WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 54 |

Проект манифеста, касавшийся Финляндии, был подготовлен генерал-губернатором этой части Российской империи И. М. Оболенским и поддержан статс-секретарем Великого княжества Финляндского К. К. Линдером. В его основу были положены предложения членов финского правительства, изложенные в записке от декабря 1904 г. Манифестом 22 октября (4 ноября) 1905 г. «О мерах к восстановлению закономерного порядка в крае» отменялись нормы, принятые с 1899 г., которые нарушали действовавшие до того времени конституционные законы, а Правительствующему Сенату поручалось: «1) Составить проект нового сеймового устава в смысле современного преобразования организации финского народного представительства, с применением начал всеобщего и равного права подачи голосов при избрании народных представителей;

Законодательные акты переходного времени... С. 163-167.

«РОССИЙСКИЕ ПАРЛАМЕНТАРИИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА…» 2) Выработать проекты основных законоположений, предоставляющих народному представительству право проверять закономерность служебных распоряжений членов правительства и обеспечивающих гражданам края свободу слова, собраний и союзов, и 3) Составить проект закона о свободе печати и немедленно издать объявление о прекращении деятельности предварительной цензуры»1.

Символами новой политики по отношению к Финляндии стали - назначение генерал-губернатором гражданского чиновника Н. Н. Герарда, вывод корпуса жандармов из края2, отмена предварительной цензуры3. На чрезвычайном сейме (22 декабря 1905 г. - 5 сентября 1906 г.) сословия финского сейма (дворянство, духовенство, бюргерство и крестьянство) добровольно отказались от своих прав, приняв решение о создании однопалатного парламента и предоставлении всем лицам обоего пола, достигшим 24летнего возраста, всеобщего, равного, прямого избирательного права при тайной подаче голосов. В основу избирательной системы был положен принцип пропорционального представительства.

«Сеймовый Устав для Великого Княжества Финляндского» и «Закон о выборах для Великого Княжества Финляндского» были утверждены Николаем II 20 июля 1906 г.4 При закрытии сейма была оглашена речь императора, в которой выражалась надежда на то, что принятые законы «послужат… прочным основанием дальнейшего развития края в области права и культуры». Данная речь содержала и сюжет, выходящий за местные рамки и отразивший победу в среде столичной бюрократии нового взгляда на взаимоотношения государства и общества: «В такое время, как нынешнее, когда общественные и государственные преобразования коснулись самых Законодательные акты переходного времени... С. 169.

Лунтинен П. Государственное управление Великим княжеством Финляндским в Российской империи // Государственное управление: История и современность. М., 1998. С. 123.

Сборник постановлений Великого Княжества Финляндского. Гельсингфорс, 1906. № 50. С. 5.

Сборник постановлений Великого Княжества Финляндского. Гельсингфорс, 1907. № 26. С. 2.

«РУССКИЙ ТРАНЗИТ» НАЧАЛА ХХ ВЕКА: ИСТОРИЯ … существенных сторон народной жизни, необходимо, чтобы все благомыслящие люди приняли деятельное участие в предстоящем разрешении задач, вновь выдвигаемых современною жизнью. Искренно желаю, чтобы между правительственными властями и частными гражданами установилось плодотворное взаимодействие»1. В марте 1907 г. были проведены первые многопартийные выборы, а 25 мая того же года новый финский парламент начал свою работу2.

Дарование Николаем II всеобщего избирательного права населению Великого Княжества Финляндского открывало путь, по крайней мере, для рассмотрения бюрократической элитой возможности распространения данной нормы на остальное население Российской империи, тем более что уже в Манифесте 17 октября содержалось положение о привлечении «теперь же к участию в Думе, в мере возможной, соответствующей краткости остающегося до созыва Думы срока, те классы населения, которые ныне совсем лишены избирательных прав, предоставив за сим дальнейшее развитие начала общего избирательного права вновь установленному законодательному порядку (курсив мой – И. К.)»3. Несмотря на это, Совет министров в начале декабря 1905 г. по собственной инициативе обсуждал вопрос: «Не следует ли прямо перейти к порядку общего избирательного права» Часть министров полагала, что в силу «особых исторических условий у нас не сложилось сколько-нибудь заметной и имеющей значение аристократии… Равным образом нет у нас и сколько-нибудь прочно сложившегося класса, соответствующего понятию западноевропейской буржуазии… таким образом, по общественному своему строению, Россия есть страна демократическая, а потому идеи равенства и в частности равного и общего участия в выборах не могут не находить в нашем обществе самой благоприятной почвы для своего Сборник постановлений Великого Княжества Финляндского. Гельсингфорс, 1906. № 45. С. 2.

