как точно указывает В. В. Кандинский, при том, что художник не только уполномочен, но и обязан в своем творчестве ис пользовать право на неограниченную свободу в выборе форм и средств, эта неограниченная свобода «немедленно превращается в преступление, как только она уходит с этой почвы» (т. е. с почвы собственно художественного про странства творчества) [112, с. 62].

Таким образом, причинами негативно нравственных про явлений творческой самореализации представителя творчес кой элиты могут выступать, во первых, «самозамкнутость» вектора направленности нравственного долженствования, обуславливающего его творческую самореализацию, иными словами, ориентированность на «служение самому себе». Во вторых, «расщепленность» творческой личности, проявле ниями которой могут выступать множественность «Я», обла дающих различными личностными характеристиками, и кризисы «Я идентичностей». В третьих, состояние «атоми зации» представителя творческой элиты, выражающееся в выключении творческой личности из сопричастности с дру гими, приводящее к самоизоляции и ценностному одиноче Литература ству. В четвертых, распространение своезакония представи теля творческой элиты на область, выходящую за пределы сферы творческой субъектности. В пятых, состояние «поис ка», которое является этапом, определенной стадией духов ного пути творца, возвращающейся к нему в разные периоды его личностного существования.

Литература к гл. 1 и гл. 1. Аберт Г. В. А. Моцарт. – Ч. 1, кн.1. – М.: Музыка, 1987.

2. Абульханова Славская К. А. Стратегия жизни. – М.: Мысль, 1991.

3. Агафонов В. Об индивидуальности и индивидуализме // Мир божий. – № 2. С. 282–297. № 3. С. 246–274.

4. Аврамова Е., Дискин И. Социальные трансформации и элиты // Общественные науки и современность. – 1994, №3.

5. Адамович Ю. Представляет ли интеллигенция общественный класс // Правда. – 1904. № 5. – С. 207–220.

6. Адлер А. Понять природу человека / Пер. Е. А. Цыпина. – СПб.: Академический проект, 1997.

7. Ананьев Б. Г. О проблемах современного человекознания. – М.: Наука, 1977.

8. Андреев А. Л. Место искусства в познании мира. – М.: Полит издат, 1980.

9. Антонова Н. В. Проблемы личностной идентичности в интерпретации современного психоанализа, интеракционизма и когнитивной психологии // Вопросы психологии. – 1996. № 1. – С. 131–143.

10. Апресян Р. Г. Идея морали и базовые нормативно этические программы. – М.: ИФРАН, 1997.

11. Аргайл М. Психология счастья / Пер. с англ. – М.: Про гресс, 1990.

12. Аристотель. Сочинения. Т. 3 / Вступление и примеч. И. Д. Ро жанского. – М.: Мысль, 1981.

13. Аристотель. Сочинения: в четырех т. Т.1. – М.: Мысль, 1975.

Глава 2. Этические характеристики творческой элиты — основа репутации 14. Арнхейм Р. Искусство и визуальное восприятие / Сокр. пер.

с англ. М. 1974.

15. Арнхейм Р. Новые очерки по психологии искусства / Пер. с англ. – М.: Прометей, 1994.

16. Арон Р. Этапы развития социологической мысли. – М.: Про гресс, 1993.

17. Асмус В.Ф. Историко философские этюды. – М.: Мысль, 1984.

18. Ассаджиоли Р. Самореализация и психологические потрясе ния // С. Гроф. Духовный кризис. Статьи и исследования. Пер. с англ. – М.: «Класс», 2002. – С. 49–73.

19. Афанасьев М. Н. Правящие элиты и государственность посттоталитарной России: Курс лекций. – М. – Воронеж, 1996.

20. Ахиезер А. С. Россия: критика исторического опыта (Социокультурная динамика России). – Новосибирск.: Сиб. хроно граф, 1997. – С. 162–163.

21. Ашин Г. К., Охотский Е.В. Курс элитологии. – М.:

Спортакадемпресс, 1999.

22. Ашин Г. К., Понеделков А. В., Игнатов В. Г. Старостин А.М.

Pages:     | 1 |   ...   | 17 | 18 || 20 | 21 |   ...   | 25 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.