WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 12 |

Окладные доходы состояли из прямых и косвенных налогов. Основным прямым налогом являлась «дань», органично вобравшая в себя подать, платимую древнерусским населением своим князьям, а также «ордынский выход» – дань, уплачиваемую ханам Золотой Орды. Последняя после свержения ордынского ига в 1480 году стала взиматься в свою пользу великими московскими князьями в уменьшенном размере. Оброк как разновидность прямого налога имел двоякое значение. С одной стороны, под ним понимался совокупный, общий налог, накладывавшийся на определенную административнотерриториальную единицу вместо различных иных налогов и пошлин. К примеру, в период проведения земской реформы в 1552 – 1556 годах под оброком понимали денежные платежи правительству со стороны местного населения, заменившие собой натуральную обязанность содержать местную администрацию («наместничъ корм»), а также разнообразные пошлины, взимаемые в свою пользу кормленщиками (судебные, свадебные). С другой, – это была плата за предоставление частным лицам права заниматься какими-либо промыслами, доходы от использования казенного имущества в хозяйственном обороте.

Дань и оброк в общей группе окладных налогов отличались строго фиксированным размером, в то время как сумма иных прямых налоговых изъятий могла варьировать из года в год, по усмотрению верховной власти. К числу последних можно отнести налоги, вызванные к жизни различными потребностями государства. Возникают они в основном в XVI веке. Это так называемые емчужные деньги, расходовавшиеся на закупку пороха, пищальные деньги, направляющиеся на приобретение огнестрельного оружия. К середине XVI века с учреждением стрелецкого войска они предназначаются для его содержания. Первоначально этот налог собирался в натуральной форме – рожью и овсом («стрелецкий корм»).

В силу резкого увеличения в XVII веке численности стрелецкого корпуса, а также в связи с тем, что зерновой сбор зачастую существенно сокращал потребление местного населения в нечерноземной полосе, стрелецкая подать в большей мере стала собираться деньгами. Во второй половине XVII века стрелецкие деньги стали одним из важнейших видов прямых налогов. Ямские деньги собирались для содержания почтовой службы, провоза послов, государственных чиновников. Первоначально это также была натуральная государственная повинность, состоявшая в обязанности крестьян и посадских людей доставлять подводы и людей для почтово-транспортного сообщения. Своими корнями она уходит еще в период господства татаро-монгольского ига, когда подводы необходимо было поставить ордынским чиновникам. Полоняничные деньги предназначались для выкупа у турок и татар пленников. До середины XVII века налог собирался нерегулярно, с 1649 года стал постоянным.

Перевод целого ряда натуральных государственных повинностей и сборов в денежную форму стал показателем развивающегося процесса становления товарно-денежных отношений в рамках феодального по своей природе хозяйственного организма страны.

Вышеперечисленные прямые налоги, за исключением полоняничных денег, в Московском государстве приходились непосредственно не на отдельных физических лиц, а на совокупность налогоплательщиков, объединявшихся в крестьянские волостные и посадские общины, а точнее – совокупность их хозяйств. Денежные и натуральные повинности, накладывавшиеся на общину, именовались тяглом. В зависимости от отношения к тяглу формируются «податные» и «неподатные» сословия.

Основанием для отнесения к неподатному, привилегированному сословию являлся факт государственной, военной или гражданской, службы, (хотя во второй половине XVII века мелкие служащие люди «по прибору» были включены в тягло), а также придворный, дворцовой. Между тем, даже в рамках податных сословий корпус налогоплательщиков не был постоянным.

Крестьяне или посадский человек мог избежать участия в уплате государственных налогов и отбывании повинностей, продав самого себя в холопы частному лицу, перейдя на новое место жительства в частнофеодальные городские («белые слободы») и сельские земельные владения. Владельцами «белых слобод», деревень и сел являлись представители аристократии, а также крупные монастыри.

С конца XV века государство в фискальных целях проводит политику, хотя и не всегда последовательно, ограничения иммунитетных привилегий светских и духовных феодалов.

В течении XVI века большинство «тарханных» грамот, освобождавших феодальные владения от государственных повинностей, было пересмотрено. Пиком подобной политики стало Соборное Уложение 1649 года, которое ликвидировало в городах «белые свободы», переведя их торговоремесленное население в разряд посадского, т.е. включив в тягло, а также запретившее духовным феодалам расширять свои земельные владения.

