WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

В первом параграфе – «Формирование основ культа Петра I в первой четверти XVIII в.: роль целенаправленной государственной политики» - обращается внимание на особую роль государства в создании и внедрении в сознание русского общества культа Петра I еще при жизни царя. Формирование культа Петра I в массовом историческом сознании составляло одно из направлений государственной политики петровского времени. Важнейшую роль в этом играли государственные структуры. Выразилось это в организации празднования в Петербурге победы России в Северной войне, проходившего 20-22 октября 1721 г., в преподнесении Сенатом Петру новых титулов императора, Петра Великого и Отца Отечества. Обоснование особой роли императора в победе над Швецией, его великих заслуг перед отечеством прозвучало в речи канцлера Г.И.Головкина на заседании Сената 22 октября, с указанием при этом на то, что подданные «недостойны такого Великого отца». Огромную роль в складывании и развитии апологетической мифологизации Петра I в XVIII в. играли видные деятели русской культуры церковного и светского направления. Основы такой мифологизации закладывал Ф.Прокопович, который умело совмещал аргументацию, характерную для церковного мировоззрения и восходившую в своих основах к средневековью с рационалистической аргументацией эпохи Просвещения, основанной на доказательности. Он настойчиво, начиная с проповеди, произнесенной в г. в Троицком соборе, проводил мысль о том, что исключительно Петру Россия обязана всеми своими победами и успехами. Другой современник Петра I, П.П.Шафиров, совмещал рационалистические моменты в объяснении исторических событий с наделением царя исключительными качествами, которые проявлялись им продолжении всего времени своего царствования и способствовали достижению им выдающихся успехов на благо России, и прежде всего победы в Северной войне. Им были заложены основы просветительско го по своему характеру мифа о Петре I, в соответствии с которым выдающаяся, сильная историческая личность способна преобразовать по своей воле и благодаря своему разуму и своей энергии страну и вывести ее на европейский путь. Проводя мысль о том, что сила разума и воли Петра, его личные качества были важнейшей причиной всех успехов России, он исключал признание значения какого бы то ни было вмешательства свыше.

Во втором параграфе – «Мифологические основы апологетики Петра I в русской общественной мысли и в русском искусстве XVIII в.» - рассматриваются характерные черты культа Петра I, мифологизированного в русском общественном сознании и выраженные средствами публицистики, литературы и искусства. Развитие мифологической апологетики Петра I после смерти императора вплоть до конца XVIII в. в общественной мысли имело место в речах-проповедях Ф.Прокоповича, в жанрах публицистики, поэзии и в исторических трудах В.Н.Татищева, М.В.Ломоносова, А.П.Сумарокова, И.И.Голикова. Для Прокоповича апология Петра после его смерти являлась продолжением его деятельности по формированию культа царя, который он развернул при его жизни. Особенно ярко это проявилось в «Слове на погребении Петра Великого», в котором император сравнивался одновременно с Самсоном, Иафетом, Моисеем, Соломоном, Давидом и Константином. Рационалистические черты в образе Петра наиболее ярко проявлялись в аргументации Татищева. Вместе с тем, помимо рационалистических взглядов на исторический процесс, прослеживались иные взгляды, согласно которым он был предопределен не имманентной необходимостью, но волей таких личностей, как Петр I. В записке «Краткое изъятие из великих дел Петра Великого, императора всероссийского», написанной после смерти монарха, утверждалось, что он достиг таких успехов, каких не удавалось достичь «всем, прежде бывшим именованным как монархиям, так и республикам». По существу, в этом пункте Татищев впервые проводил мысль о том, что по результатам своей деятельности Петр I не знал себе равных в истории. В дальнейшем эта мысль будет еще не раз высказана им и получит широкое распространение среди всех панегиристов императора. Рационализм мышления Татищева не стал препятствием мифологизации царя с его стороны. Выражался он в том, что Татищев слишком резко противопоставлял допетровскую России времени Петра I, преувеличивал степень развития просвещения в стране благодаря петровским реформам и вообще делал вывод, что просвещение способно искоренить в России бунты. Историчность мышления в наибольшей степени проявилось в отношении к монарху со стороны Ломоносова. В его поэзии, публицистике и в художественном творчестве апологетика и мифологизация царя сочетается с глубоким выражением исторической реальности и с наличием определенной концепции истории России, в рамках которой эпоха Петра представлялась его кульминацией. Вместе с тем ученый Ломоносов был не чужд преданию Петру в своих произведениях некоторых сверхъестественных качеств. Так, в «героической поэме» «Петр Великий», воспевая Ладожский обводной канал, начавший создаваться при Петре, Ломоносов утверждал, что Петр способен был исправить те недостатки мироустройства, которые были заложены самой природой. Особенно заметно осмысление царя как личности, наделенной сверхъестественными качествами, в колоссальном историческом труде Голикова. Обращает на себя внимание в нем полемика с зарубежными, и особенно с русскими критиками Петра I, в ходе которой утверждался взгляд на царя как на личность, наделенную сверхчеловеческими качествами при демонизации образа изменившего ему гетмана Мазепы. Ярким выражением мифологической апологетики Петра I явились произведения живописи и монументального искусства. Особенно сложно переданы величие и исключительность личности царя в картине И.Никитина. Несравненно более открыто и с расчетом обеспечения прямого воздействия на массовое историческое сознание зрителей были созданы портреты Петра К.Б.Растрелли и Э.М.Фальконе средствами монументального искусства. В этих произведениях Петр предстает могущественным монархом и победителем, достигшим на благо России всех своих целей и преодолевшим все препятствия и трудности.

