WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 20 |

Эта традиция уверенно пробивала себе дорогу и в немецкой философии, особенно в послегегелевской философии религии. Известно, что Г.В.Ф. Гегель представлял религию как этап самосознания «Мирового Духа», предваряющий «абсолютное знание», то есть философию, нашедшую свое завершение в системе самого Гегеля. В то же время Гегель утверждал, что он является верующим лютеранином. «Поэтому самые ранние дискуссии в среде учеников и последователей Гегеля были посвящены прежде всего вопросу о том, означает ли, по Гегелю, что философия, которую он сам считал окончательной и абсолютной, преодолела религию, оставив ее тем самым позади, или гегельянец все-таки может быть приверженцем некоторой религии, не ставя в то же время под сомнение свою причастность к философии. Разделение гегельянцев на правых, левых и центр совершилось задолго до того, как речь зашла о политике; если правогегельянцы, представители преимущественно старшего поколения, видели в гегелевской философии, в этом якобы заключительном этапе философии, новый образ теологии, то молодые радикалы из рядов левогегельянцев становились критиками религии и атеистами»2.

Наиболее ярко это проявилось у Бруно Бауэра (1809 – 1882), Вебер М. Хозяйственная этика мировых религий // Избранное. Образ общества. М., 1994. С. 44.

Лобковиц Н. Предисловие // Классики мирового религиоведения:

Антология. М., 1996. Т.1. С.6.

Глава 1. Формирование религиоведческой парадигмы Людвига Фейербаха (1804 – 1872) и Фридриха Энгельса (– 1895), которые стояли на передовых позициях в изучении христианства и внесли существенный вклад в европейскую философию религии.

Голландия. Еще одной страной, где религиоведение сразу пустило глубокие корни, была Голландия. Здесь в Лейденском (1877) и Амстердамском (1878) университетах были основаны религиоведческие кафедры1, одну из которых занял Корнелис Петер Тиле (1830 – 1902), а другую – Пьер Даниель Шантепи де ла Соссе (1848 – 1920). Эти ученые получили теологическое образование и были пасторами Голландской реформатской церкви, однако они четко разграничивали теологию и религиоведение. Так, П.Д. Шантепи де ла Соссе считал, что «наука о религии и наука о христианской религии (то есть теология. – А.К.) идут своими собственными путями и преследуют свои собственные цели, хотя, конечно, они должны взаимно содействовать друг другу»2. В более пространной форме схожую мысль выразил К. Тиле. В своей работе «Основные принципы религиоведения» он писал: «Философия религии, понимаемая как наука о религии, не заменяет собой догматики, будь то церковная или индивидуальная, но стоит рядом с ней и охватывает более широкую сферу. Ее цель, в отличие от обеих форм догматики, состоит не в том, чтобы систематически описать истинную религию, показать путь спасения и оправдать это учение перед мышлением, но в том, чтобы изучить религию во всех ее формах, а затем понять ее сущность и выявить ее истоки в человеческой душе»3. Таким образом, Первая кафедра общего религиоведения (Allgemeine Religionswissenschaft) была открыта в 1873 г. на теологическом факультете Женевского университета (см.: Klassiker der Religionswissenschaft. Von Friedrich Schleiermacher bis Mircea Eliade. Mnchen, 1997. S. 7).

Lehrbuch der Religionsgeschichte. Erster Band. S.6.

Tiele C. Grundzge der Religionswissenschaft. Tbingen und Leipzig, 1904. S. 4.

А.Н. Красников голландские религиоведы придерживались одного из вариантов теории «двойственной истины». Согласно их взглядам, теология и наука о религии имеют частично совпадающие, но все же существенно различающиеся предметы исследования, разные цели и методы их достижения. Поэтому истины теологии и истины науки о религии могут не совпадать между собой, а иногда даже вступать в противоречие. Например, выводы, к которым пришел голландский исследователь Ветхого Завета Абрахам Кюэнен (1828 – 1891), вступали в явное противоречие с традиционной теологической трактовкой Священного Писания, но религиоведы, даже если они были одновременно теологами, предпочитали обращаться к работам А. Кюэнена.

Примеру Англии, Франции, Германии и Голландии последовали и другие страны. Несмотря на сопротивление теологических и консервативных научных кругов, интерес европейской общественности к религиоведению постоянно возрастал.

К концу ХIХ в. лекции по истории и философии религии читаются во многих университетах Европы. В целях более эффективного сотрудничества религиоведов начинают издаваться научные журналы, публикуются большими по тем временам тиражами монографии наиболее выдающихся ученых, созываются международные конгрессы и конференции. Менее чем за тридцать лет своего существования европейское религиоведение превращается в официально признанную науку, которая в дальнейшем переживала периоды подъемов и кризисов, совершала беспрецедентные прорывы в сферу непознанного и заходила в теоретические тупики, обогащалась за счет смежных отраслей знания и щедро делилась с ними своими идеями.

