WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 13 |

Третья программа имеет дело с детьми, находящимися в группе особого риска помещения в интернатное учреждение. Это дети с нарушениями развития или детиинвалиды. Как показывают многочисленные исследования, в частности работы Кожевниковой Е. В. и Клочковой Е. В., 2007, Alwall J., 2008, в большой степени это связано с тем, как принято относиться к понятию инвалидности в профессиональном сообществе. «Медицинская модель» инвалидности, до сих пор превалирующая в России, вынуждает врачей и других профессионалов рекомендовать родителям младенцев с установленными нарушениями или «низкими перспективами» развития (например, дети с синдромом Дауна) отказаться от ребенка в роддоме сразу же после рождения или после того, как медицина не сможет «вылечить» ребенка (например, ребенка с множественными нарушениями). Авторы этой части книги — междисциплинарная команда профессионалов из СанктПетербургского института раннего вмешательства, возглавляемая Мариной Емец, магистром социальных наук (Университет Эрста-Шендаль, Швеция): специалист по социальной работе София Колбанцева, педагог Анна Козлова, психолог, кандидат психологических наук Надежда Охотникова, психолог Анна Кравченко, педиатр — физический терапевт Елена Бограчева, педиатр Ирина Чечик.

В работе над книгой также принимали участие сотрудники Института раннего вмешательства Наталья Баранова, — 10 — магистр социальных наук (Университет Эрста-Шендаль, Швеция), Елена Кожевникова, кандидат биологических наук, магистр социальных наук (Университет ЭрстаШендаль, Швеция), и кандидат биологических наук Инна Чистович.

Автором главы 2 является Кеннет Сунд, доктор философии по социальной работе, факультет социальной работы, Университет Эрста-Шендаль, Швеция. Он принимал участие также в общем редактировании книги.

Выражаем благодарность Европейской Комиссии, Детскому фонду ООН ЮНИСЕФ, некоммерческой компании «Эволюшн энд Филантропи» («Evolution & Philanthropy») за поддержку в подготовке и издании данной книги.

2. В этой главе будут рассмотрены способы сбора и анализа данных для глав 3 и 4. Мы последовательно обсудим теоретические основы различных методов, использованных в данной работе.

В целом описанное в данной книге исследование может быть охарактеризовано как кейс-стади (изучение отдельных случаев) с использованием качественных методов (Flick, 2006, Neuman, 2003 и Patton 1987). Исследуются и описываются три организации, практикующие разные стратегии работы с маленькими детьми, оказавшимися в тяжелой жизненной ситуации. Причины выбора организаций обсуждались выше, в главе 1.

С методологической точки зрения, наши три случая образуют выборку, соответствующую определенным критериям (Flick, 2006, Patton, 1987). Критериями предусматривается, что случаи, чтобы дать нам полное представление о ситуации, должны различаться по целевой группе, стратегиям работы с детьми и организации команды. Основной принцип выбора случаев для качественных исследований — использовать случаи, богатые информацией. Иначе говоря, должен быть хорошо представлен объект изучения — стратегии работы с детьми.

Почему использовались в основном методы качественного анализа — интервью, фокус-группы, документы и т. д. — для изучения того, как эти организации работа— 12 — ют и выполняют поставленные цели Ответ на этот вопрос прост. Исследование должно показать, как эти три службы работают с детьми младшего возраста, предотвращая институционализацию. В теоретической дискуссии ученые признают, что качественный анализ предпочтителен, если целью исследования является изучение и оценка программ (Nueman, 2003, Clarke & Dawson, 1999, Patton, 1987).

«Качественный анализ позволяет экспертам изучать выбранные вопросы, случаи или события тщательно и подробно; сбор данных, не ограниченный предопределенными категориями анализа, способствует глубине и детализации качественных данных» (Patton, 1987).

Для сбора данных, связанных с тремя примерами, представленными в главе 3, главной методикой стали опросы персонала центров, а также сбор и анализ соответствующих документов, описывающих взаимодействие специалиста и семьи с начала и в ходе работы.

В гатчинском примере исследователь проводил интервью, анализировал подробные дневниковые записи, описывающие работу с одной семьей (дневник вел специалист по социальной работе, курирующий эту семью), а также использовал результаты проведенных оценок. В примере с патронатными воспитателями при доме ребенка г. Ревды выяснялось их мнение и видение ситуации. В СанктПетербурге интервьюировали сотрудников, совместно с ними выбрали иллюстративный случай, и сотрудники, работающие с семьей, описали и проанализировали ситуацию в семье.

