WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 44 | 45 || 47 | 48 |   ...   | 85 |

«Скрывание» жениха и невесты. Слово «невеста» восходит к единственному значению — «неизвестная» (от не-ведать). В рамках традиции женского затворничества неизвестной она могла быть и для жениха. Так, у сибирских татар, хантов и манси новобрачные часто видели впервые друг друга на брачном ложе.

Подготовка к свадьбе сопровождалась усилением изоляции. Невеста она почти никуда не выходила, не показывалась на глаза посторонним. Предстоящий отъезд невесты из дома переживался как временная смерть, необходимая для последующего возрождения девушки в качестве женщины.

Смысл обрядового удаления невесты состоял как в ее обережении, так и в том, что она была опасна для окружающих как существо чужое и нечистое, уходящее в иной мир. Вступая контакт с иным миром, определенную опасность представлял и жених.

У многих народов новобрачные помещались в особое временное помещение (хлев, баня), строилась специальная “свадебная хижина” (чум или дворец). Временная нечистота новобрачных снималась ритуальным обмыванием (кроплением) не только молодых, но и всех, кто присутствовал на свадьбе. Свадебный поезд очищали и огнем.

Полная изоляция невесты позднее заменялась разными формами скрывания (прятанья). Накануне свадьбы часто выводили мнимых, поддельных невест и женихов. В Сардинии жених обязан был узнать невесту или по обнаженным ногам среди выстроенных в ряд девушек, или среди девушек, сидящих в полном молчании. Если жених во все три раза не удастся поймать свою невесту, то, значит, он берет не свою суженую.

Во время свадебного пира невеста должна была молчать и не снимать фату. У адыгов, таджиков жених после сговора не говорит не только с невестой, но и с будущими тестей и тещей. Молодым запрещалось есть за общим столом, касаться друг друга или брать что-либо голой рукой.

С просватанья становится «гостьей в своем доме». До свадьбы невеста ходила в “печальной” одежде, приводила в порядок приданое, готовила подарки. В этом ей помогали девушки родственницы и подруги-сверстницы.

Молодые входили в жизнь без родителей, место которых в обряде занимали дружки и подруги невесты, сваты и свахи, подобно тому, новорожденного несут крестить крестные родители и повитуха. Поэтому после рукобитья в Среднем Поволжье отец невесты передавал ее в руки подруг-сверстниц, начиная этим обрядом «девичник» Как существо лиминальное, невеста не способна к самостоятельным действиям и прибегает к помощи подруг. При их активном содействии протекают важнейшие этапы обряда: девушки водят невесту в баню, на кладбище (если невеста сирота), по деревне («зазывают роду» на свадьбу), чешут ей косу и др. После «запоя» девушки все дни проводили в доме «невесты», нередко здесь же питались и ночевали.

В одном из свадебных причитаний говорится: “Приукрыл меня батюшка Злой фатой-то слезливою. Не велел мне-ка батюшко широко-то расхаживать, далеко-то поглядывать. Только велел мне-ко батюшко ходить по светлой-то светлице, да по одной половицинке, мне ступать-то мельтехонько, да говорить-то тихохонько”. Невеста оплакивала свою судьбу, расставание с родственниками. К невесте приходили профессиональные плакуньи, певшие жалобные песни и вызывавшие ответные причитания.

Считалось, чем сильнее «воет» невеста, тем легче ей будет в замужестве.

Обрядам отделения невесты сопутствовали обряды приобщения к стороне жениха. Жених мог часто навещать невесту.

Подруги невесты посещали по различным поводам жениха. В противоположность сватовству, которое проводилось скрытно, подготовка к свадьбе велась гласно. Подруги невесты оповещали односельчан о состоявшемся сговоре и предстоящей свадьбе2.

В последний день предсвадебного периода проводились обряды прощания невесты с очагом, родительским кровом, лошадьми и садом, источниками воды (ключом, колодцем или речкой), селом, подругами, родственниками (в т. ч. с умершими на кладбище).

В последний вечер в бане проводилось «смывание девичьей красы». Баня часто топилась дровами жениха, невеста и ее подруги мылись мылом и парились веником, принесенными от жениха. Обрядовая баня проводилась и для жениха. Приготовления к свадьбе завершались вечеринкой («мальчишником» и «девичником»), на которой окончательно выбирались свадебные чины.

Свадебные чины. В «нарядах», объяснявших читателю, как надо играть свадьбу, говорилось о тысяцком, дружках, свадебном поезде и поезжанах, о конюшем, свешниках, фонарщиках, каравайниках, и других свадебных чинах.

Каждый свадебный чин был наделен определенной функцией. Чины – прежде всего старосваты – главные распорядители свадьбы. Они получали плату, а профессия передавалась из поколение в поколение. Старосваты были организованы в цехи, обязанности их были точно определены, так же как и процент, который они вносили в общую кассу. Дружки обслуживали гостей за столом, младенцы подносили угощение к столу, звачи – приглашали на свадьбу.

