WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 44 | 45 || 47 | 48 |   ...   | 52 |

В результате неудовлетворительной организации работ производительность труда рабочих была низкой, как следствие - низкие заработки, в силу этого рабочие оказались не в состоянии оказывать соответствующую материальную помощь своим семьям. Расчеты по переезду в Дальстрой на многих предприятиях производились неправильно, имели место обсчеты рабочих. Некоторые руководящие работники геологоразведки (Чемоданов, Евангулов, Зинченко, Веденский и др.), исходя из приказов начальника Дальстроя, грубо обращались с рабочими, бездушно относились к нуждам и запросам, предусмотренных трудовым законодательством, хотя имели для этого все возможности. В результате со стороны вновь прибывших работников началось массовое расторжение трудовых договоров через суд. Предприятия стали терпеть убытки и терять рабочую силу. Так Геологоразведочное управление затратило более 500 тыс. руб. для завоза рабочих в Дальстрой и отправку их после расторжения договоров к прежнему месту жительства. Из многочисленных жалоб и заявлений, поступающих во все инстанции видно, что руководители геологоразведки не смогли принять действенных мер к приему, бытовому и трудовому устройству прибывавших работников.

Д. 364, Л. 3-4.

Д. 365, Л. 69-72.

Строительство новых и оборудование имевшихся домов для рабочих, ожидавшихся в 1955 г.

еще не было начато, к подготовке инвентаря также не приступали. В результате многие руководящие работники геологоразведочной службы Дальстроя получили выговоры и понижения в должностях. В целях контроля за ходом подготовки к приему новых работников Главное управление Дальстроя командировало 15 чел. на места.

Однако некоторые работники продолжали добиваться расторжения трудовых договоров с Дальстроем, вследствие нарушения последним условий договоров. Между руководством Дальстроя и трудящимися начали возникать конфликты. Так 21 мая 1955 г. по Дальстрою сообщалось, что 24 рабочих Верхне-Индигирского районного геологоразведочного управления расторгли по суду трудовые договоры, однако вышестоящий суд это решение отменил. Тем не менее, рабочие к работе не приступили и отказались выбрать для работы другие предприятия. Такое поведение было расценено как прогулы. И.о. начальника Дальстроя М. В. Груша приказал передать дело на этих рабочих в Народный суд для привлечения их к уголовной ответственности «за самовольное оставление производства»1.

Таким образом, вместо более качественного улучшения условий труда и быта прибывавших вольнонаемных работников, и соблюдения условий, изложенных в трудовых договорах и трудовом законодательстве, в Дальстрое вновь возобладала политика принуждения, административного прессинга.

Однако несмотря ни на какие жесткие меры, закрепление новых кадров на работе в Дальстрое происходило очень трудно. По неполным данным, из числа рабочих, прибывших в Дальстрой по трудовым договорам и оргнабору в 1955 г., расторгли свои договоры и уехали около 300 чел., что принесло около 1 млн. руб. убытков. Кроме этого с июня по октябрь г. не менее 90 работников горнопромышленных предприятий отказались от работы, причем многие из них для защиты своих прав выезжали в Магадан2.

Руководство Дальстроя приказывало возвращать отказывавшихся от работы обратно на прииски и рудники, а в случае дальнейшего отказа от работы, привлекать их как прогульщиков к административной ответственности. В марте 1956 г. и.о. начальника Дальстроя М.

В. Груша запретил увольнять рабочих «по каким бы то ни было причинам до истечения сроков трудовых договоров без разрешения Главного управления Дальстроя»3. Только увольнения по болезни и инвалидности могли производиться приказами начальников управлений и предприятий, подчиненных непосредственно Главном управлению Дальстроя. В 1956-гг. отказы от работы и попытки расторгнуть трудовые договоры со стороны прибывавших Д. 367, Л. 193-194.

Там же. Д. 368, Л. 118-121, 209; Д. 369, Л. 56-57, 112; Д. 371, Л. 158; Д. 372, Л. 83, 86.

Д. 380, Л. 194-197.

работников не прекратились, но в результате жестких мероприятий со стороны властей масштабы отказов от работы стали значительно меньше1.

Руководство Дальстроя в середине 1950-х гг. прилагать усилия по улучшению жилищно-бытовых условий трудящихся и отдавать по этому поводу соответствующие приказы2. Хотя со стороны работников все равно не иссякал большой поток жалоб и заявлений о неблагоустроенности и антисанитарном состоянии общежитий, о низких заработках и т.п.

Продолжались проверки состояния социально-бытового комплекса на местах3. Попрежнему особенно плохо в Дальстрое обстояло дело с вводом в эксплуатацию новой жилой площади. За 11 месяцев 1955 г. по Янскому управлению по вводу нового жилья был выполнен на 67%, в Чаун-Чукотском - на 23,6%, в Северном - на 38,8%, в Тенькинском - на 66,5%, в Индигирском - на 25% и в «Чукотстрое» - всего на 11%.

