WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

Отдельное место среди источников занимают мемуарная литература и художественные произведения39. Этот блок источников важен для понимания лагерной культуры, особого отношения к труду и к жизни, социальной организации лиц как лиц, лишенных свободы, так и лагерного персонала. При соблюдении определенных условий (критический подход, сравнительный анализ) эти источники помогают раскрыть многие стороны гулаговской истории.

ГУЛАГ (Главное управление лагерей). 1917-1960/Сост. А.И. Кокурин, Н.В. Петров; науч. ред. В.Н. Шостаковский. – М., 2000; История сталинского Гулага. Конец 1920-х - первая половина 1950-х годов. Собрание документов в 7 томах. – М., 2004-2005; Экономика ГУЛАГа и ее роль в развитии страны в 1930-е годы: Сборник документов. – М., 1998.

Фонд Р-5446 – Совет Народных Комиссаров//Совет Министров СССР; фонд Р-9414 – Главное управление мест заключения (ГУМЗ//ГУЛАГ) НКВД-МВД СССР; фонд Р-9492 – Министерство юстиции СССР; фонд Р-9401 – Секретариат НКВД-МВД СССР; фонд Р-9479 – Отдел спецпоселений НКВД-МВД СССР; фонд Р-8131 – Прокуратура СССР; см. также: История сталинского Гулага. Т.7.

Афанасьев В.А. Вятлаг: записки политработника. – Рукопись; Гонцов М.Т. Бунт в Вятлаге//К трудовой жизни (п.

Лесной). 1993. 1 октября; Груздев П. (архимандрит Павел). Родные мои… – Ярославль, 2004; Коновалов И.В. В честь 20-летия поселка (Лесного)//Призыв (газета Вятского ИТЛ). 1959. 16 апреля; Кононов А.И. Воспоминания о Вятлаге. Рукопись; Кремер П.Б. Дело по обвинению врача//Петля-2: Воспоминания, очерки, документы. – Волгоград, 1994; Лещенко П.Ф. Вятлаг в моей жизни. – Рукопись; Мазус И.А. Бунт в Вятлаге//Советская молодежь (Рига). 1991. 28 февраля; Его же. История одного подполья. - М., 1998; Окуневская Т.К. Татьянин день. - М., 2001;

Панин Д. Лубянка-Экибастуз: Лагерные записки. - М., 1990.//Звезда. 1991. № 1; Перельмутер Б.Л. Глазами очевидца (Заметки бывшего политузника Вятлага). – Рукопись; Рацевич С.В. Глазами журналиста и актера (Из виденного и пережитого). Том второй, часть первая: 58 статья. – Нарва (Эстония), 2005; Рылов А. Закрытая зона (Записки редактора)//Трудовой вымпел (Киров). 1991. №№ 13-17; Семпер-Соколова Н.Е. Портреты и пейзажи: Частные воспоминания о ХХ веке. - М., 2007; Соколов П.П. Ухабы. Ч.VI. «Республика «Вятлаг»». – Красноярск, 2009;

Страдиньш А. Лагерный дневник (Вятлаг, 1941-1943). - Киров, 2004; Фалько П. Семья Фалько//Родники (г. Мытищи). 2006. 24 января; Цалова Н. За что нас заставляли унижаться//Прикамская новь (г. Кирс). 2003. 30 октября;

Эзериня Б. Воспоминания//Памятный календарь-2000. – Резекне (Латвия), 1999. С.195-208; Эйснер И.А. Из воспоминаний//Вольтер Г.А. Зона полного покоя: Российские немцы в годы войны и после нее. – М., 1998. С.37-38, 5051, 88, 104-106, 109-110, 113, 125-127, 149-151, 159, 343, 396, 400, 404-405, 411; Этингер Я.Я. Это невозможно забыть: Воспоминания. - М., 2001; Юркевич Ю.Л. Минувшее проходит предо мною. - М., 2000; Гольман Д. Разорванные путы: фрагменты романа//Книга для чтения. - Алма-Ата, 1988; Давыдов Ю.В. Бестселлер: Роман, книги 1-3. – М., 1998-2000; Его же. Синие тюльпаны: Повесть о бывшем зэке и тайном сыске//Дружба народов. 1990.

№ 12. С.3-88; Мазус И.А. Где ты был (Короткий роман в рассказах и записях разных лет). - М., 1992; Ожегин П.Т. Судьба генерала//Прикамская новь (г. Кирс). 1990. 1 ноября.

Методологическая основа исследования.

