WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Стихотворение «Два образа» – это воспоминание-мечта, в котором предстают два одухотворенных начала, открывшиеся лирическому «я» в ранней юности. Элегия показывает сложность обретения настоящей искренней веры; среди заблуждений, «потухших впечатлений» на «шумном пути» жизни человеком в конечном итоге должен быть выбран праведный путь смирения, созерцания «мира красоты». В стихотворении возникает ряд доминантных религиозных образов, некоторые из них уже встречались в более ранних сочинениях поэта: небеса, звезды, но и пустыня, гроб;

небесный огнь и свет, душа, луч, но и камни, могилы, прах… Романтическая лирика Одоевского опирается на православные представления об устройстве всей жизни, на нравственные ориентиры – смирение, добро и красота. В религиозных образах – Всевышнего, ангелов, души, зари, птицы, матери, Софии – премудрости Божией – раскрывается духовная составляющая всего творчества поэта, который органично сочетает в своих гениальных стихотворениях патриотические настроения тех лет с собственным пониманием праведной жизни по воле Бога.

В третьем параграфе под названием «Воплощение религиознопатриотических идей в поэме «Василько» исследуется исторический контекст поэмы Одоевского, трагедийность сюжетного повествования, поэтические образы, совмещающиеся с искренней христианской верой, надеждой и упованием на Божественный Промысел.

Непосредственным источником вдохновения Одоевского для написания поэмы была Повесть об ослеплении князя Василька Ростиславича Теребовльского, повесть о самом вероломном преступлении в междоусобной борьбе XI–XII вв. Вместе с тем источниками для поэмы Одоевского могли послужить, кроме подлинного летописного рассказа, и пересказы его в трудах И.Н. Болтина, В.Н. Татищева и других. Поэма находится в тесной связи с циклом исторических баллад («Зосима», «Кутья», «Неведомая странница», «Иоанн Преподобный»).

Главное действующее лицо – Василько – является для Одоевского носителем идеи национальной независимости, борцом за «отеческую свободу» против половцев и поляков и поэтому «любимцем черни» – народных масс.

Рассматривая поэму Одоевского как произведение лиро-эпического жанра, необходимо отметить превалирующую роль лирических начал, которые отодвигают на второй план повествование эпическое. Трагическая коллизия выражена в противоборстве христианских начал и языческих верований в сердце человеческом. Победу в этой жестокой борьбе одержали злые силы, которые погубили невинного и смиренного Василька. «Закон христьян не доблесть, а смиренье» – таково нравственное правило князястрадальца. Повествование Одоевского об этой трагедии заставляет задуматься о своей совести и о своих земных прегрешениях, раскаяться в которых обязан каждый, и если не на земле, то на Страшном Суде перед Господом.

В финале главы сделано заключение: вся лирика Одоевского отличается православной трактовкой религиозной символики, которая нашла свое выразительное воплощение в образах креста, ангела, алтаря, колокола, иконы, звезды, облака, неба, земли, птицы, зари (денницы), гроба и других. В поэме «Василько» эти образы связаны, прежде всего, с представлениями о старине, с образом Святой Руси, которую колоритно воссоздал автор в своем произведении.

Своеобразие религиозного миропонимания Одоевского, духовное содержание его романтической лирики сопровождается новаторскими изысканиями в области стиха, языка и стиля. Творчество поэта – важный этап в освоении русской поэзией религиозно-нравственного смысла русской жизни первой половины XIX века.

В третьей главе – «Религиозно-нравственный смысл лирики М.Ю. Лермонтова» – автор диссертации делает попытку проследить в лирическом наследии М.Ю. Лермонтова постижение религиозных основ.

Глава состоит из четырех параграфов, в первом из которых – «Проблема религиозного сознания М.Ю. Лермонтова» - рассматриваются основные этапы развития религиозных взглядов и чувств Лермонтова.

История изучения религиозности Лермонтова изобилует различными точками зрения ученых на эту проблему. Большинство дореволюционных лермонтоведов предлагали взглянуть на гениального поэта, исходя, прежде всего, из его православного миропонимания. Послереволюционное литературоведение по-другому смотрит на эту же проблему, стараясь противопоставить настоящей вере поэта его исключительное «богоборчество», «неверие» Лермонтова. Следует признать, что советскому литературоведению так и не удалось превратить Лермонтова в атеиста, противника религии и православия.

В настоящее время сохраняется стремление к восстановлению истинных основ миропонимания поэта, которое восходит к исконно русскому православию. А.А. Дякина в своей работе «Природа и человек в поэтической картине мира М.Ю. Лермонтова и В.В. Хлебникова» (2001 г.) настаивает:

«Пришла пора взглянуть на Лермонтова не с позиций его «богоборчества» и «демонизма», а напротив – с точки зрения его самобытной религиозности, лежащей в основе всех переживаний поэта: сугубо интимных и светских;

общественных и космических; временных и вечных»1.

