WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 15 |

Такого рода соображения вызывают резкий протест в прокуратуре. Так, бывший Генеральный прокурор РФ Ю. И. Скуратов был очень Недоволен «настойчивыми попытками некоторых идеологов судебной реформы подорвать доверие к прокуратуре путем ориентации на гипотетическое всесилие и благодетельную роль судебной власти, пока еще существующей в России номинально, нежели фактически»1. Оказывается, не суды, а прокурорский надзор — «основная и универсальная форма надзора за исполнением Конституции и законов»2.

Сторонники общего надзора прокуратуры одержимы желанием еще больше расширить его пределы. Подчеркивается, что общий надзор распространен ныне и на коммерческие организации, хотя при проверке состояния законности в них неизбежно вторжение в финансово-хозяйственную деятельность. Далее: «Хотя новая редакция Закона о прокуратуре не причисляет к объектам надзора общественные движения, политические партии, это не означает исключения их из сферы надзора»3. Не считаясь с изменением Закона, авторы, повидимому, полагают, что в партиях и движениях найдутся осведомители, которые будут оповещать прокуратуру о заговорах, преступных планах и нарушениях законности. Здесь прокуратура может сомкнуться с силовыми структурами и большой политикой (последнее прямо запрещено законом).

Высказано еще одно оригинальное суждение: «В условиях плюрализма все партии и любые общественно-политические объединения должны стать объектом прокурорского надзора»4.

Таким образом, путь к демократии и плюрализму увенчан терниями все возрастающего прокурорского надзора. По мнению некоторых авторов, прокуратура следит за исполнением не только законов, но и подзаконных актов, поскольку они конкретизируют закон5. Конечно, без обращения к подзаконным актам иногда трудно уяснить смысл закона, но включение их в предмет прокурорского надзора делает его безбрежным и неосуществимым.

Скуратов Ю. И. Вводные замечания к ст.: Бойков А., Скворцов К., Рябцев В. Указ, соч., с. 4.

Бойков А., Скворцов К., Рябцев В. Указ, соч., с. 14.

Прокурорский надзор в Российской Федерации. М., 1999, с. 121.

Демин В. Т. О концепции прокурорского надзора. Проблемы повышения эффективности прокурорского надзора за законностью расследования преступлений. М., 1992, с. 15.

Комментарии и разъяснения к федеральному закону «О прокуратуре». СПб., 1999, с. 57.

Расширить пределы общего надзора предлагается и тем, что прокуратура будет обращаться в Пленум Конституционного Суда РФ с требованиями об отмене или изменении решений КС1.

Предлагается изменить Конституцию и дать право Генеральному прокурору обращаться в КС «относительно отмены необоснованного решения этого суда»2. Таким образом, объектом прокурорского надзора хотели бы сделать и Конституционный Суд. Это уж слишком. Ни в одной стране мира, где существуют Конституционные суды, прокуратура не обладает правом опротестовывать их решения. Постановления КС окончательны и обжалованию (опротестованию) не подлежат (ссылка на то, что прокуратура получила право использовать Конституцию для проверки законности нормативных актов, вовсе не означает, что она осуществляет конституционный контроль). Проверка конституционности законов — прерогатива КС.

Прокуратура получила право осуществлять надзор за исполнением законов представительными (законодательными) и исполнительными органами субъектов Российской Федерации (ч. 3 ст. 1 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» 1995 г.). Часто приводят доводы, что это правомочие прокуратуры направлено против сепаратизма. Так, приведены данные о том, что законодательными и исполнительными органами субъектов Федерации было принято незаконных правовых актов: в 1998 г. — около 1,9 тысяч; в 1999 г. — 1,7 тысяч. В результате вмешательства прокуратуры отменено или исправлено незаконных актов: в 1998 г. — 870; в 1999 г. — 7473.

Но ведь прокуратура не вправе отменить закон субъекта Федерации, противоречащий федеральному законодательству. С ее протестом законодательный орган субъекта Федерации может и не согласиться. И тогда прокурор обращается в суд.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 11 апреля 2000 г. по запросу Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ установлено, что прокурор может обращаться в суд общей юрисдикции с требованием о признании закона субъекта Федерации не подлежащим применению в порядке ч. 3 ст. 10, ст. 41, ст. 231 и 2391-2392 ГПК РСФСР. И это влечет необходимость его приведения в соответствие с федеральным законом представительным (законодательным) органом субъекта Федерации. Но это не исключает возможности заинтересованных органов и лиц обратиться в Конституционный Суд РФ с требованием проверки конституционности как федерального закона, так и Бойков А, Скворцов К., Рябцев В. Указ, соч, с., 12.

Прокурорский надзор в Российской Федерации, с. 14.

