WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 35 |

Монастырлия был представлен патриарху, спешно созвавшему в Буде собрание “народных старейшин”, которое и одобрило назначение. Как венгерский гражданин Монастырлия не имел тесных связей с сербскими переселенцами, даже жил далеко от их поселений в своих имениях, подаренных ему Леопольдом I за отличную службу. В течение 15 лет этот человек должен был служить доказательством того, что Габсбурги выполняют свои обещания. Не сохранилось никаких свидетельств того, что вице-воевода был признан в народе своим предводителем, а его гибель в 1706 г. во время охоты не вызвала какого-либо отклика в сербском обществе. После смерти Монастырлии Иосиф I специальным декретом вообще запретил сербам избирать вице-воеводу12.

Таким образом, в результате согласованных действий Арсения Черноевича и австрийских властей победила линия на закрепление ведущей роли церкви в жизни сербов-переселенцев. Устранение графа Георгия Бранковича - идеолога светской власти и возрождения сербской государственности - было личной победой патриарха с его теократическими устремлениями. Поощряя эти устремления, Габсбурги, разумеется, преследовали свои цели. Они надеялись на скорое осуществление унии сербов с католической церковью и, в конечном счете, на превращение православной церкви в часть австрийской государственной машины. Особая роль в этих планах отводилась патриарху Арсению. Уже в 1695 г. высший православный клир получил от Вены право сбора десятины со своих прихожан, патриарху передано в подарок от императора имение Сирач в Славонии, а через два года замок Сечуй стоимостью 23,5 тыс. форинтов под резиденцию. С середины 90-х годов ему же выплачивалась государственная дотация в размере трех тысяч форинтов ежегодно. Сохранились многочисленные жалобы Арсения во все инстанции о задержках в выплате “жалования” и просьбы об увеличении его с трех до четырех тысяч. Когда сумма недоплаченных патриарху из государственной казны денег достигла 20 тыс. форинтов, Иосиф I передал ему в качестве компенсации Дальское имение - одно из лучших в Славонии13.

На особые отношения патриарха с австрийским правительством ясно указывает “тайная информация” кардинала Л. Колонича Иосифу I 1706 г. о положении сербов. Сообщая об огромном авторитете Арсения среди своих соотечественников (“одного его взгляда достаточно, чтобы весь этот народ как на доброе, так и на злое дело повернуть”), информатор доверительно подчеркивает полную преданность Арсения III австрийскому дому и рекомендует удовлетворить все личные просьбы Черноевича о присвоении ему звания цесарского советника и титула князя Албании, а также касающиеся его финансовых обстоятельств: “Пусть все, что относится до его персоны, брата его Джорджа и всей его семьи, полностью утвердится”. Обращает внимание и слишком фамильярный тон, в каком Колонич пишет об особе церковного предводителя, советуя императору “через верного человека со стороны двора как следует припугнуть патриарха - человека необразованного и боязливого” с тем, чтобы тот поумерил пыл в защите чистоты православной веры14. После смерти Арсения Черноевича в 1706 г. сербам запрещалось избирать патриарха, а глава православной церкви в Австрии стал именоваться митрополитом и архиепископом.

Вопрос о том, кто будет представлять сербов перед центральным правительством, имел еще один аспект, а именно - способ избрания своего предводителя. Согласно Привилегии от 21 августа 1690 г., сербы могли самостоятельно выбирать церковного главу, причем это право принадлежало одновременно духовному и светскому сословиям. Однако воспользоваться им после смерти Арсения III оказалось непросто. Во-первых, высший клир сначала хотел вообще обойтись без созыва собрания (сабора) духовенства и мирян. Епископ Исайя Джакович, которому патриарх еще при жизни “стадо препоручил”, в начале ноября 1706 г. разослал по епархиям письмо, в котором предлагал составлять грамоты в пользу выбора нового архипастыря: “И напишите так: мы все, нижеподписавшиеся, выбираем всем народом, как духовным, так и светским, себе предводителя и учителя, а имя не называйте, только место оставьте”. Эти грамоты надлежало присылать в Вену, где тогда находился Й. Джакович, для представления двору “народных чаяний”15. О том, чье имя собирался вписать в пустые формуляры, Джакович тактично умалчивал. Такое келейное решение, однако, не устроило многих. Сербы из Будимского округа ответили в том духе, что против епископа Исайи ничего не имеют, но хотели бы решить вопрос об избрании преемника почившего патриарха “саборно”. С этой же просьбой они обратились к императору.

