WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 22 |

Параллельно с разорением крестьянства в странах Запада происходила экспроприация мелких городских и сельских ремесленников, которые не выдерживали мощного налогового пресса феодального государства. Вследствие «замыкания цехов» подмастерья постепенно превращались в наемных рабочих.

Как уже было сказано выше, процесс экспроприации сопровождался насильственными действиями по отношению к крестьянству и городскому плебейству. Насилие выражалось не только в принудительном сгоне с земли, но и в принуждении к работе на новых хозяев. Здесь нужно учесть два момента. Вопервых, капиталистическое производство еще только нарождалось и еще не могло принять всю массу экспроприированных людей, в силу чего все обезземеленные и согнанные со своих мест проживания люди при всем желании не смогли бы найти себе работу. Во-вторых, экспроприированные должны были привыкнуть к совершенно новой, по сути казарменной дисциплине труда на мануфактурах. Должна была измениться их вековая психология мелкого собственника, превращавшегося в наемного работника, чей труд был основан теперь не только на «дисциплине палки», но и на дисциплине голода. На смену принуждению внеэкономическому приходило принуждение экономическое. По сути дела, происходил колоссальный ментальный сдвиг, когда из вчерашнего крестьянина и подмастерья должен был сформироваться предшественник пролетария, готовый наниматься на любую работу и трудиться на любых условиях. Но приучиться к этой новой дисциплине труда было очень тяжело. Поэтому массы обездоленных чаще всего предпочитали не наниматься на работу, а бродяжничать. Бродяжничество, нищенство и сопутствующие им грабежи и разбои приняли широкие масштабы. Только в одном Лондоне при Елизавете Тюдор бродяг и нищих было более 50 тыс. (на 200 тыс. населения)! Поэтому феодальное государство начинает издавать репрессивные законы против тогдашних "бомжей". Систему репрессивных мер против них Маркс назвал «кровавым законодательством», которое наиболее ярко проявилось во все той же Англии. Первые законы против экспроприированных были изданы еще в конце XV в. при Генрихе VII. Статут 1495 г.

грозил бродягам и нищим трехдневным заключением на хлебе и воде (такова была, можно сказать, гуманная кара для первых жертв первоначального накопления). Затем, по статуту 1530 г.

Генриха VIII милостыню разрешили собирать нетрудоспособным и старым, остальных же наказывали бичом, брали обязательство вернуться на прежнее место жительства и взяться за труд. Но со временем законы против пауперов становились все более крутыми. Если в 1536 г. бродяг было предписано сначала пороть до крови, при повторной поимке отрезать половину уха, а в третий раз казнить, то в 1547 г. по статуту Эдуарда VI пойманных бродяг клеймили (выжигая на груди букву V (vagabond – т.е. бродяга), а затем отдавали на два года в рабство тем, кто на них доносил. Содержание рабов было крайне тяжелым (носили железные кольца, питались отбросами, нещадно избивались и т.п.), их могли продать, завещать по наследству и пр. Если раб бежал, то при поимке его отдавали уже в вечное рабство и клеймили (выжигали на щеке или лбу S – slave, раб), а при повторном побеге казнили без пощады.

Применение таких репрессивных мер всячески сглаживается или вовсе не упоминается современными западными историками (Г.К. Квиспель и др.), напротив, всячески поднимается на щит то, что правительство-де заботилось о бродягах. Усиление репрессий они констатируют только с г., а по поводу упоминавшегося статута 1530 г. говорится, что в нем содержится "жалоба" (!) на рост числа бродяг. Зато отмечается, что в 1598 г. были окончательно определены задачи и обязанности тех, кто отвечал за заботу о бедных.

Действительно, при королеве Елизавете был введен налог в пользу бедных с землевладельцев или домовладельцев;

престарелым и больным выдавали по нескольку пенсов в неделю. На налоговые средства стали строить «работные дома» в графствах, где людей подвергали тяжелому труду, например, заставляли расплетать просмоленные корабельные канаты. Что же касается прямых карательных мер в конце XVI в., то в это время как раз наступает чуть ли не "оттепель" - согласно закону 1597 г. все предшествующие репрессивные меры против бродяг и нищих были отменены. Этих людей теперь следовало "всего лишь" бичевать до крови и затем отправлять на родину, а самых закоренелых направлять в исправительные дома, ссылать пожизненно на галеры, высылать из Англии и т.п.

Впрочем, говоря о репрессиях против бродяг, не стоит удивляться ни действиям абсолютистской монархии, ни даже оценке современных «просвещенных» ученых Запада. Более парадоксально другое. Даже такие гиганты мысли, как Т. Мор и Э. Роттердамский не смогли подняться выше подобного подхода.

