WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 18 |

Основы взаимоотношений между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенными Штатами Америки (из преамбулы) «В ядерный век не существует иной основы для поддержания отношений между нами, кроме мирного сосуществования. Различия в идеологии и социальных системах СССР и США не являются препятствием для развития между ними нормальных отношений, основанных на принципах суверенитета, равенства, невмешательства во внутренние дела и взаимной выгоде». (Правда. 1972, 30 мая).

Генри Киссинджер о соглашении об ограничении стратегических вооружений (ОСВ – 1) «Мы добились успеха в замораживании развертываемых советских наступательных вооружений, где они имели преимущество, которое, вероятно, возросло бы без такого замораживания. Советам пришлось согласиться на ликвидацию 240 устаревших единиц вооружения, имевших большой забрасываемый вес, а также учитывать модернизацию подводных лодок типа С. Поскольку у нас не было программ, которые могли бы быть развернуты в период замораживания наступательных вооружений, то они в принципе вообще нас не затрагивали. Мы разменяли ограничения оборонительных средств на ограничения наступательных средств» (55, 72-73).

В 1972 г. США имели 7200 боеголовок, СССР – 2400; в 1974 г. США – 9700, СССР – 2800 (55, 73-74).

Генри Киссинджер о проблеме прав человека в СССР «Дебаты по правам человека начались с призывов оказать влияние на Советский Союз в целях улучшения обращения последнего со своими гражданами, но постепенно превратились в стратегию внутриполитических перемен в стране... Как предмет дипломатических переговоров вопрос еврейской эмиграции из советского Союза был порождением администрации Никсона... Все прочие администрации обеих партий трактовали его как предмет внутренней юрисдикции Советского Союза.

...При помощи поправки Джексона удалось достичь того, что советская эмиграционная практика стала не только предметом открытой дипломатической деятельности, но и законодательной деятельности американского конгресса.

...В коммерческих вопросах Советский Союз в итоге оказался в худшем положении после начала разрядки по сравнению с ситуацией до начала ослабления напряженности между Востоком и Западом» (41, 685-687).

В. Фалин о Договоре о предотвращении ядерной войны «Американцам, возможно, труднее (чем СССР). Политика с позиции силы – визитная карточка Соединенных Штатов... Ныне же под вопрос ставился примат силы, причем в самом грозном, ядерном издании, а с ним догма об американской исключительности...

Думается, на этом соглашении Никсон и сломался. Объяснения постфактум – «русские очень просили», неловко было им отказать; соглашения, как и поцелуи, США ни к чему не обязывают – дурной тон или никудышная политика. Либо то и другое вместе взятые. К этим объяснениям прибегли в ответ на критику соглашения с СССР извне (в частности, Францией) и возмущение консерваторов дома. Спасая положение, администрация начала сбрасывать из гондолы то, что жгло руки или кололось, и набирать привычный балласт.

Более конкретный вид, по нашим данным, принимали концепции ведения ограниченных ядерных войн («хирургических ударов», «обезглавливания» противника). Форсировалась разработка крылатых ракет различного базирования и баллистических ракет средней дальности с расчетом на их завоз в Европу. Проблематичным или почти бесперспективным делалось включение в процесс ограничений и сокращений оперативного ядерного оружия, а также военно-морских и авиационных систем передового базирования. Венские переговоры о сбалансированном сокращении вооружений и вооруженных сил в центральной Европе обрекались на бесплодие. В обход договора по ПРО широким фронтом велись НИОКР по элементам борьбы с ракетами» (24, 322).

Генри Киссинджер о сути ближневосточной политики правительства Р. Никсона «С точки зрения Никсона и его советников, наилучшей стратегией была бы демонстрация того, что возможности Советского Союза создавать кризисы не соответствовали его способностям их разрешать...

В процессе достижения этих целей Соединенные Штаты следовали двумя дополняющими друг друга путями: они блокировали любой шаг арабов, который проистекал бы из советской военной поддержки или мог бы повлечь за собой возникновение советской военной угрозы; а также брали в свои руки мирный процесс, как только разочарование из-за тупиковой ситуации заставляло ведущих арабских лидеров отъединяться от Советского Союза и поворачиваться к Соединенным Штатам» (41, 671).

В. Фалин о сути ближневосточной политики президента Р. Никсона «В Белом доме отлично знали, что советское руководство сделало все от него зависящее, дабы удержать А. Садата от прыжка через Суэц. Оно не убоялось даже поставить на карту сотрудничество с Египтом. А что в Вашингтоне Нагнетали в прессе антисоветскую истерию, как если бы за случившимся стояла Москва, и выжидали, будучи (как и мы) уверены, что садатовская авантюра лопнет, и рассчитывая на фоне омрачившихся отношений Египта с СССР разыграть гамбит с Каиром.