Мать невесты давала отъезжающим еду на поезд для еды в дороге и оделения встречных. В перерывах между подачей обеденных блюд – обход соседей и прощание с ними. Неприглашенные на свадьбу собирались под окнами домами и получали угощение. Посылали угощение старым, больным и бедным. После свадебного пира молодые с ближайшей свитой ходили по домам всех родственников, присутствовавших на свадьбе.

Свадебные бесчинства. Ритуал свадебного перехода знаменуется «свадебными бесчинствами», которые творятся на разных этапах свадьбы.

Первоначально имел место «преступный» сговор. Похищению и увозу невесты женихом постепенно невесты начинает предшествовать сговор с ней. Славяне имели обычай похищать на игрищах тех невест, с которыми они сговорились Оглашение — формальное оповещение о предстоящем бракосочетании, которое производят родственники, друзья брачующихся или священник. Цель оглашения — призвать каждого, кто знает о каких-либо препятствиях для данного брака, сообщить о них и предотвратить нарушение брачных запретов.

В ночь помолвки не забывали прежних поклонников помолвленных: отвергнутому парню ставили на крышу соломенную бабу, а девушке, возлюбленный которой посватался к другой, на дерево перед домом сажали соломенного мужика. Покинутым парню или девушке надевали на голову корзину без дна, мякиной обозначали тропинку между их домами.

Накануне свадьбы устраивался polterabend («вечер шума и грохота»). На вечере били «на счастье посуду», для чего заранее собирали треснутые чашки, блюдца и тарелки. В саксонских городах подружки невесты тайно били посуду перед дверью или же лестнице ее дома и быстро бежали прочь, чтобы их не узнали. В сельской местности в битье посуды участвовала вся деревня.

Считалось, что чем больше черепков, тем больше счастья, следили за тем, чтобы жених и невеста одновременно подбирали эти черепки.

В Испании на свадьбе новобрачные подвергались преследованиям окружающих (особенно молодежи). Новобрачных старались похитить, чтобы сделатьт невозможной первую брачную ночь. Чтобы жених и невеста не сбежали, еще до окончания пира запирали окна и двери. Если же новобрачным удавалось сбежать, тото на них устраивалась облава. Пойманных усаживали на осла во главе шутовской процессии, иногда привязав спинами друг к другу; их могли посадить в повозку и колоть острыми палками, разрывая одежду, могли самих впрячь, как быков, в плуг и заставитьт пахать деревенские улицы. В одних селениячх довольствовались тем, что просто секли жениха, в других молодоженов сажали лохань с водой, после чего жених должен был трижды крикнуть петухом, а невеста, скорчившись, проркудахтать три раза.

В Полесье во время лишения невинности сваты пьют, пляшут на лавках и на столах, бьют плошки, горшки и ложки, окна, помогая своим разгульным поведением успеху дела. В Арагоне, наоборот, после того какк подруги невесты готовили брачное ложе, парни напускали туда муравьев, насыпали соли, колючих семян, щетины, мемелко нарезанного конского волоса, подвешивали колокольчики и старые котелки. Чтобы напугать молодых, прятались под кроватью сами или прятали в комнате осла. К молодоженам постоянно врывались, горланили под окном серенады, иногда взломав запертую дверь или выбив окно, выволакивали новобрачную из домам и силком ее водили полуодетую по улицам. И, наоборот, на Балеарских островах парни бесшумно замуровывали дверь дома и соглашались выпустить новобрачных только через несколько дней, вдоволь насладившись криками, бессильными угрозами и униженными просьбами.

Коллективными усилиями травля несчастных молодоженов могла превращатся в веселый праздник, когда на протяжении нескольких дней мсеняющие друг друга группы поддержки изобретают все новые и новые изощренные издевательства, не оставляя ни на минуту в покое виновников торжества. Апофеозом свадебных бесчинств становились «похороны» молодеженов, где сжигались их соломенные чучела.

Свадьба-похороны. «Смерть» новобрачных ритуально сопровождалась серией обрядов идентичных похоронной обрядности. Отмечаемое исследователями структурное тождество свадьбы и похорон находит выражение в разнообразных фактах1.

Так, во Франции незадолго до свадьбы жениз созывал друзей для прощания с холостяцкой жизнью, которое называлось «прощальный обед» или «похороны холостяцкой жизни». В сельской местности прощальный обед сопровождался инсценировкой «похорон»: изготовляли гроб и над ним при свечах имитировали отходную службу, затем гроб закапывали в поле, саду или же бросали в реку. На девичниках собравшиеся также выражали печаль по поводу ухода подружки из девичьего круга. Ее ближайшая «почетная» подруга в Эльзасе также называлась «траурная девушка». В качестве ритуальной пищи для «девчников» кондитеры изготовляли специальные шоколадки в виде гробов.

Похоронная игра могла разыгрываться и на свадьбе. Когда жених приходил в дом к невесте и искал её, тот его не пускали под предлогом, что в доме лежит мертвец. При этом по невесте плачут как по покойнику. Обряд «ряжения покойника» заканчивался шуточным отпеванием.