Осуждая огораживания, как корень бродяжничества, великий утопист, "человек на все времена" (как он назван в одном голливудском фильме) Т. Мор рекомендовал отдавать воров в бессрочное рабство, что и видим в статуте 1547 г. Сыном своего времени остался и замечательный гуманист Эразм. Люди, живущие милостыней, подпадали у него под действие лозунга «Праздных надобно изгонять!» Заботу заслуживают только хворые и престарелые. То же самое отмечалось выше в статуте 1530 г.

Кровавые законы имели своей целью предотвратить опасность восстаний экспроприированных, весьма реальных в 1596-1598 гг., [Из королевской прокламации 1598 г. мы узнаем о том, что толпы бродяг буквально осаждают Лондон и королевский дворец и ищут случая, чтобы поднять восстание или поддержать всякого, кто его поднимет] и обеспечить приток дешевой рабочей силы в промышленность и сельское хозяйство и подчинить массу бывших крестьян и ремесленников новому для них режиму наемного труда. Нельзя не согласиться с Марксом в том, что «отцы теперешнего рабочего класса были, прежде всего, подвергнуты наказанию за то, что их превратили в бродяг и пауперов» (Соч., т.23. С.744). Иными словами, бродяг наказали за то, что их ограбили. Именно такими методами создавалась резервная армия рабочих, необходимая для развития капиталистического производства, таковы были последствия раскрестьянивания в странах Западной Европы. Студентам будет любопытно обратить внимание на такой исторический парадокс – в будущем тоталитарный социализм обошелся с мелким производителем в деревне также как и ранний капитализм.

Одновременно в руках богатых горожан, купцов, ростовщиков сосредоточивались крупные денежные суммы для приобретения средств производства и покупки рабочей силы, которая появилась на рынке труда. Источники накопления этих денежных сумм были различными. Во-первых, это накопление шло, как уже говорилось выше, купцами, патрицианской верхушкой, еще в средние века и базой для него послужила внутренняя, но особенно внешняя торговля. С другой стороны, открытие новых территорий в ходе Великих географических открытий дало возможность начать их колониальный грабеж, чем первыми занялись испанские и португальские конкистадоры и купцы. Они нажили огромные состояния как на прямом грабеже населения, которое должно было уплачивать подати (трибуто), вначале продуктами и тканями, потом – деньгами, золотым песком, так и эксплуатации золотых и серебряных рудников, а также колониальной торговле, которая представляла собой завуалированный грабеж (неэквивалентный обмен). Здесь имеется в виду не только обмен, например, с населением западного берега Африки, где на куски красной материи, бусы, бубенчики, зеркальца и пр. обменивали золото и слоновую кость.

Английские и голландские купцы проворачивали фантастически выгодные сделки в Индии. Здесь европейцы перец покупали за пенса за фунт, а в Англии он продавался за 20 пенсов; мускатный орех – за такую же цену, а в Англии – за 78 пенсов; шелк-сырец покупался за 7 шиллингов, а в Англии шел за 20 шиллингов и т.п. Прибыль была очень велика: купцы, привозившие пряности в Лиссабон, получали до 800 %. Достаточно было, чтобы из нескольких кораблей с пряностями до Европы дошел один и это покрывало все расходы с лихвой и приносило большой доход.

Недаром купцов стали звать в то время «мешок с перцем».

Любопытно, что если в Европе оказывалось больше пряностей, чем нужно и цена на них начинала падать, то ценные «колониальные товары», за которые могли быть заплачены жизни многих людей, беспощадно уничтожались. Попутно заметим такой парадоксальный факт: хотя европейцы торговали с Востоком и с большой выгодой для себя, все равно на Восток продолжало уходить много золота и серебра из Европы в уплату за пряности, так что у Голландской и Французской Ост-Индских компаний в XVII-XVIII вв. даже возник дефицит в торговле с азиатскими странами. А те промышленные товары, которые привозили на Восток европейцы, вызывали здесь, особенно вначале, лишь смех и презрение ввиду их невысокого по сравнению с местными качества. Лишь в XIX в. товары с Запада стали завоевывать место на восточных рынках.

Это заставляло европейцев действовать более грубыми методами. Накопление капиталов происходило с помощью пиратства. Оно было, так сказать, официальным (корсары, каперы), которым промышляли англичане (в XVI в. в Англии создавались компании, снаряжавшие пиратские суда, перехватывавшие испанские корабли с золотом и серебром, причем пайщицей этих компаний состояла и сама королева Елизавета), так и неофициальным (флибустьеры, буканьеры и др.). В обстановке противоборства с Испанией, войны с ней за первенство на морях, когда в Англии в массовом сознании возник образ врага-испанца, пираты стали уважаемыми людьми нации, ее героями (Ф. Дрейк, У. Рэли, Кавендиш и др.). Их «успехи» бурно приветствовались в обществе. А они были впечатляющими. Из первого рейда к западным берегам Латинской Америки «Золотая лань» (ставшая впоследствии лет на 100 национальной достопримечательностью) Ф. Дрейка пришла в Лондон сидя в воде по самые борта от находившегося в трюме драгметалла, вполне оправдав свое название. Только на одном из захваченных испанских галеонов «мой дорогой пират» (как звала его Елизавета) сэр Фрэнсис захватил золота и серебра в монетах и слитках, экзотических товаров и пр. на 50 млн. долл.