США. Одновременно с европейским религиоведением делало свои первые шаги религиоведение американское. В США достаточно рано получили развитие антропологические исследования религии, компаративистика, философия религии, но, пожалуй, наибольшей популярностью в Америке пользовалась Глава 1. Формирование религиоведческой парадигмы психология религии. «Если в Европе психология религии получила начальный импульс для своего развития, то в Соединенных Штатах она сформировалась как самостоятельная дисциплина. Дж. Стэнли Холл (1844 – 1924), который учился вместе с Вундтом в Лейпциге, основал психологическую лабораторию в Соединенных Штатах, где он впервые предпринял эмпирическое исследование в области психологии религии»1. Среди его учеников выделялись Джемс Леуба (1868 – 1946) и Эдвин Старбэк (1866 – 1947). Перу последнего принадлежит работа «Психология религии» (1899), в которой были сформулированы основные принципы новой дисциплины, определены ее предмет и метод исследования, поставлены первоочередные проблемы. Завершил становление психологии религии Уильям Джемс (1842 – 1910), опубликовавший Джиффордские лекции, прочитанные им в 1901 – 1902 гг. в Эдинбургском университете под названием «Многообразие религиозного опыта».

Попытки истолковать религию как личностное переживание, выявить ее психологические корни, проследить связи между психическими отклонениями и «религиозной гениальностью», душевными переломами юношеского возраста и религиозным обращением, алкогольным или наркотическим опьянением и мистическими переживаниями и т.п. вызвали возмущение у теологического сообщества. В свою очередь, подавляющее большинство американских психологов придерживалось не теологической, а научной ориентации, хотя и признавало ценность религии. Таким образом, конфликт между теологией и зарождающимся религиоведением прослеживался и в Соединенных Штатах.

Постоянные напоминания о том, что теология в ХIХ в.

весьма неприязненно относилась к науке о религии, а религиоведение формировалось путем критического размежевания с теологией, весьма актуальны в наше время. Современные теологи и религиозные деятели, вынужденные признать, что религиоведение, достигшее значительных успехов, превратиHeisig J. Psychology of Religion // The Encyclopedia of Religion. Vol.

12. P. 59.

А.Н. Красников лось в самостоятельную отрасль научного знания, стремятся затушевать изначальный конфликт. Более того, они стремятся показать, что наука о религии возникла на основе христианской теологии. «Не случайно религиоведение и философия религии, – пишет один из них, – возникли не где-то за пределами иудео-христианской культуры, это обстоятельство повлекло за собой то, что эти дисциплины с большей или меньшей отчетливостью восприняли христианскую перспективу (это проявляется даже у тех авторов, которые были атеистами)... Поэтому, в конце концов, приходится спросить себя: не является ли истинным сердцем религиоведения некая теология (почти неизбежно христианская)»1. Другой современный теолог, рассматривая проблему взаимоотношений христианства, теологии и религиоведения, утверждает, что «герменевтическое движение осуществляется не от религии к христианству, а от христианства к религии и от теологии к религиоведению»2.

Подобные утверждения не только игнорируют реальную историю взаимоотношений теологии и религиоведения, но и не учитывают того, что одним из главных мотивов сравнительного изучения религий стала неудовлетворенность господствующей в Европе религиозной традицией, перерастающая иногда в ее открытое неприятие. Религиоведение уходит своими корнями в эпоху Просвещения. «Критика традиций, присутствующая в Просвещении и определившая, в числе прочего, его сущность, включала критику религии, то есть в первую очередь критику христианских церквей. Это осуществлялось с помощью известных утверждений о священникахобманщиках и с позиций естественной для человека «врожденной религии». Более того, критика религии была существенным движущим моментом Просвещения»3.

Лобковиц Н. Предисловие // Классики мирового религиоведения:

Антология. М., 1996. Т. 1. С. 13 – 14.

Osborn R. From Theology to Religion // Modern Theology. 1992. Vol.

8. Pt. 1. P. 76.

Rudolf K. Ideologiekritik und Religionswissenschaft // Current Progress in the Methodology of the Science of Religion. Warsaw, 1984. P. 203.

Глава 1. Формирование религиоведческой парадигмы Рационалистическая критика христианской религии и теологии, получившая небывалое развитие в эпоху Просвещения и оказавшая огромное влияние на европейскую мысль последних двух веков, до сих пор прослеживается в академическом религиоведении, хотя в ХХ столетии взаимоотношения между теологией и религиоведением претерпели значительные изменения и стали не столь прозрачными и однозначными. В настоящий же момент важно подчеркнуть, что во второй половине ХIХ в. религиоведение, желая оформиться в самостоятельную отрасль научного знания, в главном противопоставляло себя традиционной христианской теологии.