Свадьба включает в себя и поминальную службу. После венчания новобрачные едут на кладбище (или другие памятные места), где похоронена их родня, чтобы засвидетельствовать покойным свое уважение и разделить с ними радость, ибо участие предков в празднике необходимо для продолжения рода.

Окончание свадьбы у славян посвящалось комедийному разыгрыванию свадьбы родителей, когда место молодых занимают либо родители одного из них, либо мать невесты и отец жениха (или сват, дядя жениха), либо двое гостей жениха и др. Все роли перевернуты: молодежь изображает сватов, а новобрачных – люди старшего поколения, иногда одного пола, причем “жених” выглядит убогим и умственно отсталым. В этой шуточной свадьбе пародируется весь ритуал, вплоть до брачной ночи. Этот финал завершается тостом хозяина дома: “Товаришчи, выпьем, а потом по-волчьи узвоем!” Появление невестки в доме означает не только завершение детородного периода в жизни свекрови, но и приближение конца.

Мать, а иногда и отец, получив венок, символически причисляются к возрасту невинности, девственности и постепенно теряют свою возрастную и половую идентичность. В Черниговской области посреди хаты забивали затычку, тем самым символически закрывали лоно матери семейства и клали конец беременностям. Если родители нарушают запрет на деторождение, то они получают унизительные прозвища.

Поэтому часто старые женщины встают стеной, чтобы не допустить молодую к печи. Во власти молодой не только оттеснить старую хозяйку, но и отправить ее на тот свет со свекром. Ей достаточно бросить взгляд на печь и сказать магическую формулу: “Если есть в печи яма, то в ней схоронятся папа и мама” (Грабово). Родителям, которые с честью выполнили свой родительский долг, жить дальше незачем: их сажают на сломанную телегу, сани или тачки, обвозят вокруг дома и везут к реке, где их начинают топить, пока “жених” (т. е. отец) не откупится водкой.

После свадьбы невеста обычно возвращалась домой, где жила некоторое время. Обычай возвращения домой является превращенной формой запрета возврата. Дочь как бы находится в гостях и ее не узнают: у нее новый облик – стара стала. После удаления женщина уже относится к чужому миру. Своему родовому коллективу она несет опасность. Поэтому пути-дороги (стежкидорожки) к родному дому закрыты (позарастали).

Андрей Белый ПРЕСЛЕДОВАНИЕ Опять над нею залучился Сияньем свадебный венец.

За нею в дрогах я тащился, Неуспокоенный мертвец.

Сияла грешным метеором Ее святая красота.

Из впадин ей зияла взором Моя немая пустота.

См., например: Байбурин А.К., Левинтон Г.А. Похороны и свадьба // Исследования в области балто-славянской культуры:

Погребальный обряд. М., 1990.

Ее венчальные вуали Проколебались мне в ответ.

Ее глаза запеленали Воспоминанья прежних лет.

На череп шляпу я надвинул.

На костяные плечи — плед.

Жених бледнел и брови сдвинул, Как в дом за ними шел я вслед.

И понял он, что обвенчалась Она не с ним, а с мертвецом.

И молча ярость занималась Над бледно бешеным лицом.

Над ней склоняюсь с прежней лаской;

И ей опять видны, слышны:

Кровавый саван, полумаска, Роптанья страстные струны, Когда из шелестящих складок Над ней клонюсь я, прежний друг.

И ей невыразимо гадок С ней почивающий супруг.

1906, «Серебряный Колодезь» Андрей Белый. Стихотворения и поэмы. М. — Л., 1966.

Рождение новобрачных. Уходом невесты в иной мир заканчивается первый период свадебного обряда. За временной смертью следует ее “воскрешение”. Траурные одежды предсвадебного периода меняются на праздничные, светлые. Старинная китайская поговорка определяла поведение невесты на свадьбе в следующих словах: «Она уезжает, плача, и возвращается смеясь».

Обрядовое переодевание сопровождается обрядовым пострижением волос жениху, подрезанием (или поджиганием) косы невесте, позднее – убиранием волос под женский головной убор. У многих народов женщина меняет свое имя, что означало рождение новой души. Замужнюю женщину называли не по ее собственному имени, а по имени мужа или даже свекра (реже – свекрови).

Замужняя женщина – это уже новый человек с новым именем.

Свадьба – это обряд включения чужака в сообщество: вхождение в чужую семью идентично усыновлению. Поскольку дети принадлежали к роду родителей, а дочь-девушка, переходила в род мужа (именно поэтому замуж «выходят» – в смысле выходят из своего рода, покидая его).

В ритуале перехода предельной, высшей формой изменения облика является оборотничество. В ходе свадебного обряда постоянны мнимые превращения новобрачных. Свадебные церемонии имитируют возведение на трон. Жених объявляется князем (царем, султаном), а невеста – княгиней. В Китае жениха величают мандарином.

Pages:     | 1 |   ...   | 44 | 45 || 47 | 48 |   ...   | 85 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.