При исследовании лагерно-производственной деятельности 1930-х – 1950-х гг. использовались подходы, разработанные в отечественной и зарубежной историографии последних десятилетий. Стоит отметить, что в основе авторского понимания сложных экономических и социальных процессов, шедших в советском обществе сталинской эпохи, лежит теория модернизации, то есть процесс перехода от традиционного социума к индустриальному. В Советском Союзе того времени именно государство стало организатором модернизации, вследствие чего в структуре новой общественной модели произошел частичный, но весьма существенный возврат к ряду регрессивных элементов (несвободный труд во многих сферах жизни, тотальный контроль над личностью и так далее). В итоге такие регрессивные элементы должны либо отмереть, либо привести к системному кризису40. К сожалению, на долю СССР выпал именно второй вариант. В современной отечественной историографии изучение проблем модернизации российского общества прошлых эпох тесно связано с именем Б.Н. Миронова41. Интересные подходы (применительно к настоящему исследованию) содержатся в трактовке теории модернизации, предложенной В.П. Дмитренко, который попытался снять противоречия «классического» варианта модернизации42.

Одновременно с традиционными подходами применены и другие познавательные возможности социальной истории, истории повседневностей, исторической антропологии. Последние позволяют обратиться к исследованию личности советского человека (индивида) той эпохи.

Исследовательские техники репродуцирования и анализа источников в настоящей работе основаны на таких методах, как: историко-генетический, историкосравнительный, историко-типологический, факторного анализа. В последнем случае рассмотрены такие важные социально-экономические факторы, как производительность труда, себестоимость продукции, уровень коррупции в местах лишения свободы, а также проблемы мотивации (принуждения и стимулирования) в системе подневольного (лагерного) труда.

Особенность работы заключается также в широком использовании методов количественного анализа. Статистическая обработка содержащихся в источниках сведений является важнейшим исследовательским приемом при анализе системы Гулага в СССР.

Научная новизна исследования состоит в том, что в работе впервые комплексно рассматривается формирование и функционирование лагерной экономики как системы подневольного труда на примере конкретного территориального лагерного комплекса - Вятлага НКВД-МВД СССР в 1938-1953 гг., что позволяет проследить развитие и кризис этой системы, особенности организации производства и использования рабочей силы.

На примере одного конкретного лагерного комплекса Гулага рассматриваются особенности отечественной экономики этого исторического периода, отличительные и схожие черты в истории Гулага и Советской страны в целом, причины появ Лейбович О.Л. Модернизация в России. – Пермь, 1996. С.25.

См.: Миронов Б.Н. Социальная история России периода империи (XVIII – начало ХХ в.). В 2-х тт. – С.-Пб., 2003.

Данилов В.П., Дмитренко В.П., Лельчук В.С. Нэп и его судьба//Историки спорят. 13 бесед. – М., 1989. С.122-190.

ления массового подневольного труда в Советском Союзе той эпохи. Эти проблемы настоятельно требуют рассмотрения в современной исторической науке.

Практическая значимость диссертационной работы определяется тем, что содержащиеся в ней выводы, значительный фактический материал, впервые вводимый в научный оборот, могут быть использованы при создании обобщающих трудов по истории Гулага и советской экономики, в преподавании отечественной истории и в краеведении.

Положения, выносимые на защиту:

1. Лагерную экономику в СССР 1930-х - 1950-х гг. можно рассматривать как одну из важнейших черт сталинской социально-экономической модели, в которой политика, как правило, имела абсолютный приоритет над экономикой. Массовые политические репрессии и чрезвычайно жестокая система уголовных наказаний, служившие источниками постоянного увеличения лагерных «спецконтингентов», всегда были нацелены на решение политических задач, а с экономической точки зрения (не говоря уже о моральном аспекте) были ущербны.

При этом широко применялся подневольный труд узников Гулага, так как на необходимую инфраструктуру для жизни вольнонаемных рабочих, как правило, средств не оставалось. Именно массовый неквалифицированный подневольный труд подопечных карательно-исполнительной системы стал для властей на определенном этапе «ударных» строек 1930-х гг. самым удобным и востребованным, поскольку позволял вести строительство в любых условиях и при полном отсутствии начальной инфраструктуры.

2. Неэффективность лагерной экономики ярко прослеживается на примере производительности подневольного труда, которая практически не увеличивалась в течение всего исследуемого периода (несмотря на механизацию части работ) – при постоянном росте себестоимости продукции.

3. Организация производства и использования подневольной рабочей силы в Советском Союзе 1930-х – 1940-х гг. привела к формированию единого лагернохозяйственного комплекса, где все методы принуждения и стимулирования «спецконтингентов» были нацелены на выполнение планов производства «по валу». Вопросы перевоспитания правонарушителей стали вторичными. Более того, производственная направленность карательно-исполнительной системы в значительной мере обусловила образование латентного симбиоза уголовной верхушки и лагерных властей, а, в конечном счете, предопределила серьезную криминальную мутацию всей этой системы.

Апробация работы.