Устинов В. Закон — не дышло. Юридическая газета, 2000, № 25.

противоречащего ему закона субъекта Федерации. Однако суды общей юрисдикции не наделены полномочием признавать закон субъекта Федерации, противоречащий федеральному закону, недействительным, то есть утратившим юридическую силу, поэтому не соответствует Конституции РФ положение абз. 3 п. 33 ст. 22 Федерального закона РФ «О прокуратуре Российской Федерации», который предоставил прокурору право на обращение в суд с такого рода требованиями. Признать закон субъекта Федерации лишенным юридической силы и тем самым устранить его из правовой системы может только законодатель субъекта Федерации, а если закон противоречит Конституции РФ, то и Конституционный Суд РФ. Конституция РФ вообще не предусматривает права судов общей юрисдикции рассматривать заявления прокуроров о несоответствии законов субъектов Федерации федеральному закону. По мнению КС РФ, законодатель может предоставить им такое право. Но при этом нужно предусмотреть процедуру рассмотрения судом такого рода заявлений прокуроров, которая Законом «О прокуратуре РФ» не определена1.

Пленум Верховного Суда РФ установил, что заявления прокуроров о признании нормативных актов противоречащими федеральному закону рассматриваются краевыми, областными и приравненными к ним судами. Как и в указанном постановлении КС, Пленум проводит различие между понятиями «недействительный »и «не действующий»2. По смыслу вышеуказанного постановления КС второе понятие распространяется на случаи признания правового акта неприменим в данном деле, но не отмененным. Первое же понятие имеет ввиду аннулирование нормативного акта; в данном деле таким правом в отношении законов суды общей юрисдикции не обладают.

К сожалению, Пленум Верховного Суда РФ не указал, что суд, признавший закон не действующим, должен обратиться в законодательный орган с предложением привести его в соответствие с федеральным законом. Без этого закон, признанный не действующим, сохраняет юридическую силу, если только КС не признает его неконституционным. Но до КС дело может не дойти.

Обращение прокурора в суд о признании незаконными нормативных актов (в частности субъектов Федерации) вне связи с конкретным делом — явление относительно новое, не вполне укладывающееся в правила главы 241 ГПК РСФСР, поэтому нужен закон, который регламентировал бы эту процедуру.

Российская газета, 2000, 27 апреля.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 мая 2000 г. «О внесении изменений и дополнений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации».— Российская газета, 2000, 1 июня.

В практике работу по выявлению и опротестованию противоречащих закону нормативных актов, в частности, принятых Субъектами Федерации, могло бы вести Министерство юстиции РФ, которое проводит юридическую экспертизу нормативных правовых актов субъектов Федерации на предмет их соответствия Конституции РФ и федеральным законам, а также осуществляет государственную регистрацию нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти, затрагивающих права, свободы и обязанности человека и гражданина1. Дублирование одной и той же функции двумя разными органами государства - Прокуратурой и Минюстом — вряд ли уместно. Жалобы граждан, не связанные с конкретным делом, могли бы также помогать судам в выявлении и аннулировании незаконных нормативных актов.

Доводы сторонников общего надзора прокуратуры состоят также в том, что защита прав граждан лучше обеспечивается, если они имеют возможность по своему усмотрению обратиться с жалобой к прокурору или (и) в суд. Но с точки зрения теории управления каждый орган государства должен выполнять только свою, специфическую, функцию.

Дублирование функций создает неопределенность в системе, ее разбалансированность и безответственность блоков системы в достижении ее общей цели.

Некоторые авторы утверждают, что суды не готовы к возложению на них общенадзорных функций, выполняемых прокуратурой, так как там слабые кадры, низкая зарплата, волокита, отсутствие оргтехники, недостаток помещений, высокая пошлина и т. д., и т. п. А в прокуратуре во всех этих отношениях ситуация несравнимо лучше.

Такие доводы просто несерьезны. Сначала надо определить, какую функцию Должен выполнять в государстве тот или иной орган, а затем обеспечивать его необходимыми кадрами и средствами. Можно без труда подсчитать, сколько человекодней тратят прокуроры на общенадзорную работу и в соответствии с этим увеличить на соответствующее число штаты судов и уменьшить штаты прокуратуры. Переводимым в судебную систему прокурорам следовало бы сохранить прежнюю зарплату, льготы, привилегии и т. п. Вопрос о слабости судебных кадров по сравнению с прокурорскими — спорный. По характеру публикаций в журналах «Законность» (орган прокуратуры) и «Российская юстиция» (судебный орган) видно, что прокуроры настроены жестко, ведомственно, ригористично; судьи же более либеральны, независимы в суждениях, гуманны.

Положение о Министерстве юстиции Российской Федерации от 2 августа 1999 г.