Проверкой жилищно-бытовых условий рабочих в ЧЧГПУ, ИГПУ, ТГПУ, «Чукострое» и Янском РайГРУ было установлено, что руководители управлений и предприятий вновь «безответственно» отнеслись к выполнению указаний Главка по подготовке к приему рабочих. Многие рабочие были размещены в неблагоустроенных общежитиях, на некоторых предприятиях общежития содержались в антисанитарном состоянии, не были полностью обеспечены кроватями, постельными принадлежностями, столами, тумбочками, тумбочками и другими предметами домашнего обихода («Ольчан», «Маршальский», «Аляскитовый», «Победа», «Гвардеец», «им. Матросова», «им. Белова»).

Кроме этого на многих предприятиях рабочие были размещены очень скученно, семейные, имевшие детей проживали совместно с одинокими рабочими (рудник «Валькумей», разведучасток «Южный» ЧЧГПУ и рудники «им. Белова», «им. Матросова» ТГПУ). В большинстве общежитий не были оборудованы гардеробные, отсутствовали камеры хранения вещей, в некоторых общежитиях не было радио, электрического освещения, отсутствовали вторые рамы. Смена постельного белья в некоторых общежитиях отдаленных предприятий Яны, Индигирки и Чукотки производилась нерегулярно. Имели место перебои в снабжении трудящихся водой и топливом.

Серьезные недостатки имелись также и в организации труда. Зачастую рабочие не обеспечивались фронтом работ, инструментом, подготовленным рабочим местом. Слабо проводилась работа по созданию комплексных бригад, неудовлетворительно популяризировались передовые методы труда. Наряды и задания зачастую своевременно не выдавались.

Кроме этого имели место многочисленные случаи, когда прибывших по индивидуальным ГАМО, Ф. Р-23сч, Оп. 1, Д. 379, Л. 96-97; Д. 380, Л. 147.

Д. 372, Л. 41-43; Д. 380, Л. 159-163, 164-167 и др.

Д. 374, Л. 247-256 и др.

трудовым договорам квалифицированных рабочих использовали не по специальности, а на разных подсобных работах.

В 1956 г. в Дальстрой прибыло 16 тыс. чел новых работников, в т.ч. свыше 7 тыс.

комсомольцев и молодежи по общественному призыву. Руководство Дальстроя отмечало, что в этой связи была проделана большая работа по подготовке жилой площади и оборудования общежитий, обучению и трудоустройству прибывших, хотя оставалось много нерешенных проблем1. Так например, на прииске «Ударник» прибывшие рабочие были размещены в ветхих зданиях бывшего лагеря, в помещениях которого было холодно и грязно. На участке «Хевкандья» не было столовой, и рабочие были вынуждены сами заниматься приготовлением пищи. На прииске «Мальдяк» (участок «Верхний Мальдяк») рабочие проживали в неприспособленных и перенаселеных помещениях, один из бараков не имел окон, тамбуров не было, баня на участке отсутствовала. Медицинское обслуживание осуществлялось медпунктом центрального поселка, находившимся в 12 км от участка. Не были благоустроены общежития и на прииске «Депутатский». В помещениях также было скученно и грязно. Рабочие спали на деревянных топчанах, у некоторых не было подушек. Отсутствовали бачки для питьевой воды, тумбочки, умывальники, тазы, ведра и т.п.

Аналогичные проблемы имели место и на многих других предприятиях Дальстроя. К тому же в результате плохой организации труда и производства «некоторая часть» молодых рабочих не осваивала производственные нормы и имела низкие заработки.

Действительно в середине 1950-х гг. проблема заработной платы в Дальстрое заметно обострилась. Установленные повышенные ставки, северные надбавки и другие льготы должны были способствовать закреплению инженерно-технических работников, рабочих и служащих. Однако, как показали данные комиссии Госплана, положение с заработной платой основной массы рабочих оказалось явно в неудовлетворительном состоянии, поскольку прежде она рассчитывалась на заключенных. Основным стимулом повышения производительности труда заключенных являлось улучшение питания и сокращение сроков заключения, поэтому Дальстрой не был заинтересован в распространении на них ставок заработной платы, установленных для рабочих предприятий Дальнего Востока, Сахалина, Камчатки, Курильских островов и других районов, находящихся в аналогичных с Дальстроем природноклиматических условиях2.

Ставки рабочих Дальстроя отстали не только от ставок работников на предприятиях Дальнего Востока, но и от других районов страны, где даже не было установлено специальных надбавок. Так, например, дневная ставка забойщика Дальстроя составляла 46 руб. Д. 393, Л. 92-98.

Там же. Ф. Р-23сс, Оп. 1, Д 425, Л. 34-35.

коп. против 52 руб. 26 коп. на комбинате «Сихали», а навалоотбойщика - 38 руб. 75 коп. против 48 руб. на Сахалине, плотника 5-го разряда - 31 руб. 99 коп. против 45 руб. 70 коп. на Сахалине и Камчатке и 57 руб. 13 коп. на Курильских островах. При этом прожиточный минимум на Северо-Востоке по данным Госплана был примерно на 70% выше, чем в центральных районах страны, что также не способствовало закреплению рабочих.

