WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 54 |

Но и в этом случае коалиция ярых приверженцев правительственного курса составилась всего из 41 парламентария (средний коэффициент сплоченности внутри этого блока по 8 вопросам составляет 0.74). К ней близко примыкает блок из 48 правых и националистов (средний коэффициент сплоченности внутри этого блока - 0.8).

Только при условии поддержки этой группы октябристами и умеренными правыми могло состояться большинство. Коалиция твердой оппозиции правительству расширилась до 61 депутата (средний коэффициент сплоченности внутри блока - 0.81).

Принципиальное значение для определения расстановки сил внутри Государственной Думы и выяснения проправительственной ангажированности депутатов имеет анализ результатов поименных голосований по запросам правительству в связи с его незакономерными действиями. Коэффициент согласия 75% разделил депутатов на 4 блока, оставив нераспределенными 332 человека. Наиболее крупный блок (89 парламентариев) составили представители левой оппозиции, национально-региональных групп, прогрессистов и октябристов (средний коэффициент сплоченности составляет 1.0). Столь же сплоченным оказался блок, насчитывающий 48 депутатов и состоящий из представителей правых, националистов, правого крыла октябристов.

Понижение порога коэффициента согласия до 50% также разделило депутатов на 4 блока, но за рамками данного распределения осталось всего 111 парламентариев (самый низкий показатель нераспределенности). Блок, обеспечивший принятие обоих запросов, составил 218 депутатов (средний коэффициент сплоченности составляет 0.7). Непримиримые противники запросов оказались _ «РОССИЙСКИЕ ПАРЛАМЕНТАРИИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА...» объединенными в блок, состоящий из 73 представителей консервативного фланга Думы, которых поддержали несколько октябристов во главе с М. В. Родзянко. Этот блок продемонстрировал весьма высокую сплоченность при голосовании против принятия запросов (средний коэффициент сплоченности составляет 0.85). Коалиция противников запросов включала в себя и блок, образованный депутатами, которые участвовали лишь в одном голосовании (поэтому средний коэффициент сплоченности составляет всего 0.52).

В условиях усиления националистического начала во внутреннем курсе правительства большое значение играла позиция депутатского корпуса. Пять поименных голосований в Думе третьего созыва напрямую имели отношение к вопросам национальной политики. Применение порога коэффициента согласия 75% разделило депутатов на 21 блок, оставив нераспределенными 213 человек.

Самым крупным оказался блок, объединивший 64 представителя левой оппозиции и национально-региональных групп (средний коэффициент сплоченности составляет 0.86). Близкими были позиции 16 представителей тех же фракций, по разным причинам участвовавших не во всех голосованиях (средний коэффициент сплоченности - 0.83). Впервые удалось выделить блок, образованный преимущественно октябристами (26 депутатов) во главе со своим лидером А. И. Гучковым. Этот блок по данной проблематике голосовал оппозиционно по отношению к правительству (средний коэффициент сплоченности - 0.88).

Национальная тематика имела принципиальное значение для представителей правых и националистов в Думе. Парламентарии консервативной ориентации распределились по трем относительно крупным блокам, в совокупности насчитывающим 89 человек (средние коэффициенты сплоченности внутри этих блоков колеблются в пределах от 0.8 до 0.94). Обращают на себя внимание высокие показатели коэффициентов сплоченности для всех крупных блоков при голосованиях по национальным вопросам.

Понижение порога коэффициента согласия до 51% разделило парламентариев на 17 блоков, оставив нераспределенными 117 человек. Блок оппозиции насчитывает 153 депутата и включает представителей левых октябристов (коэффициент сплоченности внутри МОДЕЛИ ПАРЛАМЕНТСКОГО ПОВЕДЕНИЯ: ОТВЕТЫ НА ВЫЗОВЫ… _ этого блока составляет 0.77). Самым сплоченным оказался блок правых, националистов и правых октябристов (коэффициент сплоченности составляет 0.9).

Полученные результаты позволяет скептически отнестись к традиционным в отечественной историографии представлениям о так называемом «механизме двух большинств», как о сознательно созданном инструменте правительственной политики. В давней заочной дискуссии Дж. Хоскинга с А. Я. Аврехом все же был прав британский русист, утверждавший, что не имеется прямых свидетельств, указывающих на то, что создание подобного механизма было в планах правительства. По его мнению, «сложно поверить, что правительство могло придумать нечто более изощренное, чем создание умеренно-консервативного большинства, состоявшего преимущественно из землевладельцев»1. То, что не удалось получить в ходе выборов, попытались в срочном порядке доделать уже в самой Думе. Об этом свидетельствует целенаправленный раскол первоначально многочисленной группы правых, инициированный П. А. Столыпиным и А. И. Гучковым2. Результатом этой инициативы стало создание группы умеренно-правых, которая должна была блокироваться с октябристами для создания «работоспособного» большинства. Проектировавшееся объединение в думских кулуарах было окрещено «партией министерского большинства»3. Следует подчеркнуть, что речь шла о создании именно одного устойчивого Hosking G. The Russian Constitutional Experiment: Government and Duma, 1907-1914. Cambridge, 1973. P. 44. О стремлении П.А. Столыпина «создать крепкое большинство, которое бы его поддерживало», говорил В.Н. Львов, выступая на XII съезде объединенного дворянства в декабре 1916 г. в защиту идеи правительства общественного доверия. См.: См. Объединенное дворянство... Т. 3. С. 656.

