WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 55 | 56 || 58 | 59 |   ...   | 60 |

В уголовном судопроизводстве опасности могут быть реальными (действительно существующими и наличными), например, заключение обвиняемого под стражу и помещение его в следственный изолятор; потенциальными (такими, которые могут наступить), например, возможное привлечение лица, в отношении которого имеются достаточные доказательства, в качестве обвиняемого; номинальными (мнимыми), когда лицо полагает, что ему угрожает опасность, хотя таковой на самом деле нет ( не верное понимание того, что является преступным деянием).

Опасности уголовного судопроизводства имеют пространственновременные параметры. Так, опасность может быть эпизодической, связанной с участием субъекта в одном процессуальном действии, например, допросе в качестве подозреваемого, либо постоянной, существующей на протяжении всего производства по делу, скажем, связанная с ограничением конституционного права обвиняемого на свободу передвижения в соответствии с подпиской о невыезде. В пространстве опасность может распространяться или только на производство по делу либо выходить за его пределы, что происходит, например, при выемке документов у юридического лица. Такое действие может привести к параличу его хозяйственной активности и порождает опасность убытков а также может поставить под угрозу само его существование.

По своему характеру опасность уголовного судопроизводства может выражаться в производстве процессуальных действий опасными способами, принятии опасных решений и опасном обращении.

В отношении участников уголовного судопроизводства опасность проявляется различно. Для обвиняемого процессуальные действия должны быть безопасны, также безопасно должно быть обращение с ним. Что касается решений, то для него некоторые из них могут и должны быть опасны (привлечение в качестве обвиняемого, избрание меры пресечения и т.п.). Процессуальные действия и отношение к потерпевшему должны быть тоже безопасны, а процессуальные решения не только безопасны, но и благоприятны. Критерий безопасности может применяться и к другим субъектам уголовного процесса.

В уголовном судопроизводстве имеет место конкуренция опасностей. Субъекты уголовного процесса нередко вынуждены выбирать между несколькими опасностями, из которых они склоняются к меньшей. Так, если субъект считает, что опасность со стороны лиц, ему угрожающих более серьезная, нежели опасность привлечения к уголовной ответственности за отказ от дачи показаний, то субъект от них откажется. Поэтому задачей и законодателя и правоприменителя является обеспечение надежной безопасности субъектов уголовного судопроизводства.

С субъективной стороны опасности уголовного судопроизводства могут быть осознанными или неосознанными. Если опасность участником уголовного судопроизводства не осознана, то правоприменитель обязан разъяснить ее суть и возможные последствия, а также применить меры безопасности.

Действующее законодательство позволяет построить иерархию опасностей в сфере уголовного судопроизводства. В соответствии с Конституцией Российской Федерации наиболее важным правом является право человека на жизнь (ст.20). Затем следует статья, гарантирующая достоинство личности (ст.21). Статья 22 содержит право на свободу и личную неприкосновенность. Статья 23 гарантирует неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

Далее Конституцией гарантируется неприкосновенность жилища, право свободного передвижение и т.п. Представляется, что при всей важности каждого из перечисленных прав все таки допустимо подходить к ним с позиции иерархичности. Очевидно, что без эффективной защиты права на жизнь, остальные права теряют свою актуальность. Утрата здоровья может снизить значение для лица права собственности. Поэтому уголовнопроцессуальное законодательство должно обеспечивать, прежде всего, безопасность наиболее высоко стоящих в шкале ценностей прав человека.

Однако если законом защищается право более низкого иерархического ранга, то это должно означать, что обеспечивается защита и всех вышерасположенных в иерархии прав. Исходя из сказанного, наибольшую степень имеет опасность, угрожающая жизни, далее должны следовать опасности, угрожающие здоровью, личным правам, собственности и т.п.

В УПК РФ статьи 9 (уважение чести и достоинства личности), (неприкосновенность личности), 11 (охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве) являются базовыми для института безопасности уголовного судопроизводства. Однако, на наш взгляд, за конодательная конструкция этого института не вполне удачна. Статьи, регулирующие порядок обеспечения безопасности участников уголовного процесса, рассредоточены в тексте кодекса и не представляют собой единого блока. В этом плане более удачна конструкция, принятая в УПК Украины, где порядок избрания и применения мер безопасности сформулированы в ст.521 – 525.