См.: Рогинский В.В. Эволюция политического строя стран Северной Европы в первой половине XX столетия // Политика и власть в Западной Европе XX века. М., 2000. С. 9-11.

Законодательные акты переходного времени... С. 151.

«РОССИЙСКИЕ ПАРЛАМЕНТАРИИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА…» развития»1. Первым за всеобщую подачу голосов высказался государственный контролер Д. А. Философов, заявив, что «идея всеобщего равенства настолько глубоко вкоренилась в сознании русского народа, что сказывается решительно во всех его поступках».

В качестве примера он привел аграрные волнения, сообщив, что ему известны случаи, когда «толпа поровну делила громоздкие предметы, разрубая на части, например, фортепиано»2.

Данный аргумент не убедил большинства министров, полагавших, что «если западные государства, в силу быстрого процесса демократизации нравов и учреждений и огромного роста рабочих классов, и склоняются постепенно все более и более к широкому проведению начала всеобщей подачи голосов, то те из них, государственная жизнь которых, по общему признанию, стоит на самых прочных началах (Англия и отдельные государства Германии), не знают и поныне всеобщей подачи голосов, а только с мудрой постепенностью расширяют рамки избирательного закона в мере действительного роста потребностей и распространения образования среди населения. Не следует при этом забывать и указаний исторического опыта, который свидетельствует, что система общей подачи голосов представляет собою почву, весьма благоприятствующую проявлению деспотизма масс - этого наиболее тягостного из всех видов тирании». В результате обсуждения Совет министров постановил «предоставить разрешение этого вопроса Государственной Думе, в которой он и получит разрешение, сообразное с истинными пожеланиями и взглядами населения»3.

Вместе с тем, на совещании высших сановников под руководством императора 5-9 декабря в Царском Селе проект введения в России всеобщего избирательного права вновь осуждался4. С защитой данного проекта в утреннем заседании 5 декабря выступили Совет министров Российской империи 1905-1906 гг.: Документы и материалы. Л., 1990. С. 82.

Гурко В.И. Указ. соч. С. 480.

Совет министров Российской империи 1905-1906 гг… С. 83-84.

См.: Царскосельские совещания. Протоколы секретного совещания под председательством бывшего императора по вопросу о расширении избирательного права // Былое. 1917. № 3. С. 235-265.

«РУССКИЙ ТРАНЗИТ» НАЧАЛА ХХ ВЕКА: ИСТОРИЯ … приглашенные на совещание лидеры октябристов А. И. Гучков и Д. И. Шипов. По свидетельству министра просвещения И. И. Толстого, выступление общественных деятелей произвело благоприятное впечатление на многих присутствовавших, включая императора. За завтраком, состоявшимся после первого заседания, «впечатление было такое, что мнение земцев восторжествует»1. Однако после перерыва ситуация изменилась, в конце затянувшегося до позднего вечера достаточно острого обсуждения Николай II заявил, что должен обдумать решение, которое на следующий день оказалось не в пользу проекта всеобщего избирательного права.

Особое место в ряду перечисленных шагов демократизации занимает новая редакция Основных государственных законов. Еще 23 октября 1905 г. Витте встретился с известными юристами и видными деятелями кадетской партии И. В. Гессеном и Л. И. Петражицким и предложил им составить проект Основных законов, что, правда, не имело последствий. В начале ноября сенатор Н. П. Гарин по поручению дворцового коменданта Д. Ф. Трепова предложил товарищу государственного секретаря П. А. Харитонову подготовить проект Основных законов, подчеркнув, что это делается по повелению императора. Харитонов начал свою работу со сбора материалов, которые «могли бы послужить путеводною нитью при составлении проекта новых Основных законов». Как это не парадоксально, но для высокопоставленного царского чиновника таковыми оказались: «Основной закон Российской империи. Проект русской конституции, выработанный группою членов “Союза Освобождения”» (по подсчетам С. В. Куликова, из 80 статей этого проекта так или иначе востребованными Харитоновым оказались 41 или 51%), проект конституции, подготовленный С. А. Муромцевым (использовано из 113 статей 44 или 39%), программа кадетов, конституции европейских государств2. В. М. Гессен определил этот проект как «типичную конституцию западноевропейского образца, Мемуары графа И.И. Толстого. М., 2002. С. 243-244.