См.: Савич Н.В. Воспоминания. СПб., Дюссельдорф, 1993. С. 30-32.

Накануне открытия заседаний Думы третьего созыва состоялась беседа П.А.

Столыпина и А.И. Гучкова о том, на какие думские партии и группы правительство намерено опираться в своей деятельности. См.: Речь. 1907. 27 октября. О «помощи» Столыпина в «дифференциации» «большой сплошной группы правых» публично заявил после его смерти Гучков. См.: ГАРФ. Ф. 555, оп. 1, д. 510, л. 1.

Речь. 1907. 10, 24 ноября.

_ «РОССИЙСКИЕ ПАРЛАМЕНТАРИИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА...» большинства для поддержки правительства Столыпина. «Механизм двух большинств» в Государственной Думе третьего созыва стал вынужденным инструментом правительственной политики вследствие того, что «партия министерского большинства» не смогла собрать необходимого для принятия решений абсолютного большинства. Но и после этого в Думе продолжался поиск компромисса для создания парламентского центра, обладавшего подобным абсолютным большинством. Однако собственные тактические и стратегические политические интересы парламентских фракций порождали массу думских комбинаций, вплоть до солидарных голосований социал-демократов и правых1. В подобной ситуации дирижерская палочка думского оркестра могла оказаться (и оказывалась) не только в руках П. А. Столыпина, но и А. И. Гучкова2.

Тактический «черно-красный блок» складывался в Государственной Думе третьего созыва неоднократно, например, при голосовании поправки октябристов об имущественном цензе для мировых судей (25 января 1910 г.);

при голосовании поправки трудовиков о выборности председателей мировых судов (27 марта 1910 г.); при голосовании вопроса о «спешности запроса» № 108 (29 апреля 1911 г.) и др. Г.Г. Замысловский по этому поводу отметил:

«Надо было видеть переполох октябристов, когда первый раз правые голосовали против них вместе с левыми. Какой поднялся вой, какие вопли раздались в газетах о “революционерах справа”. И до самого конца октябристы не могли успокоиться – перед самым концом думских полномочий А.И. Гучков говорил о “неестественном, черно-красном блоке, который составляет проклятие страны”… Если бы между правыми и левыми действительно образовался “блок”, т.е. соглашение, договор – это давало бы основание для нареканий. Но ведь даже тот, кто кричал о “черно-красном блоке”, отлично знал, что ни малейшего соглашения, договора нет, а есть нечто, совсем иное: совпаденье. Ни правых, ни левых законопроект в целом не удовлетворял. Естественно, что и те, и другие голосовали против него». См.: Юрский Г. Правые в Третьей Государственной Думе. Харьков, 1912. С. 6-8.

Во время правительственного кризиса в апреле 1909 г. П.А. Столыпину «прямо вменялась в вину его близость с октябристами, особенно с Гучковым».

Широкое хождение получила фраза председателя Государственного Совета М.Г. Акимова о «диумвирате» Столыпина и Гучкова, который и управляет Россией. В «высших сферах» Столыпину было рекомендовано «отстраниться» от Гучкова. См.: Русские ведомости. 1909. 26 апреля. Несмотря на это, именно мнение Столыпина было определяющим для решения Гучкова возглавить Думу. 4 марта 1910 г. Столыпин писал лидеру октябристов: «Председателем ГоМОДЕЛИ ПАРЛАМЕНТСКОГО ПОВЕДЕНИЯ: ОТВЕТЫ НА ВЫЗОВЫ… _ После общего анализа различных форм парламентской активности отдельных депутатов обратимся к характеристике парламентской деятельности наиболее крупных думских фракций. Степень парламентской активности фракций исчислялась как средний показатель для фракции по той или иной форме активности (суммарная доля активности членов фракции делилась на число членов фракции), что позволяет проводить сопоставление между различными парламентскими группами.

Фракция правых. Законодательная активность правых упала с показателя 0.011 в первую сессию до 0.008 в пятую (абсолютное падение зафиксировано для четвертой сессии - 0.006). К наиболее активным «законодателям» в этой фракции относились С. В. Воейков, Н. Е. Марков, П. В. Березовский, Ф. Ф. Тимошкин. Тенденцию к сокращению имела и подписная активность правых: от 0.030 в первую сессию до 0.006 в четвертую. Чаще всего в роли «подписантов» выступали Ф. Ф. Тимошкин, Н. Г. Шетохин, Д. Я. Баранович. Относительно стабильной, в пределах от 0.010 до 0.014, оставалась активность фракции в думских прениях. Чаще всего на думской трибуне появлялись Н. Е. Марков, Ф. Ф. Тимошкин, В. М. Пуришкевич, Г. Г. Замысловский. Фракцию отличала низкая толерантность по отношению к другим депутатам, этот показатель колеблется в пределах от 0.008 до 0.010. Показатель солидарности при поименных голосованиях составляет 56.9%, показатель неучастия в голосованиях – 36.5%.

