WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |

Рассматривая специфику политического порядка в «наслаивающихся политиях», диссертант указывает, что здесь также складывается несколько центров, но ни одна из политий не является «большой».

Институционализация политического порядка в «наслаивающихся политиях» происходит путем пересечения нескольких социальных порядков, приобретающих политическое значение. Показано, что отсутствие «большой политии» отнюдь не означает социального хаоса, о чем свидетельствует опыт феодальной Европы. Отмечается, что грань между «вложенными» и «наслаивающимися» политиями весьма тонкая. На практике и в случае «наслаивающихся» политий могла существовать «политическая единица», претендующая на роль «большой политии», весь вопрос в том, насколько она была способна реализовать эти амбиции.

Далее обосновывается тезис, что и в современных политиях, несмотря на господство политической формы nation-state, в той или иной мере обнаруживаются отступления от универсалистского политического порядка. С одной стороны, многие, в первую очередь, незападные современные политии, соответствуя по форме nation-state, не обладают достаточной «состоятельностью» (stateness). Они не способны генерировать универсалистские коллективные смыслы и модели поведения и фактически оказываются значительно ближе к «вложенным политиям».

С другой стороны, даже применительно к западным nation-states об универсализме следует говорить лишь как о тенденции, векторе (что, впрочем, ни в коей мере не умаляет специфики политий этого типа), так как в реальности здесь всегда присутствуют не интегрированные в социетальное общество социальные группы, воспроизводящие партикуляристские политические практики. Отмечается, что в настоящее время универсалистский вектор значительно ослабевает.

Какой именно социальный порядок приобретает качество политического, в значительной мере определяется в результате коллективного осмысления социальной реальности. Этому вопросу посвящен второй параграф «Культурное измерение политического порядка: картины мира и политическая идентичность».

Диссертант исходит из понимания культуры как совокупности коллективных представлений и смыслов, разделяемых членами социальной группы (К. Гирц). Подчеркивается, что институционализация любого социального порядка предполагает коллективное осмысление, придание некого значения социальным взаимодействиям. Обосновывается концептуальная связь между коллективными представлениями и идентичностью. Отмечается, что с политико-социологической точки зрения, идентичность не следует редуцировать к психологическому ощущению принадлежности индивида к социальной группе, поскольку подобное ощущение - результат того, что индивид интернализирует коллективные представления о социальной реальности (Р. Брубейкер, Л.

Гринфельд, Д. Иствуд). Рассматриваются такие аспекты социального конструирования идентичностей как коллективные различения, категоризации, определение «мы», «они» и «границ».

Переходя к вопросу о политической идентичности, диссертант руководствуется той же логикой, в которой рассматривалась институционализация политического порядка. Он считает возможным утверждать, что одновременно с коллективным осмыслением социальных взаимодействий микроуровня происходит социальное конструирование представлений о социальной реальности «в целом», для которых предлагается использовать концепты «символический универсум» (П.

Бергер и Т. Лукман) или «картина мира» (К. Гирц). Картина мира включают в себя образ некой группы как той самой социальной группы макроуровня, которая задает своего рода «систему координат», в рамках которой мир приобретает относительную целостность и «понятность», то есть идентификация с этой группой, «упорядочивая», «связывая» различные идентичности более или менее непротиворечивым образом, приобретает политическое значение. Таким образом, картина мира является фундаментом формирования политических идентичностей и легитимирует существующий политический порядок.

Диссертант разделяет мнение Ш. Эйзенштадта, согласно которому для того, чтобы идентичность приобрела политическое значение, она должна базироваться на особых «темах» - таких, которые укоренены в фундаментальных онтологических или космологических представлениях.

К такого рода «темам» относятся, в первую очередь, примордиальность, сакральность, гражданственность. Опираясь на это утверждение, в параграфе рассматриваются различные варианты картин мира и соответствующих им политических идентичностей. Показано, что в досовременных обществах в коллективных представлениях о социальной реальности на первый план выходили примордиальность и сакральность. В целом, досовременные картины мира так или иначе легитимировали политический порядок, свойственный «вложенным» и «наслаивающимся» политиям. Для картины мира эпохи Модерна «система координат» задана представлением о том, что мир разделен на территориальные сообщества, соответствующие, как правило, национальным государствам.