Принимая во внимание реальные опасности уголовного судопроизводства, полагаем, что уголовно-процессуальный закон должен содержать надежные и действенные меры обеспечения безопасности, как субъектов уголовного судопроизводства, так и лиц, его осуществляющих, а также устранить избыточную опасность самой уголовно-процессуальной процедуры, ограничив ее рамками оптимальности и общественной терпимости.

В этом смысле безопасность должна обеспечить физическую, психологическую, эмоциональную и имущественную неприкосновенность.

Целью исследования опасностей уголовного судопроизводства, способов и методов обеспечения его безопасности является разработка концепции безопасного уголовного судопроизводства. Теория уголовнопроцессуальной опасности, средства обеспечения безопасности лиц, принимающих участие и осуществляющих производство по уголовному делу, прогнозирование опасных процессов и состояний в уголовном судопроизводстве представляют собой элементы единой концепции безопасного уголовного судопроизводства.

Халиков А.Н., следователь по особо важным делам следственного отдела Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Приволжскому федеральному округу, старший советник юстиции, доцент кафедры криминалистики Института права Башгосуниверситета, кандидат юридических наук Вопросы правового регулирования оперативно-розыскной деятельности Социально-экономическое и политическое развитие Российской Федерации с начала ХХI века свидетельствует об упрочении государственности и правопорядка в стране вместе с развитием демократии и самоуправления в обществе. Дальнейшая реализация курса на достижение политических идеалов, экономического роста и повышения личного благосостояния граждан возможны при минимизации внешних и внутренних угроз, активном противодействии проявлениям преступности, совершенствовании работы всех государственных институтов, включая правоохранительные органы. В этом отношении, в числе других мер, большая роль в указанной деятельности по борьбе с преступностью отводится оперативно-розыскной деятельности (ОРД) и органам ее осуществляющим. Как указывается в заявленной Стратегии национальной безопасности Российской Федерации в сфере государственной и общественной безопасности, она исходит из необходимости постоянного совершенствования правоохранительных мер по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию актов терроризма, экстремизма, коррупции, деятельности транснациональных преступных организаций, связанных с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ и иных видов преступлений. Для достижения поставленных целей формируется долгосрочная концепция комплексного развития и совершенствования правоохранительных органов и спецслужб, укрепляются социальные гарантии их сотрудников, совершенствуется научно-техническая поддержка правоохранительной деятельности, принимаются на вооружение перспективные специальные средства и техника, развивается система профессиональной подготовки кадров в сфере обеспечения безопасности и правопорядка1.

Оперативно-розыскная деятельность направлена на предупреждение, выявление, пресечение и раскрытие преступлений, то есть действия в качестве первоначального звена в борьбе с преступностью. Отсюда опеСтратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года. Утверждена Указом Президента Российской Федерации от 12 мая 2009 г. № 537// Российская газета. 2009. 19 мая ративно-розыскная деятельность находит свое значение в служении уголовному судопроизводству с ее незаменимостью в этом отношении никакой другой деятельностью.

Широта сферы действия оперативной деятельности основана на теоретических исследованиях, включающих в себя вопросы права, специального технического оснащения, методов и тактики оперативной работы, особенностей получения информации и ее анализа. Как известно, с принятием первого Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» в г., работа оперативно-розыскных органов приобрела общеправовые черты и стала регулироваться по изложенным в законе правовым принципам и способам деятельности. С этого времени, а особенно после принятия второго, ныне действующего Федерального закона «Об оперативнорозыскной деятельности» от 12 августа 1995 г., деятельность оперативнорозыскных органов стала значительно усовершенствоваться как в теоретическом, так и в практическом плане. Были законодательно названы оперативно-розыскные мероприятия с основаниями и условиями их проведения и получением необходимых результатов для использования их в сфере уголовного судопроизводства. Началась медленная, но непрерывная интеграция отдельных действий оперативно-розыскного и уголовнопроцессуального характера, что стало оказывать значительное влияние на теорию доказывания в уголовном процессе.

В тоже время, прошедшие 15 лет со дня принятия действующего Закона РФ «Об ОРД» показали проблемы, связанные с правовым регулированием оперативно-розыскной деятельности, сказывающиеся как на теоретических исследованиях, так и в правоприменении.