Русская национальная фракция. Для данной фракции оставалась характерной стабильная законодательная активность (0.006 - 0.007), за исключением провала во вторую сессию (0.002). Наиболее заметными «законодателями» в этой фракции были И. М. Коваленко и В. К. Тычинин. Высокая доля участия в подписании думских документов была характерна для русских националистов в первую и пятую сессии - 0.023 (резко сократилась эта активность в четвертую сессию - 0.007). Ниже среднедумских были показатели активности представителей этой фракции в прениях (0.004-0.007), сударственной Думы для пользы дела должен быть Ал. Ив. Гучков. Если Вы завтра ко мне зайдете, выскажу Вам подробнее свои соображения». См.: ГА РФ. Ф. 555, оп. 1, д. 1112, л. 3.

_ «РОССИЙСКИЕ ПАРЛАМЕНТАРИИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА...» чаще всего с думской трибуны выступали В. К. Тычинин и А. А. Мотовилов. Для русских националистов были характерны лояльность к правительству (доля участия в направлении запросов в адрес правительства самой высокой была в первую сессию - 0.002) и корректность в отношении коллег-думцев (средний показатель по всем пяти сессиям составляет 0.008). Особой нетактичностью отличались В. А. Бобринский, Л. В. Половцов и архиепископ Евлогий. В первые две сессии для националистов была характерна высокая степень солидарного голосования (71.2%), снизившаяся затем до 60.1%.

Фракция Союза 17 октября. Эта фракция отличалась самой высокой степенью законодательной активности (0.010-0.013).

Именно в ее рядах состояли основные думские «законодатели».

Заметной была доля участия октябристов в подписании думских документов (0.014-0.024). Среди активных «подписантов» можно назвать И. С. Клюжева, Н. С. Тараненко, М. М. Пташевского, А. И. Гучкова. Остальные формы парламентской активности у октябристов по своим показателям были ниже среднедумских: участие в прениях - 0.004 (наиболее «говорливыми» были Г. Г. Лерхе, Н. П. Шубинский, А. И. Гучков); подписание запросов - 0.001-0.002;

прерывание ораторов - самый высокий показатель зафиксирован для первой сессии - 0.001. В то же время для октябристов была характерна низкая солидарность голосований – 55.6%. Во многом все это объясняется трениями внутри фракции, постоянными слухами о новых расколах.

Фракция прогрессистов. Все показатели парламентской активности прогрессистов были ниже среднедумских: законодательная - 0.005-0.006 (на общем фоне фракции на поприще законодательства выделялись И. Н. Ефремов, Н. Ф. Румянцев, В. С. Соколов); подписная - 0.014-0.021 (чаще других руку к документам прикладывали И. И. Лукашин и В. В. Климов); в прениях - 0.003-0.(более всех с думской трибуны выступали И. Н. Ефремов, В. С. Соколов и бывший октябрист А. А. Уваров). Прогрессисты были самыми корректными в отношениях с коллегами - выше показателя 0.0003 их активность в перебивании речей депутатов не поднималась. Степень солидарного голосования составляла в этой МОДЕЛИ ПАРЛАМЕНТСКОГО ПОВЕДЕНИЯ: ОТВЕТЫ НА ВЫЗОВЫ… _ фракции 59.5% при весьма существенной доли неголосовавших – 37.6%.

Конституционно-демократическая фракция. Для этой фракции была характерна высокая активность по основным формам парламентской деятельности: законодательной - 0.009-0.012, хотя и отмечалось падение данного вида активности к концу заседаний Думы (в число активных «законодателей» фракции и Думы входили В. А. Маклаков, Н. В. Некрасов, А. И. Шингарев); подписной - 0.037-0.041; выступлениям в прениях - 0.010-0.012, причем этот вид активности у кадетов возрос к пятой сессии; запросной - 0.0040.006 (и по этому показателю наблюдался рост к концу заседаний Думы). Кадеты прерывали выступления своих коллег из других фракций не чаще, чем в среднем по Думе - 0.001-0.003. Подобной активностью злоупотребляли П. Н. Милюков, А. И. Шингарев, В. А. Маклаков. Для кадетской фракции была характерна высокая степень солидарности при голосованиях – 72.9%.

Трудовая группа. По большинству показателей положительной парламентской активности фракция занимала ведущие позиции в третьей Думе: законодательная - 0.011-0.013 (законодательной активностью отличались А. А. Булат, В. И. Дзюбинский, А. Е. Кропотов); подписная (самая высокая в Думе) - 0.039-0.062 (и в этом виде парламентской активности отличались А. А. Булат и А. Е. Кропотов, а также Ф. О. Кейнис); выступления в прениях - 0.015-0.021 (и здесь были заметны те же лица - Булат, Кропотов, Дзюбинский);

Pages:     | 1 |   ...   | 19 | 20 || 22 | 23 |   ...   | 54 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.