Соответственно политическое значение приобретает национальная идентичность. В этом смысле национализм можно рассматривать как тип картины мира эпохи Модерна. Вместе с тем, содержательно коллективное определение нации в каждом отдельном случае уникально, что порождает разнообразие национализмов.

Отмечается, что картина мира не является абсолютной и «застывшей» гармонией. Напротив, любые коллективные представления по-разному интерпретируются членами социальной группы, и это особенно важно в отношении гетерогенных социальных групп макроуровня. Кроме того, любая картина мира легитимирует соответствующие категоризации, классифицирующие основания, а значит – вытекающие из них неравенства и социальные иерархии, и это неизбежно продуцирует борьбу по поводу того, какие классифицирующие основания имеют значение.

В третьем параграфе «Политический порядок в континууме социальных порядков» сделана попытка определить специфические черты политических порядков в сравнении с «ординарными» (неполитическими) социальными порядками.

Опираясь на веберовскую теорию легитимного порядка, в параграфе выделяются и анализируются следующие разновидности социальных порядков: 1) социальные порядки, основанные на том, что следование правилам является выгодным для взаимодействующих акторов («обусловленность интересами»); 2) социальные порядки, основанные на добровольном следовании обычаям; 3) социальные порядки, легитимность которых гарантируется только внутренне (в результате интернализации членами социальной группы правил поведения); 4) социальные порядки, легитимность которых гарантируется только внешним образом (принуждение); 5) социальные порядки, основанные на сочетании внутренних и внешних гарантий легитимности. Рассматривается соотношение легитимности и легитимации, социальных правил и норм.

Подчеркивается, что данная типология основывается на индивидуальных мотивациях членов социальной группы, и доказывается необходимость концептуального различения между коллективными смыслами и индивидуальными мотивациями. Институционализация порядка в любой социальной группе предполагает, что институциональные практики коллективно (в рамках этой группы) осмысливаются, а индивидуальные мотивации указывают на то, почему члены группы воспроизводят данные коллективные смыслы. Те или иные смыслы могут воспроизводиться вследствие инструментальных мотиваций или неинструментально - вследствие интернализации соответствующих ценностей, правил и норм.

Диссертант полагает, что на основании индивидуальных мотиваций можно выделить несколько идеал-типических разновидностей социальных групп. Сообщества определяются как социальные группы, взаимодействия в которых основываются на интернализации членами группы правил и норм, коллективно осмысленных «в рамках данной группы». Ассоциации – напротив, социальные группы, взаимодействия в которых основываются на совпадении инструментальных интересов. Особенность организованной социальной группы в том, что в ней производится принуждение к порядку (М. Вебер), то есть а) осуществляется контроль над поведением членов группы и б) налагаются санкции по отношению к тем, кто нарушает социальные нормы. Принуждение может осуществлять как социальная группа в целом (самоорганизованная социальная группа), так и созданные в группе специальные органы власти (организованная социальная группа со специальными органами власти). Подчеркивается, что указанные разновидности практически не встречаются в «чистом виде», поскольку отдельные члены социальных групп, воспроизводя институциональные практики, руководствуются различными мотивациями.

Переходя к вопросу о специфике политического порядка, диссертант утверждает, что фундаментальной особенностью политического порядка является сочетание внутренних и внешних гарантий легитимности, поэтому политии представляют собой организованные политические сообщества. Данный вывод обосновывается, в первую очередь, гетерогенностью социальных групп макроуровня, в рамках которых происходит институционализация политического порядка. В условиях неизбежных для такого рода групп конфликтов политический порядок не может институционализироваться исключительно на основе совпадения инструментальных интересов. В то же время чрезвычайно важную роль в институционализации политического порядка играет политическая идентичность, благодаря чему происходит интернализация коллективных представлений о мире «в целом» (картины мира), правил и норм. Вместе с тем, вследствие гетерогенности и конфликтности легитимность политического порядка требует и внешних гарантий, принуждения и создания организации.