Одновременно следует отметить, что государственной торговлей в Дальстрое не удовлетворялся спрос населения на такие продукты, как свежее мясо, овощи и т.д. На местном рынке цены на эти продукты были в несколько раз выше, чем в других районах страны, а во многих населенных пунктах Северо-Востока эти продукты вообще отсутствовали. Указанное положение с материальными и бытовыми условиями приводило к значительной текучести кадров вольнонаемных рабочих, которая особенно усилилась в 1955 г., когда были отменены имевшиеся ограничения на выезд за пределы районов деятельности Дальстроя бывших заключенных, спецпоселенцев1.

По сравнению с рабочими инженерно-технические работники находились в несколько лучшем положении, так как их средняя зарплата по Дальстрою с учетом всех надбавок в 1955 г. составляла 3921 руб. в месяц. Тем не менее, задача дальнейшего привлечения на работу в Дальстрой рабочих и инженерно-технических работников требовала создания более благоприятных материально-бытовых и культурных условий. Для этого необходимо было в первую очередь пересмотреть и упорядочить заработную плату рабочих и ускоренными темпами вести жилищно-бытовое строительство.

2. Заключенные работники Заключенные оставались основной рабочей силой Дальстроя вплоть до 1953 г. За 1953-1956 гг., в связи с амнистией, число заключенных значительно уменьшилось, и на начало 1956 г. в Дальстрое их оставалось только 35,4 тыс. чел.Динамика численности заключенных на золотодобыче в первые послевоенные годы характеризовалась некоторым снижением их количества с 45,4 тыс. в 1945 г. до 41,6 тыс. в 1947 г. Однако, в связи с возвратом руководства СССР к политике массовых репрессий в 1950 г. количество заключенных на золотодобыче увеличилось до 54,2 тыс. чел.С окончанием войны Дальстрой стал пополняться, главным образом, заключенными, осужденными за измену Родине, а также спецпереселенцами. Для особо опасных преступников в 1948 г. был организован Особый (Береговой) лагерь МВД №5. Лагерные отделения ГАМО, Ф. Р-23сс, Оп. 1, Д. 425, Л. 37.

ссД. 425, Л. 4.

Подсчитано по: ГАМО, Ф. Р-23сс, Оп. 1, Д. 11, Л. 5.

Берлага располагались на рудниках им. Матросова, «Бутугычаг» (олово, уран), им. Лазо (олово), на горнорудном комбинате «Аляскитовый» (вольфрам), Утинском золоторудном комбинате, а также в нескольких угольных районах Дальстроя. На тяжелых физических работах широко применялось использование труда женщин-заключенных1.

В целях повышения заинтересованности заключенных в выполнении и перевыполнении производственных заданий с 1 июня 1945 г. в Дальстрое было введено в действие положение о денежном поощрении труда заключенных. Основной его формой была определена премиальная сдельная оплата (премиальное вознаграждение), которая применялась на всех работах, где было возможно нормирование труда. Расценки за единицу времени определялись делением ставки премвознаграждения соответствующего разряда на 10-часовую норму.

Администрация производственных и лагерных подразделений имела право полностью или частично лишить премвознаграждения заключенных «за плохое отношение к порученной работе». За работу в ночное или сверхурочное время никаких доплат не производилось2.

С 1 января 1949 г. в исправительно-трудовых лагерях Дальстроя была введена система выплаты заключенным заработной платы и гарантированного обеспечение питанием и вещдовольствием3. Заключенным-сдельщикам, работавшим в горнопромышленных и геологоразведочных предприятиях Дальстроя, были утверждены месячные ставки от 396 до руб. Заключенным-повременщикам - от 356 до 855 руб. Из заработной платы заключенных в установленных размерах удерживалась стоимость гарантированного питания, выданной одежды, обуви и подоходный налог. Остальная сумма зачислялась на лицевые счета заключенных (для отоваривания, накопления средств к моменту освобождения из лагеря, а также для пересылки средств семьям и родственникам). Гарантированное питание и обеспечение вещдовольствием устанавливалось в соответствии со специальными нормами. Через буфеты, магазины, столовые, киоски организовывалась торговля промышленными и продовольственными товарами сверх гарантированной нормы (из расчета 200 руб. в месяц на одного заключенного).

В соответствии указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. из лагерей Дальстроя началось освобождение большого количества заключенных по амнистии.

Кроме этого, снимались ограничения с лиц, досрочно освобожденных из лагерей по зачетам рабочих дней и закрепленных в Дальстрое на работе по вольному найму на половину зачетного времени4.

Бацаев И. Д. Колымская гряда архипелага ГУЛаг (заключенные). // Исторические аспекты Северо-Востока России: экономика, образование, колымский ГУЛаг. – Магадан, 1996. - С. 60, 61, 62.

ГАМО, Ф. Р-23сч, Оп. 1, Д. 127, Л. 18-21.

Там же. Д. 174, Л. 57-61.

ГАМО, Ф. Р-23сч, Оп. 1, Д. 311, Л. 112.

Pages:     | 1 |   ...   | 44 | 45 || 47 | 48 |   ...   | 52 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.