Постановка монумента Фальконе при Екатерине II и Растрелли при Павле I была не случайной и отражала особенности общественно-политической и культурно-исторической ситуации своего времени.

Третий параграф – «Критическое восприятие Петра I в конце XVIII – первой половине XIX вв.» - содержит анализ критического восприятия Петра I в русском общественном сознании и в отражавшей его публицистике и его мифологических оснований. Критическое отношение к Петру I стало проявляться в русской публицистике со времени императрицы Елизаветы Петровны. Выразителями его выступали во второй половине XVIII – начале XIX вв.

выдающиеся историки, писатели и публицисты князь М.М.Щербатов и Н.М.Карамзин. Свою критику политики и даже отдельных сторон личной жизни царя они отделяли от отношения к его личности, подчеркивая свое почтительное отношение к ней. В отношении же к политике Петра, а у князя Щербатова к его семейной жизни, они проявляли резкость, доходившую до намерения его «охулить» у Щербатова и до обвинений его Карамзиным.

Важнейшим направлением их критики по адресу императора стало то обстоятельство, что его реформы, признававшиеся ими отчасти необходимыми для страны, будто бы несли в себе нравственное повреждение общества и разрыв с культурно-историческими традициями, складывавшимися в России в течение длительного времени. Оба мыслителя признавали при этом необратимость происшедших в годы царствования Петра I перемен. Мифологема, лежавшая в основе этой критики, состояла в том, что за Петром признавалась способность по своей воле повернуть вспять ход истории страны в целом и характер ее культуры. При этом, однако, недооценивались объективные предпосылки этих преобразований, сложившиеся в русском обществе XVII в.

и связанные с усилением интереса к западноевропейскому миру и к разным сторонам западной культуры, что являлось составной частью критической мифологемы о Петре.

Глава 4 – «Начало деконструкции мифологического образа Петра I».

В ней рассматриваются противоречивые по своей сущности интеллектуальные процессы, связанные с началом деконструкции мифологического образа Петра I, и, с другой стороны, дальнейшее развитие мифологического образа этого императора. Глава состоит из трех параграфов.

В первом параграфе – «Образ мифа о Петре в сознании и поэтическом творчестве А.С.Пушкина» - анализируется сложное и неоднозначное отношение к Петру со стороны А.С.Пушкина, выраженное в его поэзии, прозе и в историческом труде «История Петра I». Огромный интерес А.С.Пушкина к Петру I сочетался с тем, что он не принимал сложившейся в русском сознании и выражавшейся в отечественной культуре мифологической апологетики царя. Свое несогласие с ней великий поэт подавал через историческую критику, нетрадиционную по своей форме. Содержалась она, во-первых, в произведениях поэзии и прозы, и, во-вторых, не в виде прямой критики, но в виде воспроизведения критикуемого объекта, причем смысл этого воспроизведения был явно недоступен на поверхностный взгляд. Апологетический миф о Петре был воспроизведен Пушкиным в сцене участия царя в Полтавском сражении в поэме «Полтава». Поэма Пушкина несравненно сложнее, чем мозаика Ломоносова. Определяется это тем, что в мозаике ученого и художника нет второго плана. Оно целиком и полностью посвящено Полтавской битве.