Для сбора данных по организации, представленной в главе 4, использовались разнообразные методы: анкетирование, опросы ключевых информантов, документы, результаты различных оценок. В гатчинском случае интервьюировали директора НГО и специалиста по социальной работе. Также для описания организации использовались статистические данные, основанные на анкетах, собранных гатчинской службой профилактики отказов от детей с 2006 года. При изучении организации и методов Санкт— 13 — Петербургского института раннего вмешательства пользовались имеющимися документами об истории, методах и командной работе организации. Также проводился опрос в форме фокус-группы, чтобы выявить сильные и слабые стороны организации. Санкт-Петербургский институт раннего вмешательства собирает регистрационные данные по итогам оценок в течение длительного времени, и в исследовании использовались некоторые из них. При изучении дома ребенка г. Ревда использовалась собранная статистика по организации, анкеты с открытыми вопросами для патронатных родителей, документы и опросы директора и сотрудников.

Давайте рассмотрим подробнее, как использованные в этой работе методы описываются и обсуждаются в литературе по стратегиям качественных исследований.

Паттон (1987) различает три подхода к сбору данных с помощью глубинных интервью с открытыми вопросами:

свободное неформальное интервью, интервью, имеющее заранее намеченный общий план, и интервью со стандартными открытыми вопросами. В данной работе использовались интервью, структурированнные планом. Такое интервью можно также назвать полуструктурированным (Flick, 2006, Clarke & Dawson, 2003). Полуструктурированное интервью было выбрано как средство, позволяющее получить материал для сравнения трех разных организаций, и, в то же время, достаточно открытое, чтобы выявить уникальные особенности разных случаев в исследовании.

Когда один из исследователей проводил фокус-группу, также использовалась форма полуструктурированного интервью. Метод интервью в форме фокус-группы применяется из очевидных соображений экономии времени, но он также позволяет выявить динамику группы и обеспечить дискуссию среди участников (Flick 2006, Patton 1987).

— 14 — Анкеты могут использоваться для сбора данных как при качественном, так и при количественном подходе.

Структура анкеты зависит от цели исследования. Анкеты могут быть эффективным инструментом, когда нужно охватить много информантов одновременно, а также когда нужно отследить изменения мнений и фактов во времени (Neuman, 2003). В данном случае анкеты использовались, чтобы получить лучшее представление об организации и типе вмешательства.

Специалист по социальной работе гатчинской НГО составил анкету так, чтобы получить полное представление о каждой семье и в то же время создать банк данных, который можно использовать для оценки результата вмешательства. Анкета включала, например, вопросы о домочадцах, социальной ситуации, образовании, о вмешательстве и его результатах. В главе 4 приведены цифры, говорящие о фоне, на котором создавалась и функционирует служба.

Эти цифры показывают, что там, где служба смогла предложить вмешательство, удалось предотвратить отказ от ребенка примерно в 30% случаев.

В изучении деятельности патронатных воспитателей при доме ребенка г. Ревды анализировались анкеты, заполненные патронатными воспитателями через 2, 4 и 6 лет после начала их работы. Все патронатные воспитатели заполняли одинаковые анкеты. Цель опроса — изучить, как удовлетворяются потребности ребенка, в какой поддержке нуждаются патронатные родители. Вопросы также касались воспитания детей, удовлетворенности работой, отношения к этой работе семьи и знакомых. Все вопросы были открытыми, что позволяло получить подробные ответы.

Среди трех описываемых организаций Санкт-Петербургский институт раннего вмешательства (ИРАВ) имеет — 15 — самый длительный опыт сбора данных, проведения оценок и обширную базу данных с их результатами.

Вопросы методов оценки и документирования в раннем вмешательстве широко обсуждаются в литературе (см., например, Neisworth, Bagnato, 2000; Guralnick, 2000;

Guralnick, 2005; Schwartz, Olswang, 1996).

В целом, относительно основных принципов оценки разногласий нет. Цель оценки в каждом случае должна четко определяться. Объектами оценки должны быть развитие ребенка, потребности, приоритеты и обстоятельства семьи, домашняя обстановка. В разных программах и на разных стадиях одной программы эти объекты могут оцениваться более или менее подробно, но так или иначе всегда должны учитываться. Должны использоваться как качественные, так и количественные методы оценки. Выбор конкретного метода зависит от цели и объекта оценки. Например, интервью — лучший метод для выявления потребностей и проблем семьи. Оценка должна сочетать точку зрения специалистов и семьи. Наконец, результаты каждой оценки должны формулироваться в форме, понятной всем, — членам междисциплинарной команды, семье, сотрудникам других учреждений, работающих с семьей.