Первый выборный сабор состоялся в Крушедольском монастыре 6 (18) января 1708 г. с участием 106 депутатов от всех сословий. Под нажимом властей митрополитом был избран угодный Вене И. Джакович, однако депутаты настояли на включении в текст присяги новоизбранного церковного главы еще одного важнейшего пункта: “Каждый год в день сошествия Святого Духа собирать сабор и по старому обычаю договор и духовное рассмотрение иметь единодушно, а самому по себе ничего не совершать”16.

Это положение давало жизнь важнейшему общественному институту - сабору, который на протяжении XVIII в. играл исключительную роль в политической жизни сербов под властью Габсбургов. В привилегиях Леопольда I сабор не упоминался, но содержалась возможность его проведения с единственной целью - выбора главы православной церкви. Предложение о регулярном созыве общенародного сабора, исходящее от светских депутатов, было направлено на ограничение самовластия высшей иерархии, а кроме того, являлось попыткой создания своеобразного органа реальной автономии сербского народа в монархии. Оно, разумеется, не могло встретить одобрения со стороны австрийских властей. Так, кардинал Колонич советовал Иосифу I не допускать свободного проведения саборов, поскольку весьма опасался, что на них могли бы сербы “приходить к разного рода злонамеренным умозаключениям”17.

Следующим связанным с привилегиями вопросом было стремление сербов получить в рамках государства Габсбургов отдельную национальную территорию. Еще в ходе Венской войны сербским переселенцам стало ясно, что они нескоро вернутся в свое отечество. С другой стороны, первые столкновения с австрийскими и венгерскими чиновниками, католическим клиром показали недостаточность одной церковной автономии. Наконец, у венского правительства первоначально также имелись свои планы расселения, не устраивающие сербов. Все это послужило причиной проведения вначале 1694 г. в местечке Байя народного собрания под эгидой патриарха и вице-воеводы, на котором решено было просить монарха о выделении сербам особой территории в так называемой Малой Влахии в междуречье Савы и Дравы. В ответ сербам разрешено было селиться в этой и некоторых других областях, но в декрете Леопольда I и речи не было о какой-либо административной автономии18.

В 1706 г. патриарх Арсений в челобитной императору от имени всего народа повторил просьбу об отдельной территории, включив в нее помимо Малой Влахии всю Славонию, Срем и другие прилегающие к ним земли.

Кардинал Колонич, занимавшийся разбором сербских требований, записал в комментариях для императора: “Опасаться следует, чтобы этот народ не соединился в одно целое, так как и в нынешнем разделенном состоянии свой необузданный нрав проявляет и всяческие причуды чинит, а что бы могло случиться, если бы никто не смог удержать его в повиновении и мятежам никогда бы не было конца - эта их совместная жизнь дала бы им огромную силу”. Приведя примеры своевольного поведения сербов, Колонич заключает: “Вот почему самое лучшее - оставить их там, где сейчас находятся, чтобы и дальше жили они перемешанными с венграми, а так они взаимно ненавидят друг друга, будет один народ за другим присматривать, чтобы не смогли свершиться дурные и опасные намерения кого-либо из них”19.

На первом народном саборе 1708 г. просьба была повторена в петиции депутатов Иосифу I. Однако эта и все другие подобные обращения сербов остались без ответа, и только во время революции 1848 г. удалось провозгласить Сербскую Воеводину в составе Австрийской монархии20.

Важное место в борьбе за укрепление своего статуса занимало стремление сербов получить собственное представительство в различных органах государственной власти. Еще в послании Черноевича Иосифу I было сформулировано пожелание иметь при Венгерской Придворной канцелярии двух сербских советников, которые должны были “представлять сербский народ во всех делах, защищать и оберегать его от венгерской злобы и пакости”, и “без их ведома не могли бы приниматься решения, касающиеся жизни народа”21. В петиции Крушедольского сабора 1708 г. императору сербы требовали, чтобы их народные представители участвовали в работе Хорватского сабора и Венгерского государственного собрания22. Все эти и другие подобные просьбы оставались без ответа.

Помимо общенародных привилегий австрийские власти издавали привилегии для отдельных территорий, городов, ремесленных цехов. Эта группа документов касалась прежде всего вопросов местного самоуправления. Сербы, в частности, получали право жить под управлением собственных выборных магистратов, иметь своих судей, пользоваться рядом торговых и налоговых льгот, а в некоторых случаях и сербским языком в качестве официального23. Общее количество адресованных сербам патентов и дипломов уже в первые годы после Великого переселения исчислялось десятками и постоянно увеличивалось. Кроме того, дарованные “навечно” привилегии надо было время от времени подтверждать, например, в связи с воцарением нового монарха.