Главным предметом прямого налогообложения становятся средства, объекты хозяйственной деятельности – обрабатываемые крестьянские земли и посадские дворы с принадлежащими им торгами и промыслами. Источником сведений о налогоплательщиках служили «писцовые» книги, в которых описывались подробно городские и сельские поселения, тяглые дворы, их составляющие, торговопромышленные заведения, пахотные и непахотные земли, сельскохозяйственные угодья, находящиеся во владении или пользовании дворов, т.е. в писцовых книгах фиксировалась в основном подлежащая налогообложению недвижимость, а также население тяглых дворов. На основе данных писцовых книг устанавливалась общегосударственная податная единица – «большая соха», включавшая в себя определенную площадь пахотной земли в сельских селениях и определенное количество дворов в посадах.

Причем правительство старалось учесть налоговый потенциал плательщиков, проявляя немалую гибкость.

Величина «большой сохи» для сельской местности варьировалась в зависимости от качества земли и привилегированности землевладельцев. На «черных» государственных землях соха включала 500 четвертей «доброй» земли, монастырских – 700 четвертей, поместных, вотчинных и дворцовых – 800 четвертей. Подобная дифференциация проводилась потому, что владельческие крестьяне, помимо государственных повинностей, платили феодальную ренту землевладельцам. Особые льготы для поместных и вотчинных земель объяснялись тем, что их владельцы несли обязательную военную службу в пользу государства. Поэтому феодальная рента рассматривалась как своего рода государственное вознаграждение за счет части государственных доходов. Градация по качеству земли предполагала ее разделение на «добрую» и «худую». В «большой сохе» содержалось разное количество этих категорий земли. Причем качество земли зависело отнюдь не от плодородия почв, а от доходности пахотной земли.

В посадах в «большой сохе» число дворов определялось в зависимости от их имущественного положения, располагаемого капитала. В этой связи хозяева дворов делились на лучших, средних, молодых, исхудалых людей и бобылей. Их дворы объединялись в сохи в определенном соотношении: соха составляла 40 лучших дворов, 80 средних, 160 молодых, 320 исхудалых и 960 бобыльских. Но даже в указанном соотношении состав посадской сохи не был одинаковым в разных регионах страны. Оклад прямых налогов приходился на соху. Тяглые люди самостоятельно осуществляли «разруб» оклада по дворам. Сельская община раскладывала тягло между своими членами сообразно количеству рабочих рук в рамках двора и количеству обрабатываемой земли.

Важным недостатком посошной формы прямого налогообложения стало отсутствие оперативного учета изменений в количестве плательщиков и объектов обложения. Последние могли составлять постоянную налогооблагаемую базу только при наличии работников. Уход посадского человека, сокращение крестьянином запашки, полное забрасывание пашни, аренда нетяглой земли уменьшали налоговые поступления. Это и подтвердила происходившая в 1620-е годы перепись, предпринятая с целью обновить сведения, содержащиеся в писцовых книгах. Тогда вместо «большой сохи» все чаще стали использовать новую податную единицу – так называемую «живущую четверть», в состав которой включались как реально обрабатываемая пашня, так и подлежащие обложению посадские и крестьянские дворы.

Увеличение государственных расходов на содержание активно реформируемой армии, ведение продолжительных и дорогостоящих войн побудили московское правительство к введению более оптимальной податной единицы – крестьянского и посадского двора. Первая подворная перепись, отразившаяся в переписных книгах, была проведена в 1646 году. Однако окончательно подворное обложение было введено только в 1679–1680 годах. Переход к новой податной единице позволил достичь пика налоговой мобилизации в XVII веке, расширить состав налогоплательщиков за счет холопов, не несущих государственных повинностей.

Последние, являясь частной собственностью своих хозяев, нередко сажались ими на землю. Их труд на земле в отсутствии тяглого крестьянина, при сокращении им запашки приносил реальные доходы феодалам, но отнюдь не казне. Теперь они были включены в тягло наравне с крестьянами. Подворное налогообложение позволило перейти к налоговой эксплуатации не хозяйственных объектов и средств, а рабочих рук плательщиков.

Вместе с тем наметились определенные недостатки новой податной единицы. Четко не был установлен критерий выделения двора. Количество дворов было принято обозначать количеством ворот.

Уклонение от налогообложения, нередко поощряемое землевладельцами, шло по пути сгущения крестьянских дворов в рамках одних ворот, замедления крестьянских и посадских переделов.

В случае резкого увеличения государственных расходов, когда чувствовался недостаток обычных налоговых поступлений, на протяжении XVII века несколько раз прибегали к чрезвычайному налогообложению – взиманию пятой, десятой, пятнадцатой и двадцатой деньги. Плательщиками являлись торговые люди. Наиболее тяжелой являлась «пятина». При всей туманности определения объекта обложения («от животов и промыслов») специальные чиновники предпочитали облагать движимое имущество либо деньгами, либо пятой частью товаров. К чрезвычайным налогам относились и так называемые «запросные» деньги, в добровольно-принудительном порядке собиравшиеся с лиц, принадлежащим к привилегированным неподатным сословиям.