В свете рассмотрения религиозно-нравственного смысла романтической лирики Лермонтова сложной представляется проблема периодизации творчества поэта. Духовно-предметный аспект исследования обогащается обращением к идейно-творческому развитию Лермонтова. В романтической лирике поэта, весьма разноплановой по содержанию и многочисленной, думается, целесообразно выделить три этапа создания лирических произведений: 1) ранняя лирика 1828–1832 гг. (юные опыты малоизвестного поэта, его становление); 2) лирика переходного периода 1833–1836 гг.

(творческий поиск собственного поэтического метода); 3) зрелая лирика 1837–1841 гг. (лирика поэта – расцвет самобытного творчества).

Дякина А.А. Природа и человек в поэтической картине мира М.Ю. Лермонтова и В.В. Хлебникова.

Елец, 2001. С. 3.

Таким образом, тяготение поэта к религии было объективнопревалирующей составляющей его личности, что объясняется несколькими причинами, в том числе врожденной религиозностью, укоренившейся в сознании поэта под влиянием бабушки Е.А. Арсеньевой; способностью поэта видеть не умом, а сердцем; общением с близкими ему по духу талантливыми поэтами – А.С. Пушкиным, А.И. и В.Ф. Одоевскими, А.С. Хомяковым и другими; направлением лирики, основой которой был романтизм с его одухотворенной образностью.

Второй параграф под названием «Религиозные чувства М.Ю. Лермонтова в ранней лирике 1828–1832 гг.» посвящен анализу стихотворений первого периода творчества, которые отражают религиозные настроения поэта.

В ранней лирике выделяется одухотворенный образ облака, который неоднократно встречается в стихотворениях «Мой демон», «Наполеон», «1830 год. Июля 15-го», «1831-го июня 11 дня», «Блистая, пробегают облака…», «Видение», «Поток» и других.

Можно предположить, что образ облака возникает у Лермонтова на уровне подсознания, эмоциональной памяти уже в раннем возрасте: «<…> помню облако, которое небольшое, как бы оторванный клочок черного плаща, быстро неслось по небу: это так живо передо мною, как будто вижу»1.

Важный элемент религиозной символики, образ облака, – это чистота, святость, символ неба, символ присутствия Божия. Нередко облако упоминается в Ветхом Завете: «Когда Исаия зрел в видении славу Божию в храме Его, то дом наполнился курениями, или густым облаком» (Исх. 4, 5).

У М.Ю. Лермонтова не только традиционный смысл образа облака, но он стал и мерилом нравственного совершенства человека. Облака в лирике поэта связаны с надеждой на Бога, они как «легкие ветрилы», сребристые, Арзамасцев В.П. «Звук высоких ощущений…»: (Новое о М.Ю. Лермонтове). Саратов; Пенза, 1984.

С. 10.

блистающие, все в них сияет. Образ неба, облака, звезды стали для Лермонтова – воплощением далекого и прекрасного, к чему рвалась душа, стремление к очищению, возможность обретения духовной свободы.

В ранней лирике, а именно в элегии «Кто в утро зимнее, когда валит…», выделяется религиозная символика колокольного звона. Отзываясь в сознании лирического «я» «как весть кончины иль бессмертья глас», звон колоколов пробуждает мысли о несовершенстве собственной души; очевидно стремление к «образу совершенства». Лирическое «я» призывает людей критично относиться к себе, создаётся впечатление, будто колокол вызывает страх, опасение за свою душу. Звон заставляет всех задуматься о Божьем суде, побуждает раскаяться. Ведь колокол – над грешным миром, он глас Всевышнего, напоминание об «образе совершенства», который должен жить в глубине человеческой души.

Ранние религиозные чувства и мечты Лермонтова связаны с мыслями об устройстве Бытия. Образ колокольного звона понимается лирическим поэтом как сигнал обращения за помощью к Божественному откровению. Таинство очищения души, возвышения её к горнему миру, к храму во время слушания колокольного звона свидетельствуют о соприкосновении человека с Божественным началом, о движении его к Богу.

Выявление Божественного в личном, человеческом бытии, осуществляется в ранних стихотворениях Лермонтова через углубление в природу как в сокровенный текст Божьего послания человеку, запечатленный в «мыслях» звездного мира. Внимание к религиозным взглядам Лермонтова позволяет постигнуть глубины творчества гениального поэта, приблизиться к пониманию его. Лермонтов – поэт духовного направления русской литературы.

В третьем параграфе «Религиозно-патриотическая лирика М.Ю. Лермонтова зрелого периода 1837-1841 гг.» рассматриваются произведения позднего периода, в которых отразились устремления поэта к постижению духовных начал бытия. Страстное желание найти смысл жизни не напрасно мучило его душу, тогда как именно потребность в высшем предназначении явилась определяющей в характере самого поэта и его лирики в частности.

Романтическая лирика Лермонтова затрагивает множество нравственных вопросов, гениальность поэта заключается в способе их решения и постижения своего высшего предназначения как поэта.