Таким образом, философские основы, на которых строилось здание религиоведения, включали в себя пересмотр христианской трактовки религии как Божественного Откровения, толерантность к другим религиям, принцип историзма. Теоретические выводы гуманитарных наук и собранный учеными эмпирический материал также способствовали тому, что религиоведение изначально носило ярко выраженный рационалистический характер и ориентировалось не на теологические, а на научные идеалы того времени. Чтобы более убедительно обосновать это положение, целесообразно обратиться к анализу методологии раннего религиоведения.

Контрольные вопросы 1. Каковы основные предпосылки становления религиоведения 2. В чем суть теоретических разногласий между христианской теологией и религиоведением во второй половине XIX века 3. В чем состоят особенности становления религиоведческих исследований в различных европейских странах и США А.Н. Красников Методология религиоведения второй половины ХIХ – начала ХХ века Иногда религиоведение и теологию сближают на основании того, что они имеют частично совпадающие предметы исследования и оперируют одними и теми же данными. Действительно, религиоведы всегда уделяли большое внимание Священному Писанию и Священному Преданию, истории теологической и религиозно-философской мысли, экклезиологии, христианским обрядам и праздникам. В свою очередь, наиболее образованные и дальновидные теологи стремились осмыслить данные и теоретические выводы современной им науки и использовать их в своих целях. Ярчайшими примерами этого могут служить библейская археология, получившая небывалое развитие в ХIХ-ХХ вв., теория прамонотеизма Вильгельма Шмидта (1868 – 1954), опирающаяся на огромный массив этнологических и исторических данных, теологические по своей сути концепции Рудольфа Отто (1869 – 1937) и Фридриха Хейлера (1892 – 1967), насыщенные религиоведческим материалом.

Кроме того, в последние годы в религиозно-философской и теологической литературе прослеживается тенденция к расширительному истолкованию теологии. Так, канадский неотомист Б. Лонерган утверждает, что «теология представляет собой рефлексию по поводу религии. Она служит опосредующим звеном между религией и культурой. Ее функция состоит в том, чтобы прояснить значение и ценность религии в контексте любой из существующих культур»1. Подобные определения полностью стирают грань между теологией и религиоведением. Учитывая, что предметы религиоведения и теологии частично совпадают и что предмет теологии все чаще истолковывается предельно широко, фундаментальные различия между религиоведением и теологией, очевидно, следует искать в сфере методологии.

Lonergan B. Philosophy of God and Theology. London, 1973. P. 22.

Глава 1. Формирование религиоведческой парадигмы Разработкой методологических проблем науки о религии во второй половине ХIХ в. занимались многие ученые. Среди них в первую очередь следует упомянуть М. Мюллера. «До Макса Мюллера, – отмечает современный историк религиоведения Эрик Шарп, – область изучения религий была обширной и наполненной разнообразными данными, но фактически в ней царил хаос. После Макса Мюллера она предстала как нечто целостное и поддающееся освоению при помощи некоторых методов. Короче говоря, появилась возможность объяснять многочисленные данные научно»1. Именно М. Мюллер ввел понятие «наука о религии», сформулировал важнейшие методологические принципы этой науки и дал мощный импульс для ее дальнейшего развития.

Метод компаративистики. Главным во всех работах Мюллера была пропаганда сравнительного метода, который он использовал в науке о языке, науке о мифологии, науке о религии и науке о человеческом мышлении. Желая подчеркнуть важность сравнительного метода для науки, он писал:

«Нас спрашивают, в чем польза сравнения – Как в чем Ведь всякое высшее знание достигается путем сравнения и основывается на сравнении. Когда говорится, что характер научного исследования в нашу эпоху является преимущественно сравнительным, то это реально означает, что сейчас наши исследования основываются на большом массиве очевидных данных, на ясных выводах, которые могут быть получены человеческим умом»2.

Свою эффективность сравнительный метод особенно ярко продемонстрировал в области филологии, которая в ХIХ в.

благодаря усилиям Ф. Боппа, Вильгельма Гумбольдта (1767 – 1835), братьев Гримм и других ученых достигла небывалого расцвета и стала образцом для многих гуманитарных наук. Затем сравнительный метод стал применяться в мифологии, фольклористике, этнографии, антропологии, социологии, пси Sharpe E. Comparative Religion. A History. P. 46.

Introduction to the Science of Religion... P. 9 – 10.

Pages:     | 1 |   ...   | 3 | 4 || 6 | 7 |   ...   | 20 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.