Наибольшие поступления в государственную казну давали все же косвенные налоги, главными из которых были торговые и кабацкие сборы. Среди торговых пошлин выделились таможенные и проезжие. Важнейшей из таможенных пошлин была «тамга», взимаемая со всех привозимых на торг и продававшихся товаров. Главной проезжей пошлиной являлось «мыто», которое взимали с провозимых товаров, прогоняемого скота, проезжавших людей. Распространено было и так называемое «побережное», собираемое, когда судно причаливало к берегу. В середине XVII века все многочисленные торговые пошлины были объединены в «рублевую» пошлину, которая представляла собой сбор в пять копеек с рубля цены продаваемых товаров. Стабильно высокие доходы давали «кабацкие» сборы. По сути, это был фискальный монопольный налог, поскольку производство и продажа алкогольной продукции объявлялись государственной монополией. В этом случае управлять государственными «кружечными» дворами приставлялись представители посадского населения и купечества – «верные головы» и «целовальники». В XVII веке при взимании «кабацких» сборов несколько раз прибегали к системе откупов.

Интересные опыты в области налогообложения московское правительство провело в 1646 году.

Это было время поиска наиболее оптимальной податной единицы прямого налогообложения, когда остро стояла проблема пополнения государственных доходов. Правительственные финансисты здраво рассудили, что психологически рядовому плательщику легче внести косвенный налог, представлявший собой надбавку к цене товара и облагавший потребление, чем прямой, облагавший труд и имущество. Тогда были отменены наиболее обременительные прямые налоги – стрелецкие и ямские деньги и заменены косвенной пошлиной на продаваемую соль. Выбор соли в качестве подакцизного товара был обусловлен постоянно высоким спросом, который предъявлялся на нее на внутреннем рынке. Ожидалось, что это принесет дополнительные доходы, которые покроют недоимки по прямому налогообложению. Однако оптимистические прогнозы не оправдались. Проявляя гибкость при оценке имущественного положения налогоплательщиков в случае установления податной единицы прямого налогообложения, инициаторы повышения пошлин на соль не проанализировали предварительно состояния платежеспособности населения. Увеличение пошлин в четыре раза далеко превышало тот критический уровень, при котором повышение налогообложения, пусть и косвенного, обеспечивает увеличение казенных доходов. Спрос на резко вздорожавшую соль резко упал, так что казна не получила ожидаемые поступления, оказавшись даже в убытке из-за отмены важнейших прямых налогов. Финансовые мероприятия вызвали и настоящий социальный взрыв – Соляной бунт 1648 года в Москве.

Дополнительный доход казне приносила монетная регалия, т.е. право чеканки монеты. Прибыль от этого возможно было получать манипулируя качеством монеты. Основным условием для этого была централизация денежного хозяйства. Первый шаг на пути к этому был сделан в период проведения денежной реформы правительством Елены Глинской. Причины ее объяснялись негативными последствиями децентрализации денежной системы в период феодальной раздробленности: нахождении в обращении одновременно с московскими и новгородскими монетами, составлявшими московский счетный рубль (100 новгородок и 200 московок, соотносящихся по весу как 1:2), монет иных центров феодальной чеканки, разнообразных по весу. Вытеснение московским иных счетных рублей породило соблазн подогнать под его весовую норму все обращающиеся монеты, прибегая к порче монеты путем срезания с нее части серебра.

В результате страну наводнила масса недоброкачественных монет.

Суть реформы сводилась к изъятию из обращения старой монеты и чеканки новой по стандартной весовой норме. Одновременно при сохранении номинала вес серебряных монет был несколько облегчен. Вместо 0,79 г. в прежней новгородке в приравненной к ней новой (копейке) содержалось 0,68 г. серебра; 0,в прежней московке – 0,34 г.; 0,19 – 0,2 г. в прежней колушке – 0,17 г. Увеличивался разрыв между рыночной стоимостью металла, затраченного на изготовление монеты и ее номиналом.

В дальнейшем весовое содержания драгоценного металла в монете все более сокращалось из-за дефицита наличных денег, вызванного отсутствием собственных источников добычи серебра, зависимостью от экспорта монетного сырья. Параллельно степень централизации денежного хозяйства все более увеличивалось. В конце XVI века сильно стеснено было право частного заказа на перечеканку в монеты серебра, а после Смуты оно и вовсе было ликвидировано. Государство окончательно стало монополистом в деле денежной чеканки, присвоив себе все доходы от использования монетной регалии.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |   ...   | 12 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.