...Л.И. Брежнев обращается к Р. Никсону с предложением, смысл которого сводился к следующему: США и СССР объединяют свои усилия ради политического урегулирования на Ближнем Востоке и озаботятся тем, чтобы оно стало фактом, если для этого даже понадобилось бы прибегнуть к давлению на своих друзей. Вашингтон уклонился от ответа. Мирное урегулирование без вытеснения Советского Союза из региона ему ни к чему» (24, 323).

Из выступления Генри Киссинджера перед прессой о Чили (16.09.1970 г.) «Теперь любой может предсказать, что в случае победы Альенде возникнет серьезная вероятность, что уже в скором времени он установит некое подобие коммунистического правительства. В этом случае вы получите таковое не на отдаленном острове, не имеющем традиционных связей или серьезного влияния на Латинскую Америку, но в важной латиноамериканской стране, соседствующей, например, с Аргентиной, которая и так уже глубоко расколота внутри, с Перу, которое и без того уже движется в направлении, где нам трудно с ним иметь дело, и с Боливией, которая также движется в еще более левом, антиамериканском направлении...

Поэтому я не думаю, что мы можем питать иллюзии, что победа Альенде в Чили не создаст для нас огромные проблемы, для нас, а также для демократических и проамериканских сил в Латинской Америке, да и во всем Западном полушарии. Трудно даже предсказать, что может случиться с Советом обороны Западного полушария, с Организацией американских государств и т. д... Это одна из ситуаций, не слишком приятных для американских интересов» (Foreign Affairs. January, 1975. P. 297).

Критика политики США по отношению к Чили (март 1974 г.) (Washington Star-News. 1974, March 3) «Администрация Никсона ограничила возможности правительства Альенде получать иностранные кредиты и прекратила оказание ему иностранной помощи, продолжая лишь снабжать оружием и обучать чилийских военных. Таким образом, это были войска, обученные Соединенными Штатами и вооруженные американским оружием, которые свергли правительство Альенде... убили самого Альенде. Имеются многочисленные свидетельства того, что офицеры, которые отдали приказ о кровавом перевороте, а затем казни, по-видимому, тысяч чилийцев, поощрялись в этом их американскими поклонниками, как официальными, так и неофициальными» (47, 258-259).

Генри Киссинджер о результатах Совещания в Хельсинки (1975 г.) «Возможно, советские руководители делали ставку на вероятность того, что конференция создаст по окончании какие-либо институты, которые либо растворят в себе НАТО, либо лишат его какого бы то ни было значения.

Это являлось чистейшим самообманом. Ни одна из стран НАТО не собиралась подменять декларативно-бюрократическими конструкциями Европейского совещания военные реалии НАТО или присутствие американских вооруженных сил на континенте. Москва, как выяснилось позднее, теряла от этой конференции гораздо больше, чем демократические страны, ибо в итоге она предоставила всем своим участникам, включая Соединенные Штаты, право голоса в вопросах политического устройства Восточной Европы...

Американское влияние способствовало сведению положения о признании границ к обязательству не изменять их при помощи силы, что являлось прямым повторением Устава ООН... Такого рода формальный отказ вряд ли можно было считать советским достижением. Даже это ограниченное признание их законности перечеркивалось утверждением... принципа, в основном отстаивавшегося Соединенными Штатами. Он гласил, что нижеподписавшиеся государства «полагают, что их границы могут быть изменены в соответствии с международным правом, мирными средствами и путем соглашения».

Наиболее важным положением Хельсинкских соглашений явилась так называемая «третья корзина» по вопросам прав человека... «Третьей корзине» было суждено сыграть ведущую роль в исчезновении орбиты советских сателлитов... Герои-реформаторы в Восточной Европе использовали «третью корзину» как фундамент сплочения в борьбе за освобождение своих стран от советского владычества...

Европейское совещание по безопасности, таким образом, сыграло важную роль двоякого характера: на предварительных этапах оно делало более умеренным советское поведение в Европе, а впоследствии – ускорило развал советской империи» (41, 691-692).

Сенатор Б. Голдуотер – критика политики Р. Никсона справа «Мы никогда не были в худшей позиции, чем сегодня, чтобы вести переговоры о детанте (разрядке)... Советы превосходят нас в каждой категории военного снаряжения... Обладая такой силой, они намереваются получить способность убедить наших союзников и противников, что мы не будем противостоять им. В качестве единственного ответа на это мы должны иметь президента и государственный департамент, которые смогут пойти на подобные конфронтации, и военных, способных пройти через любое необходимое испытание... Мы были по глупости втянуты в договор о прекращении испытаний [атомного оружия] и в СОЛТ (ОСВ)... Все это предназначено поставить США в позицию слабости, с которой мы не сможем ничего сделать» (U.S. News & World Report. 1974, February 11. P. 41).

