WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |

10: "в случае отсутствия в Уголовном кодексе прямых указаний на отдельные виды преступлений наказания или меры социальной защиты применяются согласно статьям Уголовного кодекса, предусматривающим наиболее сходные по важности и роду преступления, с соблюдением правил Общей части Кодекса". Таким образом, судьям фактически предоставлялась возможность правотворчества и руководствуясь принципом аналогии, признавать преступным любое деяние, которое можно было усмотреть в поведении классовых антагонистов.

При определении наказания учитывалась степень и характер опасности как самого преступника, так и совершенного им преступления, что в практике применялось для установления социального происхождения преступника и степени его лояльности к советской власти. В УК подчеркивалось, что наказание является оборонительной мерой и должно быть "целесообразным", что также определял суд.

Применяемые меры социальной защиты, налагаемые по степени их строгости, согласно УК были следующие: изгнание из пределов РСФСР на срок и бессрочно; лишение свободы со строгой изоляцией или без таковой; принудительные работы без содержания под стражей; условное осуждение; конфискация имущества полная или частичная; штраф; поражение прав; увольнение с должности; общественное порицание. По делам, находящимся в производстве Верховного Суда, Губернских Судов и Трибуналов всех категорий в случаях, когда статьями кодекса определялась высшая мера наказания, в качестве таковой должен был применяться расстрел.

Особенная часть состояла из восьми глав, в которых были систематизированы преступления по видам, их общественной опасности и значимости борьбы с ними для государства. Первое место занимали государственные преступления (включали в себя контрреволюционные преступления и преступления против порядка управления); должностные преступления; преступления связанные с нарушением отделения церкви от государства; хозяйственные преступления; преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности; имущественные и воинские преступления.

Преступлениям против личности в кодексе отводилась пятая глава, а государственным – первая, и логично будет предположить, что расположение видов преступлений в кодексе происходило в зависимости от важности борьбы с ними. УК РСФСР 1922 г. закрепил и освятил законом разделение между обычными и "государственными" преступлениями. Само понятие "государственное преступление" впервые появилось в официальном правовом акте. В Особенной части УК на первом месте перечислены наиболее опасные государственные преступления – контрреволюционные.

Контрреволюционным признавалось всякое действие, направленное на свержение завоеваний пролетарской революцией, власти рабоче-крестьянских Советов и правительства, а также помощь той части международной буржуазии, которая стремилась к свержению советского строя путем интервенции или блокады, шпионажа, финансирования прессы и т.п. средствами.

УК 1922 г. возрождает ряд методов царской юстиции. Так, вводится превентивная административная высылка ст. 49 (на срок до трех лет), решение о которой выносится не судом, а "Особой комиссией".

Вскоре эти превентивные меры дополняются внесудебными карательными: ГПУ получает право назначать наказания вплоть до расстрела "за бандитизм и вооруженный грабеж", а Особая комиссия – заключать за антисоветскую деятельность в концлагерь на срок до трех лет.

Таким образом, в уголовном кодексе образца 1922 г. зародилась тенденция первичности государственных интересов над личными, что в дальнейшем законотворчестве (в частности в УК 1926 г.) получило более широкое и глубокое развитие.

Другой особенностью кодекса была весьма противоречивая система наказания – был сильно занижен максимальный срок заключения. В кодексе 1922 г. максимальный срок лишения свободы был установлен в 5 лет, исключение составляло умышленное убийство, которое каралось лишением свободы не ниже 8 лет. К трем видам преступлений – контрреволюционные выступления, бандитизм и разбой, хищения в особо крупных размерах, которые, по мнению большевистских идеологов и советских юристов, представляли наибольшую опасность для общества, каралась высшей мерой наказания – расстрелом. Из вышеперечисленных видов лишь разбой относился к группе преступлений против личности, а остальные виды преступлений, за которые как мера наказания предусматривался расстрел, в большей или меньшей степени были связаны с нарушением интересов государств.

В уголовном кодексе 1922 г. отсутствовала "золотая середина" – заполненный вакуум между максимальным сроком лишения свободы и расстрелом, делал этот документ крайне полярным и действующим по принципу "все или ничего". Из 171 статьи Особенной части, состав преступлений 19 статей предусматривал в качестве санкции меру наказания – расстрел, из которых состав 13 статей предусматривал возможность замены расстрела лишением свободы от 5 лет и ниже при наличии смягчающих обстоятельств. Состав преступления 11 статей предусматривал расстрел при наличии отягчающих вину обстоятельств. Ситуация полярности УК давала возможность подсудимым в судебной практике избегать высшей меры наказания, так как суды крайне редко прибегали к столь суровой мере, а смягчающие обстоятельства можно было найти практически всегда.