Результаты исследования и содержащиеся в диссертации концептуальные положения апробированы на выступлениях, состоявшихся в ходе региональных, межвузовских и всероссийских научных конференций: Всероссийская научная конференция «ГУЛАГ на севере России» (Ухта, 27-28 октября 2009 г.; Всероссийская научная конференция «10-е Петряевские чтения» (Киров, 25-26 февраля 2010 г.); Всероссийская научная конференция «Власть и общество на Европейском севере России: исторический опыт и современность» (Вологда, 16-17 марта 2010 г.); Всероссийская научно-техническая конференция «Общество, наука, инновации» (Киров, 12-13 апреля 2010 г.), а также нашли отражение в семи опубликованных работах, включая одну монографию и три статьи в ведущих рецензируемых периодических изданиях, входящих в рекомендательный Перечень ВАК.

Структура настоящего исследования обусловлена решением поставленных в нем задач.

Работа состоит из введения, двух глав, заключения, примечаний, библиографического указателя и приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность темы и ее научная новизна, определены объект и предмет исследования, его хронологические и территориальные рамки, сформулированы цель и задачи работы, рассмотрены историография вопроса, источниковедческая база и методология исследования.

Первая глава – «Эволюция и тенденции развития производственно-хозяйственной инфраструктуры Вятского ИТЛ в 1938-1953 гг.».

В первом параграфе – «Становления лагерного хозяйства (1938 г. – первая половина 1941 г.)» - дается краткий обзор предыстории Вятского ИТЛ, прослеживаются этапы организации и становления его административной и производственно-хозяйственной инфраструктуры.

Отмечается, что к концу рассматриваемого периода (середина 1941 г.) Вятский ИТЛ сформировался как многопрофильный промышленно-хозяйственный комплекс, с превалирующей ролью лесозаготовительного и деревообрабатывающего производств, с относительно мощной строительной базой, развернутыми подсобным сельским хозяйством, железнодорожным транспортом, служебно-бытовой, жилищной и социально-культурной сферами.

При этом производственная деятельность Вятского ИТЛ с самого своего начала являла наглядный пример сугубо экстенсивных методов хозяйствования, свойственного советской системе в целом и ее карательно-исполнительной составляющей - в частности.

Наиболее характерная черта лагерной «экономики» на этом этапе - чрезвычайно широкое распространение тяжелого ручного физического труда. Показательно, например, что если по итогам 1939 г. механизированная вывозка леса по Наркомату лесной промышленности СССР составляла около 30%, по НКВД СССР в целом – 23,9%, то в Вятлаге в 1941 г. она не достигала и 7%. Еще хуже обстояли дела (по части механизации) на других фазах лагерного производства (лесоповал, строительство, сельское хозяйство и др.).

В отчетных документах Вятлага этого периода прослеживается постоянная «экономия» по основным нормативам расходных статей: на содержание заключенных, зарплату вольнонаемному персоналу, интендантское обеспечение и так далее.

Подневольная «рабочая сила» использовалась в лагерной хозяйственной системе крайне примитивно и узкофункционально: «человек-пила», «человектопор», «человек-лопата», «человек-тачка» и т.п. Суть этой системы заключалась в том, чтобы интенсивной физической нагрузкой до дна и в короткий срок выкачать всю жизненную энергию человека. В гулаговской «империи» и в ее «провинциях», одной из которых и являлся Вятлаг, господствовала номенклатурно-бюрократическая психология временщиков.

Во втором параграфе – «Производство в Вятлаге в годы Великой Отечественной войны (вторая половина 1941 г. – 1945 г.)» - констатируется, что с началом Великой Отечественной войны, вследствие известной и естественной смены государственных приоритетов в целом, произошли существенные изменения и в карательно-исполнительной системе страны. Это, в свою очередь, не могло не сказаться на реальных условиях жизнедеятельности отдельно взятых исправительно-трудовых лагерей и колоний, в том числе и Вятского ИТЛ.

Военные годы - самый тяжелый период существования этого лагеря. Военное лихолетье принесло в Вятский ИТЛ, как и в другие подразделения карательно-исполнительной системы, с одной стороны, голод, холод и, как следствие, - беспрецедентно высокий уровень смертности среди «спецконтингентов», добавило немало дополнительных нелепостей в лагерную обыденность, с другой стороны, все-таки заставило более высоко ценить подневольную «рабочую силу» - как главный источник гулаговской «прибыли». Такая метаморфоза не имела никакого отношения к категориям гуманности. Она объяснялась весьма прагматическими соображениями, и, прежде всего, - острой нехваткой этой самой «рабочей силы».

Вместе с тем множество фактов свидетельствуют о том, что рядовые невольники в большинстве своем вполне «восполняли» даже такого рода минимальную псевдозаботу - своим каторжным трудом они и в невыносимо тяжелых военнолагерных условиях практически на всех переделах выполняли производственные задания, причем как по объемным, так и качественным показателям.

По отчетным данным, заключенные Вятлага выполняли плановые нормативы производительности труда и на заготовке (около 3 кубометров в день), и на подвозке (трелевке), и на вывозке леса, и на разделке заготовленной древесины.

Среди «мобилизованных» немцев имелись лесозаготовительные бригады «двухсотников» и «трехсотников» (тех, кто выполнял производственные нормы на 200-300%).

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.