Это в 100 раз превосходило затраты на снаряжение экспедиции.

Пираты содействовали перераспределению награбленных богатств среди европейцев, оказавшихся в Новом Свете и между европейскими державами. А наиболее удачливые из них основали знаменитые капиталистические династии (например, Морганы). О таких людях Р. Киплинг писал: "Тост, его мы тихонько выпьем/За безымянный сброд/За наших предтеч безымянных/Джентльменский пиратский род" [Цит. по: Новая история стран Европы и Америки. Первый период: Учеб. По спец. «История» /Виноградов В.Н. и др. – М.: Высш.шк., 1997.

С.342].

Кроме того, нарождающаяся буржуазия обогащалась за счет государственных долгов, поскольку государство постоянно нуждалось в средствах для ведения войн и соответственно содержания наемной армии, огромного чиновничьего аппарата (которым отличалось абсолютистское государство), пышных придворных увеселений и пр.

Кредитование государства было источником для первоначального накопления, особенно присущим французской буржуазии. Одной из форм кредитования государства была т.н.

откупная система – сбор налогов у населения, право на который откупщик приобретал у правительства за кругленькую сумму, внося вперед весь предполагаемый объем налога и возвращал ее себе с огромным процентом. Откупщики, или как их тогда называли, «финансисты», составляли себе огромные состояния.

На откуп брали и таможенные сборы, где действовал тот же принцип, что и описанный выше. В процессе ПНК немалую роль во Франции играла система внутренних займов, практикуемая государством (одним чиновникам парижского парламента французский королевский двор в середине XVII в. был должен млн. 200 тыс. ливров). Таким образом, часть французской буржуазии уже в XVI в. стала для своей страны ростовщиком, наживая огромные капиталы на податной системе и системе протекционизма дворянского государства. Это обусловило меньшую предприимчивость французских буржуа, чем у их английских и голландских конкурентов. В промышленности, торговле и мореплавании французская буржуазия отставала от них; наибольшие капиталы оставались в непроизводительной финансовой системе.

ПНК способствовали система протекционизма и меркантилизма. Протекционизм – это сумма мероприятий, направленных на стимулирование промышленного производства внутри своей страны, внутреннего и внешнего рынка производимых национальной промышленностью товаров.

Меркантилизм – это часть протекционистской политики, связанная с регулированием денежного обращения в интересах развития национальной экономики.

Система включала в себя следующее: ограничение ввоза определенных сортов и видов промышленных товаров (иногда полное запрещение импорта на определенный срок);

стимулирование ввоза и ограничение вывоза сырья;

регламентация количества и качества производимых товаров внутри государства; субсидирование некоторых отраслей производства (связанных с обеспечением армии и флота);

регулирование потребления промышленных товаров (вплоть до полного запрета покупать и носить импортные ткани и т.п.);

ограничение или полное запрещение вывоза благородных металлов за пределы страны (чеканка денег – королевская прерогатива); контроль за тем, чтобы стоимость экспорта была больше стоимости импорта; заключение торговых договоров с иностранными державами; дипломатическая и военная помощь отечественным купцам; строительство дорог и т.п.

Разумеется, все это делалось вовсе не для того, чтобы дать возможность буржуа разбогатеть, но получить выгоду для обогащения казны и обеспечения нужд армии и флота.

Буржуазии же система протекционизма была, безусловно, выгодна и получая протекционистскую поддержку, буржуазия, до поры-до времени, мирилась с отсутствием у нее политических прав.

Впрочем, говоря об источниках ПНК нужно оговориться, что богач, привезший сокровища, награбленные в колонии, поставщик и купец, сколотившие состояние, лендлорд, согнавший крестьян с земли, становились лишь потенциальными капиталистами. Фактически же капиталистами они делались только тогда, когда инвестировали свои деньги и землю в капиталистически организованные предприятия и хозяйства.

Ведь значительная часть капиталов оставалась в форме сокровищ (т.н. тезаврация), когда на освобожденных от крестьян землях создавались увеселительные резиденции, охотничьи заповедники и по-прежнему процветало ростовщичество.

Pages:     | 1 |   ...   | 9 | 10 || 12 | 13 |   ...   | 22 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.