В. Фалин об администрации Джеральда Форда «Объективно Соединенные Штаты ставились перед альтернативой: допустить становление реального военного паритета между Западом и Востоком, который рано или поздно потребовал бы урегулирований по оружию средней дальности, или прервать этот процесс, пока он не стал необратимым. Президент Дж. Форд склонился ко второму. Со ссылкой на предвыборные соображения он положил почти готовый проект Договора ОСВ-на лед. Избирательную кампанию 1976 г. президент провел под знаком отказа от политики разрядки, выдвижения дополнительных требований к СССР, укрепления военной мощи США.

Пикантная деталь: коррективы в военно-политическом курсе Соединенных Штатов, на которые вынужденно или с готовностью адаптировались их союзники, еще не сопрягались с какими-либо сдвигами в политике Москвы. Ссылки на Эфиопию и Анголу также возникнут позже. Козырная карта – замена выработавших ресурс «СС-4» и «СС-5» мобильными трехзарядными «Пионерами» («СС-20») – дастся в руки только в 1976» (24, 335).

А.Ф. Добрынин об администрации Дж. Форда «Президенту Форду... не удалось заметно поднять свой политический авторитет в стране, хотя он и смог вывести себя и республиканскую администрацию из-под «тени Никсона». Он проявил себя в целом достаточно осторожным руководителем как во внешней, так и во внутренней политике, в том числе и в вопросах советско-американских отношений. Вместе с тем, пожалуй, как ни один президент до него после Второй мировой войны – тем более пришедший в Белый дом не путем общих выборов – Форд был скован в своей деятельности на посту президента продолжающимся наступлением оппозиционно настроенного конгресса (где большинство принадлежало демократам) на широкий круг президентских прерогатив, в том числе в области формирования и проведения внешней политики» (20, 324).

ГЛАВА НА ПЕРЕПУТЬЕ: МЕЖДУ РАЗРЯДКОЙ И НОВЫМ ВИТКОМ «ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ» (1977 – 1980 гг.) Новым президентом США стал Джеймс Картер (1977 – 1981 гг.), представитель южного штата Джорджия. Избрание его произошло в трудный для Америки период. Страна находилась в состоянии глубокого экономического спада, была деморализована уотергейтским скандалом, ее раскалывала борьба между консерваторами и либералами по вопросу внешней политики и разрядки. Над американцами довлел вьетнамский синдром. Картер умело провел избирательную кампанию, включив в программу своей партии идеи продолжения переговорного процесса с Советским Союзом с целью дальнейшего смягчения международной обстановки, сокращения военных расходов, уменьшения американского военного присутствия за рубежом, увеличения расходов на социальные нужды и т.д.

И все же реальность правления этого президента была несколько иной. Оказавшись в Белом доме, он просто вынужден был играть по правилам, принятым в столице. Отсюда и достаточно традиционный подбор членов его кабинета, состоявших в большинстве из карьерных политиков. Однако ближайшее окружение президента составляли молодые люди – либо работавшие на него еще в Атланте, либо вошедшие в его команду в ходе предвыборной кампании. Эта двойственность во многом определяла противоречивость проводимой им политики. Так, Государственным секретарем США стал опытный дипломат Сайрус Вэнс, являвшийся сторонником сбалансированного подхода к мировым проблемам. Впоследствии в знак протеста против готовившейся акции по спасению американских заложников в Иране он уйдет в отставку. Но помощником Картера по национальной безопасности стал Збигнев Бжезинский, американец польского происхождения, ярый ненавистник СССР и России, сторонник решительной политики на грани «холодной войны». Именно с его подачи делались наиболее резкие шаги и заявления нового президента.

Одной из задач, стоявших перед Картером и его командой, было преодоление вьетнамского синдрома, т.е. ощущения виновности США в преступлениях перед человечеством. Во многом решение этой задачи осуществлялось через развертывание кампании по правам человека в мире. Америка, заявив о своем праве судить о состоянии дел с правами человека в других странах, взяла на себя роль арбитра, однозначно определив свое место в качестве эталона демократии. К тому же это позволяло перехватить инициативу в международных делах, поставить своего противника в положение обороняющегося. В основном кампания была развернута против СССР и его союзников. Так начался период новой идеологизации внешней политики.

Pages:     | 1 |   ...   | 5 | 6 || 8 | 9 |   ...   | 18 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.