Как известно, упоминание об оперативно-розыскной деятельности в УПК РФ имеется только в ст. 89, причем с позиций весьма расплывчатого запрета использования ее результатов в доказывании в случае, если они не отвечают требованиям данного Кодекса, что вызывает справедливую критику1. Такое же положение повторяется в ч. 2 ст. 11 ФЗ об ОРД, где определено, что результаты ОРД могут использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовнопроцессуального законодательства, регламентирующего собирание, проверку и оценку доказательств. Однако, если понимать буквально указанные нормы, то результаты ОРД, в принципе, невозможно использовать в Статкус В. Необходима процедура использования результатов оперативнорозыскной деятельности // Российская юстиция. 2003. № 4. С. 38–39; Зуев С.В. Привлечение оперативно-розыскной информации в уголовный процесс как вынужденная мера обеспечения правосудия // Следователь. 2003. № 4. С. 23.

доказывании, поскольку они не могут отвечать требованиям, предъявляемым Уголовно-процессуальным кодексом РФ к доказательствам, по причине того, что способы их получения не отвечают нормам процессуального закона1. То есть приведенные нами законодательные нормы подтверждают их ощутимую слабость в регулировании использования результатов ОРД в качестве доказательств при расследовании уголовного дела2.

Для урегулирования названного положения необходимо подробно определить (дифференцировать) все оперативно-розыскные мероприятия.

Следует понять их значение в качестве источников доказывания в уголовном судопроизводстве, критерии их оценки с позиций допустимости и достоверности, выработать правила, вследствие которых они могут быть использованы в процессе доказывания3. Подтверждением этого довода являются новации в уголовно-процессуальном и оперативно-розыскном законодательстве. В УПК им явилось включение в перечень следственных действий такого оперативно-розыскного мероприятия, как контроль и запись переговоров (ст. 186). В свою очередь, оперативно-розыскным органам закон предоставил возможность изымать любые предметы и документы в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства (ст. 15 ФЗ об ОРД в редакции Федерального закона от 26.12.2008 № 293-ФЗ), что практически соединяет порядок изъятия в уголовном процессе и в оперативно-розыскной деятельности, но уже без возбуждения уголовного дела. И хотя такой порядок изъятия документов и предметов без возбуждения уголовного дела проблематичен с точки зрения соблюдения права и интересов юридических лиц, однако это свидетельствует о тенденции интеграции уголовного процесса и оперативнорозыскной деятельности, несмотря на разное значение указанных сфер в процессе доказывания и сути доказательств. Соответственно изменению законодательства следует менять и технологию оперативной работы4.

Толмосов В.И. Проблемы допустимости доказательств на досудебных стадиях российского уголовного процесса: Дис. … канд. юрид. наук. Самара, 2002. С. 104.

Существует мнение, что в силу названных причин ст. 89 УПК РФ вообще неконституционна, поскольку соединяет несоединяемые понятия – уголовный процесс и оперативно-розыскную деятельность (Попов А.П. Условия оптимизации достижения цели доказывания. Результаты ОРД: резервы оптимизации // «Черные дыры» в Российском законодательстве. 2006. № 2. С. 300–302).

Поляков М.П., Рыжов Р. О модели правового института использования результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном процессе // Уголовное право. 2005.

№ 1. С. 88–90. В указанной статье авторы предлагают создать в УПК РФ специальный раздел, посвященный применению результатов ОРД при доказывании в уголовном процессе.

Тэсс Л.В. Борьба с преступностью и ее концепция в ХХI веке // Проблемы преступности: традиционные и нетрадиционные подходы. М., 2003. С. 38; Чечетин А. Закон В то же время следует с крайней осторожностью подходить к указанным объединяющим началам оперативно-розыскной деятельности и уголовного судопроизводства, несмотря на их положительную тенденцию. Оперативно-розыскная деятельность фактически не регулируется нормами по доказыванию и доказательствам, а направлена лишь на сбор информации в целях выявления, раскрытия и пресечения преступлений, то есть в своей основе, как уже говорилось, имеет разведывательную сущность. Как указывает В.И. Зажицкий, необходимо строго разграничивать оперативно-розыскную деятельность и деятельность органов юстиции (органов предварительного расследования, прокурора и суда), когда оперативно-розыскные органы должны играть вспомогательную служебную роль по отношению к органам расследования и суда1.

Сегодня приходится говорить о серьезных недостатках правового регулирования использования результатов ОРД в уголовном процессе.

Pages:     | 1 |   ...   | 55 | 56 || 58 | 59 |   ...   | 60 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.