За самые же "популярные" группы преступлений – имущественные и преступления против личности – расстрел не применялся (исключение – ст. 184 – разбой), что служило лишним доказательством превосходства государственных интересов над личными, которые, по мнению составителей кодекса, являлись "пережитками дореволюционного строя" и сохранение которых было обусловлено переходным временем. Максимальный 5-летний срок лишения свободы по большинству остальных видов преступлений не мог радикально изменить ухудшающейся криминогенной обстановки в период вновь развившихся буржуазных отношений в стране и не способствовал достижению целей наказания, которые были заявлены в Общей части УК.

Кодекс 1922 г. был первой, и не совсем удачной, попыткой создания базы уголовного законодательства в советском государстве, о чем говорит факт внесения в него изменений на всем протяжении его действия. В октябре 1924 г. ЦИК СССР принимает общесоюзный акт "Основные начала уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик", которые сохранили основной подход к понятию преступления. Хотя введенное в УК 1922 г. выражение "государственные преступления" здесь не используется, главное различие между преступлениями, "направленными против основ советского строя и потому признаваемыми наиболее опасными", и "всеми остальными" преступлениями сохраняется. В проект "Основных начал", одобренный Совнаркомом, ВЦИК внес поправку: заменил термин "наказание" на "меры социальной защиты", что означало сдвиг от концепции персональной виновности и эквивалентной меры наказания к концепции потенциальной опасности и превентивных мер.

Принципиальное новаторство "Основных начал" состояло в отказе от устоявшегося и общепринятого термина "наказание". Вместо него был использован термин "меры социальной защиты", которые подразделялись на меры судебно-исправительного характера, медицинского и медико-педагогического.

Меры социальной защиты могли применяться как за виновные деяния, так и к лицам, признанным социально опасными в силу своей преступной деятельности или связей с преступной средой. Подобная мера могла назначаться и без совершения лицом противоправных деяний. Достаточно было одного признания компетентными органами социальной опасности конкретного лица.

В ноябре 1926 г. ВЦИК принял новый УК РСФСР и ввел его в действие с 1 января 1927 г. Появление нового кодекса обусловливалось двумя причинами: желанием исправить отдельные недостатки, пробелы Уголовного кодекса РСФСР 1922 г., обнаружившиеся в ходе его применения, а также необходимостью привести кодекс в соответствие с "Основными началами уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик".

По сравнению с предыдущей редакцией в нем были более разработаны разделы о государственных и воинских преступлениях. В 3 разделе Общей части Кодекса – "Общих началах уголовной политики РСФСР" появились две новации, которые оказали заметное влияние на карательную политику судов конца 1920-х гг.: Примечание к ст. 6 УК гласило, что не является преступлением действие, которое хотя формально и попадает под признаки, какой-либо статьи Особенной части УК, но в силу явной малозначительности и отсутствия вредных последствий лишено общественной опасности. Статья 8 УК предусматривала возможность освобождения от уголовной ответственности лица в случаях, когда конкретное действие, являющееся в момент его совершения преступлением, к моменту рассмотрения в суде утратило общественную опасность вследствие изменения уголовного закона или личность правонарушителя перестала быть общественно опасной в силу изменившейся социально-политической обстановки. На практике это вместо того, чтобы защитить личность от необоснованного привлечения к уголовной ответственности, приводило к ослаблению карательной политики по целому ряду преступлений (хулиганство, растрата, присвоение и т.п.).

Особенная часть УК строилась в соответствии с идеологической заданностью, когда объектом уголовно-правовой защиты является исключительно правопорядок социалистического государства.

Первую главу Особенной части составляли государственные преступления, среди которых особо выделялись контрреволюционные преступления. Далее устанавливалась уголовная ответственность за преступления против порядка управления, должностные преступления, за нарушение правил об отделении церкви от государства, хозяйственные преступления и, наконец, лишь последняя глава УК содержала преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности. Поэтому не трудно заметить, что в "пролетарском государстве", "стране социалистической демократии", интересы каждой отдельно взятой человеческой личности отодвигались даже не на второй план, по сравнению с интересами государства.