Новые материалы к истории создания Основных государственных законов 1906 г. // Русское прошлое: Историко-документальный альманах. Кн. 8.

СПб., 1998. С. 98.

«РОССИЙСКИЕ ПАРЛАМЕНТАРИИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА…» лишенную национально-бытовых особенностей»1. При последующих редакциях соотношение между «национально-бытовым» и европейским компонентами изменилось в пользу первого и, прежде всего, в части расширения прерогатив императорской власти за счет полномочий законодательного учреждения. Нормы зарубежного конституционного права сыграли роль своеобразного черновика, смысл редактирования которого свелся к адаптации «иноземной» теории к российской действительности С формально-правовой точки зрения Основные государственные законы 1906 г. относились к типу жестких писаных конституций. Они выделялись в корпусе российских законов особой юридической силой, служа базой для текущего законодательства. Для их пересмотра устанавливался особый законодательный путь (почин в этой области принадлежал исключительно императору), в текст Основных законов нельзя было вносить изменений посредством указов императора, изданных в порядке верховного управления.

Основные законы закрепляли государственное устройство Российской империи (ст. 1-2); государственный язык (ст. 3); существо верховной власти (ст. 4-25); порядок законодательства (ст. 84-97);

принципы организации и деятельности высших и центральных государственных учреждений (ст. 98-124); права и обязанности подданных российского императора (ст. 69-83) и пр.Конституционализм (пусть и явно непоследовательный) Основных законов проявился в ограничении законодательных прерогатив монарха и наделении последними представительных учреждений: «Никакой закон не может последовать без одобрения Государственного Совета и Государственной Думы и восприять силу без утверждения Государя Императора». При этом отказ от неограниченности монаршей власти представлялся актом добровольного самоограничения именно неограниченного в своем праве самодержца. Уже в рескрипте 18 февраля 1905 г. идея октроирования была выражена достаточно полно: «Соображая особые условия Гессен Вл. Четыре редакции (К истории текста Основных законов) // Право. 1916. № 22. С. 15.

Порядок статей указан так, как он зафиксирован после кодификации первой части Свода законов.

«РУССКИЙ ТРАНЗИТ» НАЧАЛА ХХ ВЕКА: ИСТОРИЯ … обширного Отечества Нашего, разноплеменность состава его населения и слабое в некоторых его частях развитие гражданственности, Государи Российские в мудрости Своей всегда даровали необходимые, в зависимости от назревших потребностей, преобразования лишь в порядке известной последовательности и с осмотрительностью, обеспечивающею неразрывность крепкой исторической связи с прошлым, как залога прочности и устойчивости сих преобразований в будущем»1. В манифесте 6 августа 1905 г.

«Об учреждении Государственной Думы» последовало развитие данной идеи: «Мы сохраняем всецело за Собою заботу о дальнейшем усовершенствовании Учреждения Государственной Думы, и когда жизнь сама укажет необходимость тех изменений в ее учреждении, кои удовлетворяли бы вполне потребностям времени и благу государственному, не преминем дать по сему предмету соответственные в свое время указания»2. И в манифесте 17 октября 1905 г. «незыблемые основы гражданской свободы» трактовались в качестве дара монарха своим подданным3.

Октроированность Основных законов нашла выражение как в способе их принятия (за несколько дней до открытия заседаний Государственной Думы первого созыва и реформированного Государственного Совета по воле пока еще неограниченного монарха, являвшего собой в данных условиях конститутивную или учредительную власть), так и в самом их тексте (например, указание на то, что почин по пересмотру Основных законов принадлежит исключительно императору). Единственным аналогом и, надо полагать, источником появления подобной правовой нормы в России стала статья 73 японской конституции 1889 г. Кстати, Ито Хиробуми, главное действующее лицо в процессе разработки данного документа, рассматривал конституцию не как уступку микадо, а как подарок последнего своему народу4.

Законодательные акты переходного времени... С. 23.

Законодательные акты переходного времени... С. 100.

Там же. С. 151.

См.: Норман Г. Становление капиталистической Японии. М., 1952. С.

210.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 54 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.