Российская газета, 1999, 5 августа.

Что касается зарплаты, оргтехники, помещений и т. п., то финансовые органы могут исправить это положение путем более справедливого распределения средств между судами и прокуратурой. Волокитой в одинаковой мере страдают и суды, и прокуратура. Впрочем, закон установил процессуальные сроки для судов и не определил продолжительность общенадзорных проверок. При передаче общенадзорных функций в суды размер госпошлины по такого рода делам необходимо снизить.

Граждане настолько привыкли к бюрократическим советским порядкам, что в их представлении с жалобой надо обращаться к прокурору. Возможности же суда в защите прав граждан пока еще им не вполне понятны. Ведь существует отработанная система рассмотрения судами жалоб на незаконные и необоснованные действия и решения государственных органов и должностных лиц, введенная в последнем варианте Законом РСФСР от 27 апреля 1993 г. (глава 24-1 ГПК РСФСР), плюс статья 46 Конституции РФ (обжалование в суд любых решений и действий либо бездействия органов государственной власти, местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц), плюс обжалование в Конституционный Суд РФ законов, противоречащих Конституции.

В стране существует огромное количество контролирующих и надзирающих органов. В каждом министерстве имеется контрольный аппарат, следящий за исполнением приказов, циркуляров, инструкций ведомственного характера и их соответствием федеральным законам. Велико число вневедомственных инспекций, акты которых обязательны для граждан (саннадзор, экологический надзор, рыбнадзор и т. д.).

Контрольными функциями обладают и многие федеральные органы — Счетная палата, Минюст, ГИБДД, пожарный надзор, МВД РФ и др. Парадоксально, но факт: чем больше контрольно-надзорных учреждений, тем ниже уровень законности в стране. Функции этих органов переплетаются, накладываются одна на другую, а происходит то, что хорошо выражено известной поговоркой: у семи нянек дитя без глаза. Это надо иметь в виду, когда мы сопоставляем дублирующие функции судов и прокуратуры.

В соответствии с общим представлением о том, что государство защищает права граждан, Закон о прокуратуре РФ в редакции от 17 ноября 1995 г. пополнился главой «Надзор за соблюдением прав и свобод человека и гражданина». Это своеобразная дань моде, потому что названная глава по существу повторяет то, что изложено в других главах Закона (предмет надзора — ст. 26, полномочия прокурора — ст. 27, протест и представление прокурора — ст. 28).

Парламентская Ассамблея Совета Европы (ПАСЕ) 25 января 1995 г. приняла решение о согласии на вступление в эту организацию России: При этом были сформулированы условия пребывания России в Совете Европы. Среди них — следующее условие: «Ожидается, что будут приняты соответствующие стандартам Европы законы о роли, деятельности и организации Прокуратуры...»1.

Вместо того, чтобы выполнить эту рекомендацию, работники прокуратуры подвергли ее критике2 и никаких сколько-нибудь серьезных изменений в ее организацию и деятельность не внесли. Представители Совета Европы и западные юристы неоднократно разъясняли, что, европейским стандартам не соответствует немыслимый на Западе средневековый тотальный общий надзор российской прокуратуры. Несмотря на это, общий надзор в РФ не только не ликвидирован, но и получил дальнейшее развитие. Попытки западных юристов придать цивилизованный облик нашей прокуратуре рассматриваются как «скрытые усилия некоторых зарубежных спецслужб, направленные на развал державы»3. Пора бы уже понять, что причины неудач следует искать внутри, а не вне нашей государственной системы 4. СУДЕБНЫЙ КОНТРОЛЬ И ПРОКУРОРСКИЙ НАДЗОР ПРИ РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ Прокурорский надзор за следствием возник почти одновременно с учреждением прокуратуры. Предшественники прокуроров в России — фискалы — ведали розыском в делах, где потерпевший не возбуждал уголовный иск. Таким образом, на них возлагалась государственная функция уголовного преследования. В дальнейшем эта функция была передана прокуратуре. Екатерина II возложила на прокуроров «надзор по суду и расправе».

Это понятие охватывало производство следствий и исполнение наказаний. Свод российских законов (первая половина XIX в.) требовал от прокуроров наблюдения за расследованием уголовных дел.

Устав уголовного судопроизводства 1864 г. подчинил прокурорам органы дознания (они расследовали до 2/3 уголовных дел), но ввел особые правила, регламентировавшие взаимоотношения прокуроров с судебными следователями, имевшими ста- 1 Заключение по докладу о заявке России на вступление в Совет Европы. Страсбург, 1995, января (перевод с английского.

2 Бойков А. Д. Третья власть в России. М.,- 1997, с. 204.

3 Бойков А., Скворцов К., Рябцев В. Указ, соч, с. 8.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 15 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.