Складывается впечатление, что австрийские чиновники часто сами затруднялись определить, действительно ли сербы получали ту или иную привилегию. С этим была связана и рекомендация Л. Колонича императору затребовать у сербов оригиналы привилегий, чтобы их “изучить на комиссии”. “Если таковые привилегии, - пишет далее Колонич, - нельзя ни изменить, ни сократить... надо их такими темными выражениями и двусмысленными словами изложить, которые бы в разное время, сегодня так, а завтра по-другому, могли пониматься и толковаться”24. “Сегодня что-нибудь дадут, - обиженно заметил об этой практике патриарх Арсений III, - а завтра уже отнимут и отменят”привилегиям с величайшим вниманиСами сербы относились к своим.

ем. Императорские патенты тщательно оберегались и многократно переписывались, а на саборе 1726 г. было принято даже специальное решение:

хранить оригиналы привилегий в особом сундуке с тремя замками, ключи от которых вручались раздельно представителям от духовного, военного и поместного сословий26.

Особо следует сказать о положении сербов-граничар. Институт Военной границы был создан на южных рубежах Австрийской монархии во второй четверти XVI в. Первоначально это были отдельные военные поселения, главной целью которых была оборона от возможных нападений османов. К концу XVII в. система военно-территориальных поясов была уже достаточно развита в приграничных областях Австрии и Турции, в которых значительную роль играли славяне, особенно сербы. Австрийские власти охотно принимали сербских переселенцев, обладавших немалым военным опытом, о которых в Европе широко распространилось мнение как о первоклассных воинах. Посетивший балканские владения Венецианской республики в конце XVII в. стольник П.А. Толстой записал в своем дневнике впечатления о бежавших “от рук проклятых бусурман” сербах: “Те сербы люди военные, подобятся во всем донским козакам, говорят все славянским языком, платье носят герватское... домы имеют строения каменного, к московскому народу зело приветны и почитательны”27.

Первые граничарские поселения в Австрии были основаны на территории Хорватии и Славонии. В XVII в. здесь сформировалось три крупных крайны: Хорватская, позже провозглашенная Карловицким генералатом (входили капитании от Адриатики до реки Купы, включая Жумберак);

Приморская (от Капельских гор до моря с центром в городе Сень); Банская крайна (от Карловца до Иванича). Территория и статус Военной границы многократно менялись; с 1635 г. она стала делиться на два генералата:

Карловацкий с центром в крепости Карловац и Вараждинский с центром в городе Вараждине. В 1689 г. у турок были отвоеваны области Лика и Крбава (в бассейне одноименных рек), также включенные в состав Военной границы28. Однако самое существенное расширение Крайны произошло после окончания Венской войны.

Еще до заключения Карловицкого мира в 1699 г. появились первые проекты организации граничарских поселений на завоеванных землях. И хотя после 1680 г. Придворная комора и венгерские гражданские власти хотели распустить большую часть сербских ополченцев, принимавших участие в войне с Турцией (так называемую “рацку милицию”), но военные круги настояли на создании Военной границы, которая показала себя дешевой и эффективной в Хорватии29. После разделения в 1702 - 1703 гг.

военно-граничарской и коморско-спахийской территории рядом императорских патентов были образованы новые секторы Военной границы.

Новосозданная Славонская, или Посавская граница, с центром в Осиеке тянулась вдоль реки Савы от Градишки, Брода до Рачи (эти три крепости были главными укрепленными пунктами на границе с Боснией). К Посавской границе в районе Срема и Южной Бачки примыкала Подунайская граница со штабом в Петроварадине, она тянулась от Шида к Илоку, переходила на другой берег Дуная, включая Паланку, Ковиль, Титель и Петроварадинский Шанац (Нови-Сад). В военном отношении Подунайская граница подчинялась генералату в Осиеке. Вдоль Тисы от Тителя на север до Сегедина австрийцы устроили Потисскую границу, которую продолжала (вдоль реки Мориш) Поморишская граница. Резиденции командования двух последних образований находились соответственно в Сегедине и Араде.

Во главе вновь образованных генералатов находились штабы с командующими-немцами, тогда как основная масса офицеров формировалась из сербов. В Посавско-Подунайской и Поморишской границах население было исключительно, а в Потисской - преимущественно сербской народности. Помимо сербов, составлявших большинство населения всей Военной границы, граничарами становились хорваты, немцы, венгры, румыны и представители некоторых других этнических групп30. В начале XVIII в.

население Военной границы делилось на четыре категории.

1. Милиция (Landmiliz), несшая активную военную службу по гарнизонам и в военных походах за пределами страны. Она состояла из пехоты (гайдуков) и конницы (гусар) и группировалась в роты, капитании и оберкапитании.

Pages:     | 1 |   ...   | 7 | 8 || 10 | 11 |   ...   | 35 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.