Идеологическая обусловленность уголовной политики советского государства, логика усиления классовой борьбы по мере углубления социалистических преобразований в период реконструкции промышленности и сельского хозяйства, находили свое конкретное воплощение в детальной разработке советскими юристами именно государственных преступлений, особо опасными в общей массе считались преступления контрреволюционные – знаменитая 58-я статья УК РСФСР 1926 г.

Контрреволюционным в советском уголовном законодательстве признавалось всякое действие, имеющее своей целью свержение, подрыв или ослабление власти рабоче-крестьянских советов и избранных ими на основе как общефедеративной Конституции СССР, так и конституций союзных республик, рабоче-крестьянских правительств СССР, союзных и автономных республик, подрыв внешней безопасности Союза ССР и основных хозяйственных, политических и национальных завоеваний пролетарской революции. Вся глава УК РСФСР о государственных преступлениях вводилась в действие с февраля 1927 г., а статья 58(1) – 58(14), предусматривающие контрреволюционные преступления, только в июне 1927 г.

58 статья УК была одной из наиболее разветвленных в кодексе и предусматривала до 14 квалифицированных составов, в которых конкретизировалось понятие контрреволюционных преступлений. Из всех статей 58 с индексом, только одна – 58(12) не влекла за собой в качестве санкции вышей меры социальной защиты. К контрреволюционным преступлениям законодатель относил вооруженное восстание или вторжение в контрреволюционных целях на советскую территорию, захват власти на местах или в центре с той же целью (ст. 58(2)), сношения в контрреволюционных целях с иностранным государством или отдельными его представителями, а также способствование какому-либо иностранному государству, находящемуся в состоянии войны с СССР или ведущему с ним борьбу (58(3)). Статьи 58(4) и 58(5) в какой-то мере повторяли содержание статьи 58(3), поскольку "оказание каким бы то ни было способом той части международной буржуазии, которая не признавала равноправия коммунистической системы … в осуществлении враждебной против Союза ССР деятельности" (58(4)) и склонение иностранного государства к объявлению войны СССР или каким-либо иным неприязненным действиям (58(5)) вполне поглощались формулировкой ст. 58(3) – "сношение в контрреволюционных целях с иностранным государством". Думается, столь подробная дифференциация норм УК о контрреволюционных преступлениях вызвана особенным желанием советского руководства не упустить из виду ни одного деяния, хоть в какой-либо мере посягающего на основы советского строя.

Особенно интересна статья 58(7), устанавливающая уголовную ответственность за подрыв государственной промышленности, транспорта, торговли, денежного обращения или кредитной системы и кооперации. Это было превосходное основание для прогремевших затем на всю страну процессов о вредительстве в промышленности, фактически оправдывавших крупнейшие промахи первой пятилетки.

Предусмотренное статьей 58(8) совершение террористических актов, направленных против представителей Советской власти или деятелей революционных рабочих и крестьянских организаций зачастую расширялось вплоть до квалификации по данной статье наказаний даже хулиганских выходок против рабоче-крестьянских корреспондентов.

Статья 58(10), устанавливающая уголовную ответственность за пропаганду или агитацию, содержащую призывы к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти, давала удобный предлог к преследованию всякого проявления инакомыслия под предлогом антисоветской деятельности. Данная уголовно-правовая норма создавала предпосылки для полнейшей унификации и однообразия общественного сознания, которое должно было формироваться только на основе официально преподносимой информации. Таким образом, складывалось закрытое общество, над которым довлело государство, определяя основные тенденции его развития.

Статья 58(13) нарушала один из основных принципов современного уголовного законодательства о том, что уголовный закон обратной силы не имеет, предусматривая ответственность за активные действия или активную борьбу против рабочего класса и революционного движения, проявленную на ответственной или секретной должности при царском строе или у контрреволюционных правительств в период гражданской войны. Тем самым устанавливалась УК ответственность за преступления, совершенные до его принятия. Лицам, о которых шла речь в данной статье, угрожал в, случае выявления, расстрел, объявление врагом трудящихся или лишение свободы на срок не менее 3-х лет с полной или частичной конфискацией имущества при смягчающих обстоятельствах.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 10 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.