В четвертом параграфе «”Содержание” политических взаимодействий» выделяются четыре «содержательных кластера» политических взаимодействий, которые, в принципе, обнаруживаются во всех политиях (за исключением тех, которые основаны на самоорганизации). Рассматриваются предложенные М. Вебером дистинкции между политическим действием, политически ориентированным действием, действием, регулируемым политической организацией, а также концепция трех уровней коллективных действий (операциональный, принятия решений и конституционный) Э. Остром.

Основываясь на этих концепциях, диссертант проводит концептуальное разграничение между политическими и неполитическими взаимодействиями. В качестве политических рассматриваются, во-первых, действия, предпринимаемые органами публичной власти в процессе разработки, принятия и реализация решений; во-вторых, воздействие членов политического сообщества на органы власти, а также борьба за контроль над органами публичной власти; в-третьих, взаимодействие между членами политического сообщества при обсуждении проблем, имеющих публичное значение; в-четвертых, воспроизводство и трансформация политического порядка в целом.

Формулируется развернутое определение политического порядка как особой разновидности социального порядка, институционализация которого происходит в рамках гетерогенной социальной группы макроуровня, и который позволяет так или иначе связать социальные порядки, складывающиеся в отдельных социальных группах микроуровня за счет того, что на макроуровне возникает властный центр или несколько центров, которые генерируют общие модели поведения и культурные смыслы. Подчеркивается, что концепт политического порядка является «смысловым ядром» системы категорий, обозначающих ключевые свойства политического как особой области социальной реальности.

Именно та «политическая единица», где происходит институционализация политического порядка, определяется как полития. Утверждается, что в институциональных политических практиках воспроизводится одновременно присущие политическому порядку относительное согласие и конфликтность. Фундаментальным источником конфликта является наличие властного центра, так как вследствие «центричности» политический порядок всегда является иерархическим, причем диспозиция иерархий задается конфигурацией центров. Политические взаимодействия, таким образом, характеризуются асимметричностью (неконгруэнтностью), и дистрибуция ресурсов в рамках политии осуществляется в соответствии со сложившейся иерархией. Поскольку конфигурация центров и диспозиция иерархий легитимируются соответствующими коллективными представлениями о социальной реальности, борьба за «центричность» - это, в первую очередь, столкновение различных представлений о том, «как устроен мир», какие категоризации, иерархии и идентичности должны иметь политическое значение.

Связывая социальные порядки, которые институционализируются в отдельных социальных группах микроуровня, политический порядок, вместе с тем, воспроизводится в разнообразных (множественных) институциональных политических практиках. Следовательно, разработка теоретической модели политического порядка требует ответа на вопрос, каким образом связываются различные институциональные политические практики. Решению этого вопроса посвящена третья глава «Множественность институциональных политических практик», состоящая из четырех параграфов. Диссертант исходит из того, что вопрос должен рассматриваться в двух измерениях, поскольку множественность институциональных политических практик имеет два главных источника:

дифференциация институциональных политических практик и фрагментация политического порядка.

В первом параграфе «Множественность политических практик как следствие структурной дифференциации» анализируется дифференциация политических практик, обосновывается понятие «арена взаимодействия».

В параграфе рассматриваются различные подходы к объяснению феномена структурной дифференциации, понимаемой как разъединение ранее слитых видов деятельности. Отмечается, что, с точки зрения социально-конструктивистского подхода структурная дифференциация – не некий «объективный» процесс развертывания заложенной в природе общества потенции к усложнению, как полагают сторонники структуралистского эволюционизма, а результат социальных интеракций, в ходе которых конструируется, воспроизводится и трансформируется социальная реальность. В такой трактовке процесс дифференциации оказывается следствием перманентной борьбы за коллективное осмысление и переосмысление социальной реальности, в ходе которой производятся новые и элиминируются прежние различения между разными видами деятельности.

Диссертант обосновывает тезис, что дифференциация институциональных политических практик происходит через дифференциацию арен взаимодействия. Опираясь на концепцию Э.

Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.