Словно яркие соцветия, выделяются на фоне остальных, не менее талантливых произведений, стихотворения Лермонтова «Смерть поэта» (1837), «Молитва» («Я, Матерь Божия, ныне с молитвою…») (1837), «Когда волнуется желтеющая нива…» (1837), «Поэт» («Отделкой золотой блистает мой кинжал…») (1838), «Молитва» («В минуту жизни трудную…») (1839), «Три пальмы» (1839), «Памяти А.И. О<доевско>го» (1839), «Выхожу один я на дорогу…» (1841) и многие другие. В названных стихотворениях – глубокий содержательный религиозно-нравственный смысл, который был выстрадан, понят и осознан поэтом на протяжении его короткой, но необычайно яркой и насыщенной жизни.

Из первых строк «Молитвы» («Я, Матерь Божия, ныне с молитвою…») становится ясным отношение лирического «я» к Матери Божией, к самой иконе (символу религии, православия), для него Она в «ярком сиянии», т.е.

излучающая свет. Отсюда логическая взаимосвязь в сознании лирического поэта: икона – «яркое сияние» (свеча) – внешний вид внутренней силы – молитва – Матерь Божия – Бог. Такое понимание религиозных образов заставляет сделать вывод: для поэта, движение к Богу было связано с православной верой, закрепленной в его сознании как движение к свету, «яркому сиянию»; а это и есть стремление души к постижению Божественных истин.

Среди лирических произведений Лермонтова достаточно часто встречаются живописные описания природы, своеобразно передающие настроения и чувства лирического поэта. Стихотворение «Когда волнуется желтеющая нива…» (1837) – пример такой лирической медитации.

Бог в стихотворении изображается как Создатель мира, Творец Вселенной. Лирическое «я» созерцает и одухотворяет красоту сотворенного мира, настолько, что человеческие действия переносит на природные явления: «нива волнуется», «лес шумит», «слива прячется», «румяный вечер», «ландыш кивает головой», «студеный ключ играет, лепечет».

Лирический поэт приходит к выводу, что счастье можно постигнуть и на земле, несмотря на ее греховность, но только направляющий свои очи и свои устремления в мир таинственный, неведомый и прекрасный, может быть чистым в своих помыслах. Будучи уверенным в счастье на небе, лирический поэт смог отринуть от себя грешные мысли и обратиться к Первоначалу, к природе, которая есть связующее звено в мировом устройстве. На лоне природы человек чувствует свою силу внутреннюю, причастную к силе мироздания в целом. Именно это помогло поэту в небесах увидеть Бога.

В стихотворении «Памяти А.И. О<доевско>го» (1839) встречаются почти все темы, которые Лермонтов затрагивал в отдельных стихотворениях на протяжении своей жизни: дружба, природа, общество, судьба человека, поэзия, детство, «жизнь иная», родная страна, мечты и думы. Но доминанта, конечно же, судьба и «таинственная дума» о поэте-декабристе Одоевском, с которым Лермонтов был близок душой и мыслями.

Стихотворение заканчивается описанием кавказской природы, которая была так близка и Одоевскому, и Лермонтову. Медитативный настрой ассоциирован с шумом моря, которое не умолкает; кажется, будто бы продолжается жизнь поэта в его произведениях и возносится душа его в просторы небесные.

Религиозно-патриотическое стихотворение Лермонтова «Родина» говорит о своеобразном восприятии поэтом своей страны и своего народа как неотъемлемой части национально-русского мирочувствования. Всё стихотворение пропитано настроением покоя, умиротворения, гармонии, которое возникает, благодаря свойству лермонтовского человека созерцать спокойную, простую, «натуральную» красоту природы. Любовь в его сознании гармонична его внутреннему порыву души к истинному блаженству на лоне родной природы.

Православная вера была главным духовно-нравственным смыслом жизни Лермонтова. Личность, религиозное миросозерцание и творчество Лермонтова являют собой восхождение к вере смирившегося православного человека.

В четвертом параграфе «Поэма «Демон» в контексте поздней лирики поэта» рассматриваются образы поэмы «Демон» в свете религиознонравственного, патриотического смысла лирики 1837–1841 гг.

Поэма «Демон» словно стоит над всей лирикой поэта, она фокусирует и совмещает многогранность осмысления поэтом проблемы истинного предназначения жизни человека в пространстве Вселенного Бытия с позиции христианского устройства мира.

Демон у Лермонтова сложен, неоднозначен, многогранен и отличается исключительной индивидуально-вариативной структурой внутренней жизни, переживаний, томлений и страстей. Демон гордый, надменный, одинокий, но в то же время он не чувствует себя самодостаточным, он – печален, «зло наскучило ему», он хочет любить и чувствовать смысл жизни, который потерял в вечном изгнании из рая. Гордый и непримиримый Демон мучается «нечеловеческими» страданиями, страданиями титаническими.

Pages:     | 1 | 2 || 4 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.