В произведении же великого поэта второй план присутствует, выражая иной, помимо явного и открытого, скрытый смысл произведения. На втором плане в той части поэмы «Полтава», которая посвящена непосредственно сражению и участия в нем Петра, выражается отношение к образу царя в русской общественно-исторической мысли. Выражено оно столь же сложным путем. Поэтический текст не содержит даже намека на то, что Пушкин стремился дать свое отношение к тому образному восприятию Петра, которое сложилось в России среди его апологетов. Способ выражения, избранный поэтом, не только более сложный, но и художественно более убедительный. Он основан на прямом воспроизведении апологетики Петра, уходившей своими корнями в предыдущее столетие. И в этом воспроизведении заметна перекличка не только с мозаичным полотном Ломоносова, но и с изложением участия Петра в Полтавской битве, содержащимся у И.И.Голикова, и даже у апологетов Петра более раннего времени, П.П.Шафирова и Ф.Прокоповича. Однако такой метод воздействия убедительнее прямой критики настолько, насколько убедительнее выглядит критика, основанная на воспроизводстве в условиях новой культурно-исторической ситуации старых форм и методов исторического мышления с тонким налетом их стилизации и даже пародирования.

Миф о сверхъестественных возможностях и всесилии Петра и петровского государства был выражен в «Медном всаднике», философская основа мифологизации Петра – через понимание «арапом Петра Великого» Ибрагимом России при Петре в виде огромной мастерской, где каждый знает свое место в общем деле работы на благо и величие государства. Такой метод был действенным в связи с тем, что в условиях новой культурно-исторической ситуации эпохи романтизма прямое выражение в текстах мифологем о Петре, сложившихся в прошедшем веке, представляло собой анахронизм. Но он служил знаком того, что за этими словами имеется не только прямой, но и иной, скрытый смысл, доступный для посвященных. В этом заключалась убедительность критики Пушкиным мифологем о Петре, сложившихся в России XVIII в. Впервые в русской общественной мысли и отечественной культуре Пушкин выразил образ не только Петра, но и мифа о Петре прошлого времени.

Во втором параграфе – «А.С.Пушкин о личности и характере деятельности Петра I: разрушение мифологизированного образа царя» - речь идет о формировании А.С.Пушкиным собственных воззрений на Петра I, принципиально отличающихся от характерных для общественно-исторической мысли XVIII в. взглядов, основанных на мифологизации императора. Основы нового понимания личности Петра I и значения его деятельности, свободное от апологетики и мифологизации, высказывались А.С.Пушкиным в «Медном всаднике» и получили развитие в «Истории Петра I». Великий поэт в полной мере признавал большое историческое значение деятельности Петра и заслуги его в деле укрепления государства и преобразования русского общества.

Но, в отличие от мифологизированного образа царя в русском общественном сознании XVIII в., созданный Пушкиным образ Петра I не содержал ни малейшего налета мифологизации. Напротив, само по себе упоминание о столице, подымавшейся «из болота по манию самодержавия», предполагало опору на историческую достоверность. Во-первых, строительство Петербурга и в самом деле осуществлялось по воле Петра. Во-вторых, сам ход строительства не заключал в себе ничего сверхъестественного. Успешное строительство столицы на болотах предполагало будничный, повседневный труд множества людей, благодаря которому могла воплотиться в действительность воля самодержавия. О возводивших столицу людях Пушкин прямо не писал. Но следы их созидательной деятельности он отметил совершенно точно. Это – достроенные и недостроенные плотины, каналы, мосты. Но указание на следы строительной деятельности народа в сочетании с упоминанием о мании самодержавия предполагало еще одну точную и очень существенную историческую деталь, которой и в помине нет у Ломоносова. Это – косвенное указание на несвободный характер труда людей, строивших Петербург, со всеми его набережными, каналами, мостами и плотинами. В этом образе царь представал носителем самодержавной и неограниченной власти, посредством которой он обеспечивал исторический подъем России. Однако при этом, проводя необходимые для развития страны преобразования, царь, как подчеркивал Пушкин, не думал считаться со своими подданными из разных слоев русского общества, с традициями, утвердившимися в сознании и культуре населения. По сравнению с его неограниченной властью и понимаемыми им по-своему интересами державы человек со своими качествами, чувствами и переживаниями не имел для царя, как не раз указывал Пушкин, сколько-нибудь существенного значения. Созданный Пушкиным образ Петра I был лишен мифологической основы и в то же время внутренне глубоко противоречив. Но противоречивость пушкинского Петра была, вне всякого сомнения, ближе к исторически реальному царю и его деятельности, чем мифологизация предшествовавшего времени.

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.