Каждая программа включает в себя разные этапы оценки, для каждого из которых характерны собственные цели и методы:

• первичную оценку, главная цель которой — определить, соответствует ли семья критериям включения в программу раннего вмешательства;

• глубокую первичную оценку с целью составления индивидуальной программы;

• регулярную оценку в ходе программы для отслеживания изменений и внесения в программу необходимых изменений;

• оценку результатов в конце программы.

Команда ИРАВ старается следовать этим принципам.

Принятая в институте система оценок довольно подробно описана в главе 4. Следует отметить, что команда ИРАВ — 16 — регулярно, начиная с первичной оценки и на всем протяжении программы, использует стандартизованные шкалы (KID и RCDI, см. приложение 5). Это позволяет сравнивать развитие ребенка в нескольких областях с возрастной нормой, а также количественно отслеживать прогресс в развитии. Шкалы KID и RCDI представляют собой вопросники для родителей, так что оценка опирается на знания родителей о поведении ребенка в повседневных ситуациях. Вопросники могут также заполняться (и иногда заполняются) специалистом на основании собственных наблюдений, что позволяет оценить развитие ребенка с другой точки зрения.

Первичная оценка достаточно стандартна. Она сочетает сведения, полученные от родителей, с экспертным наблюдением и скрининговыми проверками слуха и зрения.

Глубокая начальная оценка и регулярные оценки в ходе программы выбираются индивидуально, в соответствии с проблемами и потребностями каждого ребенка и семьи.

Всегда используются KID и RCDI, но, кроме того, подробно оцениваются важные для конкретного случая области (например, моторика, коммуникация, взаимодействие матери и ребенка и т. д.). Подробные оценки также могут как выполняться специалистами (разного рода специализированные шкалы, структурированное наблюдение и т. д.), так и опираться на полученную от родителей информацию (анкеты, интервью).

Наименее разработанным этапом оценки в ИРАВ является описание результата. Это связано с тем, что у ИРАВ нет четких критериев для завершения программы раннего вмешательства (см. «Сильные стороны и проблемы раннего вмешательства» в главе 4).

В теоретической дискуссии о качественных методах признано, что анализ и выводы более надежны, если используются несколько разных стратегий сбора данных.

— 17 — Нойман (Neuman, 2003) обсуждает разные типы триангуляции1. При триангуляции измерений исследователь использует несколько оценок одного явления. В нашем случае патронатные воспитатели заполняли анкету и интервьюировались исследователем.

Другой тип триангуляции связан с использованием разных типов методов, с сочетанием качественных и количественных стилей исследования для более надежного и полного описания явления. В нашем случае примером такой триангуляции является сочетание количественных (стандартизованные шкалы) и качественных (родительские интервью, фокус-группа специалистов) методов в работе ИРАВ.

Нойман различает триангуляцию измерений, триангуляцию наблюдателей, триангуляцию теорий и триангуляцию методов.

3.

В данной главе представлены конкретные примеры работы с детьми и семьями. Для того чтобы у читателя появилось представление о том, в чем именно заключается работа патронатных семей, в главу были включены интервью с тремя патронатными мамами (в двух случаях — полные тексты, в одном случае — отрывки из интервью). Гатчинская программа профилактики отказов от новорожденных и программа раннего вмешательства для детей с серьезными нарушениями развития в Институте раннего вмешательства (ИРАВ) проиллюстрированы в каждом случае подробным описанием работы с одним ребенком и одной семьей.

Во всех случаях имена детей и родителей изменены.

Интервью с О. Н.

— Как вы узнали о патронатном воспитании О. Н. На тот момент в доме ребенка работала одна из воспитателей, наши дочки ходили вместе в садик. Я работала в это время гувернанткой в одной семье. И она предложила мне попробовать, сказала, что у меня получится.

Шел стаж, соцзащита и так далее. Я пришла, поговорила с — 19 — Ольгой Леонидовной, одним из специалистов дома ребенка. Мне очень понравилось, люди доброжелательные, все улыбаются. Атмосфера была такая, что захотелось прийти.

Увидела, как уносили ляльку. Посмотрела, пришла и рассказала мужу, что есть такой проект. А мы только переехали из Узбекистана, работу найти было сложно, свой ребенок ходил в садик на полдня.

— И вас это устраивало О. Н. Да, на тот момент нашу семью это устраивало. Все остальное пришло потом. Устраивалась просто как на работу, надо было где-то работать. Мы учились перед тем, как стать патронатными родителями, ходили на занятия все втроем: мама, папа и дочь. А потом, когда нам все документы подписали, мы взяли первого ребенка.

— Как его звали О. Н. Сережа. И вот тогда, наверное, пришло, что это — наше. Сначала Сережа уходить не хотел отсюда. Он очень боялся. Боялся всего: кошек, собак, машин, всего нового.

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 13 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.